Спустя несколько недель после переговоров с главным правительством, поздним вечером, Кристина стояла одна на балконе своей комнаты в гостевом доме на территории замка.

В темноте ночи почти ничего не было видно, но днём отсюда можно было разглядеть особняк Рио. И именно в ту сторону сейчас был направлен взгляд Кристины. Она отстраненно смотрела на застывший ночной пейзаж.

— …

В тот миг, когда её губы едва заметно шевельнулись, будто она что-то прошептала, за спиной раздался звук открывающейся балконной двери. Занавеси были распахнуты, так что нетрудно было догадаться, что Кристина здесь.

— …Сестра?

Так обратиться к ней мог только один человек.

— Флора. Прости, я тебя разбудила?

Кристина с теплой улыбкой обернулась к своей драгоценной младшей сестре, с которой ещё совсем недавно спала на одной кровати.

— Нет. Я проснулась и заметила, что тебя нет рядом. Что ты здесь делаешь?

— …Просто подумала, что сегодня красивая луна.

Ответив после короткой паузы, Кристина подняла взгляд к ночному небу, на которое до этого даже не смотрела.

— Ого, и правда… Как красиво…

Флора с блеском в глазах посмотрела на луну.

— Вот видишь.

Кристина с нежной улыбкой протянула руку к лицу Флоры. Когда её белоснежные пальцы мягко коснулись щеки сестры, светло-лиловые волосы слегка колыхнулись.

— Хи-хи…

Флора смущенно улыбнулась и, подойдя ближе, обняла сестру за руку.

— Что такое?

— Просто… завтра ты уезжаешь в Роданию. Мне будет одиноко.

— Такая балованная…

Кристина свободной рукой погладила Флору по голове и затем продолжила:

— Тебе пришлось многое вынести. Пока я не присоединилась к Восстановлению, мы были разлучены, да и с отцом и матерью ты ведь хотела бы увидеться?

— …Я справлюсь. Конечно, будет ложью, если я скажу, что мне совсем не было одиноко, но зато сейчас я могу быть с тобой каждый день… Прости, сестра.

— …С чего вдруг ты извиняешься?

От неожиданного извинения Кристина удивлённо посмотрела на сестру.

— Все обязанности королевской семьи ты взвалила на себя. Я слишком ненадёжная и совершенно ни на что не гожусь…

Флора виновато опустила взгляд.

— Это не так. У тебя есть свои сильные стороны, — сказала Кристина без тени сомнения.

— Ты… Правда так думаешь?

— Да. Я вспыльчивая и у меня сложный характер, поэтому отталкиваю людей. Мне трудно идти им навстречу. Но ты не такая. Ты принимаешь людей такими, какие они есть, при этом легко находишь общий язык со всеми. Это прекрасное качество, которого у меня нет. Оно много раз меня выручало и, думаю, еще не раз выручит.

— …А по-моему, у тебя очаровательный характер.

— С чего ты взяла? — с недоумением усмехнулась Кристина.

— Именно поэтому. Хи-хи, — засмеялась Флора, игриво прищурив глаза, а затем вдруг спросила, — …Сестра, ты ведь неравнодушна к сэру Рио, верно?

Сейчас они были совсем одни, поэтому она назвала его по имени.

— …А?

Голос Кристины невольно дрогнул.

— Другие, наверное, не заметили, но я тебя хорошо знаю. В последнее время ты часто подолгу смотришь на него, — с проницательной наблюдательностью заметила Флора.

— Мне так не кажется… А что насчет тебя — разве ты не испытываешь чувства к сэру Амакаве? — с заметной неловкостью задала встречный вопрос Кристина.

— Э? Я…?

Флора удивлённо округлила глаза, смущённо замялась, а затем честно призналась:

— Не знаю… Если честно, мне ещё рано понимать, что такое романтическая любовь… Но есть то, в чём я уверена. Для меня сэр Рио — объект восхищения. Точно так же, как и для тебя, сестра.

— Как и для меня?.. Сэр Амакава?

Теперь уже удивление отразилось на лице Кристины.

— Да. Он сильный, добрый, умный, красивый и защищает меня. Поэтому, если бы у меня был старший брат, я бы хотела, чтобы он был именно таким. Это, конечно, слишком дерзкое желание… Но потому я и подумала, что он гораздо больше подходит тебе, чем мне, — сказала Флора, одарив сестру искренней улыбкой.

— Это… не так… — неловко шевеля губами, произнесла Кристина, ее лицо заметно напряглось.

И тогда Флора заговорила так, словно приняла решение:

— Сестра.

— …Что?

— Я уже говорила об этом раньше, но я хочу помогать тебе всё больше и больше. Я прекрасно понимаю, что государственные дела сложны, и я буду только мешаться…

— Флора…

— Я понимаю, что ты всегда оберегаешь меня. Я не хочу идти против твоей воли и думаю, что мне не стоит… Но, если даже я могу хоть чем-то помочь, я хочу это сделать, — произнесла Флора с твёрдой решимостью в глазах.

"Она тоже растет…"

Кристина с изумлением посмотрела на сестру и затем сказала:

— …Пожалуй, ты права. Возможно, я действительно слишком тебя опекала.

— Конечно. Ты слишком меня балуешь, сестра.

— Потому что ты любишь, когда о тебе заботятся… — ответила Кристина, хотя этим дело не ограничивалось. У нее самой было дел по горло, да и к тому же ей хотелось как можно дальше держать сестру от мира политики, где невозможно выжить, полагаясь лишь на красивые слова…

— …Неужели я настолько избалованная?

— Сложно это отрицать.

Кристина опустила взгляд на руки Флоры, крепко обвивавшие её руку.

— Э-это…

— …Строго.

— А?

— Можешь пообещать? Что бы ни случилось, ты не будешь жаловаться.

Кристина повернулась к ней и прямо посмотрела Флоре в глаза, пытаясь оценить ее решимость.

— …Да, — медленно кивнула Флора.

— В таком случае, думаю, дальше у тебя появится больше дел.

— Правда?

Увидев, как обрадовалась Флора, Кристина слегка улыбнулась.

— Да. Но нам пора ложиться спать. Завтра я отправляюсь в Роданию, и будет плохо, если ты простудишься.

— Верно. Давай спать, прижавшись друг к другу, чтобы было теплее.

Флора крепче обхватила руку сестры, и Кристина усмехнулась:

— Как же ты любишь, когда тебя балуют.

— С-сегодня можно. Ведь с завтрашнего дня мы какое-то время не увидимся.

— Да, ты права. Тогда сегодня и я тебя крепко обниму. Нужно же как следует побаловать тебя, чтобы ты не грустила.

— Правда?

— Ага.

Так они и вернулись в спальню.

◇◇◇

На следующее утро Кристина находилась уже в порту королевства Галарк. Отсюда она должна была покинуть столицу и отправиться в Роданию.

Рядом был её телохранитель Альфред, а также Флора, Хироаки, Роанна, Рэй и Кота — все они пришли проводить её.

К слову, соглашение о возврате Родании в обмен на отмену коронации и запрет на повторное восшествие на престол уже было заключено.

Порядок исполнения предусматривал, что сначала войска правительства Бельтрама покинут Роданию, затем передовой отряд Восстановления проверит безопасность города, и только после этого Кристина лично прибудет на место, откуда уже официально объявит и письменно уведомит об отмене коронации.

