Город твой — двуликий зверь,

Для тебя он днем откроет дверь,

А вот в полночь он объявит тебе:

Ты враг!

Враг парней, что ищут драк,

Им плевать, кто трус, а кто смельчак,

Город прячет в недрах стаи волков.

(Ария — Раскачаем этот мир)

— Хорошая работа, птенец. Я почувствовал этот взрыв за милю. В новостях уже вовсю о нем говорят, — Бертрам Танг довольно ухмыльнулся. — Шабаш сейчас должен просто выть и жаждать крови!

— Спасибо, — Анжела устало кивнула. Забег по складу вымотал ее до предела. К тому же, она до сих пор не знала, можно ли доверять Кайлу. Он не раз помогал ей, но он Цимици, с чего бы ему проявлять подобную доброту? — Ты знаешь кого-нибудь по имени Беккет?

— Беккет? — судя по тону, Бертрам был удивлен и насторожен одновременно. — Зачем он тебе?

— Я говорила с ним, там, на складе.

— Без шуток? Наверное, действительно происходит что-то серьезное, раз он прибыл сюда. Беккет — что-то вроде историка, — объяснил Танг. — Он раскопал знаний о Сородичах больше, чем кто-либо еще. А теперь, значит, он прибыл в город…

Помолчав немного, Носферату сменил тему:

— Кстати, тебе следует отправиться в Даунтаун. Князь наверняка захочет узнать все подробности этого грандиозного фейерверка.

— Князь подождет до следующей ночи, — Гангрел сладко зевнула. — Я устала до смерти, поэтому планирую как следует выспаться. Завтра, все завтра.

— Как знаешь, — не стал спорить Носферату. — Удачи тебе.

— Доброй ночи, Бертрам, — вампирша покинула убежище Танга.

Следующий вечер, база леопольдовцев, Малибу

Щелчок — и тяжелый арбалетный болт попал почти в центр движущейся мишени в виде бездарно намалеванного волка-оборотня.

— Хороший выстрел, — заметил Лукас, отрываясь от экрана ноутбука, который он умудрился притащить даже в тренировочный зал.

Рой Криглер, старший из Терциариев Баха, довольно улыбнулся. Обернувшись к своей извечной сопернице Ребекке Мэллоун, он хмыкнул:

— Спорим, ты меня не переплюнешь?

— Пари? — в карих глазах девушки прыгали чертики. — Опять на щелбаны?

— Традиция! — сидящий на нижней ступеньке лестницы Курт многозначительно поднял вверх указательный палец. — Всегда спорили на щелбаны, значит, на щелбаны!

— Ладно, — согласилась охотница, занимая место Роя.

Привычным движением Ребекка подняла арбалет.

Щелк!

Арбалетный болт ударил почти в центр, гораздо ближе, чем выстрел Роя.

Ребекка с торжествующей улыбкой обернулась к проигравшему.

— Зря ты с ней спорил! — Маркус хлопнул друга по плечу. — Она — просто Робин Гуд в юбке! Белке в глаз попадет.

— Отличный выстрел, Бекки! — уныло похвалил товарку Рой.

— Сколько раз говорить, не называй меня Бекки! — проворчала охотница, с наслаждением отвешивая Рою звонкий щелбан. — У меня есть полное имя!

— У меня тоже, — парировал Рой, — но про него все почему-то забывают.

— Лирой? — съязвил Алекс, расхаживавший вдоль стрельбища.

— Джилрой. И не Дженкинс*.

— А я — Александр. И что?

— Я — как раз ничего, тут больше Бекки недовольна сокращением ее имени.

— Зря ты вообще пари затеял, — ехидно заметил Алекс. — Все из-за твоего упрямства. Эпичный облом: лучший ученик Аббата проиграл девчонке!

— Пошел ты к черту.

— Адрес не подскажешь?

— Заткнись!

Грюнфельд Бах и брат Стефан Мерц, Советник Лос-анджелесского Ценакулума, наблюдали за тренировкой Терциариев.

— Что за ребячество? — Аббат тяжело вздохнул. — Конечно, на охоте они совсем по-другому себя ведут. В другой же обстановке я невольно задумываюсь над тем, сколько им вообще лет и когда они, наконец, повзрослеют.

— Nisi efficiamini sicut parvuli, non intrabitis in regnum caelorum**, — заметил Советник. — И потом, разве мы были иными в их годы?

Даунтаун, поздний вечер

— Давайте высосем это, — неприятный голос доносился как будто издалека. Гангрел обдало волной зловония.

— Давайте прибьем это к земле и оставим до рассвета, — поддержал его второй голос, не менее неприятный, чем первый.

Анжела не сразу поняла, что речь идет о ней, точнее, о ее участи. Ощущения постепенно возвращались, и вампирша поняла, что лежит, судя по всему, на асфальте. В затылке пульсировала боль.

Что же случилось?

Она поймала такси и отправилась в Даунтаун — но водитель высадил ее рядом с темным узким переулком. Что было дальше? Последним, что запомнила Анжела, был сильный удар по затылку, после которого она, кажется, потеряла сознание.

Но кто и зачем это сделал?

Анжела открыла глаза. Взгляд застилал какой-то туман, окружение расплывалось. Но девушка все же видела склонившихся над ней троих типов. Вид у них был крайне неопрятный. У одного — спутанные черные волосы, судя по всему, немытые уже много лет. Злобные красные глазки свирепо смотрели на беспомощную вампиршу. Двое других были очень похожи на того вампира, преградившего путь Анжеле и Кайлу на складе Шабаша — такие же тощие, нескладные, с длинными когтистыми лапами… нет, скорее, руками и всклоченными волосами.

— Ты что, — грязный палец первого типа уперся в лоб Гангрел, — думало, можешь взорвать наш склад и преспокойно смыться? Обломись!

— Давайте вырвем этому глаза, язык и зубы! — предложил один из длинноруких уродов.

— Я хочу зубы, — с наслаждением садиста прошипел первый. — Камарильская шлюха!

Один из длинноруких зашелся хрюкающим смехом.

— Ребята, этого маленького развлечения хватит на всех! Сейчас оно мигом расскажет, где искать ее дружка, с которым они взорвали склад.

— Тех, кто сидит в первых рядах, — первый тип театрально взмахнул рукой, — слегка забрызгает.

