Эльфы потеряли свое Мировое Древо, мать их мира.

Дворфы потеряли вечно пылающий горн, а люди — сияющее королевство.

Каждая раса лишилась чего-то своего, но в конечном итоге все эти потери были лишь иными именами для новых возможностей.

Была эпоха, когда одно-единственное существо пожирало все возможности этого мира.

Эпоха, когда зарождающиеся звезды были затоптаны под его ногами.

Люди называли эту эпоху Эрой Драконов.

И здесь, в этом суровом мире, была еще одна раса, утратившая свои возможности.

Раса, обладающая звериными ушами, — зверолюди.

И то, что они потеряли, называлось «Таинство».

— Сэр рыцарь! Дьякон!

По узкой тропинке шли черный конь и маленький ослик.

Но их путешествие, которое должно было быть тихим, безжалостно нарушал зверолюд, преследовавший их.

— Возьмите меня с собой! Я точно буду вам полезен!

Мужчина по имени Нибелун, которого Влад и Жан вытащили из огня, до сих пор преследовал их, умоляя взять с собой.

— Может, мне просто слегка сломать ему ноги, чтобы он не мог идти?

— Бог наблюдает за нами всегда и везде, сэр Влад.

— Ах да, точно.

Услышав слова Жана, Влад почесал затылок и нахмурился.

Мир рыцарей, основанный на мече и силе, был ему понятен, несмотря на высокий статус, но с юным дьяконом Жаном ему до сих пор было неловко.

— Тогда, может, не ломать, а просто выругаться, чтобы он отстал?

— ...Думаю, на это можно закрыть глаза.

Хоть старшим и сопровождающим был Влад, главным героем этого путешествия был Жан.

Человек, которого нужно защищать, и правило, которое нужно соблюдать.

Жан был всего лишь ребенком, которого можно было бы проигнорировать, но Влад уже решил относиться к нему не с пренебрежением, а с уважением.

— Эй, господин Нибелун, преследующий смерть.

— Да. Да! Сэр рыцарь!

И всё же накопленное раздражение никуда не делось.

Нуар, фыркая так же сердито, как и Влад, обдавал дергающиеся уши Нибелуна горячим паром из ноздрей.

— Сколько можно тащиться за нами? Я же сказал — нельзя.

Рычание Влада было угрожающим, но Нибелун лишь сложил руки вместе и добродушно улыбнулся.

— Ай-яй, не стоит считать меня лишь обузой...

Потрепанная черная мантия.

И странная маска, которая сейчас висела у него за спиной, но при первой встрече вызвала зловещее предчувствие.

— Хоть я и выгляжу так, но от меня будет толк. Я ведь маг!

— Какой маг попадается мошенникам и чуть не превращается в шашлык?

Нибелун, который говорил, что преследует смерть, представился магом.

К тому же магом, который изучает болезни и проклятия.

Влад снова скривился, глядя на Нибелуна, который с момента первой встречи сыпал словами, от которых хотелось бежать подальше.

— Особенность моей магии в том, что для её активации требуется некоторое время.

— Ага. Чем больше слушаю, тем больше кажется, что толку от такой магии ноль.

Учитывая его странные вещи, он вполне мог быть магом, как и утверждал.

Но раз он попался мошенникам, которые были хуже обычных бандитов, уровень его способностей был очевиден.

— Это последнее предупреждение. Если продолжишь идти за нами, пеняй на себя — сломаю ногу.

Ему не нужны были бесполезные нахлебники.

Тем более, если этот человек с первого взгляда вызывал неприятные ощущения.

Владу до сих пор казалась жуткой маска ворона, которую таскал с собой Нибелун.

— Баронство Утман!

Но Нибелун, не обращая внимания на реакцию Влада, просто повторял то, что хотел сказать.

— Позвольте мне войти только внутрь. Может, сэру Владу я и не пригожусь, но другим точно буду полезен.

— ...Он просто говорит то, что хочет, и никого не слушает.

Влад посмотрел на толстую книгу, которую Нибелун бережно прижимал к груди.

Пока тот был без сознания, Влад заглядывал в неё: она была полна рисунков трав и описаний их свойств.

Маг Нибелун.

Он был магом и одновременно чумным доктором.

— Говоришь, преследовал смерть?

— Так точно. То есть, да.

Зверолюд, который только пришел в себя, выглядел еще затуманенным, но твердил, что преследовал смерть.

— Какую смерть? Здесь есть смерть?

Вид зверолюда, непривычный для северян, заплатанная черная мантия и жуткая маска ворона.

Глядя на Нибелуна, который был воплощением зловещего, староста, стоявший позади, начал бормотать, что всё-таки стоило его сжечь.

— Верно. Я шел за смертью и... как вы и сказали, смерть здесь тоже есть. Потому что, если останетесь здесь, вы все умрете!

— Сэр рыцарь! Умоляю, позвольте сжечь этого безумного кота! Он постоянно насылает проклятия на нашу деревню!

— Деревня уже обречена. Нужно срочно эвакуировать людей, пока не поздно.

— Сэр рыцарь, пожалуйста!

Нибелун, казалось, сам напрашивался на костер, даже без помощи мошенников.

То ли он еще не отошел от шока, то ли просто был таким, но в его бессвязных речах не было ни капли заботы о собственной безопасности или чувствах окружающих.

— Земля уже заражена. Это не ограничится простым неурожаем.

— ...

Староста бился в истерике, крича, что огонь еще не погас.

Но Нибелун, не обращая внимания на всё вокруг, словно это его не касалось, достал карту и сунул её под нос Владу.

