Спокойной ночи, миссис Граут,

Замкнулся мир в стеклянной клетке,

Ваш сон хранит бессмертный доктор

С мечтой избавить вас от смерти.

Часы под куполом хрустальным

Мерцают неземным страданьем,

Я захожу, и колыхает

Ваш лик немое зазеркалье.

Спокойной ночи, будьте вместе,

Наш мир — не место для любви.

И унесется тонкий пепел

Под своды утренней зари.

Сегодня ярким будет вечер,

Сияя в стиле Торквемады.

Мне показалось, будто ветер

Унес две искры к небу рядом.

Спокойной ночи, миссис Граут,

Нам не дано прозренья силы,

Но я за вас молиться стану

Из-под холодных плит могилы.

(Стихи Анны *Fraulein Stein* Сигаевой)

По гибельной пустыне и по снежным склонам гор

Идут, объединившись, файтер, клирик, маг и вор,

Пусть демон-лорд увидит нас в своих кошмарных снах,

Ползут по закатушкам файтер, клирик, вор и маг,

Да сдохнет враг!

(Сауроныч — Неистовый квартет)

База леопольдовцев, Малибу, утро

Это утро выдалось пасмурным и холодным, накрапывал мелкий дождь. Горизонт скрывал густой туман, в котором тонули даже окружающие базу скалы.

Маленькое кладбище, находящееся чуть в стороне от построек, изредка увеличивалось — охотники несли потери в боях с нечистью. Вчера здесь стало на три могилы больше.

У свежих могил стояли шестеро молодых людей в кожаных плащах.

— Алекс… Я не верю, — Ребекка подняла лицо к небу, чтобы скрыть слезы.

— Это моя вина, — тихо, почти без эмоций, проговорила Ильза. — Если бы я не полезла к тому психу, Алексу не пришлось бы меня спасать.

— Уже ничего не изменишь, — Маркус обнял сестру за плечи. — Не ты, так подошел бы кто-то другой. Возможно, мы предотвратили гораздо больше смертей, не дав им вырваться за пределы сада.

— Мы отомстим, — не своим голосом пообещал Рой. — Идем, у нас еще тренировка.

Тренировка. Этой ночью их ждет бой с приспешниками Граута и самим безумцем, закрыть глаза на гибель товарищей было нельзя. Но Терциариям в этот момент было безразлично, что будет потом. Главное, что месть свершится.

— Алекс, дружище, — в пространство произнес Курт, — если ты слышишь нас там, наверху, знай: мы тебя не забудем. И мы отомстим за тебя.

Молодые люди еще пару минут простояли над могилами, а затем направились к зданиям. К ночной вылазке следовало подготовиться, как следует.

Готфрид Прейер некоторое время наблюдал за молодыми охотниками. Сперва инквизитор собирался немедленно отправить ребят на тренировку, ведь от того, насколько каждый отработает свою роль в грядущей вылазке, зависел успех ночной атаки. Но, приглядевшись к скорбно застывшим фигурам Терциариев, понял, что сейчас лучше дать им несколько минут. Они потеряли друга, и эта потеря сильно отразилась на них. А значит, они с удвоенным усердием будут тренироваться и выложатся на все сто двадцать процентов во время вылазки. Потому что сердца их жаждут мести. Оставалось лишь остудить ярость и направить энергию в нужное русло.

Даунтаун, апартаменты «Горизонт», поздний вечер

Этим вечером Анжела, как и собиралась, заглянула в «Последний патрон», захватив оба найденных «удостоверения». Увы, ничего нового узнать не удалось — кроме того, что анархи ликвидировали еще одного разносчика чумы. У него нашли такой же кусок картона с кляксой и подписью. Про граффити на стенах узнать ничего нового не удалось — анархи сперва не обращали на стены внимания, пока не нашли «удостоверение» у убитого разносчика.

Заодно Анжела показала Найнсу зашифрованные записи Дженсена, но тот не знал «ключ». Видимо, эта тайна умерла вместе с Сиром Анжелы. Но ведь он знал, что умрет. И специально попросил Найнса передать Анжеле дневник. Может быть, стоит попробовать самостоятельно подобрать ключ? Или есть кто-то еще, кому знаком этот шифр?

Пока что Анжела решила вернуться домой и поднять на мозговой штурм друзей. В компании товарищей проблемы казались не такими уж неразрешимыми.