Анжелу охватила паника. Сейчас хозяевами положения были три ублюдка из Шабаша, вампирша ничего не могла сделать.

Первый замахнулся для удара….

Его остановил выстрел. Шабашевец отшатнулся, схватившись за голову.

— Сукин ты сын! — выругался он.

«Мозг явно не задет, — отрешенно подумала Гангрел. — По причине отсутствия оного».

— Уходите, — велел невидимый пока что для Анжелы стрелок. Его голос, прозвучавший практически бесстрастно, показался девушке знакомым. Немного повернув голову, она смогла рассмотреть своего заступника.

«Второй раз спасибо!»

В нескольких шагах от нее стоял Найнс Родригез. Вампир, спасший Анжеле жизнь на суде, снова спас девушку — теперь уже от мстительных шабашевцев.

— Нас здесь трое, Родригез, — любезно напомнил шабашевец, поднимаясь на ноги. От правого виска по его лицу тянулась полоса крови.

— Ну да, — снова засмеялся один из длинноруких. — Трое.

— Что ты собираешься делать? Застрелишь нас? — поинтересовался третий с издевательским смешком.

Вместо ответа Найнс, мрачно ухмыльнувшись, похлопал по висевшей у него на поясе гранате.

Самоуверенность шабашевцев как рукой сняло.

— Это не конец! — зло прошипел подстреленный главарь, оживленно жестикулируя, в то время как его подпевалы уже успели отойти подальше. — Мы найдем тебя! И тебя тоже, Родригез! Вы оба — покойники! Никто не сможет остаться живым, перейдя дорогу Шабашу!

— Пошевеливайтесь, — поторопил врагов Родригез.

Шабашевец понял, что его речь не произвела на вампира никакого впечатления, а потому последовал за своими менее смелыми дружками.

— Неприятности явно тебя любят, — Родригез подошел к юной Гангрел, которая уже поднималась на ноги, держась за фонарь.

— Не то слово, — Анжела отряхнула одежду. — Спасибо, мистер Родригез, вы снова меня спасли.

— Просто Найнс. И на «ты», — успел сказать защитник, когда послышался топот. К Родригезу подскочил главарь шайки. Вот только не ожидал он, что дуло крупнокалиберного «кольта» упрется ему в грудь.

— Хорошая попытка, — насмешливо заметил Найнс, нажимая на спуск. Шабашевца отбросило метра на два-три. Еще не коснувшись асфальта, он вспыхнул и рассыпался пеплом. — Тебе надо было поработать над этим. Как ты? — Родригез, убрав револьвер в кобуру, обернулся к Анжеле.

— Бывало и лучше. Еще раз спасибо.

— Дерьмово выглядишь, — посочувствовал заступник. — Я вижу, ты меня помнишь.

— Да, я помню тебя еще по суду. И мой Сир рассказывал мне про тебя.

— Старина Дженсен, — Найнс как-то разом погрустнел. — Славный был малый, хоть и камми. Малыш, — он вновь посмотрел на Анжелу, — у меня кое-что для тебя есть. Почему бы тебе не навестить меня в баре «Последний патрон»? Не знаю, что тебе уже успели рассказать, но я думаю, что настало время узнать правду.

— Хорошо, я зайду, — ответила Анжела.

«Малыш». Это обращение неожиданно больно резануло не-мертвое сердце. Так называл ее Дженсен.

Раздался топот. Найнс и Анжела резко обернулись, ожидая увидеть шабашевцев. Но это оказалась высокая темноволосая девушка в джинсах и белом топике.

— Едва нашла! Как только от Джима про шабашевцев услышала… — девушка обернулась к Родригезу. — Черт. Найнс, огромное тебе спасибо.

Анжела, забыв от изумления все слова, уставилась на девушку. Ту, что пропала без вести несколько недель назад. А теперь она стояла перед ней — такая же, как всегда, только очень бледная. Ее сестра. Лия.

— Лия? Как?..

— Не за что. Так, не буду мешать семейной встрече, — Найнс направился прочь, и Анжела едва успела на автомате бросить вслед ему «Доброй ночи».

Вот почему после исчезновения Лии не осталось никаких зацепок. Вот что произошло. Но Анжела не могла поверить своим глазам.

— Лия, я…

Раньше, чем Анжела успела что-либо сказать, сестра шагнула вперед, заключая Гангрел в объятия. Девушка крепко обняла Лию в ответ, едва сдерживая слезы. Пару минут они просто стояли так, забыв о том, что шабашевцы могли бродить поблизости. Да и какое сестрам могло быть дело до них?

— Я думала, ты умерла, — отстранившись, проговорила, наконец, Анжела, глядя в такие родные серые глаза. — Ты исчезла, полиция не смогла найти ни одной зацепки. Я чуть не сошла с ума.

— Понимаю, — Лия кивнула. — Я тоже едва не свихнулась, когда меня обратили. Я знала, что ты попытаешься найти меня, — она усмехнулась. — Мой Сир знал толк в успокоении — он оставил мне огромную гору посуды!

— Надо же! Мой до такого не додумался, — Анжела рассмеялась, но резко оборвала смех, помрачнев. — Его убили на моих глазах.

— Я знаю, — Лия серьезно кивнула. — К счастью, я не видела, как погиб мой Сир, Дезмонд. Он успел вовремя отослать меня к своим знакомым. Они приютили еще двоих неонатов, таких же, как мы — Лайана и Джима. Не знаю, как Джек, Найнс и прочие смогли уладить дело, но нас оставили в живых, хотя и следят за нами. Как и за тобой. Я знаю, что в Камарилье далеко не всем по нраву политика Князя, но сейчас они практически ничего не могут сделать. А нам остается только выкручиваться.

— Дерьмо… — Анжела плюнула под ноги. — Впрочем, главное — мы вместе, а значит, со всем разберемся.

— Вот теперь я узнаю мою сестру, — довольно хмыкнула Лия. — Давай выбираться отсюда. А по дороге расскажи, что с тобой произошло после того, как меня обратили, вплоть до этой ночи.

Рассказ вышел длинным. Правда, Лия прерывала сестру часто, начиная с момента аварии:

— Этого хренова гонщика нашли?

— Увы, — развела руками Анжела. — Я потом в газете прочитала, что он успел скрыться с места происшествия. Вообще, судя по статье в газете, Сородичи явно поработали и над врачами, и над копами — нет никаких упоминаний о моем исчезновении из больницы.

