Они сидели у Кико на балконе. Внизу лениво шумел город, на столе между ними тлела пепельница, рядом — две чашки с остывающим чаем. Алиса закурила, и пепел медленно осыпался, когда она наконец заговорила:

— Я всё запутала, да?

Кико молчала секунду, потом села ближе, укрывая плечи Алисы пледом.

— Нет, ты просто впервые выбрала себя. И это, чёрт возьми, достойно.

Алиса опустила взгляд, губы дрожали.

— Почему всё стало так сложно… Я боюсь быть с ним. Но без него — пусто.

Кико коснулась её руки:

— Быть любимой — тоже мужество. И ты его нашла.

Алиса перевела взгляд — в глазах Кико была странная нежность. Тепло, немного грусти, и что-то, о чём та пока не говорила вслух. Но Алиса поняла. Почти почувствовала это кожей.

Молчание затянулось. И вдруг — не слова, а кивок, жест — как между близкими, кто знает, что будет рядом, даже если сердце рвётся к другому.

Кико тихо поправила плед на плечах Алисы. Ветер с улицы прошелестел в листве, но внутри всё было спокойно.

— Он делает тебя живой, — сказала Кико. — Это видно. Ты изменилась рядом с ним… в хорошем смысле.

Алиса улыбнулась, чуть смущённо:

— Знаешь, я раньше боялась быть собой. С Ясу — будто можно дышать. Он смотрит на меня, и я чувствую… что всё, даже мои слабости, имеют место.

Кико кивнула. В её глазах мелькнуло что-то ещё — не ревность, не боль, а тоска по неизбранному.

— Ты знаешь, — тихо сказала она, — иногда я думаю… если бы я встретила тебя раньше.

Алиса замерла. Сердце застучало сильнее.

— Кико…

Та слегка улыбнулась, положила ладонь на руку Алисы.

— Не волнуйся. Я не прошу чего-то. Просто хочу быть рядом. Быть тем, кто не отпустит, даже когда ты выбираешь другого.

Алиса не сразу нашла слова. Она просто прижалась к Кико, щекой к её плечу. Горячая тишина окутала их. Была в этом ночь — не ревность, не борьба, а любовь. Тихая, взрослая. Способная быть рядом, даже если не в центре сердца.

Они долго сидели в тишине. Алиса что-то рассказывала про Ясу — как он учит её новым аккордам, как смешно щурится, когда сосредоточен. Кико слушала. Слушала слишком внимательно. Слишком глубоко.

Но внутри — всё было не так просто.

Она ловила каждую интонацию Алисы, каждое слово о нём — как порезы по коже. И чем ярче светилась подруга, тем сильнее темнело внутри неё.

"Я ведь тоже хочу быть тем, кто даёт ей свет… но ей нужен он."

Улыбка на лице Кико не дрогнула, но пальцы незаметно сжались в кулак. Она не завидовала Ясу — она завидовала самой Алисе. За её смелость любить, за то, как она позволила себе быть уязвимой.

— Иногда, — сказала Кико, опустив взгляд, — я думаю, что не родилась для любви. Знаешь, есть такие… которых все считают сильными. И они должны быть рядом. Но никогда не в центре. Никогда — любимыми.

Алиса подняла голову, слегка нахмурившись:

— Это неправда.

— Может быть… — выдохнула Кико. — Но я слишком боюсь проверить. Потому и остаюсь тем, кто просто рядом.

Алиса потянулась к ней, сжала её ладонь:

— Я не хочу, чтобы ты была «просто рядом». Ты важна. И я это чувствую всем сердцем.

Слова тронули глубже, чем Кико ожидала. Её глаза наполнились влагой, но она быстро вытерла их рукой.

"Если я начну плакать — я не остановлюсь."

— Тогда не исчезай, ладно? — прошептала она. — Даже если я буду вести себя глупо. Даже если буду терять себя. Просто… не уходи.

— Обещаю, — сказала Алиса. — Я рядом.

И в этой ночной тишине, в мерцании далёких огней и невысказанных чувств, обе понимали — это было больше, чем дружба. Это была любовь, у которой не просили взаимности. Только — присутствия.