______________________

Когда герцог Хессиан готовился покинуть дворец после двух дней, проведенных с сыном, к нему в комнату зашли Даниэль и его няня, Эльза Тейлор.

Эльза была дочерью импортера из маленькой деревушки, а еще весьма привлекательной шатенкой с карими глазами. В возрасте тридцати лет, после прожитых тягостей с разводом и бездетностью, добросердечная герцогиня Хессиан приняла ее в дом в качестве няньки.

Няня одернула подол юбки и любезно склонила голову.

— Герцог, было бы так хорошо, если бы вы остались подольше.

— Мне нужно многое успеть. Я вернусь, а вы пока берегите себя, миссис Тейлор.

Герцог Хессиан, одетый в костюм и фетровую шляпу, напоследок улыбнулся и поднял квадратный кожаный чемодан.

Щеки Эльзы вмиг залились румянцем от этой улыбки. Слуги подхватили остальной багаж и последовали за мужчиной. Когда Эльза смотрела вслед уходящему герцогу, в ее глазах мелькнули скоротечные грезы.

Ей было любопытно, каково это — быть любимой им. Кажется, она всегда мечтала об этом.

Эльза Тейлор втайне хотела повторно выйти замуж за нежного и ласкового герцога, но после смерти герцогини у нее не осталось надежд.

— Папа, будь осторожен в пути.

— Не волнуйся, Даниэль. Я скоро снова навещу тебя.

Эльза посмотрела на стоящего рядом мальчика, который провожал взглядом удаляющегося вдаль отца. Он выглядел тоскливо, словно в любой момент мог расплакаться, но в его глазах на удивление не застыло ни слезинки.

— Юный господин, не печальтесь, что он снова уезжает.

— Ты права, Эльза. Я пойду отдохну.

— Давайте я помогу вам переодеться.

— Да, буду благодарен.

Молодой господин относился ко всем с уважением и вежливостью, выражал свои просьбы и благодарность, не считая, что это приказ.

Доброе отношение к остальным, независимо от их статуса, являлось основополагающей частью джентльменского и благородного духа аристократического общества.

Будучи аристократом по происхождению, Даниэль получал хорошее образование и имел чистое сердце, поэтому работа его няни не была слишком сложной. Юный господин не истерил и не капризничал, как это делали многие дети в его возрасте.

Понятное дело, что сын учится у отца: герцог истинный джентльмен, поэтому также добр к своим подопечным — хорошо им платит и оказывает должное обращение. В общем, быть няней в поместье Хессиан намного лучше, чем быть женой в любой другой знатной семье нашего современного мира.

«Это и есть настоящая аристократия. А вот мой муж…»

Эльза содрогнулась при воспоминании о своем бывшем муже, виконте Медеи.

Он был богат, но у него совершенно не имелось манер; он придерживался патриархальности и принижал всех, кто не был медейцем. Неуважение, словесные оскорбления и даже насилие были для него нормой, которую она не смогла вынести и в конце концов развелась, лишилась детей и была выгнана из собственного дома.

Для Эльзы высший свет являлся объектом зависти. И вот впервые за много лет у нее появилась причина для улыбки. Ведь если юный господин будет считать ее своей матерью, то не исключено, что и герцог Хессиан тоже начнет думать о ней иначе.

Даниэль уже собирался раздеться, как вдруг его осенила мысль, и он снова застегнул воротник.

— Хотя нет, я лучше загляну к Диане.

— Она вам так нравится, юный господин?

— Когда мы вместе, она напоминает мне мою маму. Правда, Диана не такая милая, как она, и местами даже резковата…

Даниэль положил маленькую ручонку себе на грудь, не зная, как выразить то, что было внутри.

— Как сказал мой отец, удивительно, что она выглядит точно так же, как и моя мать в том же возрасте.

— Вы тогда и с герцогом встретились?

— Да… Случайно вышло.

Эльза опустила взгляд на пол. Она видела леди Парсен* лишь издалека, но определенно заметила схожесть с покойной герцогиней.

Даже если у нее уже есть жених, что, если она передумает?

Вдруг ей захочется, чтобы за ней ухаживал сам герцог Хессиан, который зарабатывал огромное состояние на государственных кораблях, а не бежавший из родины человек, потерявший состояние и герцогство?

Сердце Эльзы драли ветры тревог. Если в Диане и впрямь текла медейская кровь, то она вполне могла предпочесть себе соотечественника-медейца.

Эльза вызвала дворцовую служанку, чтобы та провела юного господина в комнату Дианы, а сама уселась в кресло и, прикрыв глаза, вздохнула.

Люди — хитрые существа, использующие слабости и несчастья других, чтобы манипулировать ими и получать желаемое. Ей это определенно не чуждо.

Она подумала, не заслуживает ли она большей чести, заботясь о Даниэле и чуть ли не заменяя ему мать?