Иными словами, пусть ненадолго, но формально Кристина всё ещё оставалась королевой.

— Сестра, это сэр Рио и учитель Селия, — сказала Флора с по-детски невинной улыбкой.

Как раз в этот момент из конного экипажа, только что прибывшего в порт, вышли Рио и Селия.

— Сэр Амакава. И вы тоже, учитель Селия, — первой подошла и обратилась к ним Кристина.

— Доброе утро. Мы пришли вас проводить. Мы решили проводить вас вдвоём, иначе здесь стало бы слишком шумно.

— Остальные тоже хотели прийти.

Так, стоя рядом и переглядываясь, Рио и Селия ответили Кристине.

— Спасибо, мне очень приятно. Вы отлично смотритесь рядом друг с другом, — с мягкой улыбкой сказала Кристина слегка шутливым тоном.

— П-пожалуйста, не подшучивайте надо мной… — Селия покраснела от смущения.

— Редко увидишь, чтобы сестра над кем-то подшучивала. Ты явно в хорошем настроении, — с радостью заметила Флора.

— Наверное, я и правда немного воодушевлена, — изящно улыбнулась Кристина.

— На мгновение я подумал, что нам конец. Ты просто нечто. В смысле, что ты действительно вернула Роданию, — Хироаки с показной бравадой похвалил её.

— Чтобы Хироаки, и кого-то похвалил. Редко такое увидишь.

— Точно.

Рэй и Кота засмеялись, поддразнивая его.

— Что? Ничего подобного. Я просто хвалю только тех, кто этого действительно заслуживает.

— То есть принцесса Кристина действительно заслужила?

— Да не надо каждый раз всё разжёвывать, — смущенно заметил Хироаки, положив руку на плечи и зажав голову Рэя.

— Это заслуга тех, кто меня поддерживает. И ваша поддержка, сэр Хироаки, имела большое значение. Благодарю вас, — поблагодарила его Кристина.

— Ха, да брось ты со своими любезностями, — буркнул Хироаки и отпустил Рэя.

— Вовсе нет. То, что вы до сегодняшнего дня были с нами, стало для нас неоценимой поддержкой. Мы очень на вас полагаемся и искренне благодарны. Я плохо умею выражать чувства, поэтому, возможно, не всегда корректно показывала свою признательность.

— А-а… ну, ничего такого…

Хироаки смущённо отвёл взгляд и почесал затылок.

— Ого, Хироаки, да ты прям засмущался.

— И лицо покраснело.

— Да заткнитесь вы оба!

— Эй!

Хироаки схватил Рэя и Коту с обеих сторон за плечи и разом зажал их головы. Увидев это, Кристина, глядя на Рэя и Коту, слегка рассмеялась:

— Ха-ха, пока вы рядом с сэром Хироаки, можно быть спокойной.

— Ой, как неловко… — пробормотал Рэй, всё ещё находясь в захвате.

— И ещё, сэр Хироаки, если возможно, не могли бы вы присматривать за Флорой, пока меня не будет? Как вы знаете, она застенчива и к тому же быстро начинает чувствовать себя одиноко. Буду рада, если вы уделите ей внимание, — попросила Кристина, взглянув на Флору.

— А… Положись на меня, — согласился Хироаки, пожав плечами.

— Прошу вас. Роанна, ты тоже поддержи сэра Хироаки и Флору.

— Как пожелаете. — Роанна глубоко склонила голову.

— Учитель Селия, если что-то случится, пожалуйста, помогите Флоре и остальным советом. Мое пребывание там может затянуться. Нужно будет много чего проверить.

— Разумеется, — с улыбкой кивнула Селия.

— И вам, сэр Амакава. Я доставила вам немало хлопот, но благодаря вам смогла прийти в себя. Благодарю вас.

Кристина обратилась с благодарностью теперь уже к Рио.

— Я ничего особенного не сделал.

— Это не так. Вы поделились со мной смелостью…

"Поделитесь со мной своей смелостью" — просьба, с которой Кристина обратилась к Рио в ту ночь. Поэтому, даже если для остальных эти слова прозвучали обыденно, для него они имели особый смысл. Разумеется, если он помнит об этом…

— …Тогда, хорошо.

Похоже, он прекрасно понял смысл ее слов. Рио слегка расширил глаза, и на мгновение на его лице отразилось слегка смущённое выражение. И затем он предложил:

— Я даже подумывал предложить сопровождать вас в качестве охраны, если потребуется…

— Всё в порядке. Передовой отряд уже прибыл, безопасность обеспечена. С нами будет и Альфред, — отказалась Кристина, перед этим поджав губы, но затем ослепительно улыбнувшись.

В этот момент послышались чёткие, ритмичные шаги по каменной мостовой.

— Госпожа, прошу прощения, что прерываю беседу. Подготовка к отправлению завершена, — доложила подошедшая Ванесса.

— Понятно. Я сейчас подойду. Подожди немного.

— Есть.

Выражение лица Кристины сменилось на более строгое. Но уже в следующий миг с приятным выражением лица она попрощалась со всеми:

— Итак, пришло время отправляться.

— Пожалуйста, береги себя, — почтительно поклонилась Флора, а Роанна и Селия последовали её примеру.

— Да, и вы тоже.

С этими словами Кристина поднялась по трапу на зачарованный воздушный корабль. Альфред и Ванесса последовали за ней, и когда посадка была завершена…

— …

Трап убрали, и вскоре воздушный корабль начал выходить из гавани. Поскольку судно приводилось в движение с помощью магического артефакта, оно уверенно заскользило по воде.

Все проводили взглядом зачарованный корабль, который вскоре поднялся в воздух и улетел прочь. И тогда Хироаки, чтобы сменить настроение, бодрым тоном объявил:

— Ну что ж. Давайте позавтракаем у Харуто дома.

— С-сэр Хироаки, приходить без предупреждения как-то… — робко попыталась возразить Роанна, но Рио радушно принял предложение:

— Как раз хотел вас пригласить. Буду рад.

— С-спасибо, сэр Амакава, — немного виновато поблагодарила Роанна.

— Значит, решено. Пошли.

Хироаки первым зашагал вперёд, направляясь к карете, стоявшей в порту. Остальные последовали за ним. И лишь в самый последний момент…

— …

Рио ещё раз, всего на мгновение, посмотрел вдаль — туда, где исчез воздушный корабль с Кристиной на борту.

◇◇◇

На следующий день зачарованный воздушный корабль, на борту которого находилась Кристина, приводнился на озере рядом с городом. Даже в каюте, где она находилась одна, отчётливо ощущалась вибрация.

"Похоже, мы прибыли."

Кристина неподвижно сидела в кресле с закрытыми глазами, но, почувствовав, что корабль приземлился, открыла их. Спустя несколько минут тишину комнаты нарушил сдержанный стук.

— …Прощу прощения, подготовка к высадке завершена, — приоткрыв дверь, доложила Ванесса, дежурившая до этого в коридоре.

— Поняла.

Кристина закрыла стоявшую на столе небольшую шкатулку, взяла её в руки, поднялась и вышла из каюты. Затем остановилась и, оглядевшись, спросила:

— А где Альфред?

— У баронета Гугенота.

— Понятно. Пойдём.

Кристина двинулась по коридору, а Ванесса последовала за ней.

А поднявшись на палубу…

Их окружили вооружённые рыцари Восстановления. Несмотря на то, что они должны быть союзниками, их намерения были явно враждебны.

