Весь мир замер в предвкушении ответа. Сара знала, что нет ни одной причины не брать её в ученики, но всё ещё что-то глубоко в душе скребло по горлу. Так прошла примерно тысяча лет.

— Думаю, да, почему нет? — на тысяча двадцать первый год жизни Сары Олан дал свой ответ. Он, наверное, думает, что прошло не более пары секунд, но алхимик явно ошибался. — Но у меня есть неоконченное дело!

— Какое? — Сара спросила с подозрением. Чего-чего, но такого ответа не ожидала, чтобы сразу начать посвящать в свои дела?

— Понимаешь, та груда солнечных камней мне была нужна не на продажу, просто то количество опытов, что нужно будет произвести, требует такого количества катализаторов, наверное, даже больше, но это проблемы уже будущего меня.

— Та-ак.

— И мне всё ещё не хватает ингредиентов!

Кажется, их приключение будет очень долгим. А оно и к лучшему: Сара успеет овладеть всеми нужными ей навыками.

— И какой ингредиент идёт дальше?

— Секунду, — он достал из заднего кармашка, находившегося на ремне, бумажку, развернул её и перечитал. — Кротовники.

Сара неподвижно стояла, смотря в глаза Олану с немым вопросом.

— Не удивлён, что не слышала, — он подумал, — кротов знаешь?

— Видела на огороде.

— Увеличь его до метров двух или трёх, получишь кротовника.

Пока девушка выполняла мысленное наращивание крота, Олан потащил её снова в город, говоря, что именно тут жил мужичок, который и рассказывал всем про диковинную зверушку. Звучало это всё, будто описание криптида: кроты под два метра, живут в коммунах, поэтому ещё и язык свой имеют. Но акцент в словах Олана был не на этом, по словам этого чокнутого, кротовники способны испарять землю. Скепсисом от Сары воняло за километр, и она не стеснялась его выражать.

Солнце клонилось к закату. Был пройден весь Метсуи, но никто не слышал о новооткрывателе видов, хотя были некоторые, что припоминали такого. По описанию каждого, этот человек выглядел примерно так: невысокого роста, под два метра, ходит в чистом аккуратном тряпье, один глаз всё что-то ищет, другой в очках, коротко постриженные длинные волосы. Подытоживая, каждый из тех немногих описывал совершенно нового человека, но все они сходились в одном — мужичка не видно уже очень долго.

— Вы уверены, что он существует?

— Ну да, лично с ним общался.

— Я про кротовника, хотя сомневаюсь в существовании уже и того мужика.

— Понимаю. Тогда придётся заглянуть к нему домой.

Очень громкий вдох и выдох, на который повернулась вся улица, где приключенцы сейчас шли.

— Почему нельзя было это сделать раньше?! — она была готова упасть от бессилия.

— Всё хорошо, не переживайте, — сказал Олан толпе зевак. — Ты немного не поняла. Заглянуть. В гости. Ночью. Пока никто не видит... — сказал уже Саре.

— А... А-а-а! — вместе с осознанием пришла и одна мысль, — но это незаконно.

— Я знаю.

Ну, если он знает, то всё хорошо. Поэтому они направились прямо к нему домой, взломали замок, вынесли половину жилья... НЕТ!

— Вы, наверное, думаете, я на это соглашусь?

— Хотелось бы.

Сара, со словами «я в этом не участвую» нашла ближайшую скамейку и просто села. Чтобы занять себя, взяла парочку камней и продолжила практиковаться.

— Отдохни в Гильдии. Там есть место для ночлега, — Олан подошёл к этой скамейке и дал парочку серебряных монеток.

— Вы действительно пойдёте?

— Да.

И он действительно пошёл. Под покровом ночи, когда только луна пытается совладать со тьмой, на Земле происходят не менее тёмные вещи. Один мужчина проник в уже давно пустующую хибару на окраинах города, куда селятся бедняки. Чудо, что домишко до сих пор стоит и что-то в нём осталось. А может, люди не настолько наглые, чтобы брать чужое? Опустим эти рассуждения, прямо сейчас Олан пробрался в дом, весь покрытый пылью и заросший паутиной, сломав замок. Зря Сара за глаза назвала владельца дома сумасшедшим, а иной раз и более жёсткими словами, ведь убранство её комнаты и этого места похожи, за исключением заброшенности, хотя комната девушки пустует тоже... оба места крайне идентичны! Тем же лучше, вся эта библиотека, которую по ошибке назвали жилищем, является кладезю множества знаний! Девчонке точно понравится.

