По обычаю, Хирузен выполнял свой каждодневный ритуал — чтение отчётов, куря свою трубку. И, по обыкновению, когда постучали в дверь крикнул «войдите».

—Хокаге-сама.

По голосу он узнал Какаши.

—В чём дело, Какаши?

Спросил Сарутоби, отрываясь от чтения.

—Разве я не поручил тебе задание?

—Поэтому я здесь, Хокаге-сама. У меня появилась информация, касательно связи Обито и Масукару…

* * *

Обито очнулся посреди леса, среди кустов и деревьев. Лёжа под одним из них, Учиха потирал голову, причитая голосом Тоби.

—Ай-яй-яй… Видимо я неплохо так приложился головой о камушек. А?

Обито помотал головой по сторонам. Он был один, что было странным. Учиха помнил, что помимо него были ещё и другие члены организации.

—Семпай? Семпай, вы где?! Дейдара-семпай?!!!

Истошно начал звать подрывника.

—Заткнись, Тоби…

Неожиданный голос раздался неподалёку. Не понимая откуда он идёт, Тоби стал лихорадочно метаться по местности, даже заглянул под свой плащ.

—Походу у меня галлюцинации, раз я слышу голос Хидана-семпая, а его не вижу.

Констатировал он, задумчиво почёсывая висок, однако голос вновь повторился.

—Подними свой качан наверх, придурок!

Учиха выполнил просьбу голоса. Подняв голову, Обито увидел в кронах дерева висящего, застрявшего вернее, меж двух ветвей Хидана, с недовольной миной на лице.

—Хидан-семпай, зачем вы залезли на дерево?

Крикнув тому, спросил, поднимаясь на ноги, отряхивая плащ от земли, веток, листьев и травы.

—И как так вышло, что вы застряли?

—Да я ебу, как я здесь оказался?!

В привычной ему манере, ответил на вопрос тыквоголового.

—Я только очнулся от твоего визжания!

—Простите Тоби, Хидана-семпай!

Извинился Обито, на что Хидан послал его куда подальше… Тогда Учиха решил задать вопрос, пользуясь случаем.

—Хидан-семпай! А вам оттуда не видно где остальные?

—Я, кроме этой ебаной листвы, нихуя больше не вижу!

Рявкнул последователь Джашина, подтягивая к себе упавшую вниз косу.

—Тц! Где эта мумия шляется, когда он так нужен? Эй!

Обратился к масочнику.

—Ты, тыквоголовый, помоги мне!

Сказав «Тоби сейчас поможет Хидану-семпаю вернуться на землю!», Тоби уже собрался подниматься к нему, однако сделав первый шаг по стволу дерева вверх, второго сделать он уже не смог. Поставив одну ногу на дерево, Учиха поднял вторую, но по необъяснимой причине упал спиной наземь. «Придурок» — мысленно произнёс Хидан, наблюдая сверху вниз за этим клоуном, которому место в цирке, а не в организации.

Поняв, что от него помощи не дождёшься, Хидан воткнул косу в ствол дерева, чтобы опять вниз не свалилась, и попытался самостоятельно выбраться из захвата этих чёртовых веток, однако безуспешно… Тогда Хидан достал выдвижное копьё и стал, в прямом смысле, выдалбливать себя из западни.

* * *

Хатаке рассказал Хокаге обо всём произошедшем за эти несколько часов. От какого-то обучения в призывном мире до Масукару и неожиданном ухудшении состояния Учиха.

—Вот оно что…

Наконец выговорил Сарутоби, поправляя шляпу Каге у себя на голове.

—Значит, как мы и думали, Масукару приложила руку к его исчезновению.

—Получается тогда она и избавилась от Хируко, верно?

—Получается так.

Хируко был тем, кто вывел Обито из деревни, а когда он выполнил свою миссию — она избавилась от него, как от свидетеля. Умный ход.

—Сандаймё-сама.

Привлёк к себе внимание Хатаке.

—Этот призыв… Разве кто-то может призывать драконов? Я думал, что это всего лишь детские сказки.

—Какаши, тебе что-нибудь известно о клане Масукару?

Получив в ответ отрицательный кивок, продолжил.

—Когда-то давно в горах и близлежащей территории Тсучи но Куни жил клан, который по легенде мог призывать драконов. Ты ведь знаешь, что некоторые люди могут призывать ящериц, змей и жаб. Это, можно сказать, из этой оперы, только более могущественный. Эти места: Мьёбокузан, Рьючидо и Ганрью но Тани — смежные меры. Так вот, из-за этой особенности их боялись, а после начались массовые убийства тех, кто их призывал, чтобы никто не мог их использовать для нападения на страну. Впоследствии, члены клана сменили своё название на Масукару. Первоначального названия, увы, никто уже и не помнит, а в хрониках их намерено не вписали, чтобы не было соблазна найти это место. От них и пошли легенды о драконах.