— …Что это значит? — с суровым видом спросила Ванесса, положив руку на рукоять меча и закрывая собой Кристину. И тогда из коридора, ведущего внутрь корабля, вышел баронет Густав Гугенот и сказал:

— Это мой приказ.

Кристина и Ванесса резко обернулись.

— …Что это значит, баронет Гугенот?! — с гневом потребовала объяснений Ванесса.

— А то и значит, — раздраженный мужской голос донёсся из-за спин собравшихся.

Рыцари Восстановления неспешно расступились в стороны, освобождая проход. И оттуда показались…

— …Герцог Арбо и Чарльз, почему вы здесь?!

Ванесса вздрогнула, и в её глазах вспыхнула ярость. Герцога Арбо и Чарльза сопровождала целая группа рыцарей в форме армии Бельтрама.

— …Это не Родания…

Кристина ошеломлённо уставилась на раскинувшийся за бортом город. В её взгляде отчётливо читалось потрясение. Увидев её реакцию, герцог Арбо хмыкнул. Он усмехнулся, словно охотник, настигший добычу.

— …Этот корабль должен был лететь в Роданию, — с горечью произнесла Кристина, нахмурившись.

— Видимо, пункт назначения изменили, — сдерживая смех, ответил герцог Арбо.

— …По чьему приказу?

— Я же сказал — по моему, — спокойно ответил баронет Гугенот, глядя на Кристину.

— Хорошая работа, герцог Гугенот, — похвалил герцог Арбо, обратившись к нему, как к герцогу.

— Значит, ради утраченного титула вы предали нас, Гугенот?! — закричала Ванесса в ярости.

— Прошу не заблуждаться. Лишение титула — исключительная прерогатива короля. Поскольку принцесса Кристина отменяет коронацию, все решения, принятые ею, как королевой, утрачивают силу задним числом. Даже если бы я остался с Восстановлением, результат был бы тем же, — с недовольным видом заявил герцог Гугенот, добавив, что рано или поздно всё равно вернул бы свой титул.

— …Почему вы нас предали? — сурово спросила Кристина.

— Меня до крайности утомило расплачиваться за вашу мягкость — за то, как вы путаете идеалы с готовностью идти до конца. Вот и всё, — с выражением отвращения ответил герцог Гугенот.

— …Значит, таково ваше истинное мнение.

— И не только моё. Многие на этом корабле решили, что больше не могут за вами следовать. Всё происходящее — следствие вашей мягкости.

Герцог Арбо с нескрываемым удовольствием следил за их разговором.

— Проклятье…

Их окружили со всех сторон, пути к отступлению не было. Ванесса уже собиралась выхватить меч, когда вдруг раздался голос:

— Прекрати, Ванесса.

Из коридора, ведущего вглубь корабля, вышел Альфред и направил остриё клинка прямо на неё.

— Д-даже ты, брат… ты тоже предал нас?!

— Прости, но я — меч короля, — ответил ей Альфред с бесстрастным лицом.

— Он не может служить той, кто больше не королева. Вот и всё. Он слишком упрям и непреклонен. Ты, хоть и сестра, похоже, этого до конца так и не поняла, — вмешался Чарльз, насмешливо вставив слово со стороны.

— …

Ванесса испепеляющим взглядом посмотрела на Чарльза.

— Хм, какой дерзкий взгляд. Эй.

Чарльз кивком подбородка отдал приказ окружающим рыцарям. Те разом двинулись на Кристину и Ванессу.

— Как вы смеете!

Кристина повысила голос, но никто даже не замедлился. На её запястья надели запечатывающие магию кандалы, и вместе с Ванессой она оказалась полностью обездвижена, не в силах сопротивляться.

— Что ж, и где регалия?

Герцог Арбо, с удовлетворением глядя на пленниц, подошел к герцогу Гугеноту.

— Она в маленькой шкатулке. Должна быть у принцессы Кристины, — ответил герцог Гугенот, глядя на Кристину.

У скованной Кристины действительно была при себе небольшая шкатулка, и один из рыцарей доложил:

— Похоже, вот она.

После чего открыл ее. Внутри, вместе с письмом, лежало кольцо. Оно и было одной из регалий, из поколения в поколение передававшихся в королевстве Бельтрам. Поскольку основание кольца служило печатью, его также называли королевской печатью.

— Действительно… Нет, вы и правда отлично справились. Это великая заслуга. Между нами было немало недоразумений, но давайте оставим это в прошлом. Как и было обещано, я подготовил для вас пост министра внутренних дел, однако одним этим награда не ограничится. Ожидайте с нетерпением, — с широкой улыбкой сказал герцог Арбо.

Получив закрытую шкатулку, он почти по-дружески похлопал герцога Гугенота по плечу.

— …

Кристина с ненавистью наблюдала за их обменом. Герцог Арбо спокойно выдержал её взгляд, затем театрально широко развел руки и сказал:

— Ну что ж, позвольте проводить вас в столицу.

После чего доставил Кристину в столицу королевства Бельтрам.

◇◇◇

Кристину разлучили с Ванессой и сопроводили одну на зачарованный корабль правительственных войск королевства Бельтрам, на котором находился герцог Арбо.

Вскоре после этого корабль отбыл.

— Теперь мы можем спокойно поговорить, — произнёс герцог Арбо.

Кристина сидела на диване в одной из кают корабля и находилась напротив него. В комнате также присутствовал Чарльз — он стоял рядом с герцогом Арбо.

— Вот как, значит, обращаются с королевой? — спросила Кристина с насмешливой улыбкой, опустив взгляд на запечатывающие магию кандалы, сковывающие её руки.

— Разумеется, мы приняли такие меры с согласия Его Величества короля Филиппа. В случае сопротивления допустимо и принудительное удержание.

— И когда же я, по-вашему, сопротивлялась?

— Ха-ха-ха! Те, кто находился на палубе, всё прекрасно видели.

"Факты можно исказить как угодно" — дал понять герцог Арбо и расхохотался без тени стеснения.

— …Вы же понимаете, что на данный момент я ещё не объявила об отмене коронации?

— Никакого нарушения соглашения тут нет. Мы же вернули вам Роданию, а уведомление в письменной форме получили заранее, разве нет?

С этими словами герцог Арбо достал документы. В них было изложено уведомление Кристины об отмене коронации.

— …Скорее уж конфисковали. К тому же печать с помощью регалии ещё не поставлена.

Кристина подготовила письмо заранее и держала при себе вместе с регалией. Оставалось лишь поставить печать и отправить. Однако при задержании его забрали.

— Тогда почему бы не поставить печать прямо здесь? Ах да, в вашем положении это будет затруднительно. В таком случае позвольте мне, как канцлеру, сделать это за вас…

Герцог Арбо воспользовался изъятой ранее регалией и демонстративно, с показной насмешкой, поставил печать на документе.

— …Печать, поставленная против воли самого лица, недействительна. Это ещё и подделка документа.

— Если вы согласитесь или впоследствии подтвердите это решение, тогда всё будет законно. В противном случае мы сочтём это нарушением соглашения со стороны Восстановления и силой вернем обратно Роданию.

— …Как бесстыдно.

— Фу-ха-ха!

