Обычно говорили, что никто не мог знать, куда заведет его жизнь. Это высказывание, бывшее так часто слышимым, было свидетельством для многих лиц, обнаруживших, что проживали жизни, которые они в прошлом никогда не представляли.

Зиксу, рожденный и выросший в королевской столице, не был исключением. Ни при поступлении в военную академию, ни при выпуске и поступлении на службу королю, он никогда не ожидал, что станет истребителем мраков в старейшем в мире городе удовольствий.

Иредэ, город мифа. Город прекрасной выпивки, мастерски исполняемых искусств и святых куртизанок. В интересах точности, однако, Зиксу ныне не было в Иредэ, где задерживались остатки былых эпох, но, вместо того, внутри кое-какого салона в кое-каком поместье в королевской столице.

Зиксу вошел в салон в заранее обговоренное время, и теперь пил чай, что был накрыт внутри. Вас Веррилосия сидел диагонально напротив него, выглядя отчасти впечатленно.

"Я должен признать." - Сказал молодой дворянин. - "Я честно не ожидал, что вы владеете неоходимой тактичностью, чтобы заранее спросить моего совета."

"Окружающие меня довольно резко отзывались о моей тактичности, так что..." - Зиксу замолчал.

Двое мужчин были внутри поместья Веррилосия, тогда как глава домовладения, Сари, осталась в Иредэ. Зиксу, фактически, держал этот визит в секрете от нее, так как его цель прихода сюда имела отношение к ее дню рождения в следующий день.

Раздался стук в дверь салона, которая затем открылась, позволяя торговцу войти.

"Мои глубочайшие извинения за ожидание." - Сказал он, глубоко кланясь при этом.

Торговец, фактически, прибыл точно во время.

Зиксу встал со своего места.

"Все нормально." - Сказал он. - "Извините за внезапную просьбу. Я знаю, что она была неразумной."

"Вовсе нет. Это меньшее, что я могу сделать; я сильно признателен патронажу благих Веррилосцев." - Торговец поклонился Васу, оставшемуся сидеть. - "Пожалуйста, обращайтесь ко мне, когда пожелаете."

Затем торговец развернул ткань на столе перед двумя мужчинами, и начал раскладывать на нем товар, который он принес с собой. Каждая позиция была уникальным самоцветом или ювелирной работой без равных.

Завтра вечером в Бледной Луне, будет проведен скромный банкет для празднования дня рождения Сари. Зиксу, однако, провел последние несколько дней в королевской столице по своим обязанностям, и посетить его будет непросто. Соответственно, он подумывал, что ему следует хотя бы принести Сари подарок - но так и не смог определиться с выбором.

В конце концов, Зиксу повернулся к Васу и заявил. - "Я бы хотел найти хороший аксессуар, чтобы дать Сари. Не сможете ли вы представить меня поставщику?"

Обычно, Зиксу бы спросил брата Сари, Тома, о таких вопросах, но мужчина ныне тоже был в Иредэ. И, поскольку Зиксу также намеревался проверить состояние травм Васа - полученных во время проблемы с золотым волком - он обнаружил, что посылал письмо Веррилосцам.

"Вы хорошо поправляетесь?" - Спросил Зиксу.

"Я полностью вернулся в норму," - Ответил Вас. - "хотя онемение в моих конечностях будет месяца три или около того. Если сила Эвери не была бы мне одолжена, я был бы мертвецом. Ныне, худшее, с чем мне приходится иметь дело, - это периодическая головная боль."

Вопреки спокойствию Васа, Зиксу почувствовал себя виноватым - молодой Веррилосец был травмирован, защищая его. Вас, вероятно, ощутил этот сентимент, ибо он сделал возмущенное выражение.

"Это *все еще* у вас на уме? Мне уже достаточно ваших извинений. Тогда я просто сделал очевидный выбор; вероятность моего выживания была выше. Если наши положения были бы наоборот, вы бы сделали тоже самое."

"Да, но..."

