— Госпожа, я вижу там людей! — с нескрываемой радостью и облегчением в голосе воскликнул ученик, который немного опередив Лестера, взобрался на небольшую возвышенность и теперь указывал в просвет между деревьями.

Некоторое время назад он с трудом держался на ногах от усталости, но сейчас у него будто открылось второе дыхание и вновь появилось желание жить.

Однако воодушевление подопечного не передалось магу. Озвученная новость заставила его лишь лихорадочно набросить на голову капюшон, дабы заранее скрыться от недоброжелательных взглядов, и нервно потеребить пальцами край плаща. После прикусив губу, он всё-таки снова стащил капюшон с головы, решив, что в толпе таким образом он только привлечёт к своей персоне ещё больше внимания да вызовет подозрения и интерес. Эта его далеко не первая подобная вылазка, но несмотря на это эмоции неожиданно взяли над юношей верх.

Кеннед старался скрыть своё волнение, но внимательный взор ученика заприметил даже лёгкую дрожь в чужих бледных пальцах и едва заметную напряжённую морщинку между бровями. Парнишка спрыгнул со своего высокого места и, приблизившись к магу, с лёгкой улыбкой произнёс мягким тоном:

— Не переживайте. Всё будет в порядке, я рядом.

— Кто это ещё здесь переживает?! — тут же возмутился маг и все внешние признаки беспокойства исчезли с его лица. — Я?! Да ни в жизни!

Он раздражённо взмахнул полами чёрного плаща и без особого энтузиазма велел:

— Идём.

Лестеру не пришлось по вкусу, что его так быстро раскусили: это привело его в замешательство. Защитной реакцией его были грубость и резкость, поэтому он отреагировал именно так. Оценивший реакцию на собственную поддержку ученик однако совсем не обиделся, только удовлетворённо отметил про себя, что его наставник всё же контролирует свои чувства и способен идти дальше.

Выйдя из-под кроны леса и покинув прохладную тишину, Кеннед с учеником спустились с холма и оказались в низине. Перед ними возвышались величественные ворота — прямой вход в город, окружённый высокой каменной стеной, наверху которой располагались смотровые площадки. С высоты птичьего полёта вооружённой страже со стены открывался отличный обзор на всех новоприбывших и покидающих город гостей. Перед самими воротами также располагался пункт досмотра.

Встав в очередь рядом с наставником для того, чтобы их пропустили в город, парнишка принялся с любопытством рассматривать людей. Сюда многие приезжали издалека — кто-то для приобретения чего-либо, кто-то для продажи собственного товара. Некоторые добирались на своих двоих, другие же предпочли быстроногих лошадей или целые повозки. Здесь были и мужчины разного возраста, и женщины с корзинами, и даже дети.

— Прекращай глазеть по сторонам, иначе потеряешься в толпе, — строго предостерёг Лестер юнца, что с изумлённо открытым ртом разглядывал телегу мужчины, который вёз на продажу шумных куриц в клетках.

Через некоторое время наконец пройдя осмотр и получив у хмурого стражника разрешение, Кеннед с учеником прошли под аркой ворот и их мгновенно поймал в свой кокон людской шум. Лестер поморщился и, кивнув своему подопечному, чтобы тот не отставал, нырнул в цветную толпу. После ворот начиналась городская площадь, где развернулась ярмарка: слева и справа от улицы были расставлены торговые лавки и шатры с разнообразными изделиями и продуктами питания. Вырезанные из дерева фигурки, посуда, украшенная рисунками цветов и птиц, одежда, овощи, фрукты — одним словом кто во что горазд. От столь большого выбора глаза разбегались.

Здесь было шумно и многолюдно, лавочники предлагали свой разношёрстный товар, — от капусты до шёлковых платков — подзывали любопытных зевак, а последние в свою очередь с интересом разглядывали изделия и прочие диковинки. Казалось, на этой главной улице есть всё.

