— Кьюю...

Через некоторое время тело зверя становилось все меньше и меньше, возвращаясь к первоначальной форме белого кролика.

Единственное, что изменилось, так это то, что на шее зверька было надето золотое ожерелье.

Зверь-кролик попытался сорвать ожерелье лапами, но цепочка не сдвинулось с места.

— Грррр.

Кролик зарычал, глядя на меня свирепыми глазами.

Затем он оттолкнулся задними лапами, словно собираясь броситься на меня в любое мгновение.

Я закричала, опасаясь, что он снова станет огромным и нападет на меня.

— Н-не подходи!

Вжух!

В этот момент ожерелье зверя засветилось и животное застыло на месте, словно подчиняясь приказу.

— Что ты только что сделала? — Спросил Кассис, выйдя из оцепенения.

Не знаю, я и сама не могла объяснить произошедшее.

На всякий случай я снова сказала кролику:

— Сядь.

Бух.

— Встань.

Вжух.

— Сядь.

Бам.

Пока я повторяла приказы, кролик исполнял их, глядя на меня слезящимися глазами.

Видя это, я была так удивлена, что невольно воскликнула, прикрыв рот руками:

— Вау!

Невероятно, этот зверь слушается меня! Причиной, возмжно, было то ожерелье.

Ух ты, что это такое? Заключена ли в нем скрытая сила, о которой я не знаю?

Мое тело все еще окутывало золотое сияние. Возможно, оно было создано тем ожерельем?

В этот момент Элиша, находившаяся достаточно далеко, быстро подбежала ко мне, крепко обняла и расплакалась:

— Хнык… Я думала, что ты умрешь…

— Элиша, ты ранена?

Я огляделась, обхватив щеку Элиши, по ее лицу катились слезы.

К счастью, похоже, никто не пострадал.

— Угх! Эвелин еще больше запуталась, чем я!

— Я в порядке. Кассис больше…Ах! Кассис!

Я была потрясена, увидев Кассиса, который не утешал Элишу, а обливался холодным потом.

Кассис выдохнул с побледневшим лицом.

Он ободряюще улыбнулся, а затем упал, потеряв сознание.

Красное пятно на его рубаше станвилось все бльше и больше. Я быстро вырвалась из объятий Элиши и подбежала к Кассису.

Кровь лилась все сильнее. Похоже, он был серьезно ранен, получив удар от зверя.

Я обняла Кассиса и слегка встряхнула его.

—​​​​​​​ Кассис... очнись. Эй, не играй в подобные игры, это не смешно.

Сколько бы раз я ни звала Кассиса, его глаза все еще были плотно закрыты.

Мое зрение было затуманено, поскольку из глаз градом катились слезы еще до того, как я осознала, что плачу.

— Эвелин! — Крикнул Аллен, появившийся с опозданием. Рядом с ним был Пол.

Я мрачно посмотрела на них, чувствуя дискомфорт от их взглядов.

Пол уставился на Кассиса и изумленно воскликнул:

—​​​​​​​ Молодой господин!

Затем золотистое сияние, окружавшее меня, исчезло.

Что?

Внезапно я почувствовала сонливость, с которой я не могла совладать.

Я чувствую, что теряю все свои силы.

Мне казалось, что из меня наружу выплеснулись все силы, и теперь я абсолютно пуста.

Желая избавиться от сонливости, я стала энергично трясти головой, однако это не помогло, мое затуманенное сознание покидало меня.

— Ах! Эвелин!

Крик Элиши смутно звучал в моих ушах.

***

Меня окружало множество приглушенных звуков, словно я находилась в воде.

Когда звуки стали отчетливее, я медленно открыла глаза и увидела знакомый потолок. Аромат, витающий в воздухе, также был мне знаком.

Это была моя комната.

Чувствуя себя растерянной, я пыталась собраться с мыслями. Оглянувшись, я встретилась взглядом с мамой, которая вытирала глаза носовым платком.

— Боже мой, Эвелин...!

— Ах! Слава Богу!

Мой отец посмотрел на небо и поблагодарил Бога, а мама разрыдалась.

Почему-то я чувствовала тяжесть во всем теле.

Я попыталась заговорить, но во рту так пересохло, что я смогла издать лишь звук:

— Ах...

— Мэй! Принеси мне воды!

Мэй поспешила за водой по приказу графа Монстеры.

Тем временем миссис Монстера помогла мне слегка приподняться и прислониться к изголовью кровати.

Мама получила от Мэй чашку воды и поднесла ее к моему рту, помогая мне пить.

Я жадно пила воду, словно человек, только что выбравшийся из Сахары.

—​​​​​​​ Ха...

Опустошив чашку, я почувствовала, что снова могу говорить, а сознание вернулось. В следующее мгновение я ощутила боль во всем теле.

— Угх!  — Я застонала и схватилась за грудь.

Я чувствовала, что боль распространяется по всему моему телу. Что-то происходит, но я не могу понять, отчего снова теряю все силы.

— По-позови врача!

Граф Монстера вскрикнул, побледнев.

В скором времени прибежал врач, чтобы проверить мое состояние, и проверил мой пульс.

—​​​​​​​ С лечением нет никаких проблем. Травма со временем заживет, но...

Врач немного поколебался и больше ничего не сказал.

Когда граф Монстера приказал ему немедленно продолжить, у врача не было иного выхода, и он приступил к объяснению:

— Похоже, проблема заключается в чем-то ином.