Зиксу знал, что Вас имел больше причины для беспокойства за него. Молодой Веррилосец говорил много раз: "Если что-то с вами случится, Эвери будет вне себя." И все же, судя по продолжительной тревоге и беспокойному состоянию Сари, пока Вас был прикован к постели, заявление было таким же верным для него, как и для Зиксу.

Торговец закончил раскладывать товары, усердно занимаясь их расстановкой, пока двое молодых мужчин разговаривали.

"Моей первой рекомендацией было бы это кольцо..." - Начал он.

Начиная с кольца с насыщенно-зеленым самоцветом, торговец вежливо, но тщательно описал каждую позицию, которую он выложил. Зиксу, чье знание о ювелирных изделиях было несуществующим, слушал внимательно, задавая простейшие вопросы каждый раз, когда он приходил ему в голову.

Вас таращился на Зиксу со смесью изумления и уважения в глазах.

"Наблюдение за вами никогда не надоедает." - Отметил он. - "Что *вы* собираетесь делать, раз теперь вы знаете метод правильного хранения?"

"Я просто проверяю." - Ответил Зиксу. - "Я подумал, что было бы неудобно, если я бы дал ей что-то сложное для обслуживания."

Ювелир выглядел изумленным от его слов, но Зиксу был при мнении, что дать Сари подарок, что окажется только неприятностью, было бы ставить телегу впереди лошади. В идеале, он нашел бы что-то хорошего качества, что было бы легко обслуживать, что продержалось бы долго, и что все еще могло быть обменено за кругленькую сумму, когда ей это бы больше не понадобилось.

Когда Зису так и сказал, Вас серьезно кивнул. - "С таким менталитетом, я глубоко впечатлен, что вы все еще смогли прийти ко мне за советом. Для меня кажется более вероятным, что вы выбрали бы подарок сами, и после вашего тщательного рассмотрения, он все еще был бы неправилен."

Зиксу заколебался. - "Я...прежде делал так несколько раз, да."

Каждый раз, когда раньше давал Сари подарки, его государь, его товарищи офицеры и Тома практически критиковали его за это. "Почему ты вообще это выбрал?" часто повторялось, вместе с "Ты не сделал ничего неправильного, полагаю, но ты также не мог сделать это более неправильно!" и "У тебя нулевое понимание того, как работает сердце женщины."

Сама Сари всегда счастливо принимала его подарки, но это было скорее продуктом ее терпения как человека, чем вкуса Зиксу.

Он хотел хотя бы дать ей приличный подарок на день рождения.

"Уже семнадцать..." - Размышлял Зиксу. - "Время так быстро идет."

"Почему вы говорите так, будто вы ее родственник?" - Спросил Вас. - "Я уверен, что вы осознаете, что семнадцать - это подходящий брачный возраст для дочери из дворянства. Пожалуйста, сделайте что-то с этим."

"Я не думаю, что нужно ее в этом заставлять."

"Я с *вами* разговариваю."

Пока их разговор постепенно переходил в другое русло, выражение ювелира становилось более и более беспомощным. Зиксу определенно не звал его сюда быть витриной, поэтому он почувствовал вину за то, что встревожил мужчину. Он повернулся обратно к разложенным ювелирным изделиям и самоцветам - и затем заметил тонкий, неоткрытый футляр в сумке мужчины.

"Что это за футляр?" - Спросил Зиксу.

"А, это кое-что, что совсем недавно поступило..." - Мужчина открыл ткань, покрывающую тонкий футляр, пока говорил. Внутри были две крупных, необработанных жемчужины. Их блистательно-белое сияние содержало оттенок блестящего серебра.

"Для жемчужин довольно редко вырастать такими крупными естественным образом." - Сказал Вас с восхищением.

"Я возьму их." - Сказал Зиксу.

"Хм?" - Деловая улыбка ювелира застыла.

"Пожалуйста, не будьте таким поспешным." - Сказал Вас, звуча раздраженно. - "Забота о сырых жемчужинах довольно хлопотна, знаете ли."

"Ну..." - Зиксу сделал паузу. - "Мне очень жаль. Но, думаю, они - подходящий подарок."

