Девушка, словно на крыльях, мчалась на своей машинке к театру, где он репетировал. Когда Цэнь Фэн переоделся и, попрощавшись с труппой, вышел на улицу, Сюй Чжайсин уже ждала его. Сегодня на ней был нежно-жёлтый свитер, на спинке водительского сиденья висел белый пуховик, а сама она, склонившись над рулём, изучала в телефоне кулинарные рецепты.

Цэнь Фэн открыл водительскую дверь, и лёгкий, холодный аромат кедра из салона смешался с морозным ветром. До Нового года оставалось всего несколько дней, в городе Б выпал снег, и всё вокруг утопало в серебре.

Ему, однако, не было холодно. Он тихо рассмеялся.

— Выходи.

Сюй Чжайсин с телефоном в руке послушно вышла из машины и перебежала на пассажирское сиденье.

Цэнь Фэн сел за руль. Белый пуховик так и остался висеть на спинке сиденья. Когда он откинулся назад, пушистый мех на капюшоне коснулся его шеи, и он уловил её лёгкий аромат.

Он завёл машину, и Сюй Чжайсин радостно проговорила:

— Гэгэ, я научилась готовить новое блюдо, Фо тяо цян! Давай я приготовлю его для тебя?

Цэнь Фэн, услышав это, повернул голову:

— Я что, опять похудел?

Иначе зачем постоянно готовить ему такие сытные блюда?

Сюй Чжайсин внимательно оглядела его с ног до головы.

— Нет, не похудел. — Она смущённо опустила взгляд. — Просто хотела показать тебе новое блюдо, которое я освоила.

Цэнь Фэн тут же разгадал её подтекст.

«Пусть я и не очень хорошо играю, зато я быстро учусь готовить! Я всё равно молодец!»

Он улыбнулся одними глазами:

— Хорошо.

Его приезд был спонтанным, поэтому у Сюй Чжайсин дома не хватало продуктов, но для них это было уже привычным делом. Она отдала Цэнь Фэну ключи, чтобы он шёл в квартиру, а сама, накинув куртку, отправилась в супермаркет.

Уходя, она серьёзно напутствовала:

— Гэгэ, ничего не трогай на кухне, хорошо?

Цэнь Фэн кивнул.

Припарковав машину, он натянул шапку и маску, поднялся на лифте и достал ключ, чтобы открыть дверь.

Дверь не была заперта изнутри.

Приближался Новый год — время разгула квартирных краж. Он подумал, что когда девушка вернётся, нужно будет напомнить ей, что, уходя, следует запирать дверь на все замки.

Эта мысль только успела промелькнуть у него в голове, как дверь открылась, и он увидел стоящего в комнате с чашкой кофе Сюй Яня.

Цэнь Фэн: «…»

Сюй Янь: «?»

Они смотрели друг на друга целых десять секунд. Шок во взгляде Сюй Яня угас, но хмурился он всё сильнее. Он сделал два шага вперёд и недружелюбно спросил:

— Откуда у тебя ключи?

Президент Сюй, который всегда был с ним так дружелюбен, впервые говорил с ним подобным тоном.

Цэнь Фэн вошёл, закрыл за собой дверь и начал переобуваться.

Видя, как тот по-хозяйски разувается, Сюй Янь понял, что он здесь не в первый раз, и разозлился ещё сильнее.

Цэнь Фэн ответил первым:

— Ключи дала Чжайсин. Она пошла в магазин.

Сюй Янь почувствовал, как застучало в висках. Он страдальчески посмотрел на парня:

— Вы встречаетесь? И давно?

Цэнь Фэн бросил на него безразличный взгляд:

— Нет.

Сюй Янь:

— И ты думаешь, я тебе поверю, учитывая всё это?

Цэнь Фэн:

— Как хочешь.