Кристина, нахмурившись, выругалась, на что герцог Арбо лишь расхохотался с нескрываемым удовольствием. А затем торжественно произнёс:

— Не волнуйтесь. Пока вы соблюдаете соглашение, мы также будем его придерживаться. В течение следующих десяти лет мы не будем вмешиваться в дела Родании.

— …

— Вы думаете, нет гарантий, что соглашение будет соблюдаться? Для этого и предусмотрены санкции. Если мы вторгнемся в Роданию, я обязан буду сложить с себя полномочия канцлера и маршала. Документы, подтверждающие это, есть и у Восстановления. Разве этого недостаточно?

— Нет. Вы бесстыдны, но при этом слишком дорожите лицом и репутацией. Я не верю, что вы рискнете нарушить соглашение, когда третьей стороной выступает королевство Галарк. Даже вам не хватит власти, чтобы заставить их молчать.

— …Хм. Вы говорите так, будто хорошо меня понимаете, — сказал герцог Арбо, слегка нахмурившись, явно недовольный столь резкой оценкой.

— Значит, у вас есть и другая причина соблюдать соглашение?

— Мы и сами не знали, что делать с пленными, взятыми в Родании. Если все эти потенциально мятежные элементы добровольно соберутся в глуши и сами себя изолируют — это будет не таким уж и плохим вариантом.

— …Вы действительно недооцениваете силу Восстановления.

— С чего бы мне относиться иначе? Вы схвачены, а регалия возвращена. Гугенот сдался и перешел на мою сторону. Какая ещё угроза может существовать? В лучшем случае, какая-то из провинциальных сил, — откровенно заявил герцог Арбо.

— Тогда что насчёт Гугенота? Разве он не самый ненадежный элемент?

— Безусловно, слепо доверять ему нельзя. Однако даже ради собственной выгоды человек его положения не способен предать без серьёзной решимости. Он не мелкая пешка, которая легко меняет сторону. Прежде всего, я оцениваю результат. А он преподнес вас и регалию. За такие достижения полагается соответствующее вознаграждение.

— То есть, если им движет выгода, даже бывшего врага можно держать под контролем?

— Это вопрос великодушия политика. Если изолировать подобные таланты, можно лишь нажить себе врагов. Гораздо выгоднее держать их рядом и склонять на свою сторону.

— …Тогда вам, предателям, стоит держаться вместе, — сказала Кристина, даже не пытаясь скрыть отвращение.

— Вы слишком уж щепетильны. В политике предательство — обычное дело. Враждующие стороны нередко объединяются ради выгоды. Вот почему говорят, что вы были слишком снисходительны к Гугеноту.

— Лучше так, чем ослепнуть от жадности, утратить себя и превратиться во что-то уродливое.

— Вы слишком цепляетесь за пустую гордость. Вот почему за вами никто не идёт. Жаль тех, кто ещё остаётся в Восстановлении. Впрочем, не сомневаюсь, перебежчики еще появятся. Точно. А почему бы не поощрить тех, кто переметнётся раньше остальных, и не предложить им хорошие должности?

Неясно, хотел ли герцог Арбо усилить ее тревогу или просто разозлить, но он откровенно провоцировал Кристину. Однако Кристина лишь слегка нахмурилась:

— Не думайте, что все непременно перейдут на вашу сторону.

— По-моему, исход очевиден. История всё расставит по местам. Любопытно, какой принцессой вас изобразят в летописи. Вероятно, злой женщиной, которая ради своих идеалов, ввергла королевство в хаос.

— А вас, скорее всего, запомнят, как лишь печально известного диктатора.

— Нет. Я сам пишу свою историю. Истина на стороне победителя, — произнёс герцог Арбо с явным высокомерием.

— …Будто бы и мою историю вы собираетесь переписать.

— Вы так считаете?

— Вы пытаетесь запугать меня, но угрозы бессмысленны. Если хотите навязать свою версию истории — предлагайте условия.

— …Хм, странные слова. С чего вдруг вы заговорили об условиях? — насторожился герцог Арбо, прищурив глаза.

— Вы ведь тянете время, потому что хотите заставить меня сделать что-то ещё, помимо отмены коронации? — прямо спросила Кристина.

— …Вот же хитрая лисица, — пробормотал герцог Арбо, раздражённо нахмурившись, но затем снова с уверенной улыбкой спросил:

— Неужели вы считаете, что в такой ситуации мы можем ещё торговаться?

— Можем, — ответила Кристина без тени колебаний. — Ведь я всё ещё представляю для вас ценность.

— Вы слишком высоко оцениваете собственную значимость.

— Правда? Вы считаете себя деревом — хозяином леса. А остальные деревья для вас лишь украшения или удобрение. Потому, если какое-то мешает, вы без колебаний его срубаете.

— …К чему вдруг эти аллегории?

— Я одно из тех мешающих деревьев, разве нет?

— Тч…

На лбу герцога Арбо вздулась вена. Похоже, слова Кристины, словно она видела его насквозь, явно разозлили его.

— Но просто так срубить меня вы не можете. Вы слишком цените свою репутацию и беспокоитесь о чужой оценке, чтобы запятнать себя убийством члена королевской семьи. Если пойдете на это, ваше имя неизбежно войдёт в историю с позором, а вместе с тем вы рискуете лишиться и предлога для задуманного вами переворота, — продолжила свой беспощадно точный разбор Кристина.

Внезапно герцог Арбо поднялся со своего места. Подойдя к дивану напротив…

— …!

…без колебаний ударил Кристину по щеке.

Сухой хлопок эхом разнёсся по комнате. Голова Кристины резко дёрнулась в сторону, а длинные светло-лиловые волосы взметнулись в воздух.

— О-отец…

Пусть вокруг и не было посторонних, даже Чарльз затаил дыхание, понимая, что применение насилия в данной ситуации — явный перебор.

— Похоже, я действительно вам очень мешаю.

Кристина вернула лицо в прежнее положение и с дерзкой усмешкой посмотрела на герцога Арбо. Впервые в жизни ее ударили по лицу, но она, похоже, ни на миг не дрогнула. Более того она продолжила говорить, откровенно провоцируя его:

— Вы ведь давно ломаете голову над тем, как бы избавиться от меня законным способом? Убийство — один из вариантов, но тогда ответственность могут возложить на королевскую гвардию. А давать отцу повод для кадровых перестановок в подконтрольной вам структуре вам явно не хочется. Ведь вам невыгодно, чтобы у него появилась независимая сила.

— Заткнись!

Герцог Арбо, окончательно выйдя из себя, схватил Кристину за плечо и грубо повалил её на диван.

— А…

В глазах Кристины на миг мелькнул страх, но она не позволила ему отразиться на лице и прямо уставилась на герцога Арбо.

— О-отец!

— А ты молчи!

Чарльз в панике попытался его остановить, но герцог Арбо рявкнул в ответ, и тот замер, затаив дыхание.

— И что дальше? — холодно спросила Кристина.

— Женщина, чья ценность лишь в королевском происхождении. Правда думаете, что можете поставить свою жизнь на кон? В чьих руках, по-вашему, сейчас ваша жизнь?

— Моя жизнь — в моих руках. Всегда была и всегда будет.

— Не заблуждайтесь. Я могу и не убивать вас, а использовать как сосуд для наследника. Что в голове не имеет значения, внешность же превосходная.

Герцог Арбо смерил её похотливым взглядом, но…

— Это невозможно, — произнесла Кристина твердо, отвергнув саму идею.

