Война для Учих всегда была неким способом самовыражения. Показать себя, доказать, что ты способен без страха взглянуть в глаза самой смерти. В битве носитель Шарингана меняется до неузнаваемости. Он раскрывает свои эмоции, забывает о всяких запретах, навязанных обществом, диктует свои правила, а не следует по чьей-то указке.

Слова ничего не значат, куда важнее дело. Учиха никогда не станет просто так сотрясать воздух, тем более в бою. Вот и Ацуши предпочитал убивать своих врагов молча.

Нельзя сказать, что он был рубакой, способным с каменным лицом вырезать толпы народа. Всё-таки он вырос в новообразованной Конохе, застав времена Войны Кланов лишь в свои самые первые годы осознания самого себя. Ему не было знакомо понятие извечного выживания в веренице нескончаемых боёв. Он был уверен, что его детство прошло так, как желали того Мадара-сама и Хаширама-сама, когда они объединяли свои кланы — в здравии, спокойствии и беззаботности.

Конечно, о своей будущей работе в качестве шиноби он знал с самого начала. В клане никто не скрывал, что рано или поздно ему придётся убивать. Они готовили его к тому моменту, когда он впервые возьмётся за кунай и лишит жизни другого человека. Тренировок было много, и они были тяжелы, ведь Шаринган он пробудил довольно рано, что для родителей ребёнка в клане Учиха является показателем его потенциала. Они уверены, что такое дитя принесёт почёт в их дом, а оттого были готовы на всё, чтобы он вырос сильным и показал себя с лучшей стороны, оправдал все возложенные на него надежды.

Ацуши чувствовал, что всё это было не просто так. Миссии, на которых ему приходилось заниматься разными вещами, характерными для ниндзя, он, конечно, выполнял, и весьма успешно. Однако настоящее испытание началось тогда, когда ему впервые сообщили о том, что началась полномасштабная война, в которой участвуют шиноби всех стран.

Вот тогда он понял, к чему его всё это время готовили. Битвы во время войны кардинально отличаются от любых других битв. Здесь шанс умереть возрастает до невообразимых высот, из-за чего юноша довольно часто задавался одним и тем же вопросом:

Стоит ли война всех этих смертей?

Только когда он сам лично побывал на поле боя, когда почувствовал на собственной шкуре, какого это — вернуться оттуда живым, он зауважал своих предков, которые годами сражались и отстаивали честь своего клана.

Вообще, несмотря на то, что по прошествии пятнадцати лет со дня основания Листа в воздухе всё ещё витало напряжение между представителями различных кланов, Ацуши всегда сохранял нейтралитет в этом плане. К членам клана Сенджу, главным историческими соперниками Учиха, он также относился непредвзято. Отличным примером подобного будет являться его новая команда, во главе которой его недавно поставили.

Два Сенджу, двое бесклановых и Сарутоби. Неплохая мешанина получилась. Однако ребята были ничего, работать с ними можно было, чему юноша был несказанно рад. Однако чуйка, за все эти года не раз ему помогавшая, подсказывала, что чего-то не хватало. Точнее кого-то. Возможно, командующий тоже это понимал, и поэтому он за всё это время так ни разу и не посылал их в бой. Ведь седьмой член команды стал бы выходом и отлично вписался бы в отряд, отчего новость о новом бойце его несказанно обрадовала.

Поначалу, когда Учиха увидел этого «бойца», он решил, что это была шутка. Мол: «Как же это так?! На войну! И ребёнка!». Однако здесь шутить было не принято, тем более, по словам Сатори-сана, его послал сам Хокаге, а потому он попытался с этим смириться.

Оказалось, что первое впечатление было ошибочным. Когда он следил за спаррингом между Ясухиро и Дайцуки, единственное, что крутилось у него в голове, было: «Не стоит судить книгу по обложке».