Лифт остановился, и Анжела вышла на небольшую площадку перед своей квартирой. Стоило ей переступить порог, как с кресла, стоящего перед телевизором, вскочил Кайл:

— Наконец-то! Минут двадцать назад звонила секретарша Князя, сообщила, что мы должны как можно скорее явиться к нему.

— Кайл, прояви сочувствие и милосердие. Я едва пришла домой, а ты меня уже тащишь к Князю.

— Ну, извини, — Цимици развел руками. — Мы не в том положении, чтобы спорить с венценосным гадом, так что идем, от промедления хуже станет только нам.

— Ты изверг, Кайл, — простонала Анжела. — Кстати, где Хезер?

— Там, — Кайл махнул рукой в сторону спальни. — Отдыхает. К слову, почему ты никому не рассказала о том, что вы нашли вчера на складе?

— Потому что я считаю это своим делом.

— Нет уж, подруга, — Кайл явно был зол. — Теперь это общее дело. Мы ведь держимся вместе, и все проблемы тоже решать должны все вместе. Не играй в героя. Пойми, этот убийца, кто бы он ни был, гораздо сильнее тебя, и уж явно опытнее. Ты не справишься с ним в одиночку. Почему ты все делаешь одна? Ты можешь попросить о помощи Лию, Джима, Лайана… Да хотя бы меня!

— Прости, — Анжела отвела взгляд. — Больше не повторится.

Одновременно с этими словами девушка сложила за спиной пальцы крестиком. Это ее дело, и она разберется с ним сама, неважно, нравится это ее друзьям или же нет.

Спустя полчаса

Лифт мерно гудел, поднимая молодых вампиров наверх, в пентхаус Князя.

— Интересно, зачем мы ему понадобились? — вслух размышляла Анжела.

— На чашку чая пригласить решил, — усмехнулся Кайл. — Как всегда, нам с тобой быть на побегушках. Интересно, куда нас сегодня пошлет?

Анжела вспомнила, как переполошился ЛаКруа, узнав о том, что случилось с Анкарским Саркофагом.

— Надеюсь, не взрывать очередной склад Шабаша, — она дернула плечом. — Не люблю игры со смертью.

Кайл криво улыбнулся.

— Напрасно. Они дают возможность почувствовать себя чуть живее.

— Мазохист, блин… Вот мне интересно, почему у него рожа такая кислая, — притворно-задумчиво протянула Гангрел. — Будто не кровь пьет, а исключительно лимонный сок.

— Ошибаешься, — Кайл снова усмехнулся. — Еще как он кровь пьет, правда, в основном у своих подчиненных.

— Логично, — хихикнула вампирша. — А…

— Приехали, — лифт, наконец, остановился. — Всегда нервничаю, когда иду на доклад. Или за заданием. Кстати, не советую перечить Князю, все равно заставит при помощи Доминирования. Знаешь ведь? Один взгляд — и ты его марионетка.

Вампиры вышли в коридор.

— Сам Князь особого впечатления не производит, — заметила Анжела. — А вот горилла с гигантским тесаком меня напрягает. Особенно, если вспомнить то, что было на суде… — ее голос невольно дрогнул.

— Понимаю, — тряхнул непослушной шевелюрой Кайл. — Честно сказать, сам его побаиваюсь. К тому же… О, мы пришли.

Цимици и Гангрел остановились перед двухстворчатыми дверями. Изнутри доносились сердитые голоса.

Вампиры переглянулись, после чего Кайл толкнул дверь.

В зале было людно. Перед Князем, за спиной которого возвышался гигант Шериф, стояли несколько строго и хорошо одетых вампиров. Среди них был Максимилиан Штраус, остальные были Анжеле незнакомы.

— …Я сказал все, что нужно — на данный момент, — закончил ЛаКруа. Сородичи, перед которыми он держал речь, без слов развернулись и направились к выходу.

Последним выходил Регент Тремер. Поравнявшись с молодыми вампирами, Штраус тихо осведомился о продвижении поисков причины эпидемии.

— Болезнь разносят несколько Сородичей, — так же тихо ответила Анжела. — Мы нашли двоих. Один — Носферату, а другая, похоже, была Тореадором. Нам пришлось убить их. Судя по тому, что они успели нам наговорить, они были членами какой-то секты…

— Братства Девятого Круга, — поправил Кайл.

— …При них мы нашли что-то вроде удостоверений или пропусков со странными символами. Кроме того, мы, кажется, нашли их возможное логово.