— Жаль, жаль — я с радостью выдрала бы подонку руки.

Когда Анжела дошла до суда и казни Сира, Лия молча положила сестре руку на плечо — она явно понимала, что та чувствовала.

— Найнс и Джек — отличные люди, то есть, Сородичи, — заметила девушка мимоходом. — Как я слышала, они знали наших Сиров, и знакомы они были на протяжении долгого времени.

Когда речь зашла о встрече с Кайлом, Лия так же сказала, что о нем слышала многое, и, по мнению тех же Найнса и Джека, изгнанник-Цимици вполне заслуживал доверия. Сама Лия с Кайлом не пересекалась, но знала о нем из рассказов своих старших соклановцев — как оказалось, Лия принадлежит к клану Бруджа.

— Как ты здесь оказалась?

— Джим — неонат Носферату — увидел, как шабашевец тебя оглушил. Он хотел вмешаться, но вовремя увидел, что их трое. Джим был один, поэтому проследил немного за ними, а потом рванул за помощью. Не знаю, где он нашел Найнса, но меня он перехватил в «Последнем патроне». Я не расспрашивала его, только попросила найти Хантера — ты его знаешь — и сразу рванула сюда. Слава Всевышнему, Найнс подоспел вовремя. Он один в бою стоит десятка шабашевцев, так что я не удивлена, что эти ребятки сбежали, поджав хвосты. Они всегда так делают, стоит им получить хорошего пинка под зад.

— Я уже заметила, — Анжела нервно улыбнулась. — Вообще, я приехала в Даунтаун, чтобы отчитаться Князю. Однако, полагаю, у меня нет никакого желания к нему идти.

— Снова разговариваешь, как книжный персонаж, — поддела Лия. — Рада, что ты не изменилась за то время, что мы с тобой не виделись.

— Я просто «ожила» этой ночью, — ответила Гангрел. — Еще недавно у меня не было никого, я была одна в этой ночи с проклятым долгом жизни на шее. А теперь я не одна.

— Да, все вместе мы, пожалуй, еще чего-то стоим. Кстати, ты, случаем, не получала приглашение от Регента Тремер? Мы получили одно письмо на троих — но так и не удосужились навестить мистера Штрауса.

— На мой взгляд, это письмо — какая-то закрученная ересь. Особенно адрес. Где и как, интересно мне знать, искать этот «дом под мистическим солнцем»?

— Я знаю. Мне подсказали, что это за дом и где его искать. Предлагаешь зайти к Регенту прямо сейчас?

— Да, — Анжела кивнула. — Не будем откладывать. А после… Найнс приглашал заглянуть в «Последний патрон», возможно, он-то расскажет что-то действительно важное. Кстати, я слышала по телеку новость про какую-то эпидемию в Даунтауне.

— Чертова эпидемия, — Лия нахмурилась. — Наши подозревают, что она появилась не сама собой, есть подозрение, что к ее распространению причастны Сородичи.

— То есть, как? — не поняла Анжела.

— Мы не можем заболеть. Но, выпив однажды крови больного, можем стать разносчиками болезни — а болезнь эта, как успели заметить, передается в основном через кровь.

— И что с этим делать?

— Все пытаются найти разносчиков — но пока что, увы, безрезультатно. Хорошо прячутся.

За разговорами время пролетело незаметно, и вот уже девушки стояли перед мрачноватым пятиэтажным домом. Старое здание казалось совершенно неуместным среди небоскребов, металла, пластика и стекла. Но самой примечательной его деталью было окошко на чердаке, в котором словно свернулась светящаяся лиловая дымка.

— Полагаю, это и есть мистическое солнце, — заметила Лия.

А смертные не видят этот свет? — поинтересовалась Анжела, разглядывая окно.

— Этот свет, как мне знакомые сказали, что-то вроде Могущества или Стойкости: для простых смертных он невидим, однако все сверхъестественные существа, а так же люди, обладающие паранормальными способностями — например, высшие инквизиторы из Общества Леопольда — могут его видеть.

— А если его заметят охотники?

— Они здесь еще не настолько осмелели — расклад не в их пользу, — пожала плечами Бруджа. — По крайней мере, так мне рассказывали.

— Что ж, будем надеяться, что это правда…

В маленькой прихожей их встретили двое Сородичей, на вид — ровесников сестер. Худощавый брюнет и шатенка в прямоугольных очках.

— Вы к Регенту? — спросила девушка. — По описанию подходите. Рада наконец-то увидеть еще кого-то из нас.

— Из нас? — сестры переглянулись.

— Мы думали, вы знаете это, — заметил брюнет. — Дети тех семи вампиров. Всего нас, насколько мне известно, четырнадцать. Кстати, меня зовут Саймон Грин, — не давая новым знакомым осмыслить услышанное, представился парень. — А это Креморна Шаттен, и мы, как можно догадаться, из клана Тремер.

— Рада знакомству, — девушка в очках кивнула.

— Я Лия Картер. Это моя сестра, Анжела Миднайт, — представила себя и сестру Бруджа.

— А где другие двое? — обратилась к Лии Креморна. — Насколько я знаю, приглашали вас троих.

— По некоторым причинам они прийти не могли, — объяснила Лия, пока новые знакомые уже вели девушек по коридорам первого этажа.

Наконец, Тремеры остановились перед массивными дверями, пропуская Гангрел и Бруджу вперед, сами же они входить не собирались.

— Приветствую, новообращенные, — встретил девушек негромкий голос с крайне вежливыми интонациями, едва они переступили порог красивой залы с камином и окнами до потолка, занавешенными тяжелыми шторами. — Я ждал встречи с вами уже некоторое время. Раз вы здесь, осмелюсь предположить, что вы получили мои послания?

— Да, — говорила Лия, Анжела пока что помалкивала, рассматривая убранство залы. — Полагаю, вы…

— Штраус. Максимилиан Штраус. Я — Регент этой капеллы. Добро пожаловать. И… не могли бы вы представиться?

Регент оказался лысым мужчиной средних лет, одетым в длинный алый плащ. Его кожа была не просто бледной, она имела синеватый оттенок. Умные глаза с легкой иронией во взгляде смотрели на молодых вампирш через стекла круглых очков.