Одного взгляда было достаточно, чтобы он сказал, что жемчужины подходили Сари намного больше любого другого самоцвета. Зиксу был убежден, что они будут скорее увеличивать ,чем отнимать, чисто-белый ее внешности. Он взял футляр и вблизи рассмотрел две жемчужины.

"Я возьму обе. Необработанные - это хорошо."

"К-Как пожелаете."

Ювелир назвал цену, что была довольно высока, но Зиксу организовал оплату без особых проблем. Как только мужчина ушел, поклонившись и поскребшись в признательности, Вас - наблюдавший за всем мытарством от начала до конца - заговорил, еще раз звуча впечатленно.

"Я ожидал, что вы будете более растерянным и нерешительным над тем, что выбрать. Ваша решительность удивляет меня."

"Я сделал неверный выбор?" - Спросил Зиксу.

"Нет, я одобряю. Вместо обработанного изделия, что не может быть изменено, Сари сейчас может делать с ними все, что пожелает. Более того, ваше опасение насчет их заботы - излишне; вы можете быть уверены, что она должным образом позаботится о своих ювелирных изделиях, независимо от того, насколько требовательным может быть каждое конкретное изделие. Ибо она - принцесса Веррилосия."

"Тогда...извините мою ошибку." - Зиксу засунул футляр в нагрудной карман. Теперь, когда он подумал об этом, это в самом деле было смехотворно, чтобы считать свое грубое Я в тех же терминах, что и знаток Сари. - "Благодарю за ваше согласие на мою внезапную просьбу. Я бы хотел выразить признательность более формально, но, сначала, я должен доставить их в Иредэ."

"Доставить?" - Повторил Вас. - "Вы собираетесь лично?"

"Конечно. Это наименьшая вежливость, что я могу показать, поскольку я не могу присутствовать."

До Иредэ дистанция не была незначительной, но если Зиксу бы обошелся без сна, тогда он смог бы добраться туда до праздничного банкета, чтобы доставить ей подарок и вернуться в столицу, не отходя от своих обязанностей. Его государь уже дал ему разрешение на это намерение.

Но хотя Зиксу и считал это самим собой разумеющимся, Вас одарил ему взгляд изумления, щуря левый глаз на него.

"Если это было бы кто-то другой, а не Эвери," - Сказал он. - "то он бы не заметил эту вашу заботу, учитывая то, что вы не показываете ее на поверхности. Позвольте мне предсказать ваше будущее: если вы когда-нибудь женитесь на женщине, очарующейся только вашим внешним видом, отношения рухнут в течени года."

"Почему вы вдруг пророчествуете мое будущее...?"

"Чтобы в один прекрасный день, надеюсь, вы перестанете пренебрегать нашей принцессой."

"Я не делаю ничего подобного."

"Полагаю, что действительно, с вашей точки зрения." - Вас небрежно помахал рукой. - "В любом случае, вы, должно быть, заняты. Мне ненужна ваша признательность; потратьте эту свободную энергию на Эвери."

Зиксу, зная, что молодой мужчина показывал собственное внимание по-свойски, поблагодарил его и покинул поместье Веррилосия.

Причина, по которой Зиксу, истребитель мраков Иредэ, смог выбраться из города на несколько дней, была простое: они были в периоде, когда мраки не проявлялись. От полумесяца до полного, сила Сари держала их полностью их сдерживала.

Поэтому, Зиксу работал как офицер впервые за порядочное время. И все же, в отличие от того, когда он в последний раз исполнял эту роль, недавно, состояние международных дел начало показывать признаки небольшого изменения.

Примерно последние шестьдесят лет, континент - включая Торлонию, страну, которой служил Зиксу - наслаждался периодом мира. После прошлого, запутанного войнами и стычками, державы континента достигли политического и коммерческого баланса.

Однако, этот баланс, мало-помалу, становился нестабильным.