— Хм, — Регент задумчиво поправил очки. — Все это еще более тревожно. Будьте осторожны и остерегайтесь неразумных ходов. Удачи вам, — Штраус покинул залу.

Снова переглянувшись, Кайл и Анжела подошли к Князю.

— Почему так долго? — строго спросил ЛаКруа. Его лицо выражало нетерпение.

Молодые вампиры виновато потупились. Князь смерил обоих недовольным взглядом, но все же решил сменить гнев на милость, и уже более мирным тоном продолжил:

— Когда заходили, вы могли обратить внимание на покидающую кабинет процессию изнеженных белоручек.

Кайл молча кивнул в ответ.

— Да. Кто они такие? — спросила Анжела.

— Это Первородные, — объяснил Князь. — Главы городских кланов — весьма неприятная компания, всецело преданная делу сохранения собственной шкуры. Именно поэтому они и явились.

— А что, собственно, случилось?

— Похоже, Алистер Граут, Первородный Малкавианов, либо разучился пользоваться телефоном, либо пропал, — последовал ответ.

— Пропал? — в голосе Кайла — тревога и недоверие. Цимици как-то странно посмотрел на Князя. Тот не заметил — или сделал вид, что не заметил — и продолжил:

— Каждая мелкая проблема — песчинка. Каждую ночь я наследую пустыню… Шабаш давно не давал о себе знать, и его появление сделало Первородных нервными. Особняк Граута — на Голливудских холмах. Вытащите Граута из той щели, где он прячется, и заставьте его связаться со мной.

Кайл молчал. Анжела не знала, что отвечать. Она посмотрела на друга. Встретив взгляд девушки, тот коротко кивнул.

— Конечно, — коротко и немного устало ответила Гангрел. — Это все?

— Да, — на лице Князя появилось нечто, напоминающее улыбку. — Знаешь, твоя манера поведения имеет много общего с теми, кто достиг высот в нашей организации. Так держать.

— Спасибо, сэр, — сухо ответила Анжела на похвалу. — А теперь о Грауте…

— Да, о Грауте. Как я сказал, Граут — Первородный Малкавианов… Его поведение весьма эксцентрично — и это еще мягко сказано. В последнее время у него развились параноидальные наклонности. Возможно, вам придется заглянуть под кровати, чтобы найти его.

— Все ясно, — кивнул Кайл. — Я думаю, мы немедленно отправимся к Грауту. До свидания.

— Когда Граут свяжется с Советом Первородных — вы можете вернуться, — поставил условие ЛаКруа. — А до тех пор — прощайте.

— Как скажете, — молодые вампиры поспешили покинуть залу. Князь как-то странно посмотрел им вслед.

— Раньше начнем — раньше закончим, — заметил Кайл, пока вампиры ждали лифт. — На первый взгляд, вроде бы, ничего сложного. Как бы не было подвоха.

— Возьмем оружие? — предложила Анжела.

— Разумеется. И донорскую кровь. На первый взгляд, поручение несложное, но кто знает, чем оно обернется? И вообще, кто знает, почему Первородный Малкавиан вдруг пропал?

Некоторое время спустя, Голливудские холмы

Мрачный особняк, напоминающий замок злой колдуньи из детских сказок, встретил вампиров зловещей тишиной, нарушаемой лишь скрипом сухих ветвей мертвых деревьев в саду.

— Прямо как в фильмах ужасов, — заметила Анжела.

— А разве твоя теперешняя жизнь не напоминает тебе фильм ужасов? — Кайл мрачно усмехнулся. — Впрочем, я до сих пор ко всему этому не привык, особенно когда что-нибудь уродливое внезапно выпрыгивает из-за угла… А это еще кто?

Рядом с воротами стояла какая-то девушка с длинными темными волосами, видимо, разглядывающая цепь, которая удерживала створки ворот вместе.

Услышав голоса, девушка обернулась, и Анжела узнала ее:

— Креморна?

— Анжела? Откуда ты здесь?

— Нас прислал Князь, из-за исчезновения Граута.

— Я здесь по той же причине, точнее, Штраус попросил меня осмотреться здесь и не влезать в неприятности — исчезновение Первородного немало его встревожило.

— В таком случае, идем втроем? — спросила Анжела. Кайл в ответ только пожал плечами. — Кстати, знакомьтесь — это Кайл, а это Креморна. Честно сказать, мне совсем не хочется туда идти, — девушка кивнула в сторону особняка. Но — есть слово «надо». Идемте?