Жизнь кипела в своём головокружительном ритме, и если ты не успевал вклиниться в общий поток, то тебя вполне могло снести с ног. В прямо смысле.

Чуть наклонившись, чтобы его губы оказались на одном уровне с ухом ученика, дабы его было можно услышать, Кеннед спросил, силясь перекричать гомонящую толпу:

— Как думаешь, сначала лучше перекусить или купить необходимые вещи?

— Давайте поедим, — предложил тот, пытаясь говорить как можно громче.

Маг согласно кивнул, решив, что раз сейчас самый разгар ярмарки и многие лавочки ещё даже не открылись, они вдвоём ничего не потеряют, если найдут, где можно отдохнуть, а уж позже займутся всем остальным. Сам он есть особо не хотел, но мог предположить, что ученик сильно проголодался после столь долгой прогулки.

По памяти — так как посещал этот город ранее — Лестер повёл их дальше по главной улице, старательно прокладывая себе путь сквозь извивающееся многорукое и многоногое чудовище под названием "толпа".

Когда они покинули городскую площадь, маг ощутил некое облегчение: неконтролируемый гул остался позади и до них теперь долетали только отголоски этого шума. Ровная плитка под ногами вывела их в более тихую часть города. Здесь уже располагались жилые дома, таверны, трактиры и постоялые дворы. Люди тут не носились как умалишённые, а лишь неторопливо прогуливались парочками и небольшими группами. В округе стояли скамейки, росли деревья и на клумбах цвели благоухающие цветы жёлтых и красных цветов.

Выбор пал на трёхэтажное здание с приятным взгляду фасадом. От заведения исходила домашняя атмосфера чистоты и уюта. Зайдя внутрь и поднявшись на второй этаж, гости выбрали свободный столик у окна и сели, ожидая, когда их обслужат.

Лестер снял с себя походный плащ, что успел покрыться дорожной пылью, и положил его рядом с собой на соседний стул. Устало проведя рукой по лицу и поправив волнистые волосы, он тяжело вздохнул. Его конечности не болели от пройденного расстояния, но магу уже хотелось вернуться домой.

— А что это за город? — поинтересовался ученик, который, судя по всему, не разделял чувств наставника и был полон энергии. — Как он называется? Может быть, здесь случилось нечто необычное?

Маг глянул на юнца из-под опущенных ресниц и принялся неторопливо вещать:

— Город называется "Фриуфия". Ныне тихий и спокойный городок с рациональным и мудрым правителем, — Кеннед чуть понизил тон, дабы прочие гости за соседними столиками не услышали его речей. — Раньше из-за близкого расположения к лесу местные жители на протяжении долгого времени страдали из-за частых нападений тёмных тварей. Город обнесли стеной и снабдили охраной, но это, конечно, не принесло никакой пользы: нечисть продолжала бесчинствовать. Тогда к прошлому правителю тайно явился человек из Международной организации магов и по приказу Конклавда предложил свои услуги, пообещав спасти город от тварей. Правитель сначала сильно испугался, но так как иных вариантов не имелось, он согласился на помощь МОМа.

Лестер сложил руки на груди и отклонился на спинку стула. В воздухе пахло выпечкой и пряностями. Маг подумал, что всё-таки немного обманул самого себя, а на самом деле не отказался бы что-нибудь съесть.

— И что было дальше? — не дождавшись продолжения повествования, подался вперёд ученик.

Маг нахмурился:

— Дальше? — юноша пожал плечами. — Ничего необычного не случилось. Ночью над городом был установлен барьер и жители перестали мучиться от покушений. А тот правитель спустя пару десятков лет унёс тайну о своём сотрудничестве с МОМом прямиком в могилу, дабы не пугать никого тем фактом, что водился с "нечистой силой".

— А что же с этим барьером сейчас? — продолжил расспрос ученик. — Он и теперь защищает город?