***

В итоге Даниэль остался в Темпширском дворце.

И всякий раз, когда Ной был занят работой, я проводила время с этим очаровательным мальчишкой: мы соревновались в нардах, рисовали и читали.

Сейчас, к примеру, у нас прогулка в саду. Я показывала Даниэлю прорастающие вишневые почки, покрытые снегом:

— Поглядите. Скоро это будут плоды.

— Значит и весна скоро наступит?

Даниэль захотел посмотреть поближе, и я попыталась поднять его, чтобы показать, но он сопротивлялся. Меня с детства заставляли заниматься тяжелой работой по дому, и даже если бы я была самой сильной на планете, мне никогда не поднять этого ребенка.

— Боже, у меня сейчас руки отвалятся.

Потирая затылок с тоскливым выражением лица, я обернулась, когда неожиданно почуяла знакомый аромат свежих цветов.

Королева Грейс, одетая в пурпурную атласную мантию и шляпу, наблюдала за нами вместе со своими служанками. Мы с Даниэлем поспешно направились к двери, и она приветливо улыбнулась нам:

— Чем занимались?

— Я показывала юному господину побеги вишни.

— Ты, наверное, хотела показать ему их поближе. Надо же, наш Даниэль растет быстрее своих сверстников.

Они, должно быть, видели, как я пыхтела, с трудом поднимая юного господина…

— Королева! — воскликнул Даниэль, глядя своими ярко-красными глазами на королеву, у которой слегка поднялись брови от удивления. Ах, это так мило выглядит. Королева прикрыла появившуюся улыбку рукой, умиляясь подбегавшему к ней юному господину и приобнимая его.

— Мальчик мой! Так рад меня видеть?

— Да. Вы сегодня прекрасны, как и всегда.

Королева Грейс смотрела на Даниэля так, словно в любой момент могла растаять. Прямо как сладкая конфета.

В Темпширском дворце каждый был рад юному господину. Поддавшись очарованию этого мальчишки, придворные, слуги и даже сама королева дарили ему разного вида сладости: изысканный шоколад, карамель и пастилу. Честно, я тоже придерживалась данной позиции, поэтому была очень рада, что Даниэль стал всеобщим любимцем.

***

Помимо времяпровождений с юным господином, я также продолжала посещать одно адское чаепитие за другим. На этот раз мой любимый жасминовый чай казался особенно терпким. А все потому, что на сегодняшнем чаепитии присутствовала принцесса Эрика. И все бы ничего, но меня очень сильно смущала ее новая прическа…

— Принцесса, вы подстриглись? Неужели такое сейчас в моде?

— Может, и мне так?

— Принцессе очень идет!

Женщины отметили преображения в принцессе, добавляя множество комплиментов. Она подстригла волосы по плечи немного длиннее, чем у меня, а ее сегодняшнее платье очень похоже на те, что обычно носила я. Из-за всего этого мне стало не по себе, и по моему телу не раз пробежались мурашки.

Единственным моим счастьем было то, что на чаепитии, как всегда, присутствовала королева, и принцесса Эрика никак не стала действовать мне на нервы или делать какие-либо замечания.

— Итак, мисс Диана, как вы познакомились с вашим женихом? — поинтересовалась дама, сидевшая напротив меня. Она ухмылялась, должно быть, уже представляя в голове мой ответ.

Ее щеки пылали. Конечно, в этом мире женских посиделок нет ничего увлекательнее, чем слушать о чьей-то личной жизни. «Меня похитили», — мысленно ответила я, замешкавшись, стоит ли так говорить.

— Мы случайно познакомились.

Лицо королевы напряглось от такого ответа. Набирая кусковой сахар для чая, она улыбнулась и будто заглядывала мне в душу:

— Бывает же такое.

Что за неловкое выражение лица при упоминании Ноя? Одно дело, когда у принцессы лицо кислое, но с ней-то что не так..?

Меня еще не покидало чувство, что королева положила на меня глаз, поскольку ее неоднозначные взгляды и поглаживания были крайне подозрительными.

Тем временем вопросы остальных женщин начали сыпаться на меня как снег на голову, причем та дама напротив меня лидировала в их количестве.

Все жаждали подробностей: о том, было ли кольцо, которое я ношу, подарком на помолвку, или о том, как мне сделали предложение.

Лица присутствующих краснели от удовольствия по мере того, как шли минуты, а моя социальная батарейка расходовалась в режиме реального времени. Еще чуть-чуть и я бы точно потеряла сознание. Кажется они выдавили из меня все.

После чаепития, больше похожего на допрос, я заметила Ноя, который пришел забрать меня будто это было само собой разумеющимся.

Принцесса Эрика первой покинула сад и прошла мимо него, не поздоровавшись, как это было обычно. Но и Ной не обратил на нее ни капли внимания — вместо этого его взгляд был прикован ко мне.