Ворота были открыты, хотя на одной створке висела цепь.

Странное впечатление производил мертвый сад в лунном свете. Идя по ведущей к дому аллее высохших деревьев, вампиры невольно восхищались пейзажем — жутким, и в то же время прекрасным.

Скрип двери развеял чары.

— Сюда, скорее! — Кайл свернул в сторону от дорожки, таща за собой девушек. — Видите вон тот фонтан? За него, быстро!

Скрываясь за полуразрушенным фонтаном, увитым уже высохшими плетьми девичьего винограда, Анжела, Кайл и Креморна наблюдали за аллеей.

Секунды растянулись в вечность. Анжеле казалось, что они сидят, скрываясь и выжидая, уже несколько часов, хотя на самом деле не прошло и минуты.

— Идет… — тихо выдохнул Кайл.

На аллее, слабо освещенной каменным фонарем, показался человек.

Он шел неторопливо, словно желая, чтобы его заметили. Было понятно, что это мужчина, но плохое освещение не позволяло его рассмотреть. Анжела призвала Глаза Зверя, позволяющее видеть в темноте, и ахнула: по дорожке к воротам шел Найнс Родригез.

— Найнс! — Анжела поднялась на ноги и бросилась к Родригезу.

— Ты? — удивленно спросил он. — Что ты здесь делаешь?

— Могу задать тебе тот же вопрос, — заметила вампирша. Что-то было не так. Гангрел казалось, что Найнс говорит словно не своими словами.

— Нет…

— Этот вопрос не был рассчитан на «да» или «нет», — подозрения крепли. Такое поведение казалось Анжеле несвойственным Найнсу.

— Тебе надо убираться отсюда. Тут все погано. Э… извини.

— Почему? Что там внутри? — но Найнс не ответил на этот вопрос, направившись дальше. Дойдя до ворот, он остановился, оглянувшись на дом, а затем покинул мертвый сад.

Анжела смотрела ему вслед, не понимая, чем была вызвана столь странная для Найнса реакция. Между тем укрытие покинули и Кайл с Креморной. Выждав несколько секунд, трое вампиров направились к особняку. Анжела и Кайл обнажили катаны — судя по реакции Найнса, поручение все-таки оказалось с подвохом.

Молодые вампиры не догадывались о том, что все это время за ними наблюдали.

Показавшаяся из-за рваных туч луна серебром и чернью вырисовала очертания гротескного тела под сенью мертвых ветвей. Ярко-оранжевые, мягко светящиеся в темноте глаза неотрывно смотрели вслед неонатам.

Висящие на стенах изящные светильники заливали длинное помещение зеленоватым светом. Зал был почти пуст — не считая двух столиков и кресла у дальней стены, на которой висело огромное живописное полотно, изображавшее немолодого рыжеволосого мужчину.

По черно-белому полу, напоминающему шахматную доску, растекались багровые лужи от трех тел, раскинувшихся в живописных позах.

Когда вампиры зашли в этот зал, на них набросились трое безумцев в масках — судя по всему, гули Граута. Это были две женщины в черных блузках с короткими рукавами, корсетах и белых шароварах, вооруженные ножами. Третьим был неестественно худой, сгорбленный мужчина со стальными когтями на руках. Вся троица пыталась достать вампиров своим оружием.

Одного ранила выстрелом из револьвера Креморна и добила Анжела, вовремя бросив бесполезную в неумелых руках катану, еще двоих зарубил Кайл.

— Анжела, ты вообще умеешь обращаться с катаной? — тяжело вздохнул Кайл, отирая свой меч об одежду убитого противника.

— Нет, — девушка покачала головой.

— Тогда зачем ты носишь ее с собой? Давай, поднимай ее с пола, вешай за спину и забудь про эту вещь. Стрелять у тебя выходит гораздо лучше.

— Дядя научил, — Гангрел упаковала катану в чехол и повесила себе на спину. — Офицер полиции.

— Здесь не пройдем, — констатировал Кайл, осматривая одну из дверей — Заперто, и замок слишком хитрый. Ладно, пойдемте, посмотрим, что в том коридоре.

Пробираясь через завалы из мебели, неонаты добрались до еще одной двери — на этот раз незапертой.