— А ты чувствуешь его ауру? — приподнял бровь Кеннед.

Ученик прикусил губу и смущённо опустил взгляд, не желая признавать низкий уровень своих магических способностей. Угадав в этой реакции отрицательный ответ, маг хмыкнул и произнёс:

— Ты не можешь чувствовать того, чего попросту нет, — и пояснил. — Эти действия МОМа мне не до конца понятны, но сейчас Конклавд перестал поддерживать защитный барьер над Фриуфией. Это занятие само по себе бесполезно: требуется немалое количество сил для защиты целого — хоть и небольшого — города, а какая с того выгода Конклавду? Никакой. Но в воздухе по сей день ощущается присутствие магии, что может означать лишь одно: время от времени МОМ всё-таки присылает сюда людей, чтобы отпугивать нечисть.

Лестер фыркнул, развеселённый своими же словами: "..отпугивать нечисть" — словно собака, что послушно охраняет дом хозяина от воров. Им это подходит.

Ученик нахмурил брови и задумчиво приставил к нижней губе указательный палец. Немного помолчав, переваривая услышанную информацию, он произнёс:

— Получается, что, если бывший правитель разговаривал с человеком из МОМа тайно, то больше никто об их связи не знал. Тогда зачем Конклавд спрашивал разрешение на помощь городу у правителя? Разве Конклавд не мог по собственному усмотрению установить барьер и никому об этом не говорить, зная, что теперь жители в безопасности?

У мага изначально не имелось особого интереса в обсуждении данной темы, а теперь ему хотелось закончить этот бессмысленный разговор как можно скорее. Поэтому он коротко бросил:

— МОМ не является благотворительной организацией. Логично предположить, что они заключили выгодную для Конклавда сделку, но какую именно, мне не известно.

— Откуда вы всё это знаете? — не мог не удивиться парнишка, а после его настигла догадка. — Неужели Конклавд поручал это задание с барьером вам?

Кеннед поморщился и подумал:

"Как подобная глупость могла прийти ему на ум?"

Но он был вынужден ответить, дабы ученик не стал и дальше строить новые более нелепые гипотезы:

— Этого мне не хватало! Я на них не работаю, с чего бы им мне такое "поручать"? У меня есть свои каналы информации.

Под "своими каналами информации" Лестер подразумевал Оливию, которая, хоть и не вникает в дела магической части мира, но порой приносит в Башню действительно любопытные вести. Но о сестре своего наставника юнец ещё не знал, а маг не собирался того в это посвящать.

Наконец к их столику подошёл официант и, сам о том не подозревая, спас Лестера от дальнейшего развития этой бессмысленной беседы, которая в любой момент могла свернуть в неприятном для мага направлении.

— Юный господин, — обратился он к ученику. — Что я могу предложить вам и вашей очаровательной спутнице?

Кеннед в облике девушки, будто временно исчерпав свой запас слов, сдержанно кашлянул в кулак, подавая своему подопечному знак, чтобы тот не мешкал с выбором. Парнишка в свою очередь немного смутился из-за слов официанта, но не стал тянуть и сделал незамысловатый заказ:

— Будьте добры, принесите нам запечённый картофель с мясом и чайник чая.

— Отличный выбор! — дружелюбно отозвался официант. — Наш повар непременно сделает всё по высшему разряду. Может вы изволите что-нибудь ещё?

— Благодарю, но пока что это всё, — с кивком сказал парнишка, которому, видимо, не терпелось вернуться к прежнему обсуждению, но по одному взгляду на своего спутника разочарованно осознал, что такая манна небесная на него больше не упадёт.

Маг, подперев подбородок ладонью, безразлично разглядывал в окне неторопливо плывущие по небу почти прозрачные облака. Бледное солнце приближалось к наивысшей точке небесного купола и лениво освещало выцветшую крышу дома, что располагался напротив постоялого двора. На самом её коньке сидел облезлый рыжий кот, и Лестеру казалось, что это бесхитростное животное намного приятнее, чем бродящие внизу люди.