— О чем ты?

— Я думаю, что было бы лучше позвать священника и проверить ее состояние. Что-то особенное поглощает энергию леди.

— Особая сила...! — закричал граф Монстера, побледнев словно мертвец.

Графиня тоже пошатнулась и чуть не упала, но служанка придержала ее и помогла сесть.

Когда я услышала слова «особая сила», я подумала о звере, с которым столкнулась во время того происшествия.

Тот самый кролик с белым мехом и красными глазами, пытающийся прикинуться милашкой и, обманув нас, поглотить Кассиса.

По-видимому, он внезапно успокоился под действием золотого свечения, излившегося из моего тела, но тогда, должно быть, что-то пошло не так.

— Папа. Мне кажется, я знаю, что это такое, — непонимающе пробормотала я.

— О чем ты говоришь?

— Кролик. Нам нужно найти этого кролика, — решительно сказала я, без долгих объяснений.

***

Поскольку я охрипла и не могла толком говорить, граф Монстера позвал Элишу, чтобы она рассказала ему все подробности случившегося.

Элиша описала внешность кролика, ответственно подойдя к этому вопросу, и не опуская ни одной детали, и в тоже время находясь в восторге от новости о том, что я очнулась.

Итак, нам нужно найти этого кролика.

Но как выяснилось, искать его не было нужды, так как кролик прятался совсем рядом.

Да, он был в саду нашего поместья.

— Кьююю, — кролик застонал, притворяясь жалким.

Священник, остановившийся в Монтесе, схватил кролика за загривок и пристально посмотрел на него.

— Это зверь.

— О Боже мой...! Зверь в Монтесе! — воскликнула миссис Монстера, пребывая в великом изумлении.

Монтес был чистым районом, в котором не могли обитать звери, а потому его появление здесь было крайне удивительным.

— Он выглядит как новорожденный зверь. Я не знаю, что случилось, но, кажется, в последнее время он потреблял много маны.

Может быть… это из-за Кассиса.

У меня были некоторые предположения о том, из-за чего кролик превратился в зверя, но я предпочла промолчать.

Кассис не разбрасывался маной направо и налево по собственному желанию.

Кроме того, он бы не пожелал создать зверя.

Думая о том, сколько неприятностей бы принесло обвинения Кассиса в создании зверя, я посмотрела на священника невинными глазками и моргнула.

Священник загнал кролика в клетку и взял его за мордочку.

— Несомненно, этот зверь пожирает божественную силу леди. Однако вопрос заключается в следующем.

Священник указал на ожерелье на шее кролика.

Я не знала, что он имеет в виду, а потому лишь молча наблюдала.

— Это ожерелье — священные оковы, которые проявляются при заключении контракта с духом.

— Что? Хочешь сказать, что Эвелин подписала контракт с этим чудовищем?

— Может быть, леди и не собиралась этого делать. Я предполагаю, что она подчинила зверя, находясь в чрезвычайной ситуации.

— ...Н-ни за что...

Губы графа Монстеры сильно затряслись. Ну, я могу его понять, ведь у меня у самой от удивления отвисла челюсть.

Что? С каких это пор у меня появилась такая сила? В романе об этом не было сказано.

Я не могла поверить словам священника.

Тем временем священник сказал нечто удивительное:

— Огромная священная сила... Если бы божественная сила леди Эвелин была посредственной, она могла бы умереть от шока, подписав контракт. Ей повезло.

О... ты хочешь сказать, что я чуть не отправилась на тот свет?

Я в изумлении уставилась на кролика от слов священника.

Кролик взглянул на меня, как будто прося пощады, его глаза были печальными.

Ты думаешь, я прощу тебя?

Я распахнула глаза и уставилась на него в ответ, словно соревнуясь с кроликом в гляделки.

Затем граф Монстера, который некоторое время молчал, спросил:

— Тогда что нам теперь делать?

— Есть два пути. Самый простой способ — убить зверя здесь и сейчас, и разорвать контракт между ним и леди. Если контракт будет расторгнут, божественная сила леди больше не будет бесконечно течь к зверю, — спокойно ответил священник.

Кролик заскулил от удивления, услышав его слова.

Он взбудоражено перебирал лапками, создавая в клетке беспорядок, и казалось, он просит о помощи.

— Убей его прямо сейчас, — ответил граф Монстера, словно не желая больше ничего слышать.

— Да, тогда...

Священник достал серебряный кинжал.

Это был инструмент, используемый священниками для наказания за особые проступки, его использовали, смочив в святой воде.

—​​​​​​​ Кьюю! Кииию!

Кролик прижался вплотную к решетке и, глядя на меня, разрыдался. Слезы навернулись на его красные глаза.

Зверь, замаскированный под этого милого кролика, повернул голову и посмотрел на меня, пытаясь вызвать во мне жалость.

— Кьюююю! Кьюююю! Кьюююю! — кролик не переставал плакать.

Этот звук был похож на крик о помощи.

Мгновение спустя священник с бессердечным лицом открыл клетку.

Я старалась не закрывать глаза.

Мое сердце бешено колотилось. Все произошло так внезапно.

Ты сейчас собираешься убить этого милого маленького кролика прямо у меня на глазах?

— Кьююю!

Кролик плакал, как будто выражал свою последнюю волю.

В конце концов, я не выдержала и закричала.