Сюй Янь: «……»

Кофе ещё дымился — очевидно, он и сам пришёл совсем недавно. Ключи от квартиры Сюй Чжайсин были только у неё самой, у её родителей, у Сюй Яня и у Ю Тао.

Он сегодня тоже заехал спонтанно. Нужно было, чтобы Сюй Чжайсин подписала документы по проекту, который он закрыл днём, к тому же он в последнее время постоянно был в разъездах и давно не видел сестру, вот и решил заехать поужинать с ней.

Днём он говорил с помощником и знал, что у неё сегодня выходной.

Войдя в квартиру, он обнаружил, что дома никого нет, но свет и телевизор были включены. Он решил, что она ненадолго вышла, и не стал звонить.

Сюй Янь со смешанными чувствами смотрел на Цэнь Фэна.

Цэнь Фэн же, напротив, сохранял невозмутимое спокойствие. Он прошёл к дивану, сел и принялся листать какой-то журнал.

Сюй Янь долго смотрел на него, потом, кажется, что-то осознал. Он подошёл ближе и с сомнением спросил:

— Ты знаешь, кем я прихожусь Чжайсин?

Сидящий напротив даже не поднял головы:

— Знаю.

Сюй Янь:

— Она тебе рассказала?

Цэнь Фэн вздохнул и, слегка приподняв голову, посмотрел на него:

— Она ещё не знает.

Зрачки Сюй Яня сузились.

Он прекрасно понимал, чем Сюй Чжайсин занималась все эти годы. С того самого момента, как она решила скрыть свою личность, этот снежный ком лжи начал расти, и одну ложь приходилось прикрывать бесчисленным множеством других. Он и представить не мог, как отреагирует Цэнь Фэн, когда правда вскроется.

В последнее время он и сам об этом думал. Он собирался найти время поговорить с Сюй Чжайсин и убедить её рассказать Цэнь Фэну правду. Это всяко лучше, чем если бы тот сам раскрыл обман.

Кто бы мог подумать, что он уже всё знает? Да ещё и так, что сама Сюй Чжайсин не в курсе?

Сюй Янь нахмурился:

— И ты не злишься?

Цэнь Фэн усмехнулся и откинулся на спинку дивана, принимая расслабленную позу:

— А с чего мне злиться?

Сюй Янь:

— Тогда почему ты не сказал ей, что всё знаешь?

Цэнь Фэн:

— Это неважно.

Сюй Янь:

— Она тебе нравится?

Цэнь Фэн:

— А что, нельзя?

Атмосфера на мгновение накалилась.

В этот самый момент в дверь постучали.

Это вернулась Сюй Чжайсин с продуктами.

Сюй Янь, нахмурившись, бросил взгляд на Цэнь Фэна и широкими шагами направился к двери.

Радостная улыбка застыла на лице Сюй Чжайсин, как только она увидела своего брата. В следующую секунду её зрачки расширились, лицо исказилось от ужаса и заметно побледнело.

«Мамочки мои! Что это за сцена из фильма-катастрофы?!»

Она шевельнула губами, пытаясь что-то спросить, но не смогла вымолвить ни слова.

Потому что к ней уже подходил Цэнь Фэн.

Их взгляды встретились, и Сюй Чжайсин, чувствуя себя виноватой, инстинктивно хотела отвести глаза, но тут же услышала нежный голос айдола:

— Зачем так много купила?

Он подошёл, взял у неё из рук пакеты и унёс их на кухню.

Сюй Чжайсин всё ещё пребывала в ступоре, когда Сюй Янь втянул её внутрь и запер дверь.

Она указала пальцем на кухню, потом на Сюй Яня, потом на себя — казалось, она вот-вот расплачется от отчаяния.

Сюй Янь почувствовал, что голова разболелась ещё сильнее, и вздохнул:

— Он знает.

На лице Сюй Чжайсин отразилось желание умереть на месте.

Сюй Янь легонько ткнул её в лоб с видом крайнего разочарования:

— Он и до этого всё знал. Какая же ты глупая.