Скоро всё тот же официант принёс готовый заказ и поставил две порции с горячей парящей едой перед гостями.

— Быть может, милая особа желает что-нибудь ещё? — внезапно обратился мужчина к Кеннеду. — Столь прекрасная девушка сидит такая грустная, что у меня на душе сделалось так печально! Я могу порадовать вас вкусным десертом?

Маг не удостоил надоедливого официанта даже мимолётным взглядом и нисколько не изменил скучающе—отстранённое выражение своего лица. Он даже не сильно-то прислушивался к его пустой болтовне, которая всё лилась и лилась. Если бы его бессмысленные речи были водой, то все посетители давно бы уже утонули, а само заведение по самую крышу погрузилось под воду.

Игнорировать людей рядом с собой являлось одним из почти профессиональных умений из нескромно длинного списка Лестера, поэтому он снова никак не отреагировал. Зато взволнованный ученик, явно, собрался что-то предпринять и уже было открыл рот. Как вдруг послышался громкий приближающийся голос:

— А ну, живо за работу, бездельник!

Едва отгремели первые слова, а фраза ещё не успела подойти к своему логическому заключению, официант подхватил поднос, бросил короткое "Позвольте откланяться!" и ретировался со скоростью молнии, бьющей в высокое дерево во время жуткой грозы.

Через пару мгновений к столику приблизился владелец голоса. Им оказался мужчина средних лет с бородой, но возраст для него, вероятно, не являлся помехой. Судя по всему, он приходился хозяином заведения. Вдогонку своему непутёвому подопечному мужчина закричал, чудом не срывая голос:

— Не припомню, чтобы платил тебе за пустую болтовню с гостями! Хлебом не корми — дай языком почесать! Да ещё хватает наглости, чтобы приставать к занятым девушкам — ты что, не видишь: она пришла с кавалером! Я тебе за такое зарплату урежу, бесстыдник!

А после он, как ни в чём не бывало, с вежливой улыбкой принёс гостям свои извинения за принесённые неудобства спокойным миролюбивым тоном и удалился.

"Видимо, для этого места это обычное явление," — подумали все присутствующие на этаже гости и продолжили беседу вместе с трапезой в привычном темпе.

Маг с невозмутимым видом взял со стола принесённую официантом тканевую салфетку голубоватого цвета, сложенную в четыре слоя, и уже собрался постелить её себе на колени, как вдруг из её складок на пол упал клочок бумаги. Ученик уже занятый поглощением еды, ничего не заметил.

Кеннед сделал вид, будто что-то уронил, наклонился и поднял находку. Бумажка была пожелтевшего оттенка, мятая и с неопрятными краями. Похоже, её вырвали из какой-то старой книги. Подгоняемый возникшим интересом юноша торопливо развернул находку у себя на коленях и увидел, что бумага испещрена небрежными буквами, написанными размашистым почерком чёрными чернилами. В записке неровным почерком значилось:

"Лестер, буду ждать тебя на заднем дворе."

Маг изумлённо замер, изучая послание со всех сторон.

"Лестер?!" "На заднем дворе?"

Что за глупый розыгрыш? Юноша украдкой оглядел зал. Быть может, это ловушка и ему не следует туда идти? Но тогда откуда отправителю известно его имя? По коже побежали мурашки и у Лестера внезапно возникло мерзкое ощущение того, что за ним пристально следят.

Ведомый смешавшимися в единый клубок мыслями, юноша сжал в кулаке клочок бумаги. Затем он поднялся со стула и, оправив складки на платье, бросил через плечо своему ученику:

— Мне нужно ненадолго отлучиться.

И неторопливо направился в сторону лестницы, ведущей на первый этаж заведения. Недоумевающий парнишка проводил учителя удивлённым взглядом, но послушно остался на месте.