— Меня зовут Лия Картер, — представилась Бруджа. — А это — Анжела Миднайт, моя младшая сестра.

— Рад знакомству, — церемонно кивнул Регент.

— Я здесь недавно, — на этот раз словом завладела Анжела. — Не могли бы вы рассказать, что происходит в городе?

— Позволь дать один совет, Дитя, — наставительно проговорил Штраус. — Твое выживание в обществе Сородичей часто будет зависеть от твоей способности самостоятельно узнавать, что происходит кругом. Запомни это как следует.

— Я ценю ваш совет, — Анжела решила не спорить.

— А что касается происходящего в Даунтауне, — продолжил Тремер. — Слово, что на устах у всех — и Сородичей, и смертных, — это «эпидемия».

— Та самая болезнь, которая вроде бы передается через кровь? — спросила Анжела.

— Именно. Похоже, что болезнь тревожными темпами распространяется среди населения Даунтауна, — Регент выглядел не на шутку взволнованным. — Учитывая наши специфические… аппетиты… местные Сородичи более чем взволнованны развитием событий.

— Интересно, — задумчиво протянула Лия. — И весьма неприятно.

— Вот черт, — пробормотала себе под нос Анжела. По счастью, Тремер этого не услышал, а если и услышал, то не подал виду.

— Да, несомненно, — согласился Тремер. — Я полагаю, что местные Анархи, возможно, знают что-то об этой эпидемии — но, увы, не так-то просто уговорить их поделиться сведениями с Камарильей.

— Может, мы займемся этой эпидемией, — предложила Лия, сразу смекнув, что шанс заручиться поддержкой Регента упускать не стоит. Анжела попыталась возмутиться, но Бруджа незаметно пихнула ее локтем в бок, подкрепив эффект крайне выразительным взглядом. Гангрел пришлось промолчать.

— Хмм, — казалось, Штраус был удивлен и одновременно доволен. — Интересное предложение. Если преуспеете в поисках причины эпидемии и покончите с нею, я достойно компенсирую ваши усилия.

— Хорошо, — говорила по-прежнему Лия, Анжела, надувшись, как мышь на крупу, стояла в стороне, изучая рисунок на ковре. — Когда мы устраним причину эпидемии, тогда и разберемся, что вы нам должны.

— Очень хорошо. Опять же, я советую поговорить с Анархами. Вы можете найти большинство из них в местном баре. Полагаю, заведение называется «Последний патрон».

— Хорошо. До свидания, — Лия попрощалась с Регентом и направилась к выходу, таща за собой сестру. Саймон и Креморна проводили их до выхода, что оказалось очень кстати: нелегко было не заплутать в лабиринте узких коридоров. Попрощавшись с новыми знакомыми, вампирши покинули капеллу.

— Зачем ты согласилась на это дело? — немедленно перешла к допросу Анжела. — А заодно и меня на него подписала. Без моего на то согласия, между прочим.

— Потому что нам стоит заручиться поддержкой Штрауса, — ответила Лия. — Я слышала, что Штраус совершенно не в ладах с ЛаКруа, как и некоторые другие Первородные. Да, среди Первородных есть вполне приличные Сородичи — вроде, например, Грандсира Найнса, Первородной Бруджи. А если мы разберемся с этим делом, то нас будет, кому поддержать, в случае чего-то непредвиденного.

— Пожалуй, ты права, — согласилась девушка. — Только как ты предлагаешь с этим разбираться? Нас двое, и мы новообращенные. Что мы можем сделать?

— У нас есть еще Джим и Хантер, не забывай про них. Вчетвером мы еще чего-то стоим.

До «Последнего патрона» сестры шли молча. Бар представлял собой двухэтажное здание с неброской вывеской. Изнутри доносилась тяжелая музыка.

В самом баре было тесновато — стойка, пара столиков и мишень для дартса возле ведущей на второй этаж лестницы. Сказав Анжеле, куда идти, Лия присела за ближний к ней столик.

Стоило Анжеле подняться по лестнице, как дорогу ей преградил мощный темнокожий мужчина с наголо обритой головой. Гангрел уже довелось видеть его прежде — в зале в ночь суда. Сторонник Найнса.

— И какого черта здесь понадобилось камарильской «шестерке»? — в его голосе звучала неприкрытая враждебность.

Однако раньше, чем Анжела успела что-то ответить, мужчину остановил Найнс Родригез:

— Успокойся, Скелтер. Я сам просил ее прийти.

— Ну, раз так… — вышибала, как про себя определила мужчину Анжела, отошел в сторону, смерив девушку недобрым взглядом: — Учти, попробуешь что-нибудь выкинуть, и именно я вышвырну за дверь твой пепел.

— Итак, ты пришла, — Найнс сразу перешел к делу, не тратя времени на приветствия. — Хорошо. Вот что я должен тебе сказать — чтобы ты знала, я не читаю лекций, я не обвинитель, я не бюрократ, я просто парень из ниоткуда, который пришел и ввязался во что-то в пять сотен раз большее, чем ты или я.

— Продолжай, — Анжела пока не понимала, к чему это вступление.

— Ты имеешь право ознакомиться с раскладом. Князь тебе этого не позволит. Он и подобные ему предпочитают использовать схему пирамиды. На ее вершине — кучка старичья, с Бог знает какими планами на уме. Потеряв власть, они умрут. Они обратили других, чтобы те осуществляли их планы, а те Сородичи обратили новых, для собственных интриг, и так все дальше и дальше — у меня голова болит, стоит только подумать обо всем этом дерьме. Я не хочу сказать, что в этой организации нет достойных Сородичей — но их мало и они не имеют реальной власти.

— А ты разве не принадлежишь к Камарилье?

— Осторожнее — за такие слова здесь и получить можно, новичок. Но, ты еще молодая и глупая, так что я не буду делать из тебя пример. Понимаешь, верхушка Камарильи считает всех нас своими членами, хотим мы того или нет, и это, конечно, самый большой воз дерьма в истории. Хотя твой Сир и почти все его товарищи принадлежали к Камарилье — мне кажется, чисто формально, они скорее были сами по себе. Только один из них, тот, что обратил Лию, был из наших.

— Наших? — удивленно переспросила Гангрел. — Так кто же вы такие?