С этой мыслью Олан начал загребать все книги и свитки, что хоть как-то привлекли внимание. Ещё в той пещере было понятно, что мужчина компенсирует отсутствие мешков и рюкзака большим количеством кармашков, ловкими руками и неизмеримым желанием взять ещё вот эту штучку. Подумаем о её надобности когда-нибудь несейчас.

— С чего Вы вообще решили, что у меня дома пыльно? — Сара как раз отправляла небольшое письмо домой, как её потревожил алхимик.

— Ты так свою комнату описывала.

— Нет, я убираюсь, — небольшой конвертик был передан регистратору. — Допустим, вы нашли записи, что дальше?

А дальше началась вычитка всех записей. Была приобретена небольшая комнатка у Гильдии, где уже Олан разложил по всем возможным поверхностям всё, что смог загрести. Стены тоже не были обделены. Просыпаясь, обедая, ужиная, засыпая, Сара видела неаккуратный, монотонный, местами рванный текст, который иногда разбавлялся картинками с множеством сносок у каждой малозначимой детали.

Теперь оба знали подробное описание кротовников, места, откуда можно залезть в их систему пещер, их распорядок и иерархию. Но этого всё ещё не было достаточно, чтобы пошатнуть недоверие Сары. Оставался ворох вопросов, ответов на которые не было найдено. Например, так и не было сказано, как кротовники общаются, хотя указания на это есть. Зато была куча мыслей и переживаний самого Акиля, того сумасшедшего.

Но Олан был всё-таки прав, нет, не в существовании зверушки или открывателя, в том, что у них действительно много общего. От самых бытовых вопросов до более сложных и требующих подумать, например, он тоже тратит все деньги на книжки да свитки и очень об этом переживает.

И спустя три дня попыток разобраться в записях Акиля они стоят у самого обрыва, что когда-то проходили, откуда открывается тот самый прекрасный вид на море и корабли. Самая ближайшая шахта, которая может привести путешественников в поселение тварей, находится прямо под ними.

— Нашёл, — Олан показал куда-то вниз, Сара подойти к краю так и не рискнула.

Девушка вытащила небольшой кусок породы из почвы, который послужит креплением верёвки, ещё немного поводила руками, чтобы укрепить, и начала перевязывать припасы для долгого подземного спуска. Кто знает, какие твари успели поселиться у поверхности пещеры, и совершенно никто не знает, что таится в глубинах, помимо больших разумных зверушек. Акиль расписать, что ждёт во время погружения, не удосужился.

Олан очень тщательно подготовил вещи, которые им пригодятся, запасся ингредиентами для зелий, особенно тех, что создают свет, подготовил множество долгопортящейся еды, Сара активно подсказывала и помогала с этим, ведь каждый раз вместе с матерью собирала отца в плавание, верёвки, тёплая одежда и всё. Больше не взять, им двоим уж точно. Поэтому всю утварь и другие инструменты будет делать Сара, которая уже довольно хорошо прокачалась, отсекать породу стало ей так же просто, как дышать. Разный камень чувствовался по-разному, но каждый поддавался с пары попыток. Волшебница могла бы стать прекрасным резчиком по камню. И все эти навыки будут проверены в самых экстремальных условиях.

И теперь, когда они начнут спускать припасы вниз, назад дороги уже не будет. Первым пошёл конечно же Олан, как самый опытный. Он будет принимать припасы, которые спустит Сара. Алхимик у входа. Вроде никакой опасности нет.

— Спускай! — голос парочку раз отскочил то от водной глади, то от скал, но долетел до получателя.

Всё внизу, кроме Сары. Она до сих пор мечется, не хочет идти, понимает, что обратно просто так не вернуться. Её не пугают какие-то твари, живущие там, не пугает высота или темнота, скорее сама атмосфера неизвестности, она боится, что в конце концов не сможет сделать не то что правильного, никакого выбора. Но Сара сильная, она это знает, знает Олан и знал сумрачник.

Она взяла себя в руки, перевязала узел на тот, что развяжется сразу, как перестать тянуть верёвку — Олан настоял на этом, аргументируя, что так будет сложнее зайти за спину. Честно, когда тебя держит то, что может развязаться, храбрости не сильно прибавляется. Но Сара не думала об этом, лишь слушала вой волн и гул ветра. Она внизу. Верёвка полетела следом.