За дверью оказалась большое круглое помещение — библиотека. Вдоль стен стояли высоченные резные шкафы, на полках которых теснились старинные фолианты. Библиотека занимала два этажа — причудливо расписанный свод поднимался куполом над головами пораженных вампиров.

Противоположную стену украшали три подсвечника. Рядом с ними крутился еще один гуль. Безумно хихикая, он дергал один из подсвечников. Что-то щелкало, и светильник опускался и поднимался, подобно рычагу.

Внезапно гуль обернулся. Увидев незваных гостей, он бросился к ним, но был остановлен пулей в лоб.

— Ничего нет, — разочарованно отметил Кайл. — Тупик.

Но Креморна не разделяла его мнения.

— Подожди. Ты видел, как он дергал за подсвечник? Может, это рычаг?

— Кто этих Психов разберет, — ответил вампир. — Ладно, давайте проверим.

На столике рядом с одним из подсвечников обнаружилась записка. Цимици поднял ее и вслух прочел:

— «Внимательность формирует Разум и правит Временем. Однако Время разрушительно действует на человеческую Внимательность и деформирует Разум. Разум капризен, он оказывает различные эффекты на Внимательность и Время… Лишь в гармонии можно продвинуться дальше», — и добавил: — Такое мог сочинить только Малкавиан.

— А по-моему, все просто, — вновь вмешалась Тремер. — Смотри, под подсвечниками какие-то рисунки. Дело за малым — разгадать загадку.

Кайл присмотрелся к подсвечникам и обнаружил, что на каждом выгравирован символ, соответствующий Внимательности, Разуму или Времени. Затем задумался, прикрыв глаза.

— Ну конечно!

Вампир подошел к крайнему левому подсвечнику и дернул его. Светильник погас, но загорелись два остальных. Затем Кайл дернул правый подсвечник, и, наконец, средний.

Прошло несколько секунд, а затем что-то заскрежетало где-то в длинном зале с картиной.

— Креморна, ты была права! — улыбался Цимици. — Это рычаг! Звук шел из первого зала — идемте, посмотрим, что получилось.

Снова пройдя по забаррикадированному коридору, Кайл, Анжела и Креморна вернулись в зал.

На первый взгляд ничего не изменилось, однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что дверь, которая ранее была запертой, открыта.

За ней оказался огромный зал. Прямо напротив входа была еще одна дверь, над ней — небольшой балкон. Еще одна дверь — по правую руку от входа, ближе к дальней стене. А справа возвышалась огромная лестница, упирающаяся в потолок.

Насмотревшись на все это великолепие, вампиры проверили обе двери, которые, к величайшему их разочарованию, оказались заперты.

Уже почти потеряв надежду, Анжела заметила на стене подсвечник — точно такой же, как в библиотеке. Вампирша потянула за него — подсвечник, оказавшийся рычагом, опустился вниз, а в потолке что-то щелкнуло.

Оказалось, что там, где лестница упиралась в потолок, открылся люк.

— Дамы, — важно произнес Кайл, не выдержал и хмыкнул, — вы гениальны. Пожалуй, стоит идти наверх.

Переходы, комнаты и залы, тайные ходы, головоломки и ловушки — все это превратилось в какой-то безумный калейдоскоп. Гангрел, Цимици и Тремер искали путь, ломали головы над загадками и бились с гулями. Наконец, один из рычагов открыл дверь в зале с лестницей — ту, которая находилась под небольшим балкончиком.

За дверью оказалась лестница, ведущая вниз. Спустившись по ней, вампиры попали в пренеприятный коридор.

В отличие от блиставших изящной отделкой коридоров и залов особняка, в этом помещении были бетонные стены, пол и потолок. Слева и справа были видны многочисленные стальные двери, из-за которых доносились удары и невнятные звуки.

Анжела, привстав на цыпочки и заглянув в маленькое оконце, прорезанное одной из дверей, увидела беснующегося в камере гуля.

— Пошли отсюда, — содрогнулась девушка. Ее спутники не стали спорить. Миновав мрачный коридор, вампиры оказались в каком-то подвальном помещении.

Подняв голову, Анжела увидела, что наверх ведет просторная шахта, а прямо над ней находился большой квадратный люк, или что-то в этом роде. Похоже, раньше он был закрыт решеткой, но теперь она упала вниз, сломав деревянные балки. По этим-то балкам неонаты и поднялись наверх.

Они оказались в большой светлой комнате без окон, абсолютно пустой — если не считать старинных часов с маятником. Когда вампиры прошли мимо них, раздался звон, заставив неонатов вздрогнуть.