—Если клан подвергся истреблению, то получается, что в тайне их призывали, вернее ящериц из той же долины. Поэтому есть люди, которые могут их призывать: Масукару и… Обито.

—Вполне вероятно, что этот призыв передавался внутри клана тайно. И эти двое единственные, надеюсь, кто момент их призывать. Но… Что-то мы сильно отошли от первоначального разговора.

Решил вернуться к тому с чего начинался разговор Сарутоби.

—Значит, Учиха обучался техникам в Ганрью но Тани, а призыву его научила Хезуруи, которую он не успел призвать.

—Да… После этого я сразу пришёл доложить об этом вам, Хокаге-сама.

Хирузен задумался. С одной стороны ситуация понятна, но с другой — нет, вернее вообще непонятна. Зачем забирать Учиха, обучать и возвращать обратно? Зачем было менять джинчурики? Слишком много вопросов, а ответов кот наплакал.

Предварительно постучавшись, без разрешения в кабинет зашли. Хирузен и Какаши обернулись — это оказалась жена Сандаймё.

—Так и думала, что найду тебя здесь.

—Что случилось, Бивако?

—Я пришла по поводу того Учиха.

—Что с ним?

Перебил Сарутоби Какаши.

—С ним всё будет хорошо?

Бивако слегка призадумалась, как лучше ответить на этот вопрос. Всё обернулось так, как никто не ожидал, а она говорила, что лучше отложить поход к Яманака на потом, но кто её слушал?

—Состояние мальчика стабильно, однако он какое-то время будет в коме.

—Коме?!

Ошарашенно переспросил Какаши, на что получил утвердительный кивок.

—Это ему ещё повезло, что дыхание не остановилось. Но я пришла сюда не только, чтобы сказать об этом.

Продолжила говорить засунув руку в карман.

—При обследовании Учиха, я кое-что обнаружила, а если точнее, вот это.

Достав руку, Бивако продемонстрировала им маленький чёрный стержень.

—Это я нашла у него в спине под инородной плотью.

—Инородной?

Переспросил Хирузен.

—Именно. Не знаю для чего она, но её вживили ему так, чтобы он сам не смог даже заметить её, не говоря об этом стержне. Возможно, что он получил ранение и его, можно сказать, подлечили.

—Бивако можешь сказать, как давно её вживили ему?

—Эта плоть уже полностью слилась с его, так что, около года точно.

Призадумавшись ответила.

—Я взяла небольшой образец и теперь жду результатов.

—А как вы это поняли?

Вклинился в диалог Хатаке.

—Мне казалось что одну от другой ни техникой, ни глазом невозможно отличить.

—Действительно, это так, но в отличии от нашей плоти — она полностью белая.

—Белая?

—Получается, что она искусственная?

Получив в ответ «да», Хирузен стал размышлять всё сказанное только что. Зачем Масукару вживлять искусственную плоть и чёрный стержень в него? Ещё один вопрос добавился в копилку. Зачем ставить над мальчишкой эксперименты? Если… Тут Сарутоби восполнил слова Данзо шпионаже. Походе хоть раз Данзо оказался в чём-то прав…

—Бивако, что ещё ты нашла внутри него?

—Кроме этой штуковины? Ничего.

—Ясно.

—Хокаге-сама, что будет с ним?

—Хм…

Задумался над таким непростым вопросом Сандаймё.

—У меня уже есть кое-какие планы на него, однако мне нужно переговорить с Фугаку. В конечном счёте, он — Учиха, причём сбежавший, как бы грубо это не звучало…

—Я вас понял, Хокаге-сама.

—Вот и хорошо. К слову, об этом разговоре никто не должен знать, кроме нас троих и старейшин.

—Хай!

* * *

—Тоби, сделай мне одолжение.

Обратился он, долбя ветку под левым боком.

—Всё что пожелаете, Хидан-семпай!

—Пиздуй отсюда и найди Какузу, либо ещё кого-то!

—Как скажете! Тоби скоро вернётся! Никуда не уходите, Хидан-семпай!

Сказав последнюю фразу, Тоби исчез в ближайших кустах.

Вернувшись к своему занятию, Хидан про себя материл всё произошедшее, Тоби, Лидера, Какузу.

—…Джашин-сама покарает всех вас!

С нескрываемой злостью и раздражением произнёс он. Однако когда он услышал чьи-то голоса умолк.

Шурша ненавистной листвой, Хидан отодвинул небольшие ветки, чтобы открыть себе пространство для обзора территории. Неподалёку он заметил четырёх идущих подростков — девчонок, если быть точнее.

—Хех! Джашин-сама, всё же не отвернулся от меня. Столько жертв — достойная награда за такие мучения.