На гладкой поверхности озера появились пузырики, от них в разные стороны побежала рябь. Движение воды становилось все отчетливее, словно что-то желало вырваться из объятий озера. При близком рассмотрении это оказалась женщина в белом.
Гон Циняо* была изнурена, исчерпав все свои силы без остатка в попытке выбраться на берег из озера, поэтому села медитировать, скрестив ноги.
(*宫青爻, 爻— означает линии восьми триграмм, которые используются в даосской космологии, чтобы представить фундаментальные принципы бытия).
Это тело было слишком слабым.
И оно не принадлежало ей. Ранее, сражаясь с врагом на вершине горы, она сумела победить, но была ранена и упала на дно моря. В тот момент нефритовый браслет и магические предметы на ней рассыпались на части, а энергетические каналы тела были полностью разрушены.
Запечатанная в нефритовом браслете частичка ее души опустилась на дно моря вместе с его осколками. Гон Циняо долго не приходила в себя, поэтому не успела сломать печать, наложенную на браслет.
Шли годы, и Гон Циняо ощутила, что ее душа вот-вот рассеется. Если ей не удастся сломать печать и найти новое тело, она потеряет душу и навсегда исчезнет из Трех Царств**.
(**Аналог концепции рая, ада и мира живущих).
Неожиданно кто-то обнаружил осколок браслета и высвободил душу Циняо. Маленькую девочку, которая нашла его, тоже звали Гон Циняо***, и последний слог ее имени звучал так же.
(***宫青瑶, 瑶 — драгоценный).
Она играла в горах, по неосторожности упала в озеро и утонула, неосознанно высвободив душу Гон Циняо.
Когда девочка поняла, что ее тело может быть вместилищем души, запечатанной в осколке браслета, великодушно согласилась на это.
Прежде чем отправиться к следующему своему перевоплощению (реинкарнации), Гон Циняо* расспросила ребенка о самом сокровенном желании. Девочка ответила, что мечтает о титуле королевы кино, и та пообещала, что поможет получить эту награду.
Малышка вкратце рассказала о себе и своих интересах, но время реинкарнации наступило раньше, чем она успела договорить. Поэтому Гон Циняо*** была вынуждена отправиться в свое следующее перевоплощение.
Только выбравшись на берег, Гон Циняо* собралась с силами и прочитала молитву, желая изначальной душе ее нынешнего тела перевоплотиться в хорошей семье. Но была сильно озадачена: названный девочкой титул королевы кино был ей незнаком, но после недолгих размышлений она пришла к выводу, что королева кино, вероятно, — что-то схожее с актером.
Она — простой мастер метафизики, и внезапно стать актрисой ей представлялось действительно сложным. Гон Циняо намеревалась двигаться к цели шаг за шагом. Что же касается титула королевы кино, она должна его получить.
Прошли тысячелетия, и море, в котором утонул осколок браслета, превратилось в озеро. Гон Циняо расстраивало, что духовной энергии, которой было в избытке между небом и землей в ее времена, теперь стало намного меньше. Для людей, связанных с метафизикой, это оказались не лучшее времена.
Гон Циняо вздохнула и собралась вернуться к медитации, когда неожиданно услышала чей-то плач. Изначально она планировала проигнорировать этот звук, но он приближался. Ей пришлось отложить медитацию, чтобы взглянуть на происходящее.
Мужчина и женщина. Ему — около двадцати, ей — лет двадцать пять. Судя по лицам, их не связывали никакие отношения.
От взгляда Гон Циняо девушка прекратила плакать и закричала. Возможно, она не ожидала встретить здесь кого-то еще, но быстро поборола внезапный испуг.
— Вы видели здесь ребенка? — спросила она.
Затем подняла ладонь параллельно земле:
— Примерно такого роста, одетого в голубую одежду и черные шорты.
— Нет, — сегодня Гон Циняо видела только владелицу своего нового тела.
Женщина снова заплакала со словами:
— Ах, бедняжка... И где же ты?
Гон Циняо слегка нахмурилась. Она посмотрела на лицо женщины: ее «Дом детей» выглядел роскошно, что означало, что у нее и в самом деле были дети. Но судя по росту ребенка, который она показывала, он был подростком, поэтому она никак не могла оказаться его матерью.
Гон Циняо подняла голову и спросила:
— Что вас связывает с этим ребенком?
Женщина на мгновение замолчала, не понимая, почему ей задали этот вопрос, потом все же ответила:
— Я его няня.
Няня? Гон Циняо была в некотором шоке — она не понимала значение этого слова.
Мужчина рядом же сказал:
— Сяо И — мой младший брат. Вы не заметили что-нибудь необычное в окру́ге?
Он решил, что девушка явно уже давно сидит здесь, поэтому наверняка что-нибудь слышала или видела.
Гон Циняо отрицательно покачала головой.
Глаза мужчины были печальными, и он собирался снова заговорить, когда Гон Циняо произнесла:
— У тебя нет младшего брата, только один старший.
Когда мужчина услышал это, в его глазах промелькнуло сомнение.
Но женщина рядом с ним была удивлена:
— Вы — мастер? Как точно!
Гон Циняо слегка кивнула, и двое стоящих перед ней не знали, что сказать. Повисшая тишина стала неловкой.
Потом мужчина поднял руки и спросил:
— Может ли мастер помочь выяснить, где сейчас этот ребенок?
Гон Циняо действительно была мастером, но не слышала уважения в словах мужчины. Затем ей пришло в голову, что, возможно, он просто в панике из-за потери ребенка, поэтому сказала:
— Восемь символов****.
(****Ба-Зи, восемь слов, восемь иероглифов, четыре столпа судьбы — концепция, согласно которой судьбу человека можно предсказать по двум знакам шестидесятилетнего цикла, присвоенным его году рождения, месяцу, дню и часу).
Женщина уже собиралась ответить, но мужчина опередил ее, назвав несколько цифр.
Гон Циняо протянула свою левую руку. Пусть сейчас и была совершенно иная эпоха, она все равно смогла быстро вычислить год. Вскоре она подняла глаза на мужчину и сказала:
— Символы неправильные.
Мужчина застыл, но женщина восхищенно выдохнула:
— Вы и правда настоящий мастер! — и после этих слов назвала правильный набор чисел.
Встреть Гон Циняо этих людей в прошлом, даже не обратила бы на них внимания. Но сейчас, видя их беспокойство, она протянула руку и указала направление. Состояние ребенка было плачевным, поэтому она поспешно добавила:
— Поторопитесь. Вам на юго-восток.
— Спасибо! — мгновенно отозвалась женщина и бросила взгляд на стоящего рядом мужчину.