Сердце по не совсем понятной причине застучало быстрее, а ладони слегка вспотели. Темп шага Кеннеда неуловимо ускорился чуть ли не до бега, и придерживая рукой подол платья, маг миновал лестницу. Чего он ожидал от этой встречи? Но что бы ни произошло, он сможет за себя постоять.

Выйдя на улицу, Кеннед, следуя указаниям в записке, завернул за угол заведения и оказался на небольшом дворике, где обычно мыли посуду и отдыхали местные работники. Перед ним предстал молодой человек, которого только сейчас изумлённо замерший на месте Лестер решил разглядеть более подробно.

Светлые волосы, белёсые глаза, мускулистое телосложение, однако вместе с этим присутствовало и некое изящество в движениях этого человека. С трудом угадывались прежние черты. В этом широкоплечим высоком мужчине почти невозможно было узнать того молчаливого скромного мальчика с грустными глазами, но сердце не обманешь. Мутные и блёклые воспоминания о нём практически стёрлись из памяти.

В последний раз юноши виделись примерно лет пять назад, когда Оливия однажды привела за ручку с собой Микаса в Тёмную Башню, дабы проведать брата. Теперь же...это словно был совершенно другой человек.

— Так вот, как ты теперь выглядишь, — вдруг сказал Микас, оценивающе оглядывая родственника с ног до головы.

В его тоне отсутствовали те приветливые нотки, которые звучали, когда тот обслуживал Лестера и его подопечного в обеденном зале постоялого двора. Сейчас голос прозвучал почти холодно и практически — возможно, магу это только показалось — неприязненно. По коже под одеждой побежали мурашки, но внешне Кеннед–старший остался бесстрастным. На подобное заявление он ничего не ответил, тем более, было неясно, что следовало сказать на подобный выпад. К чему была произнесена эта фраза, с какой целью? На насмешку или издёвку не было похоже... Или это обычное констатирование факта?..

Пока Лестер терялся в догадках, Микас скрестил руки на груди и как бы между прочим спросил, глядя куда-то в сторону:

— Кто тот парень, который пришёл с тобой?

Маг выгнул левую бровь: и это первое, что он спросил при их встрече спустя столько лет? Это единственное, что его беспокоит? Забавно. Однако смеяться совершенно не хотелось.

— Какое тебе до того дело? — Кеннед–старший по непонятной причине не смог сдержать едкость в тоне. Толи свою роль сыграла обида, толи он действительно разозлился — этого не понимал даже он сам.

— Хочу знать, кто ошивается рядом с тобой, — не отступал Микас, всё же подняв на собеседника глаза. В них отражалось сомнение и...что-то ещё.

— Это что, такое подобие заботы? — усмехнулся Лестер, но, тут же придал своему выражению былую серьёзность. — Тебя это волновать не должно.

— Так кто он?

— Он обучается у меня магии.

Слова были произнесены с нотками отмщения и теперь их владелец с наслаждением наблюдал за последовавшей реакцией. Брата передёрнуло при упоминании последнего слова, однако он взял себя в руки и спросил снова:

— Так он твой...ученик?

Маг невольно почувствовал, что их отношения теперь сильно отличались от тех, которые были между ними прежде. Раньше они, хоть и не очень часто говорили по душам, но, по крайней мере, сохраняли позицию взаимного уважения. Сейчас же сложно было сказать, как им стоило общаться. Теперешнее положение дел казалось неправильным; послышался отчётливый звук опустившейся между братьями фантомной каменной стены, подобной непреодолимому заслону. Сердце неприятно сжалось. Не этого Лестер ожидал, не на это рассчитывал. Спустя некоторое время молчания он наконец ответил:

— Можно и так сказать.

Утолив любопытство, Микас успокоился и, видимо, начал обдумывать услышанное. Кеннеду были безразличны размышления брата. Утеряв интерес к разговору, маг больше не видел смысла здесь задерживаться и уже совершенно холодно сказал:

— Если это всё, что ты хотел мне сказать спустя сколько времени, то я, пожалуй, позволю себе вернуться к своему ученику.