— Почему же?

— Потому что нет подходящего кандидата. Усиление королевской власти вам невыгодно, поэтому связать меня браком с героем Руи — это последнее, чего вы допустите. А распутный Чарльз уже обзавёлся множеством жён, так что и он не годится.

— …Тогда, почему бы не сделать наложницей?

— Вы сейчас всерьёз хотели сказать — своей? — презрительно усмехнулась Кристина.

— Девственница, а строит из себя крутую.

Решив, что, пожалуй, можно и правда взять её силой, герцог Арбо крепче сжал её плечо.

— Бесполезно. С самого рождения на меня возложена обязанность связать себя с нелюбимым мужчиной. И что с того, что я девственница?

— …!

То ли из-за её невозмутимости, то ли под давлением её взгляда, рука Арбо ослабла.

— Если порвёте моё платье, подумайте, как потом будете это объяснять, — не дрогнув ни бровью, сказала Кристина.

— Тц…

Герцог Арбо цокнул языком и вернулся на диван.

— …

Кристина медленно приподнялась и снова села, словно ничего не произошло. Поражённый её хладнокровием, Чарльз был ошеломлён. Совершенно недостижимый уровень.

"Думал, если напугаю — станет послушной. Просчитался. Она ненормальная. Всерьез готова поставить на кон свою жизнь. Она не собирается умолять."

Он считал её просто дерзкой, но ошибся. Она оказалась исключительной личностью. Даже в таком положении она ясно понимала, в чем её преимущество, и была готова идти до конца.

"Страшная женщина. Родись она на двадцать… нет, хотя бы на десять лет раньше — кто знает, к чему бы все привело."

Герцог Арбо пересмотрел свое мнение о Кристине и невольно восхитился. И потому…

"…Какая жалость."

В нём пробудилось желание. Женщин, сочетающих в себе такие способности и такую выдержку, в королевстве Бельтрам больше не было. Возможно, подобную ей не найти и во всем регионе Страль. К тому же, королевская кровь и красота, способная погубить целое королевство. Поистине редчайший экземпляр.

Мужской инстинкт завладеть недосягаемой женщиной пробудился в герцоге Арбо. В нем вспыхнуло извращенное желание сломить, подчинить, сделать своей. Мысль, которую он изначально даже не рассматривал, вдруг показалась возможной: а не сделать ее и впрямь своей наложницей?

— Ха, настоящая принцесса, — с самоиронией усмехнулся герцог Арбо.

Он и представить не мог, что после шестидесяти лет жизни его охватят подобные чувства.

"Но она слишком опасна, как ядовитый цветок. Её невозможно приручить. Оставь её в живых, и она неизбежно станет помехой."

Как и подобает ему, герцог Арбо сопоставил вспышку эмоций со своими амбициями и принял хладнокровное решение.

— Немного остыли?

— Да. Похоже, именно мне не хватало решимости. Я хотел бы вести переговоры на равных. Для начала — могу ли я чётко услышать, что вы готовы предложить в качестве платы?

Герцог Арбо улыбнулся, не скрывая своих амбиций. По ходу разговора и так было ясно, какова цена, но ему было важно, чтобы это прозвучало из уст самой Кристины.

И тогда Кристина твердо произнесла:

— Законное основание отсечь мне голову.

В тот же миг губы герцога Арбо исказились в широкой улыбке.

— Прекрасно. И что же вы хотите заставить меня сделать за эту плату?

— Я не прошу немедленных действий. Есть лишь два важных условия, которые вы обязаны соблюдать. Я хочу оформить их как тайное соглашение.

— Я слушаю.

— Во-первых, если в дальнейшем среди членов Восстановления появятся сдавшиеся или пленные, и, если они сами того пожелают, вы обязаны без промедления восстановить их в составе главного правительства. Я хочу, чтобы вы поклялись не привлекать их к ответственности и не притеснять лишь за то, что они принадлежали к Восстановлению.

— То есть проявить милосердие к мятежникам?

— Это вопрос великодушия политика. Разве вы сами только что не говорили об этом?

— Понятно, — пожал плечами герцог Арбо так, будто признавая, что его переиграли.

— Вообще-то вы слишком беспощадны к тем, кто вам противостоит. Зато к тем, кто вам льстит, вы чрезмерно благосклонны. Да, так вы сумели расширить свою фракцию, но тем же самым вы породили слишком много врагов и спровоцировали межфракционную борьбу. Можно сказать, что именно это и стало причиной появления Восстановления.

— …Мне кажется, или это уже не переговоры, а нравоучение?

— Это совет. Считайте его завещанием, если угодно. И принять его к сведению — тоже часть первого условия. Думаю, вы обязаны это услышать.

— …Пожалуй.

Герцог Арбо с кривой усмешкой, но без возражений кивнул. Удивительно, но он не выглядел раздражённым — возможно, потому что действительно признал Кристину.

— Ради своих амбиций вы не сдерживались в средствах. Но сейчас вы уже обладаете властью, близкой к королевской. Если человек с такой властью продолжит действовать, стремясь полностью подавить противников, у тех не останется иного выбора, кроме как сражаться до конца. А если внутренние распри в королевстве затянутся, мощь государства лишь продолжит истощаться.

— …

— После того как Гугенот переметнется к вам, а я буду устранена, ваши амбиции наконец обретут реальную форму. Но будущее королевства невозможно построить на основе внутренних разборок. То, что вам следует сделать дальше — не продолжать внутреннюю войну, а объединить королевство.

— …То есть вы предлагаете задуматься о том, что будет после завершения внутренних распрей?

— Да. Если бы вашей целью было измотать страну и уничтожить её, разговор был бы иным. Но не думайте, что метод деления людей на врагов и союзников будет работать вечно. Как меняются фракции и вместе с ними положение людей, так различны и роли короля и его подданных. Король должен думать не о будущем отдельной фракции, а о будущем королевства и всего народа. Человек, заботящийся лишь о собственной выгоде, не может быть королём.

— Ха… ха-ха. Вы говорите так, будто действительно все видите наперед. Насколько далеко вы заглядываете в будущее... аж не по себе от этого становится.

Герцог Арбо рассмеялся — весело, но опустошенно. Затем он уставился на Кристину испытующим взглядом.

— Я думаю о будущем королевства. И о том, что могу сделать наилучшего для него. Только и всего, — без малейшего колебания ответила Кристина.

— Ясно…

— Именно поэтому я и советую вам пересмотреть отношение к людям из Восстановления. Я не говорю, что нужно щадить тех, у кого нет способностей. Но среди них есть немало талантливых людей. Я хочу, чтобы вы не наказывали таких, а давали им шанс. Подумайте, какие механизмы нужны для развития королевства и как объединить всех. Это и есть общий смысл первого условия.

"Сможете ли вы его соблюдать?" — С этими словами Кристина посмотрела герцогу Арбо в глаза.

— Не думаю, что всё так просто… Однако я приму к сведению. Постараюсь быть великодушнее. Впредь воздержусь и от того, чтобы без нужды загонять Восстановление в угол.

Герцог Арбо неловко отвел взгляд, но после паузы неторопливо кивнул.

— Тогда хорошо.

— Тогда каково же ваше второе условие?

— …Перед этим давайте сначала уточним, как вы вообще собираетесь получить законный повод отрубить мне голову. В зависимости от этого переговоры могут сорваться.