— Я понял, что представляет из себя этот мир, во время Великой Депрессии. Кучка старых богатых ублюдков поставила раком страну, но разве они пострадали? Нет, пострадали маленькие люди. Нельзя доверять людям наверху. Мир стал бы намного лучше без них. Все, что можно сделать — это собрать команду из тех, кто не является засранцем, найти место, где приткнуться, и пару раз сделать пример из — в кавычках — элиты, чтобы прочие не совались. Здесь все равны, как когда-то и было задумано в этой стране. Вот чем был Лос-Анджелес до появления Камарильи — Страной Свободы Анархов.

— Страной Свободы Анархов?

— Задницу Камарильи уже выкидывали отсюда. Мы, Анархи, больше не хотели играть в их политические игры. А теперь ЛаКруа и его команда вваливаются сюда так, словно никогда и не уходили — не-а, ни за что. Их Закон нас не касается.

— То есть, вам приходится против воли подчиняться их законам?

— Именно, — кивнул Найнс. — Нашим мнением на этот счет даже не интересовались.

— А вы не пробовали встречаться с Камарильей?

— С шестерками ЛаКруа? Вот им моя встреча, — Родригез несильно треснул кулаком по стене.

— Ты не поклонник Князя, верно?

— ЛаКруа олицетворяет все, что я ненавижу — Камарилью, зажравшихся аристократов, богатых бизнесменов, продажных политиков… — Найнс поморщился, как от зубной боли. — Единственное место, подходящее ЛаКруа — это урна.

— Он убил моего Сира. Пусть и не своими руками, но именно он виновен в смерти Дженсена. Этого уже достаточно для того, чтобы я никогда и ни за что не встала на сторону ЛаКруа. Надеюсь, ты не его аналог среди Анархов?

— Ничего подобного, — Найнс покачал головой. — И опять, новичок, не разбрасывайся такими словами — рискуешь получить по башке. Я сражался за то, чтобы Лос-Анджелес оставался свободным, с тех пор, как был Обращен. И много лет спустя я остался единственным, кто не бросил это и не переметнулся — старейший ветеран на поле боя.

— Ты ведь знал моего Сира, верно?

— Да, знал, — Найнс опустил взгляд. — Он был славным малым. И отличным другом. Хоть он и был камарильским, он никогда не агитировал за эту фракцию и не пытался очернять нас, нет. Он считал, что и там, и здесь есть свои герои и свои выродки. И я с этим полностью согласен. С ним были еще шестеро Сородичей из разных кланов. Один из них, Дезмонд Грейт, принадлежал к нашей фракции. Однако они всегда держались все вместе и что-то искали — мне так и не удалось выяснить, что именно. Только слышал упоминание о каком-то пророчестве и ролью в нем их неонатов.

— Дженсен в ту ночь, перед тем, как нас схватили, говорил, что попросил тебя увести меня оттуда.

— Да. Прости, малыш, но я опоздал. Я понимаю, что ты чувствовала, когда твоего Сира убили на твоих глазах. Он кое-что оставил тебе. Подожди тут, — с этими словами Найнс направился к лестнице. Вернулся он минут через пять, держа в руках толстенную тетрадь в явно самодельной картонной обложке.

— Дженсен оставил это здесь, — объяснил Родригез, протягивая девушке тетрадь. — Он попросил передать его записи тебе. Сам Дженсен в шутку называл их «бортжурналом», — анарх хмыкнул. — Надеюсь, эта вещь поможет тебе в чем-то разобраться.

— Спасибо, — Анжела взяла тетрадь. — Можешь дать мне какой-нибудь совет?

— Вот что я говорю всем новеньким — во-первых, если потеряешь бдительность, кровь превратит тебя в чудовище — а если начнешь тут буйствовать, то тебя быстро успокоят. Во-вторых, не убивай, когда ешь, нет никаких причин — в этом городе уйма возможностей накормить Зверя, не оставляй за собой следа из мертвецов. В-третьих, Камарилья полна дерьма. В-четвертых, не поворачивайся к врагам спиной, никогда. И последнее, научись драться, потому что разговоры не спасут твою задницу, когда уставишься в дуло дробовика. И не дай ЛаКруа повода пустить тебя в расход.

— Спасибо за все, что ты для меня сделал, Найнс.

— Лос-Анджелес бьет с носка. Держи своих друзей рядом, а врагов — поджаривай на угольках. Я буду присматривать за тобой, малыш.

— Эй, Лия, — рядом с девушкой за столик присела рыжеволосая вампирша в зеленом берете.

— Привет, Дамзел, — Лия кивнула с улыбкой. Они с Дамзел находились в вполне приятельских и доверительных отношениях, хотя еще и не полностью дружеских.

— Знаешь, я рада, что ты нашла сестру. Но боюсь, что индюк из пентхауса втянет ее в свои проклятые интриги.

— Мы уже в них втянуты, Дамзел, все мы. Знать бы, во что меня и остальных втянули наши Сиры…

— Я знаю, что они что-то искали. Но никто не знает, что именно, они никогда ничего об этом не говорили. Знаю только, что было какое-то пророчество, вроде бы обещающее Большой Пипец, однако подробностей не знаю. Хотя какие, к черту, пророчества, когда нам и этой эпидемии по горло хватает?!

— Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, — мысленно Лия возрадовалась тому, что разговор сам собой свернул в нужное русло. — Что вообще слышно об этом?

— Складывается впечатление, что чуму разносит какой-то Сородич. Разносчик чумы — дурак, которого не заботит, кем он питается. Да, я знаю, о чем ты думаешь — мы не можем заболеть. Но смертные могут, а Сородич, который ими питается, начинает распространять заразу. Много больных — это эпидемия, и в городе появляются эпидемиологи. Если кто-нибудь сложит дважды два, чтобы узнать истинный источник передаваемой через кровь болезни — угадай, что будет? Так что, разносчика чумы надо найти и остановить. Если Камарилье не по барабану Маскарад, то она нам поможет.

— И как ты предлагаешь решить эту проблему?

— Смотрела фильм «Старый Брехун»***? Может, это и жестоко, но необходимо.

— Что же, — Лия сложила руки в замок. — Вы мне многим помогли, так что я, пожалуй, присоединюсь к этому делу. С чего стоит начать?