Сюй Чжайсин: «………………»

Хнык.

Услышав шум воды из кухни, она быстро переобулась, сняла куртку и пулей метнулась туда, не забыв прикрыть за собой дверь.

В маленьком пространстве остались только они вдвоём.

Цэнь Фэн мыл овощи.

Услышав шаги, он обернулся и увидел её, понуро стоящую в дверях, — словно провинившийся ребёнок, ждущий приговора.

Такая послушная.

Он вытер руки и, сдерживая улыбку, сказал:

— Подойди.

Она тут же подошла.

Она вся съёжилась, опустила голову, но искоса поглядывала на него снизу вверх.

В прекрасных глазах айдола она увидела лишь смех и ни капли злости.

В следующую секунду она почувствовала прикосновение его тёплой тыльной стороны ладони к своей щеке и услышала его голос:

— Лицо совсем бледное от холода.

Сюй Чжайсин: «…Это я от страха побледнела».

Она шевельнула губами и пролепетала:

— Гэгэ… прости.

Цэнь Фэн взъерошил ей волосы:

— Ничего страшного.

Сюй Чжайсин:

— А?

Он уже убрал руку и снова принялся за продукты.

— Твой брат будет ужинать с нами? Тогда сегодня придётся приготовить побольше.

Сюй Чжайсин:

— А-а, хорошо!

А в голове у неё был полный сумбур.

«И что, на этом всё?..»

«Айдол не собирается устраивать мне разбор полётов?!»

«Хнык. Он не человек, а просто ангел во плоти!»

На кухне царила полная гармония, а снаружи Сюй Янь в одиночестве сидел на диване с чашкой кофе, переживая экзистенциальный кризис. Особенно когда он увидел, как эти двое, приготовив ужин, накрывают на стол, словно любящие супруги, прожившие вместе много лет.

Для него, так сильно опекавшего сестру, это был слишком сильный удар.

Сюй Чжайсин позвала его:

— Брат, ужинать.

Все трое сели за стол.

Сюй Чжайсин и Цэнь Фэн сели с одной стороны, Сюй Янь — с другой.

Сюй Янь переводил взгляд с тарелки на сидевшую напротив парочку.

«Это что же получается? Я здесь лишний?»

Поймав недобрый взгляд брата, Сюй Чжайсин поспешила объяснить:

— Гэгэ так много репетирует, что иногда заходит ко мне поужинать.

«Гэгэ… как нежно-то звучит. Кто не знает, ещё подумает, что это он твой брат».

Сюй Янь промолчал и снова перевёл взгляд на Цэнь Фэна. Тот выглядел как ни в чём не бывало и спокойно ел, словно ничего не произошло.

За весь ужин Сюй Янь почти ни к чему не притронулся. Цэнь Фэн, словно всё поняв, дождался прихода Ю Тао и сразу же ушёл, оставив брата и сестру наедине.

Сюй Чжайсин полчаса доказывала брату, что у неё нет романа.

И ещё полчаса — что она никогда не будет встречаться с айдолом.

Сюй Янь: «……Так ты до сих пор не поняла, что нравишься ему? Обычно такая сообразительная, а как дело доходит до Цэнь Фэна — сразу глупеешь?»

Сюй Янь посмотрел на неё с непередаваемым выражением, вспомнил слова Цэнь Фэна и в итоге решил промолчать.

«Ладно, пусть сама догадывается», — решил он.

Сюй Янь достал контракт, дал ей на подпись и больше задерживаться не стал. Когда Сюй Чжайсин осталась в квартире одна, она наконец смогла погрузиться в раздумья.

Когда же он всё узнал?

Не может быть, я же так хорошо всё скрывала.

Это точно этот паршивец Чжоу Минъюй проболтался!!!

Я его заморожу!

Примечание автора:

Чжоу Минъюй: Моя жизнь — боль.