— Действительно. Тогда позвольте узнать, что вы предлагаете?

— Что будет, если после отмены коронации я в течение десяти лет вновь объявлю о своём вступлении на престол? Вы ведь помните, чем грозит нарушение соглашения?

— "Я поставлю на кон свою жизнь. Если в течение десяти лет я нарушу условия и вновь провозглашу себя королевой, я заплачу за это собственной жизнью." — Это не что иное, как то, что сама Кристина объявила на прошлых переговорах.

— Неужели…

Герцог Арбо резко изменился в лице.

— Похоже, вы поняли.

— …Неужели ещё на переговорах вы просчитали всё настолько далеко?

— Разумеется, нет. Это мне только сейчас пришло в голову. Скорее уж это вы рассчитывали, что сможете использовать то соглашение, разве нет? — без колебаний отвергла его предположение Кристина.

Однако, не в силах поверить её словам, герцог Арбо потрясённо втянул воздух. В его глазах, помимо шока, промелькнул даже страх. Не обращая на его реакцию внимания, Кристина, не теряя самообладания, продолжила переговоры:

— Тогда слушайте второе условие. Если и его вы готовы поклясться исполнить, тогда передайте мне регалию.

◇◇◇

На следующий день, ближе к полудню.

Зачарованный воздушный корабль, на котором находилась Кристина, прибыл в военный порт на озере в столице королевства Бельтрам. Но ещё до того, как подготовка к высадке была завершена, началась суматоха.

— …!

Кристина, которая должна была быть заперта в каюте, выскочила из коридора на палубу. По какой-то причине с неё были сняты запечатывающие магию кандалы. Мгновение спустя из коридора поспешно показался Чарльз в сопровождении нескольких рыцарей.

— Схватить её! Принцесса Кристина украла регалию! — разнесся по палубе крик.

— …?!

Рыцари и команда корабля на палубе сразу заметили неладное.

— Тц…

Кристина бросилась к борту, чтобы сойти с корабля, но заметила, что трап ещё не установлен, и на мгновение замедлилась. Однако рыцари уже почти настигли её…

— …!

И Кристина, решившись, прыгнула с корабля.

— Что…?!

Хоть её и загнали в угол, от столь дерзкого поступка, не подобающего принцессе, находившиеся на палубе люди разинули рты.

— Меня… не предупреждали! А, нет…

Чарльз выкрикнул это почти машинально и тут же с видом "черт, проболтался", замолчал. Но в такой ситуации мало кто бы стал задумываться о смысле его слов.

— Угх…

Поскольку расстояние и высота были довольно большими, Кристина рухнула на землю, словно споткнувшись и упав. Но даже так она, с отчаянным выражением лица, заставила себя подняться, чтобы продолжить бегство.

— …

Снаружи корабля были рыцари, встречавшие корабль. Но сцена, когда женщина явно высокого положения внезапно прыгнула с корабля, явно их ошарашила. Но в следующий момент герцог Арбо перегнулся через борт с палубы и скомандовал рыцарям в гавани:

— Что вы встали?! Схватить её! Это сбежавшая принцесса Кристина!

— А…!

Рыцари спохватились и бросились к Кристине.

— Стоять, наглецы! — крикнула во весь голос Кристина.

— …Тц!

Рыцари на миг заколебались, но всё равно продолжили приближаться. И тогда

Кристина выстрелила световыми пулями по наступающим рыцарям:

— Photon Projectilis!

— Ай?!

— А-а?!

Атака попала прямо в нескольких рыцарей, а другие шальные снаряды с грохотом угодили в портовые постройки и грузовые ящики. Даже те рыцари, которых не задело, испуганно отпрянули и остановились, а портовые грузчики, будучи простыми гражданскими, закричали от страха. И в этот момент Кристина закричала так громко, чтобы каждый присутствующий стал свидетелем:

— Слушайте! Я — первая принцесса королевства Бельтрам, Кристина! В эту самую минуту я объявляю, что восхожу на престол королевства Бельтрам. Доказательством тому является регалия, что у меня при себе!

— Я королева!

Так повторное восшествие Кристины на престол было завершено.

— …Что за женщина.

Герцог Арбо, потеряв дар речи, выжигал в своей памяти момент рождения шутовской королевы.

◇◇◇

Прошло около получаса.

В замке королевства Бельтрам поспешно созвали экстренную аудиенцию.

На возвышении, на троне, сидел король Филипп III Бельтрам, а рядом с ним — королева Беатрис. По обе стороны зала собрались дворяне, пришедшие наблюдать.

Кристина, из-за которой и устроили аудиенцию, стояла в центре зала с закованными в запечатывающие магию кандалы руками и, похоже, ничуть не чувствовала вины. Она вела себя абсолютно невозмутимо.

О том, что произошло в порту, доложил герцог Арбо, находившийся там.

— …Что всё это значит? — задал вопрос король Филипп с ошарашенным видом. Похоже, он не успел осмыслить услышанное, или просто не мог поверить.

— Всё так, как я и доложил. Принцесса Кристина попыталась бежать в порту и устроила беспорядки, объявив о восшествии на престол, воспользовавшись регалией. Более того — дошло даже до бесчеловечного поступка: она взяла в заложники простолюдинов, портовых грузчиков, работавших на месте. К счастью, погибших нет, однако несколько рыцарей получили ранения, а также нанесён материальный ущерб, — спокойно подытожил герцог Арбо.

— Поверить не могу…

Похоже, от потрясения у королевы Беатрис закружилась голова.

— …Это правда, Кристина? — спросил Филипп, на что она ответила, как ни в чём не бывало:

— Я почувствовала угрозу для жизни.

— В порту было много людей. Не важно, дворяне это или простолюдины. Все они свидетели. Об этом уже наверняка пошли слухи не только в замке, но и среди простого народа. Мол, скандальная первая принцесса, бросившая страну, едва вернувшись, тотчас лишилась рассудка.

— …

Филипп стиснул зубы. Ведь именно герцог Арбо обычно и подбрасывает в городскую молву грязные слухи о королевском доме, но доказательств этому нет.

— Скажи, что это неправда, Кристина… — умоляюще спросила Беатрис.

— …

Но Кристина, не шевельнув и бровью, продолжала молчать.

— Ситуация сложнее, чем кажется. Согласно недавнему соглашению, принцесса Кристина дала клятву не совершать повторного восшествия на престол. И добавила, что, нарушив её, поставит на кон свою жизнь.

Стоило герцогу Арбо упомянуть оговорённые санкции, как Филипп, словно подхваченный волной паники, приподнялся с трона:

— Подожди, это какая-то ошибка. Моя дочь не пошла бы на такую глупость. Должна быть причина.

— Разумеется, я тоже так считаю. Но в нынешней ситуации, когда и без того звучит немало недовольных голосов в адрес королевской семьи, а теперь, ко всему прочему, она устроила такой переполох…

Герцог Арбо с сокрушённым видом покачал головой, говоря, что дальнейшее падение доверия к короне неизбежно, а защищать её будет крайне трудно. И затем добавил:

— К тому же при задержании я в предупреждение упоминал и о соглашении. Я даже спросил: «Вас не пугает, что дело может дойти до смертной казни?» Людям рот не закроешь. И если сейчас поднимется шум, что принцессу Кристину, нарушившую соглашение, следует казнить согласно договорённости, то, стоит нам попытаться её прикрыть, как непременно найдутся те, кто обрушится со всем своим недовольством на королевский дом.