— Один из наших гулей, Пол, живет неподалеку в апартаментах «Горизонт». Он стал сам не себя не похож. Выглядел, как сама смерть, когда последний раз здесь появился. Говорил, что его не кусали, но… Может, ты вытянешь из него больше информации.

— Хорошо. Я расспрошу его, — Лия встала из-за стола, но Дамзел остановила ее:

— Подожди! Если Пол не будет говорить, тебе стоит порасспрашивать бездомных. Их столько умерло за последнее время, что городским властям понадобится несколько дней, чтобы собрать тела.

— Как в каком-то ужастике, — поежилась Лия. — Ладно, я немедленно займусь расспросами.

В этот момент Бруджу окликнула спустившаяся со второго этажа Анжела. Лия представила сокланницу и Гангрел друг другу, после чего, попрощавшись с Дамзел, сестры покинули бар.

В нескольких шагах от «Последнего патрона» вампирши столкнулись с двумя парнями, в одном из которых Анжела узнала Хантера. Второй, худющий некто в куртке с капюшоном, был ей незнаком.

— Не могли остаться на месте и дождаться нас? Черт, мы ищем вас по всему району! — Гангрел и правда выглядел взволнованным. — Сперва даже подумали, что вас похитили шабашевцы.

— Извини. Кстати, парни, знакомьтесь — Анжела, моя сестра. Анжела, Хантера ты уже знаешь, а это Джим. И, да, мы наткнулись на одно весьма интересное дельце.

— Что за дело?

Бруджа коротко рассказала о том, что ей было известно об эпидемии. По мнению Лии, такая игра стоила свеч — если они справятся, то смогут заручиться немалой поддержкой сразу в двух фракциях.

В итоге Бруджа убедила друзей принять самое деятельное участие в расследовании, так как оно определенно стоило того.

— Черт, совсем забыла — мне ведь надо на доклад к Князю, — вспомнила Анжела. Настроение сразу упало. На всякий случай молодые вампиры не рискнули идти к Башне Вентру всей компанией, и потому остались в «Последнем патроне», подробно объяснив Анжеле, как пройти к резиденции Князя.

До Башни Вентру, самого высокого небоскреба в Даунтауне, Анжела добралась очень быстро. Величественный шпиль здания уходил ввысь, верхние этажи терялись в ночной темноте. По сторонам от входных дверей здания стояли две статуи, схематично изображающие женщин. Анжела вспомнила, что видела подобную скульптуру и в «Бедламе». Интересно, что они символизировали? Или это просто такая мода у влиятельных Сородичей?

Внутри холл отличался размерами и строгостью отделки — панели из отполированного темно-серого камня, полуколонны, вмонтированные в потолок многочисленные светильники и большой логотип в виде слова «ЛаКруа». Похоже, смерть от скромности Князю не грозила.

Слева и справа Анжела заметила проходы к лифтам. Между ними находился стол, за которым сидел охранник. Причем уже знакомый охранник — тот самый, который по глупости впустил Анжелу в галерею. Заметив девушку, он сразу оживился:

— Мы, ээээ, знакомы, мисс? Мы уже встречались, так? Да, э, в Санта-Монике, верно? Не знаю, что там на меня нашло… Но сейчас у меня работка в этой славной ночной смене, и я счастливее, чем тогда, когда встретил Сиповица — ну, того, из «Полиции Нью-Йорка». Ну ладно, хватит о моем счастливом увольнении. Вы, э… пришли, чтобы встретиться с одной из местных шишек, мисс?

— Да. Мне надо встретиться с ЛаКруа.

— Это будет Себастьян ЛаКруа из Фонда ЛаКруа или Дуэйн ЛаКруа из компании «Формула для беспокойных младенцев»?

— Себастьян ЛаКруа.

— Эээ… Тогда ладно, мистер ЛаКруа предупреждал о вашем приходе, можете подниматься наверх.

— Спасибо, — Анжела кивнула.

— Да, э, удачного совещания или что там у вас, ребята, запланировано. Если понадобится охрана, то просто позвоните сюда и спросите офицера Чурбанка. Да… Пока. Это я, на тот случай, если вам интересно.

— Вы сказали «Чурбанка»? — не поняла вампирша.

— О, да, меня постоянно спрашивают. Это все с тех пор, как я занимался футболом, ну, воображаемым футболом, если честно… на станции… стационаре — так называли детскую площадку, куда родители сдавали детей, расходясь по офисам, — охранник засмеялся. — Эй, дети, не смейте кататься на автостоянке! Кстати, как вас зовут, мисс?

— Анжела Миднайт, — представилась девушка.

— Приятно познакомиться, мисс Миднайт. Поднимайтесь в пентхаус.

— Спасибо. До встречи, Чурбанк.

— А вот и ты, — вместо приветствия сказал Князь, едва Анжела вошла в огромную, величественную залу и подошла к антикварному столу, за которым сидел мужчина. — Меня проинформировали о твоем присутствии в здании. Раз уж ты здесь, осмелюсь предположить, что склад Шабаша разрушен. Это так?

«Все знает. Он явно все знает! И все равно спрашивает».

Однако, как бы ни хотелось нагрубить ЛаКруа, от этого шага вампиршу удерживало присутствие за спиной Князя того самого гориллоподобного громилы.

— Да, — ответила, наконец, Анжела.

— Великолепно, — похоже, Князь был доволен. Или только притворялся? — Я был уверен, что ты докажешь разумность моего решения. Полагаю, в ходе выполнения задания мои кадры не создавали тебе сложностей?

Анжела сначала подумывала «сдать» сестер Воэман, но все же решила, что лучше промолчать.

— Нет. Совершенно никаких.

— Именно это я и хотел услышать.

На несколько секунд воцарилась тишина — Анжела, не решаясь заговорить, ждала, что дальше скажет Князь. И тот, наконец, заговорил:

— Неплохая работа, учитывая сопутствующие обстоятельства. Признаю, немногие на твоем месте справились бы с подобным испытанием. Но пойми меня правильно — это не было бессмысленным поручением. Ты можешь оказаться ценным сотрудником. Досадно, что в последнее время в этой организации столь мало дарований. Скажи, ты не против заняться для меня одной разведывательной миссией?

«А у меня что, выбор есть? Да и Найнс советовал не давать повода отправить меня на тот свет».

— Конечно, что мне надо сделать?