Разведка докладывала, что множество стран укрепляли состояние своих вооруженных сил и повышали частоту их тренировок. Некоторые устраивали демонстрацию силой на границах. В добавок, ячейка убийц неизвестных корней проникла в королевскую столицу - это было проблемой, с которой Зиксу поручили справиться. Он знал, что, без помощи предвидящей и дальнозоркой девы короля, он был бы постоянно на шаг позади добычи.

Упомянутая дева сказала Зиксу, что у него есть время, чтобы совершить поездку в Иредэ, поэтому он намеревался положиться на ее соображение. Хотя, точнее говоря, поскольку его абсолютно первым приоритетом была Сари - по приказу короля, даже - было бы, вероятно, более точно сказать, что он был обязан ей своим временным отпуском.

Что до самого Зиксу, он желал оставаться в Иредэ как возможно дольше; не было уверенности, когда золотой волк опять появится. Однако, Сари была довольно решительной, касаемо данного вопроса. *"Я постараюсь, что в следующий раз я буду ему равна, иил даже больше него. Поэтому, вас следует действовать свободно."* Тем не менее, хотя Зиксу не намеревался воспользоваться преимуществом ее усилий, Иредэ был знаменитым городом удовольствий - факт, что делал его случайной жертвой искр, летящих из огней намеренного раздора.

В один день, шпион вошел в Иредэ по следу влиятельной фигуры другой страны, посещавшей город. Когда ополчение обнаружило шпиона, занимающего пустой дом, это было тем еще беспорядком. Зиксу был при мнении, что это было его ролью, чтобы работать вне Иредэ в качестве его внешнего авангарда, чтобы предотвратить такие инциденты.

Покинув королевскую столицу в ночи и проведя полноту дня, путешествуя по дороге на лошади, Зиксу добрался до Иредэ так быстро, как было, в целом, возможно. Он прибыл вечером, как раз в то время, когда предприятия начинали зажигать фонари, и направился прямо в Бледную Луну. Пока он шел через сумеречные главные улицы, жители города временами обращались к нему.

"Вы собираетесь отпраздновать день рождения Госпожи Бледной Луны, Господин Истребитель Мраков?"

"Деве уже семнадцать, хм? Хорошо позаботьтесь о ней, слышите?"

"Готов поспорить, что формальное кимоно принцессы - стоящее зрелище!"

Их слова были полны привязанности к Сари. Хотя они не знали ее истинную натуру, они дорожили ей как собственную принцессу города, и они видели Зиксу как того, кто был близок к ней.

Праздничный банкет, проведенный в Бледной Луне, был скромным, и были приглашены только близкие к Сари, но для жителей города это было примечательным событием. Зиксу подозревал, что сам день был счастливым для них. Вечерняя активность казалась насыщеннее и более полной жизни, чем обычно.

Проскользнув через суету, делая вежливые приветствия, пока он шел, Зиксу прибыл в усадьбу Бледной Луны.

Куртизанский дом выделял безмятежность, что превосходила обычную, и несметный массив цветов был расположен вдоль пути от врат до входа. Были ли они крупнолепестковыми разновидностями в горшках или цветастыми букетами, каждый нес имя предприятия или лица, бывшего отправителем. Признательность, которую они показывали, казалась направленна на город удовольствий Иредэ как таковой - но с той стороны, что не предназачена для посетителей.

У свисающего фонаря стояла служанка, с коей Зиксу был знаком, и ее глаза распахнулись от шока при его виде.

"Извините." - Извинился он. - "Я знаю, что рано, но можно мне увидеть Сариди?"

"Если вы желаете увидеться с владелицей, она подготавливается в своей комнате."

Служанка раздвинула входную дверь, что Зиксу воспринял как разрешение на вход. Хотя он и знал, где было дополнительное здание, в котором жила Сари, это было первым разом, как он будет посещать его в одиночку. Он поблагодарил служанку, снял обувь, затем пошел к соединительному проходу между Бледной Луной и ее дополнительным зданием. У маленького здания было два этажа, и оно было расположено позади самой усадьбы, глубоко в заднем саду. Когда Зиксу поднялся по глянцевой обшивке лестницы, он добрался до пункта назначения и постучал в дверь.