Так герцог Арбо умело прокладывал дорогу к выводу, к которому хотел подвести всех с самого начала.

"…Он слишком настойчив. Да и много подозрительных моментов. И то, как ведёт себя Кристина… Похоже, у нее какая-то сделка с Арбо…? Зная его, вряд ли это не так."

Филипп прикусил нижнюю губу, словно пытаясь подавить эмоции. Для герцога Арбо казнь Кристины — уже решённый вопрос. И сколько бы Филипп ни возражал сейчас, это ничего не изменит. Вся эта аудиенция изначально поставлена так, чтобы прийти к запланированному итогу.

И в этот момент Беатрис, похоже, дошла до предела и выкрикнула сорвавшимся голосом:

— Так поэтому вы хотите убить её?! Кристину?!

— Это не убийство. Я предлагаю привести в исполнение смертную казнь в соответствии с правилами. Как бы прискорбно это ни было, раз уж дело дошло до такого, мы не можем делать исключения лишь потому, что речь о члене королевской семьи. Ради королевства и королевского дома, по соглашению, она должна понести ответственность. Как канцлер, я именно это и заявляю.

Герцог Арбо, изображая глубокую скорбь, внёс предложение о казни Кристины.

— Что…! Стоит вам открыть рот — все твердите о доверии и недовольстве, не позволяя ничего сделать, а вот ответственность вы требуете в первую очередь! Тогда убейте меня! Это мой ребёнок, я носила её под сердцем и родила! Я умру вместо неё! — выкрикнула Беатрис в ярости, словно разбушевавшееся пламя, но Филипп осек её сбоку:

— Прекрати, Беатрис.

— Ваше Величество…!

— Кристина. Это последний раз, когда я спрашиваю. Тебе есть что сказать в своё оправдание?

Но даже на вопрос отца Кристина, с видом человека, готового идти до конца, твёрдо ответила:

— Я ничего плохого не сделала. А если вы считаете это ошибкой, тогда, пожалуйста, казните меня.

— Вот как… Тогда окончательное решение будет принято через три дня. Нужно же оценить реакцию двора и города, — произнес Филипп с болью на лице, словно окончательно смирился с неизбежным.

То, что он дал небольшую отсрочку, возможно, было потому, что он хотел, чтобы дочь прожила хоть немного дольше.

— …Как пожелаете. Однако если слухи распространятся и беспорядки усилятся…

— Я понимаю.

— Тогда я заранее подготовлю всё так, чтобы после вынесения решения казнь можно было привести в исполнение незамедлительно.

Словно говоря, что сопротивление бесполезно, герцог Арбо озвучил план действий.

◇◇◇

Замок королевства Бельтрам.

"…А ведь думала, что вернусь в эту комнату только после того, как свергну герцога Арбо."

После аудиенции Кристину перевели в её покои. В этой комнате она жила с детства и до середины шестнадцатого года. Внутри стояла знакомая мебель — всё выглядело точно так же, как и до её побега. Как и раньше, в комнате под видом прислуги находилось несколько служанок, которые следили за каждым её шагом.

Единственное, что отличалось от прежних времён, были запечатывающие магию кандалы. Чтобы ей было не так трудно в повседневной жизни, вместо наручников на шею надели ошейник с тем же эффектом.

— …

Тяжёлый металлический обруч давил на шею и раздражал. Кристина, глядя в окно, уныло вздохнула. Однако почему-то ей казалось, что она вздыхает по совершенно иной причине.

"Будто я забыла что-то важное…"

Она не могла вспомнить, что именно, и эта неопределённость мучила всё сильнее.

"Неужели это сожаление? Или я просто боюсь смерти?"

Кристина положила руку на грудь и задумалась. Но сколько бы ни думала, подходящей причины так и не нашлось.

Потому что решение она приняла уже давно. Ради будущего страны и ради Флоры она снова и снова задавалась вопросом: как поступить наилучшим образом? Думала, думала, думала и наконец пришла к ответу. Она решила, что лучшим способом изменить ситуацию будет поставить на кон свою жизнь. Так что теперь точно не могло быть никаких сожалений, которые вдруг всплыли в последний момент, и уж тем более с чего бы ей бояться смерти?

"…Наверное, воображение разыгралось."

Чтобы что-то получить, нужно заплатить соответствующе. Самую высокую цену, какую только могла предложить Кристина, она уже заплатила. И сумела добиться тех условий, которые считала пределом возможного.

"Значит, ничего и не осталось."

Так что и сожалеть не о чем. Так и должно быть.

И всё же…

"Почему…?"

Почему её так тянет к чему-то? Ей невыносимо хочется человеческого тепла. Но это не значит, что она хочет обнять кого-нибудь. И при этом никто конкретный не приходит на ум. Кристина будто тянулась к тому, кого здесь нет, и рука сама собой блуждала в пустоте…

"…Чьих объятий я ищу?"

С досадой она сжала ладонь в кулак.

◇◇◇

Три дня спустя, утром.

Герцог Арбо в своём кабинете в замке королевства Бельтрам встречался с герцогом Гугенотом, который переметнулся из Восстановления.

— Ну что? Удалось узнать, какая ситуация сейчас в Восстановлении? — спросил герцог Арбо сидящего напротив герцога Гугенота.

— По словам наших людей, оставшихся там, похоже, шума пока нет. Чтобы избежать паники, верхушка, похоже, держит информацию при себе. Реакция ровно такая, как мы и ожидали.

— Ясно.

— Попытаться отбить силой, вести переговоры, выжидать или капитулировать — в любом случае, сейчас они наверняка в панике ищут выход. Не знаю, сколько времени им понадобится, чтобы принять решение, но чем больше суматоха, тем дольше они будут тянуть с ответом.

— …Думаете, у них есть возможность вести переговоры? — спросил герцог Арбо.

В ответ герцог Гугенот широко раскрыл глаза и принялся перечислять, чем опасна отсрочка казни:

— Между главным правительством и Восстановлением? Если их начинать, придётся отложить исполнение приговора в отношении принцессы Кристины… Но если вы хотите использовать сильное недовольство народа из-за того, что она устроила в порту, разве не лучше действовать как можно быстрее?

Да и вообще, ради собственной цели больше всех стремится устранить Кристину именно герцог Арбо. Он намерен превратить её казнь, после того как она разозлила и дворян, и простолюдинов, в показательное зрелище — и тем самым окончательно подорвать доверие к королевской семье.

Эмоции дворян, принадлежащих к его фракции, герцог Арбо мог направить одним словом, но вот с простым народом всё не так просто. Если он упустит этот шанс, то когда ещё представится возможность превратить казнь Кристины в публичное зрелище.

Поэтому сейчас редчайшая возможность лишить Кристину головы. И если он готов упустить ее, значит, в его чувствах произошла какая-то перемена?

И вот, после долгих раздумий, герцог Арбо окончательно пришёл к выводу:

— …Похоже, с казнью нужно поторопиться.

— Тогда, думаю, самое раннее — через два дня. Остаётся лишь объявить о казни народу и поставить эшафот на городской главной площади.

— У нас мало времени. Тогда распорядитесь отправить Ванессу на зачарованном корабле так, чтобы в столицу королевства Галарк она прибыла в день исполнения приговора.

— …Вы уверены? — изумлённо спросил герцог Гугенот.