— Тебе приходилось слышать об «Элизабет Дейн»?

— Да, — Анжела нахмурилась, припоминая. — Я слышала об этом корабле, о нем недавно говорили в новостях… Что мне нужно сделать?

— В данный момент полиция осматривает «Дейн», — пояснил Князь. — Даже Носферату практически не располагают информацией о расследовании, однако причина, по которой вокруг корабля столько домыслов, заключается в том, что на нем перевозился объект, называемый Анкарским саркофагом. Поскольку я не из тех, кто принимает решения, основываясь на домыслах, мне нужны факты, и что еще важнее, нужны доказательства того, что события на «Дейн» не были сверхъестественными по своей природе и никак не связаны с Анкарским саркофагом.

— Все ясно, но вы так и не сказали, что надлежит сделать мне.

— У тебя три задания, — ответил на ее вопрос ЛаКруа. — Во-первых, следует осмотреть саркофаг на предмет чего-либо необычного — ты можешь почувствовать что-нибудь специфическое. Вообще-то, многие Сородичи в городе сообщают, что в воздухе витает беспокойство с тех пор, как прибыла «Дейн». Ни при каких обстоятельствах не открывай Анкарский саркофаг. Во-вторых, полиция начала расследование. Выясни, что им уже удалось установить. В-третьих, принеси декларацию судового груза. Я должен узнать, что там еще перевозилось. Последнее, что нам надо — это чтобы полиция узнала о нашем существовании, так что веди себя там благоразумно. И в отличие от склада, нельзя без последствий устроить массовую резню на корабле, где полно представителей закона. Это понятно?

— Конечно.

— Да, еще о твоем задании: в этот раз тебя будет сопровождать напарник, который уже получил все необходимые инструкции. Он имеет больший опыт, чем ты, поэтому настоятельно рекомендую прислушиваться к его советам. Твой напарник вместе с лодкой ждет тебя на пляже Санта-Монике, у пирса. Там же будет и Меркурио, так что ты не обознаешься. Отправляйся немедленно — мы должны получить информацию до рассвета.

— Хорошо, — Анжела покинула роскошную залу.

«Надеюсь, вон та здоровенная люстра упадет тебе на голову».

Некоторое время спустя, Санта-Моника, пляж.

Как и в ту ночь, когда Анжела разбиралась с бандитами, на пляже у костра сидели несколько Слабокровных. Помахав рукой Розе, девушка направилась с берегу. На волнах покачивалась привязанная к колышку моторная лодка. Возле колышка стояли Меркурио и невысокий паренек в куртке с капюшоном.

— Привет, Меркурио! И… Кайл?

— Я, — кивнул парень. — Рад тебя видеть.

— Взаимно. Когда отправляемся?

— Прямо сейчас. Залезай в лодку.

Как только вампиры заняли места в лодке, Меркурио, пожелав им удачи, отвязал веревку и перебросил свободный конец Кайлу.

Кайл запустил мотор, и лодка помчалась по волнам к далекой темной громаде сухогруза.

— Кстати, шабашевцы меня запомнили, — заметила Анжела. — Сегодня трое ублюдков напали на меня в Даунтауне. Если бы не вмешался Родригез, я бы с тобой сейчас не разговаривала. И еще кое-что — они сказали «она мигом расскажет про своего дружка». Я думаю, вполне понятно, кого они имели в виду.

— Это серьезная проблема, — Цимици нахмурился. — Они так просто не оставят тебя в покое. Надо было мне забрать у тебя взрывчатку и взорвать склад самому — меня они все равно узнали, но так я бы тебя в эту историю не втянул. Теперь ходи с оглядкой.

— Спасибо за предостережение, — Анжела поежилась. Если шабашевцы всерьез вознамерились отомстить, ей придется крутить головой на все триста шестьдесят градусов и не ходить в одиночку. — Что сделано, то сделано, уже поздно чего-то менять. Кстати, почему ты боялся, что они узнают тебя?

— Я расскажу, когда будет время, — ушел от ответа Кайл, заметно помрачнев. — Сейчас нам стоит думать о деле.

Видимо, эта тема была для него очень неприятной, поэтому Анжела не стала допытываться.

— Кстати, тебе сказали, что надо делать?

— Да, — Гангрел кивнула. — Достать отчет полиции, декларацию судового груза и осмотреть саркофаг.

— На первый взгляд, не самая сложная задача, — Кайл заглушил мотор и взялся за весла. До сухогруза осталось всего ничего, и шуметь явно не стоило.

Хотя оставшийся отрезок пути и не казался большим, преодоление его заняло почти полчаса, все же, весла — это не мотор.

— Вот это гигант! — присвистнула Анжела, глядя на возвышающуюся над ними корму сухогруза. Лодка казалась детской игрушкой по сравнению с этим исполином.

— Так, — Кайл тут же взял на себя роль старшего. — Сейчас вон по той веревочной лестнице поднимаемся наверх. Надеюсь, ты высоты не боишься?

— Нет.

— Славно. Наверху должен быть коп, подкупленный газетой «Солнце Лос-Анджелеса». Говорить буду я. Не волнуйся, я все уже спланировал. Я лезу первым — потому что знаю, что надо говорить, ты — следом. Идем крадучись — тут, думаю, ничего объяснять не надо. Все ясно?

— Так точно, — Гангрел шутовски козырнула.

Цимици, не обратив внимания на подколку, привязывал лодку к лестнице.

— Теперь прочно. Вперед.

Едва они поднялись наверх и, пригнувшись, подошли к ведущей вниз лестнице, как стоявший к ним спиной полицейский, до этого насвистывающий какую-то мелодию, повернулся к ним.

— Эй, ребята! — шепотом позвал он. — Подойдите-ка сюда!

Анжела подумала было о бегстве, но Кайл легонько ткнул ее локтем в бок и ответил ободряющим взглядом: все идет по плану.

— Господи, — тихо простонал полицейский, разглядев вампиров. — Передайте Джейкобсону, что если он хочет стать главным редактором, то ему надо начать работать со мной. Я не могу обеспечивать его сенсациями, если он присылает всяких студентов-журналистов, которые даже не понимают, что им надо надеть что-нибудь менее броское.