Он повернулся в мою сторону и лениво наклонил голову:

— Думаю, нам пора вернуться домой.

— В особняк? Но почему?

— Говорил ведь: здесь слишком много раздражающих факторов.

— Я согласна, но надеюсь, ты это не про Даниэля.

— Он немного надоедливый, но я ценю его искренность.

Плотные губы Ноя смягчились, и он улыбнулся.

Что ж. Не думаю, что он ненавидит Даниэля.

— Угу. Хорошо.

Я кивнула на его предложение. Не то чтобы мне тут не нравилось, наоборот — я бы с радостью продолжила поиск новых друзей. Просто я устала. Очень. Все же, я счастлива, что услышала эти слова.

Сначала мы с Ноем нанесли визит королеве. Она настоятельно посоветовала мне регулярно посещать чаепития, которые проводятся раз в неделю.

— Ох, и еще. Раз вы теперь жители Медеи, было бы чудесно, посещай вы ежемесячные балы.

Должно быть, люди зовут это «одержимостью». Я смотрела на безмятежное лицо королевы, растерявшись.

— Да, ваше Величество…

***

На следующий день я встретилась с Даниэлем, чтобы сообщить ему о своем возвращении в особняк. Этот прелестный ребенок выглядел так, словно потерял все на свете.

— Ты правда уезжаешь..?

— Я здесь уже давно, и мне пора обратно, но не волнуйтесь — я еще приеду.

— Нет, — ответил он. Его красные глаза расширились, и из них потекли слезы. Губы Даниэля задрожали, едва сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Но, в конце концов, он все же расплакался: — Ува-а! Почему мы должны вот так расстава-а-аться?

— Мы не расстаемся; дворец находится недалеко от моего дома. Я обязательно буду вас навещать.

— Мой отец тоже так говорил, но так и не навестил! Поэтому я не верю тебе. Я сделал что-то не так?

О боже. Юный господин так печально рассказывал о своем отце, будто считал каждый день с момента его отъезда, отчего мне самой стало как-то неловко уезжать. Как же грустно, что здешние шестилетние дети могли вот так просто понимать и чувствовать сложные эмоции.

— Нет. Нет, нет, нет!  —  торопливо ответила я. — Вы же обещали, что больше не будете плакать, м? Я обещаю — я буду приезжать во дворец раз в неделю.

— Точно обещаешь?

— Клянусь.

Он крепко обнял меня, грустно смеясь.

— Диана, нет, сестренка, можно я буду навещать тебя, когда захочу?

«Сестренка»! Это слово разрослось по всему моему сердцу. Удивительно, что ребенок называет меня «сестренкой», несмотря на то, что наша разница в возрасте составляла примерно лет двадцать.

— Конечно! Приходите в любое время.

Я успокоила юного господина, который нахмурился и еще некоторое время держал меня в объятиях.

После я вернулась в комнату.

Ной читал книгу, откинувшись на спинку дивана, но завидев меня, сразу встал. Я уже собиралась рассказать ему о недавно произошедшем, как вдруг он внезапно отложил книжку и первым спросил:

— Маленький Хессиан, наверное, разрыдался, узнав, что ты возвращаешься домой.

— Да. И все же, он еще ребенок. А это больно — видеть слезы детей; и особенно, когда они, к примеру, сталкиваются с проблемами в семье.

— Хм. Значит ли это, что ты к нему привязалась?

— Ну, в наше время многие дети просто очень красивые… так что, да?

Раньше я была равнодушна к детям, но чем больше внедрялась в этот мир, тем кардинальнее менялось мое мнение. Наверное, это началось с моего малейшего проявления интереса, когда я познакомилась со знатными дамами на чаепитии — они то и дело щебетами о «прелестях материнства».

Однако среди детей были и мои личные исключения: хулиганы и прочие пакостники. К счастью, большинство воспитанников дворянских семей были вежливы и добродушны, отчего и выглядели мило и скромно.

— А ты хочешь?

Я наклонила голову на непонятный мне вопрос. Про что это он? Все еще не оставляет попыток сделаться отчимом Даниэля? Я уставилась на него в недоумении, как он может усыновить ребенка, находясь на данный момент в кризисе.

— Хочу… чего?

Ной лениво улыбнулся на мой вопрос. То, что он ответил, загнало меня в тупик:

— Я имел в виду ребенка. Кажется, в последнее время они начали тебе нравиться.

Быстро пониженный голос заставил мои плечи содрогнуться, а сердце в груди — сжаться. Легкая резь в уголке глаза сегодня ощущалась более ярко.

Нет, я чувствую ее не первый раз, но кто знал, что еще вдобавок у меня тут же потемнеет в глазах.

_____________________

*Одна из многочисленных фамилий Дианы, напоминаю. В Темпширском дворце она представилась именно как Парсен.