Ванесса ведь личный рыцарь Кристины. Казалось бы, у герцога Арбо не должно быть причин оставлять её в живых.

— Без проблем. Пусть передаст завещание принцессы Кристины.

— …Понял. Тогда сейчас же распоряжусь.

Слово «завещание», похоже, зацепило герцога Гугенота — он на мгновение замялся. Однако, не став расспрашивать о его содержании, спокойно кивнул.

◇◇◇

Спустя два дня настал день казни Кристины.

На городской главной площади, ведущей к дворянскому кварталу замка королевства Бельтрам, установили огромный деревянный эшафот — такой, что на нём хоть спектакль ставь. По сути, это была сцена, чтобы превратить казнь Кристины в зрелище. На эшафоте разместили гильотину для фиксации головы преступницы.

Вокруг эшафота стояло множество рыцарей — выстроенные без единой помарки, как по линейке. Чуть поодаль, позади и по бокам от платформы для казни, разместились члены королевской семьи и дворяне. Был там и король Филипп, но королевы Беатрис не было. Похоже, она не смогла заставить себя смотреть на смерть дочери.

А перед эшафотом, на площади, уже бушевала толпа. Пространство, где легко уместились бы несколько тысяч человек, было плотно заполнено людьми. Все пришли посмотреть на казнь Кристины. Если прибавить тех, кто столпился на главных улицах, число зрителей без труда могло перевалить за десять тысяч.

И вот…

— Идёт!

По толпе прокатился гул. Кристина появилась на лестнице за эшафотом, её вели палач и несколько рыцарей.

— …

Кристину вели босиком. Руки у неё были заведены за спину и стянуты запечатывающими магию кандалами. Будто в назидание, на неё надели дешёвое, изорванное платье с короткими рукавами, так что ее белые плечи были открыты.

— Стой.

По приказу палача Кристина остановилась рядом с гильотиной. Ей обмотали ноги цепью и закрепили на основании, чтобы не сбежала — и она приняла это с достоинством.

— Казнить ее!

— Сюда смотри, тварь!

— Страну бросила, а теперь обратно в столицу приперлась!

— Да ты ещё и простых людей в заложники взяла!

— Кто признает тебя королевой?!

— Смерть ей!

Площадь захлестнули яростные крики. Да, поступок члена королевской семьи, которая должна защищать народ, взяла в порту простолюдинов в заложники, выглядел отвратительно. Но было очевидно и то, что немало людей просто воспользовались поводом, чтобы выплеснуть копившиеся годами обиды и ненависть к властьимущим.

И, похоже, возможность наконец-то выкрикивать то, что обычно нельзя сказать вслух, приносила им почти наслаждение — на лицах местами была заметна даже радость.

В любом случае, каждый из собравшихся здесь людей желал смерти члену королевской семьи — символу привилегированного класса. Они ни на миг не сомневались в том, что их крики справедливы, а прямо сейчас вершится правосудие.

Когда Кристину окончательно закрепили, а палач и рыцари на время разошлись по сторонам, из толпы полетели камни. Один из них угодил Кристине прямо в плечо.

— Кх…

Кристина тихо простонала, терпя боль.

— А ну прекратили! — выкрикнул один из рыцарей, стоявших у эшафота, понимая, что камни могут попасть и в них. Затем он запустил в воздух световой снаряд для устрашения, и камни перестали лететь.

И тогда на эшафот поднялся еще один человек. Это был герцог Арбо. Он невозмутимо прошёл по помосту и остановился у самого края.

— Сейчас будет приведена в исполнение казнь первой принцессы Кристины Бельтрам, — громко объявил герцог Арбо и поднял руку.

— О-о-о-о-о!

Рев толпы заполнил площадь.

— Кристина Бельтрам! Ты вынесла национальное сокровище, регалию, и, объявив о восшествии на престол, расколола королевство. Более того, ты нарушила соглашение, по которому обязалась не провозглашать повторного восшествия, и, пытаясь бежать, из трусости взяла в заложники тех самых людей, которых должна была защищать. Даже для первой принцессы это непростительно. Посему за государственную измену приговариваешься к казни! — громко озвучил список обвинений герцог Арбо и затем спросил:

— Есть что сказать напоследок?

— …

Кристина молча покачала головой.

Такое молчание толпу только взбесило:

— Не издевайся!

— Все еще считаешь себя членом королевской семьи?!

— Проси прощения!

Яростные крики усилились.

— Приступай, — коротко дёрнул подбородком герцог Арбо.

— …?!

Палач схватил Кристину за затылок, резко надавил и грубо заставил её наклониться вперёд. Затем он вставил её голову в выемку гильотины. И, чтобы она не могла двигаться, при помощи приспособления крепко зафиксировал её на помосте.

"…Значит, это — последнее, что я увижу."

Кристина неотрывно смотрела на деревянный настил помоста. Слишком пустое зрелище для последних мгновений жизни. Но ее шею и тело крепко зафиксировали, так что это все, что она могла увидеть.

И в этой беспомощной позе на неё обрушились крики со всех сторон:

— Быстрее, убейте её!

— Убейте!

— Ведьма!

"Говорят что хотят… Нет, сама виновата."

Они ведь ничего не знают — ими лишь умело манипулируют. А раз в них накопилось столько ненависти к знати, то часть вины лежит и на ней — на той, кто родилась в королевской семье. Кристина криво усмехнулась над собой и решила принять эту брань молча.

И вот…

Послышался звук, как меч вынимают из ножен. Палач обнажил свой меч, которым рубят головы. А значит…

"Вот и всё."

Ей жить оставалось, в лучшем случае, каких-то десяток секунд. Сердце неприятно заколотилось.

"…Я дрожу?"

Кристина заметила, что её тело слегка дрожит.

"Да, мне страшно. Я…"

Это естественно. Как бы она ни была готова, она не знает, когда опустится меч, так что не бояться было невозможно.

Но этот момент безжалостно наступит. Будто целая вечность прошла за это время, но все же оно пролетело в одно мгновение.

— …

Раздался глухой звон удара металла о металл.

— …?

Кристина вздрогнула всем телом. Она попыталась понять, что происходит, но шея была зафиксирована, так что повернуть голову она не могла. И всё же…

— Чт…

До неё донеслись ошеломлённые голоса палача и герцога Арбо. Толпа тоже громко зашумела — значит, случилось нечто неожиданное.

И действительно…

— Слава богу!

До ушей Кристины донёсся голос молодого человека, явно подростка.

И в тот же миг…

— А…!

…её сердце сильно заколотилось, будто кто-то схватил его и начал неистово трясти.

Почему? В ситуации, где все окружающие желают ей смерти, она даже представить не могла, что кто-то прийдет ей на помощь…

И всё же ей показалось, что она слишком хорошо знает обладателя этого голоса.

Но это был именно тот человек, кому нельзя было здесь появляться. Тот, чьё появление — недопустимо.

Поэтому она и продумала всё так, чтобы он ни о чём не догадался…

Но он всё равно пришёл.

Это плохо.

Ситуация становится опасной.

И всё же…

— Успел…

В его голосе звучало искреннее облегчение. В ситуации, где каждый жаждал её смерти, только он один хотел, чтобы она жила.

И от этого стало так радостно, что…

— …

…слезы потекли из глаз Кристины — капли, одна за другой, начали падать на сухие доски эшафота.