Проклятая Сюй Чжайсин взяла в руки телефон, лишь когда они добрались до аэропорта. Открыв групповой чат, она чуть не выронила мобильный от ужаса, увидев несколько тысяч гневных сообщений в свой адрес. Она поспешно отправила в чат фотографию подписанных альбомов, которую сделала ранее, и написала:

— Жожо: Каждому по подписанному альбому! В качестве извинения!

— Сяо Ци: Ой, да все свои, какие извинения? Адрес я тебе в личку скинула~!

— А-Хуа: А-а-а-а-а, подписанный альбом от нашего сокровища!!! Я навеки люблю Жожо!

— Цинцин: Как же вы быстро переобуваетесь! Сюй Чжайсин — самая милая фея на свете! Так когда пришлёшь альбомы?

Вот они, фанатки, — так легко подкупить.

К моменту посадки в самолёт уже стемнело. Сюй Чжайсин выспалась в машине, поэтому сейчас чувствовала себя бодрой и полной сил. Она хотела предложить айдолу посмотреть вместе фильм, но увидела, что он достал блокнот и что-то в нём пишет и чертит.

Сюй Чжайсин украдкой заглянула через плечо и разглядела реплики из театральной постановки, испещрённые его пометками.

Вот что значит преданный своему делу артист!

Цэнь Фэн заметил, что она подглядывает, и великодушно подвинул блокнот к ней, с улыбкой спросив:

— Порепетируешь со мной?

Сюй Чжайсин в панике воскликнула:

— Я? Я? Я не умею!

— По-моему, в «Созидании мира» ты отлично сыграла, — заметил Цэнь Фэн.

Сюй Чжайсин: «???»

Откуда айдол знает про эту замшелую сплетню?!

Её испуганное выражение лица позабавило Цэнь Фэна, и он пояснил:

— Когда я был на репетиции в съёмочной группе, они смотрели сериал. Я случайно и увидел.

Сюй Чжайсин вспомнила свою тогдашнюю игру, и ей от неловкости захотелось выпрыгнуть из самолёта. Она решительно взяла у него блокнот и с самым серьёзным видом заявила:

— Репетировать, значит?! Я готова! Какой отрывок?

Цэнь Фэн наугад указал на один из абзацев.

Сюй Чжайсин прокашлялась и, глядя в блокнот, прочла:

— Ваше Высочество, зачем Вы приказали уничтожить те розы? Это были любимые розы Ойи.

Боже, как же неловко. Я будто стишок на табуретке рассказываю! Сгореть со стыда!

Однако Цэнь Фэна это ничуть не смутило. Он посмотрел на неё глубоким, проникновенным взглядом:

— Из-за тебя, моя любимая Ойя. Ты солгала мне, признаёшь?

От взгляда айдола у Сюй Чжайсин бешено заколотилось сердце.

— Клянусь Лунной Богиней, Ойя никогда не лгала своему принцу.

Цэнь Фэн холодно усмехнулся.

Ого, а айдол-то как вжился в роль! У меня от его игры мурашки по коже.

Пока Сюй Чжайсин дрожала, он коснулся её щеки прохладными пальцами. Его большой палец легко скользнул по её веку — жест, в котором смешались нежность, ненависть и ласка.

Его голос стал низким и хриплым:

— Ты солгала, Ойя. Кто ты на самом деле?

— Я… я…

— Если ты не ангел, почему розы распустились при твоём появлении? Но если ты не демон, зачем ты так жестоко вырвала моё сердце?

Его пальцы сжались, обхватив её подбородок и заставив повернуться к нему лицом.

В его взгляде смешались любовь и ненависть, сплелись страсть и желание — один такой взгляд, и ты пропадаешь.

Сюй Чжайсин сама не заметила, как произнесла следующую реплику тихим, мягким голосом:

— Потому что я люблю тебя.

Холод в глазах Цэнь Фэна мгновенно растаял.

Выражение его лица, погружённого в роль, смягчилось, и он отпустил её. На её крохотном, с ладонь, личике остались красные следы от его пальцев, отчего вид у неё был очень жалкий.

Сюй Чжайсин моргнула, ожидая следующей реплики, но, так и не дождавшись, ткнула его пальцем, напоминая:

— Я люблю тебя, мой принц.

Цэнь Фэн с улыбкой покачал головой:

— Всё, на этом хватит.

Сюй Чжайсин только-только вошла во вкус, а её уже остановили. На её лице отразилось явное сожаление. Цэнь Фэн убрал блокнот, заметил на экране её планшета поставленный на паузу фильм и взял один из наушников.

— Давай посмотрим кино.

Только тогда она вновь повеселела.

Самолет приземлился поздно ночью. Они прошли через VIP-терминал, где в гараже их уже ждал У Чжиюнь.

Увидев Цэнь Фэна, он тут же выпалил:

— Ну и денёк сегодня, настоящие американские горки! — и, вздохнув, добавил уже с облегчением: — Хорошо, что всё обошлось. Вот только госпожа…

Сюй Чжайсин безразлично махнула рукой:

— Ничего страшного. Я же не в шоу-бизнесе, пусть обсуждают сколько влезет.

Но, хоть она и говорила так, вернувшись домой и открыв Weibo, она остолбенела, увидев десятки тысяч комментариев под постами на своём фанатском аккаунте.

Мало того что число комментариев перевалило за десятки тысяч, так ещё и количество подписчиков выросло на несколько сотен тысяч. Несколько тем, связанных с ней, висело в топе, а горячие обсуждения в группах на Douban красовались на главных страницах. Такая популярность не снилась и некоторым айдолам.

И число подписчиков в Weibo продолжало расти.

Сюй Чжайсин не удержалась и опубликовала пост:

— @Если ты обратишься в ветер: Не подписывайтесь на меня, это просто фанатский аккаунт.

Комментарии посыпались тысячами, и все как один твердили: «Ха-ха-ха-ха-ха, а мы как раз и хотим посмотреть, как ты фанатеешь!»

Сюй Чжайсин: «…………»

Что не так с этими пользователями сети???

Обсуждения вокруг Сюй Чжайсин не утихали два-три дня. В конце концов, она была красива и, будучи влиятельной фигурой, вела себя как тысячи обычных фанаток. Девушки-фанатки чувствовали к ней особую близость.

Конечно, появлялись и злобные, язвительные комментарии, но PR-отдел Чэньсин постоянно отслеживал ситуацию, и аккаунты хейтеров, осмелившихся очернить госпожу, немедленно блокировались.

В Фэн-фэндоме в целом царило спокойствие. И Сюй Чжайсин, и Жожо пользовались в кругу фанатов огромной популярностью и уважением.

Задайтесь вопросом: сколько бесплатного мерча вы получили от Жожо? Совесть позволит вам её оскорблять? А сколько модных контрактов Сюй Чжайсин обеспечила вашему гэгэ? Хватит духу наезжать на неё? К тому же, судя по прямой трансляции, Сюй Чжайсин в общении с Цэнь Фэном вела себя как настоящая фанатка. Её взгляд и выражение лица были им до боли знакомы — ведь они и сами были такими же.

На самом деле, с её статусом ей вовсе не обязательно было так себя вести.

Но она строго придерживалась роли фанатки и не переходила черту.

А что до айдола…