Ответ девушки раздался изнутри. - "Да? Кто там?"

"Это я."

"Хм? Зиксу?" - Удивление в голосе Сари было очевидным, но она быстро пришла в себя. - "Пожалуйста, входите."

Зиксу был пойман врасплох; он ожидал, что она выйдет и поприветствует его. И все же, это он был посетителем. Он открыл незапертую дверь - и сразу понял, почему Сари не вышла сама. Она сидела перед комодом, нося не обычное кимоно, но *фурисодэ* с узором из синих бабочек - стиль формального кимоно с длинными, свисающими рукавами.

Блестящий серебряный волос, удерживаемый на месте черной вычурной шпилькой из самшита.

Голубые глаза, ясные и глубокие, и гладкая кожа, с которой белый фарфор бледнел в сравнении.

Красота без единого изъяна.

Нетронутое достоинство Сари, вероятно из-за ее прекрасно продуманного наряда - идеально подходившего для праздничного случая - а макияж, казалось, достиг полного цветения.

Конечно, с точки зрения Зиксу, еще с момента их самой первой встречи, то, что она владела таким достоинством, никогда не было под вопросом. Пока он стоял там, плененный ей вопреки самому себе, Сари одарила его озадаченным взглядом.

"Зиксу? Что случилось?"

"Нет...ничего. Извините."

Зиксу был тем, кто навязывался ей своим визитом; с его стороны было бы грубо просто стоять там и таращиться на нее. Извинившись, он вошел в комнату и показал маленький футляр, содержащий жемчужины.

"Благодарю за ваше приглашение, но я не смогу присутствовать на празднике. В столице есть проблемы, о которых мне нужно позаботиться."

"Ох, серьезно? Очень жаль."

"Вот, подарок."

Сари наклонила голову, чтобы рассмотреть футляр, который Зиксу оставил на полке. Он ожидал, что она откроет его позже, так как она ныне была занята подготовкой для праздника, но едва ли прошел момент, прежде чем она потянула руку в его сторону.

"Можно открыть?"

"Конечно."

Зиксу передал Сари футляр, и она открыла его с огромной осторожностью. Ее ясные голубые глаза расширились, отражая необработанные жемчужины, с которыми они были встречены. Вероятно, из удивления, она не сказала ни слова - факт, что заставил Зиксу чувствовать себя неловко. Он подумал, что, даже если Вас одобрил подарок, вероятно, что ему следовало выбрать что-то более надежное.

"Если хотите," - Сказал Зиксу. - "я могу сделать из них что-то, что вы сможете использовать, прежде чем вернуть их вам. Вроде зажима для кушака кимоно, или шпильку."

"Нет, они прекрасны. Спасибо, Зиксу."

Внутренне, Зиксу издал вздох облегчения; Сари казалась счастливой. Она прежде никогда не выказывала неодобрение о любом из его подарков, конечно, но в день, такой как этот, он не мог не чувствовать себя нервным.

Вопреки этому, однако, похоже, что его выбор был хорошим. Зиксу высказал Сари хорошие пожелания и собрался уходить, но она попросила его остановиться и он повернулся обратно.

Сари протягивала губную кисточку в его сторону. - "Пока вы здесь, не могли бы вы нанести мои румяна?"

"Я?" - Зиксу взял кисточку из чистого рефлекса, после чего увидел, что румяна уже были нанесены на ее кончик.

Поскольку Сари сидела перед комодом, она, должно быть, накладывала последние штрихи на свой макияж. И все же, оставлять это на него - было слишком огромной ответственностью для него.

"Вам следует сделать это самой." - Сказал Зиксу. - "Я могу неправильно его нанести."

"Все нормально." - Сари улыбнулась, закрыла глаза и подняла подбородок.

Зиксу задавался вопросом, значила ли ее уверенность, что она могла с легкостью исправить любую сделанную им ошибку. Он представил себя, случайно попавшего румянами на ее фурисодэ, и почувствовал себя пораженным. И все же, он не мог заставлять ее ждать. Закаляясь, он снял перчатку с левой руки и вытянул ее, поддерживая ее тонкую челюсть.