Он намеренно выделил интонацией последнее слово и, с нескрываемым раздражением взмахнув подолом одежд, развернулся и молча покинул задний двор.

Ощущая по всему телу неизвестно откуда взявшуюся тяжесть, маг, медленно переставляя ноги, поднялся по ступенькам на второй этаж заведения и вернулся к столу.

— Госпожа, вы вернулись! — радостно улыбнулся ученик, завидев наставника.

Лестер молча кивнул и, пряча утомлённость за маской безразличия, опустился на стул. Блюдо, заказанное ранее, к которому маг даже не успел прикоснуться, неминуемо остыло. Юноша украдкой дотронулся ладонью до тарелки и применил заклинание, дабы разогреть пищу. Все его думы были заняты недавней "беседой", хотя маг и пытался отвлечься на что-либо другое.

Как получилось так, что Микас сильно изменился за столь короткий промежуток времени? Как так вышло, что поменялось его отношение к брату так резко? Неужели из-за того давнего случая со смертью родителей Микас возненавидел магию и всё, что с ней связано? Значит ли это, что он теперь затаил злобу на самого Лестра, так как тот является магом? Но ведь Лестер не виноват в случившемся! Они оба тогда были лишь детьми. Что они могли сделать?..

Вдруг ученик, сидящий напротив Кеннеда, о существовании которого второй благополучно позабыл, погружённый в собственные душевные терзания, с любопытством задал вопрос:

— Вы отходили поговорить с тем официантом, верно?

Лестер изумлённо вскинул брови: его всегда поражали проницательность и догадливость этого парнишки. Маг кивнул и без особого аппетита отправил в рот запечённую картошку. Ученик с блеском в глазах вновь поинтересовался, подавшись немного вперёд, слегка навалившись на стол со своей стороны:

— Кем он вам приходится?

— Знакомый, — даже не моргнув глазом, соврал Кеннед.

Видя, что учитель пребывает не в лучшем расположении духа, юнец поспешил прекратить всякие расспросы и продолжил трапезу, уставившись в свою тарелку и лишь изредка осторожно бросая в сторону мага обеспокоенные взгляды.

"Интересно," — размышлял он. — "Что же с учителем случилось на самом деле?"

Но все его предположения без исключения были далеки от истины, а так как маг явно дал понять, что не намерен развивать данную тему дальше, парнишке оставалось лишь бессмысленно ломать над этим голову в полном одиночестве.

— Бурда, — несколько раздражённо проворчал Лестер, помешивая чайной ложечкой мутную воду, которую "чаем" назвать язык не поворачивался, и брезгливо отодвинул от себя стакан. — Бросили в стакан сорной травы, залили её водой и назвали это чаем — возмутительно!

И действительно, это можно было назвать чем угодно, но никак не "Чаем из цветков персика", не этим благородным напитком. На дне чашки плавали мелкие веточки, нелицеприятные соринки и прочий мусор неизвестного происхождения, которого там быть, явно, не должно.

— Госпожа, хотите я налью вам чистой воды? — предложил паренёк, видя недовольное выражение лица у своего учителя и желая хоть как-нибудь поднять ему настроение.

— Будь добр, — чуть растерянно согласился тот.

Маг краем глаза бросил взгляд в окно, на шумную улицу, которую в час пик заполонили люди, и, заранее убедившись в том, что внизу в тот момент никого нет и мутная вода не попадёт какому–нибудь случайному прохожему на голову, незаметно опрокинул туда содержимое своего стакана. Впрочем, даже если бы там кто–то и оказался, Лестер не сильно бы расстроился.

Ученик достал из сумки флягу, поднялся из-за стола и щедро наполнил стакан Кеннеда водой почти до отказа.