— Посмотрите, посмотрите на это.

— Чем дальше, тем подозрительнее.

Карта, которую показал Нибелун, была слишком подробной для простого путешественника.

На ней были отмечены не только дороги, но и реки, высоты холмов, размеры близлежащих деревень.

Странно было носить такое с собой, если ты просто путешествуешь.

— Идеальная карта для шпиона.

Но даже под подозрительным взглядом Влада Нибелун лишь дергал ушами, никак не реагируя.

Он просто ждал ответа Влада.

— ...Что это за круги?

— Это отметки распространения чумы.

На подробной карте было полно черных кругов.

Круги, нарисованные, судя по всему, самим Нибелуном, охватывали даже деревню, где сейчас находились Влад и Жан.

— Но это...

Внимательно изучив карту, Влад заметил некую странность и нахмурился.

— Верно. Странно, да?

Нибелун, обрадовавшись, что Влад заметил, указал на одно место на карте.

— Глядя на это, кажется, что Папская курия не провела очищение должным образом, не так ли?

— ...

Черные круги становились больше, плотнее и темнее по мере приближения к одной точке.

Место, на которое указывали эти круги, было Мосиамом, столицей баронства Утман.

Раннее утро, когда юный дьякон еще даже не выбрался из спального мешка.

Среди дыма от догорающего костра начал брезжить рассвет.

— Ну вот. Разве я не говорил, что буду полезен?

— ...Маг ты или нет — это еще вопрос.

Влад, бесцельно вороша остывший костер, буркнул в ответ, не желая соглашаться с Нибелуном.

Вокруг их стоянки был очерчен большой круг.

Этот круг, который Нибелун нарисовал вчера, заявив, что не нужно выставлять караул, создавал странное искажение, которое Влад чувствовал даже своим закрытым левым глазом.

— И что ты собираешься делать в Мосиаме?

По просьбе Жана и мольбам Нибелуна они решили взять его с собой до Мосиама.

Но Влад прекрасно знал, что для того, чтобы провести этого подозрительного мага внутрь города, потребуется его поручительство как рыцаря.

— Если не скажешь точно, я тебя не пропущу.

— О...

Нибелун, почувствовав лазейку в словах Влада, сверкнул янтарными глазами.

— Вы меня пропустите?

— Сначала скажи, зачем тебе туда нужно.

В Мосиаме наверняка уже собрались паладины Северного Православия, чтобы искать возможное зло. Епископ Андреа отправил своего юного дьякона в Мосиам именно для того, чтобы тот набрался опыта, действуя вместе с ними.

— Вы же видели. Я маг, преследующий чуму и проклятия, но...

Влад помнил, как Нибелун до последнего кричал, что нужно покинуть деревню, хотя жители собирались его сжечь.

Многие осуждали Нибелуна за то, что он перешел к предупреждениям без объяснений, но он без колебаний повторял то, что должен был сказать.

— Потому что смерть находится там.

И сейчас, как и тогда, Нибелун выплескивал слова, не потрудившись упорядочить их в голове.

Похоже, это была его натура, которую трудно изменить.

— Почему смерть?

— Разве смерть — это не то, чего мы не знаем?

Он хранил глубокие мысли в сердце, но когда они вырывались наружу, то превращались в отрывочные фразы.

Влад понял, что этот зверолюд владеет искусством речи даже хуже, чем он сам, выросший в трущобах.

— Таинство скрывается в неизвестном. Оно прячется в мире неизведанного. Мы всю жизнь бродим повсюду в его поисках.

— Мы?

На этот вопрос Нибелун ответил не ртом, а жестом, не оставляющим места для недопонимания.

— Зверолюди?

— Да, да. Мы, скитающиеся повсюду, не имея своего места.

Нибелун указал на свои дергающиеся уши.

— Позвольте мне войти в Мосиам. Там есть смерть, и я очень хочу увидеть её, ведь смерть — это то, чего никто не испытывал.

— ...

Маг-зверолюд, желающий испытать смерть в поисках Таинства.

Первые лучи солнца осветили окончательно потухший костер.

В этом свете янтарные глаза Нибелуна, в отличие от его туманной речи, хранили ясный и четкий цвет.

«Есть сведения, что вслед за неурожаем может прийти чума. Будь особенно осторожен с этим».

Перед отъездом Йозеф шепотом предупредил Влада.

Этот слух принес отставной рыцарь Рамунд, и он исходил из листовки с грубо нарисованным гербом Папской курии.

— ...Я скажу ответственному там. Но не знаю, получится ли.

— Ох, спасибо вам! Сэр рыцарь!

Из-за громкого голоса Нибелуна, не знавшего меры, Жан с опухшим лицом начал выбираться из маленького спального мешка.

Черный конь, маленький ослик и кот.

Трое смотрели друг на друга под лучами сегодняшнего солнца.

[Это движется силой проклятия. Обычным мечом его не разрубить.]

Голос юного дьякона, разносившийся в туманном лагере.

И Голос, обратившийся к Владу, затаившему дыхание среди этих звуков.

— И что мне делать?

[Ты можешь сейчас использовать ауру?]

— Ты издеваешься?

[Слушай.]

Женщина, плачущая черными слезами за пеленой тумана.

Несчастная женщина, искавшая своего ребенка.

[Чтобы разрушить это проклятие, нужны экзорцист, вершащий волю Божью, рыцарь, создавший свой собственный мир. И маг, идущий против законов этого мира.]

Голос сказал тогда.

Только эта троица, твердо укрепившая свои миры, способна прервать слезы женщины, исходящие от того зла.