Осторожно, намеренно, как будто то, чего он касался, было важнее всего остального, он провел кончиком кисточки по румянам, которые она уже наложила на свои губы.

Длина ее серебряных рестниц и мягкость ее закрытых век грозила Зиксу отвлечением от его задачи. Он крепко сжал рот.

Губы Сари, так напоминающие лепестки цветка, постепенно начали принимать еще больше цвета. Зиксу почти чувствовал, как будто он касался секрета, которого никто не мог касаться, и заставлял себя подавлять беспокойность, поднимающуюся изнутри него. Он почти издал маленький вздох, но проглотил его, чтобы он не пал на девушку под ним.

"Так, готово..." - Сказал Зиксу. - "Наверное."

"Спасибо."

Зиксу подумал, что он не наложил слишком много или мало, но как раз достаточно, единообразно. Он мог сделать его немного глянцеватым, но это могло так казаться только из-за естественного глянца, которым владели губы Сари. Когда он вернул губную кисточку, она прохихикала и поблагодарила его. Она не проверяла свою внешность в зеркале, вероятно, потому что она была способна сказать по одному лишь чувству, что он не сделал ошибки.

Сари сладко улыбнулась. - "Мне жаль, что вам пришлось так напрячься. Но рада, что вы пришли."

Зиксу сдержал удивление. Это не было словами, которые кто-нибудь сказал бы за нанесение румян; Сари, должно быть, говорила о вынужденном темпе, который он поставил для себя, чтобы вернутсья в Иредэ. Хотя он это вовсе не упомянал, она, должно быть, осознала, что он пришел весь путь сюда на хребте лошади только ради этого. Зиксу не был уверен, было ли это ее интуицией как владелицы, которая ей сказала, или чем-то еще, но он знал, что она была намного более настроена на эмоции других, чем он.

Голубые глаза, несущие намек на сияние, моргнули. - "Будьте осторожны в возвращении. О, и не проводите там слишком много времени с какими-либо женщинами. Это может быть опасно."

Предупреждение было облачено в шутку, но - вероятно из-за слабого света внутри глаз Сари - оно прозвучало как смертный приговор.

Зиксу не знал, было ли это потому, что у нее был прогресс в согласовании себя с ее истинной натурой, но, в последнее время, моменты, когда фрагмент ее божественного Я проглядывался несмотря на то, что в остальном она выглядела как обычно, происходили с растущей частотой. Ее истинная натура - Сариди - объединялась, переходя от гордой юной девушки, какой она показалась ему вначале, к уверенной и непостижимой куртизанке. Без сомнения, это было результатом ее собственного представления, кем ей следует быть.

При этом, Зиксу не планировал связываться с женщинами, со смертным приговором или без. Его государь даже не оказывал на него ни малейшего давления, чтобы он вступил в брак по расчету; с момента инцидента на званном вечере.

"Проблема в столице не должна занять много времени на решение." - Сказал Зиксу. - "Я скоро вернусь."

"Угу. Не делайте ничего опасного, ладно?"

Раскрашенные красным губы улыбнулись ему.

Зиксу имел смутное чувство, что оставаться дольше в комнате Сари было бы плохо. Он поклонился ей, сказал необходимый минимум слов, которые все еще бы защитили его вежливость, и быстро ушел.

Он чувствовал, как будто его левая рука, все еще без перчатки, все еще сохраняла ощущение, когда он ее касался; слабая теплота, что все еще там оставалась. Когда Зиксу заметил это, он нахмурился на собственный недостаток приличия.

Четырьмя днями позже, когда Зиксу вернулся из столицы, Тома был одновременно изумлен и раздражен. *"Что значит, между вами ничего не было?!"*

Зиксу чувствовал, как будто взгляды, которые жители Иредэ направляли на него, содержали тот же самый вопрос...но он очень надеялся, что это просто было его воображением.