Несмотря на свой юный возраст, он уже успел повидать то, чего многие взрослые никогда не испытывали. Побег из родной деревни, смерть родителей, тренировки в новом месте и, наконец, выживание на войне. Всё, что оставалось сделать Ацуши, так это мысленно посочувствовать парню и его нелёгкой судьбе.

У Учихи не было доселе опыта командования другими людьми. Жилет джонина ему выдали исключительно за его навыки, высокое умение обращаться с чакрой и логическое мышление. Однако джонин априори должен уметь руководить хотя бы небольшим отрядом из трёх человек, а потому, когда ему буквально всучили шестерых, у него попросту не оставалось выбора.

Какова же была его радость, когда в первой же серьёзной битве команда показала себя с самой что ни на есть лучшей стороны. У него даже сложилось такое впечатление, что они были знакомы друг с другом ещё много лет назад и за это время успели так хорошо развить свою командную работу.

Конечно, не обошлось без проблем. Самой главной из них была, безусловно, ранение Кагуи. Нельзя сказать, что это была вина отряда, других шиноби Конохи или уж тем более его.

Да, на войне ты должен уметь постоять за себя. Уметь выживать и побеждать. Однако помощь союзников во время боя играет не менее важную роль. В одиночку ни один шиноби не сможет справиться со всем на свете. Его эффективность возрастает в разы, когда он действует с кем-то сообща.

Самым главным было то, что Цунами всё-таки смогла спасти ему жизнь. Если бы мальчик погиб в первом же бою под его командованием, то Ацуши долго бы не смог себе подобного простить. Всё-таки что бы Учиха не говорил о равенстве и что бы он не думал о его возрасте, но отношение к пацану у него будет особое. Хотя бы потому, что, на сколько ему было известно, он был единственным ребёнком на фронте, сражающимся за Коноху.

— Ацу! Пригнись!

Из своеобразного транса, во время которого он мог одновременно поддерживать ритм боя и думать о чём-то другом, его вывел крик Джиромо, который запустил в его сторону серповидную огненную волну, летящую параллельно земле. С ходу сообразив, чем чревато будет попадание в него подобной техники, Ацуши, используя выработанные за года тренировок рефлексы, смог в мгновение ока припасть к земле. Не обращая внимание на животный крик пострадавшего от дикого пламени шиноби Ивы, он поднялся на ноги и быстрым взглядом Шарингана осмотрел поле битвы.

Контрнаступление на позиции ивовцев шло полным ходом. После того крайне дождливого и не менее кровавого дня прошло трое суток. За это время представители обеих сторон конфликта успели убрать с поля мёртвые тела погибших товарищей. Никто не собирался мешать людям заниматься подобным делом. По обоюдному молчаливому согласию ни одна из сторон не будет нападать на другую во время похоронных церемоний. Ниндзя хоть и готовы воспользоваться любой возможностью, дабы победить врага, однако они также уважают многовековые традиции. Проводы усопшего в иной мир — одна из них.

Как только с этим делом было покончено, командующий Сатори приказал атаковать. Ивовцы понесли немалые потери в отгремевшем сражении, однако, несмотря на то, что Лист также потерял некоторое количество бойцов, у них появился неплохой шанс продавить линию обороны Камня вглубь Страны Водопада. Этим медленно, но верно в данный момент они и занимались.

Ацуши не мог не нарадоваться, что придуманная им тактика действий своей команды работала. И работала весьма хорошо. Да, безусловно, здесь не хватало Ясухиро. Однако даже без него его отряд прорывался сквозь врагов, словно волнорез в бушующем море. Так что это даже хорошо, что ребята настояли на том, чтобы пацан оставался в тылу. Пусть седьмой член команды Учихи полностью восстановится, а затем вновь будет сражаться наравне с ними.

Оставалось надеяться, что хотя бы эта битва пройдёт без потерь и ранений его подчинённых…

Комментарий к Часть 28

А вот и глава от лица командира-Учихи. Немного разузнали его историю и поняли ход мыслей. В следующей главе будет любимый мной экшен.