— Эээ… — замялся Кайл. — Джейкобсон не слишком много рассказывал…

— Господи… Да какой журналист не подумает хотя бы о том, чтобы прийти, одевшись следователем, представителем береговой охраны или еще кем-то в этом роде… Вы что, даже «Флетча» не смотрели? Они сегодня просто выдают эти дипломы всем подряд?

— Хватит, — голос Цимици прозвучал резко. — Мы должны действовать быстро, если не хотим, чтобы нас застукали…

— Хорошо, — коп сдался и протянул Кайлу какую-то папку. — Это — копия предварительного отчета следствия. Я помогу вам проникнуть в рубку, но вам придется работать быстро. И никаких фотографий со вспышкой, умники.

— Хорошо, — Кайл передал папку напарнице, и та убрала отчет в рюкзак. — Что дальше?

Полицейский достал из кармана рацию.

— Минуту. Хайнц — Маршу, Хайнц — Маршу… Марш, тебя вызывают на капитанский мостик, конец связи, — он взглянул на вампиров. — Вот, помещение охраны будет пустым. Спуститесь по лестнице за вашими спинами и затаитесь. Когда спуститесь, подождите, пока я не отзову парня, охраняющего проход А. Как только он уйдет, шевелите своими задницами. И не дайте ему заметить вас! Я гарантирую вам несколько минут, но не копайтесь. Туда и обратно, ладно?

— Ясно.

— Постарайтесь не попасться никому на глаза. Если что — я вас не знаю. Пройдете по коридору и поднимитесь в помещение охраны. Пароль от компьютера — lighthouse. Lighthouse. Пишется слитно. Все ясно?

— Да.

— Тогда шевелитесь.

Вампиры спустились вниз и затаились среди агрегатов, дожидаясь, когда подкупленный коп отзовет охранника. Гангрел мысленно готовилась к неприятностям — она чувствовала сильный запах крови, заглушающий все остальные запахи. На корабле, должно быть, произошло что-то по-настоящему жуткое.

— Подожди, — остановил Анжелу Кайл, когда охранник, наконец, ушел. — Мы пойдем другим путем. Я изучил план корабля.

— Ладно. Но если мы из-за тебя заблудимся…

— Не заблудимся. Это я гарантирую. Вон там — указал он на темный угол, — есть другой проход. Он ведет туда же, куда надо нам. Но он безопаснее — там никого нет.

— Откуда ты знаешь?

— Я же вижу ауры. Идем, быстро, пока второй коп не вернулся.

Коридор был освещен плохо — светильники на потолке беспокойно мигали. И в этом дрожащем, неверном свете еще более пугающе выглядела кровь на полу, стенах и даже на потолке. Сомнений не было — кто-то или что-то убило всю команду, и очень жестоко.

— Боже мой… — тихо прошептала Анжела, оглядываясь по сторонам.

Кайл, казалось, чувствовал себя точно так же.

— Шевелимся активнее, — тихо велел он. — Раньше все сделаем — раньше уберемся с этого жуткого корабля.

По пути к рубке вампиры убедились, что на корабле действительно произошло нечто ужасное — следы бойни были повсюду. И, хотя ни одного трупа они не увидели, им все равно было не по себе на огромном корабле, разукрашенном кровавыми потеками. Что ж, понятно, откуда шел столь сильный запах крови. Не тот ли это «Алый корабль», о котором говорила Анжеле Роза, предсказывая ее судьбу?

— Пришли, — тихо сказал Кайл. — Лезь наверх и открой эту дверь, — он указал на одну из дверей. — Это — архив, и судовая декларация наверняка находится там. Открывается дверь, скорее всего, через компьютер — я не вижу замочной скважины.

— А ты куда? — тревожно спросила Гангрел.

— А я попробую взглянуть на место преступления.

Анжела довольно быстро управилась со своими обязанностями и теперь ждала напарника под лестницей. Минуты текли одна за другой, а Кайл все не возвращался, и в душе вампирши все больше и больше разрасталось беспокойство. Не поймали ли его полицейские? Не стал ли он жертвой того, что убило всю команду? Острое обоняние Гангрел различало среди запахов металла и крови какую-то кислую вонь, ни на что не похожую. Что же это за запах?

Вампирша посмотрела на наручные часы. Девять минут.

«Кайл, где тебя черти носят?!»

Неожиданно из коридора, параллельного тому, по которому они сюда добрались, послышались шаги. Анжела вздрогнула и тут же кинулась за дверь, умудрившись в кого-то врезаться.

— Осторожнее, — тихо прошипел Цимици. — Пошли отсюда. Господи, я там такое видел…

— Что видел? — шепотом спросила Гангрел.

— Потом. Ну же, пошли отсюда….

Тем же путем вампиры вернулись обратно. Махнув на прощанье копу, принявшему их за журналистов, вампиры спустились в лодку.

На этот раз Кайл бесстрашно завел мотор.

— Даже если услышат, — хмыкнул он в ответ на немой вопрос Анжелы, — То теперь уже ничего не смогут сделать.

— Расскажи лучше, что ты там видел.

Цимици содрогнулся, по его лицу пробежала тень страха.

— Не знаю, как лучше это описать. В общем, контейнер, в котором саркофаг перевозили, даже не разломан, а смят, разорван… Я боюсь представить себе существо, способное с легкостью рвать металл. Палуба вокруг него вся залита кровью, а на саркофаге — отпечатки ладоней, будто что-то оттуда вылезло, или просто зачем-то облапало этот гребаный гроб. Знаешь, после такого зрелища действительно становится не по себе… Кстати, — Кайл издал смешок, — Я забрал с собой полицейский отчет.

— Зачем? У нас же есть копия.

— На всякий случай. Эх, нервы… Где мой антидепрессант? — вампир извлек из кармана куртки упаковку жидкого шоколада и принялся за лакомство.

— Забавно, — впервые после добычи документов с корабля Анжела улыбнулась.

— Думаю, нам стоит поспешить, — заметил Кайл. — До рассвета меньше трех часов, а нам еще нужно доложить обо всем Князю. Этот надутый индюк очень не любит ждать.

*Намек на Лироя Дженкинса — популярный мем среди игроков World of WarCraft

**Если не станете, как дети, не войдете в Царство Небесное (лат.)

***Так как у нас этот фильм известен мало, пояснение: слова Дамзел отсылают к его финалу, в котором главный герой вынужден был застрелить своего питомца, заболевшего бешенством.