Из этого зала вели три двери. Две из них были забиты досками, а за третьей оказалась ведущая наверх лестница. Поднявшись по ней, Кайл, Анжела и Креморна оказались в помещении, которое запомнилось обоим навсегда.

Вампиры не знали о новой угрозе, нависшей над ними.

По иронии судьбы, неонаты явились в особняк в ту же ночь, что и одержимые жаждой мщения охотники, опередив их примерно на полчаса.

Группа из двенадцати человек, внимательно глядя по сторонам, двигалась через сад. Они не выходили на аллею — зачем зря светиться? Сутки они наблюдали за домом и садом, приметив все окна и выходы. Зачем ломиться с парадного входа, когда можно проникнуть через одну из боковых дверей? Разделившись, охотники разбрелись по особняку, держа связь по рации.

Время ответного удара пришло.

Существо продолжало наблюдать из тени за особняком. Недовольно качнуло увенчанной шипами головой.

Если явились охотники — ему здесь делать уже нечего. Похоже, из такой ловушки неонатам не выбраться. Хотелось понаблюдать еще, но имелся риск оказаться между двух огней. Сейчас не было причин рисковать своей шкурой, а потому существо поспешило скрыться.

Вампиры оказались в небольшой круглой комнате со сводчатым потолком и дверью на противоположной стороне. В нишах вдоль стен на столиках стояли стеклянные сосуды с какими-то предметами внутри.

Посреди комнаты в большой стеклянной капсуле находилась рыжеволосая женщина в старомодном платье. Она словно парила в прозрачной жидкости, наполнявшей сосуд. Широко раскрытые глаза смотрели на незваных гостей.

Затаив дыхание, вампиры обошли комнату, рассматривая предметы под стеклянными колпаками. В сосудах находились фотография, часы, книга, роза, плюшевый медвежонок и даже человеческий мозг. Странное чувство печали и скорби носилось в стенах комнаты.

— Так вот что это такое, — немного отрешенно проговорил Кайл, рассматривая содержимое сосудов. — Мавзолей любви Граута. Я, конечно, слышал истории о жене Граута, которая страдала неизлечимой болезнью, но чтобы вот так…

— Ты хочешь сказать, что Граут не захотел расставаться с ней даже после ее смерти? — удивленно спросила Анжела.

— Смерти? — эхом откликнулся Кайл. — Нет. Она не мертва…

— Что?

— Она жива, — повторил Цимици. — Поверь мне, мертвые не имеют аур. Точнее, ходячие мертвецы имеют — но… черные… гнилостные… А у нее — нормальная человеческая аура.

— Действительно, — севшим от волнения голосом подтвердила Креморна. — Она живая.

Анжела не сдавалась:

— Но тогда чей мозг в той колбе?

— Не знаю. Мне кажется, что все это имеет символическое значение. Он хотел сохранить ее. Вернуть. Не дать ей покинуть этот мир. Я же говорю, эта комната — мавзолей его любви.

Анжела только покачала головой и подошла к стеклянной клетке, рассматривая лицо женщины. Она немного сдвинулась в сторону — и тут же, вскрикнув, отпрянула.

— Она следит за мной!

— Что за глупости? — Цимици вопросительно поднял брови, Тремер просто удивленно взглянула на Анжелу.

— Идите сюда, — уже более-менее ровным голосом ответила Гангрел. — Смотрите ей в глаза. А теперь сделайте пару шагов в сторону. Видите?

— Вот черт, — только и смог сказать Кайл. — Ладно, давайте попробуем открыть ту дверь.

Дверь, как и следовало ожидать, оказалась заперта. Ругаясь с досады, вампиры вернулись к осмотру комнаты.

Внимание Анжелы привлек старый патефон.

— Смотри-ка! Давай послушаем, что там записано!

— Девчонки, — недовольно буркнул Кайл и добавил: — Нам надо думать о деле.

— Действительно, Кайл, — неожиданно поддержала Гангрел Креморна, — почему бы и нет? Здесь много хитроумных замков, и рычагов я в этой комнате не вижу.

— Ладно, хорошо, — сдался Кайл и запустил древний проигрыватель.

Полилась старинная мелодия. И тут произошло нечто совершенно неожиданное: висящая в прозрачной жидкости женщина развернулась, а запертая дверь медленно открылась.

— Хитрый замок, — Цимици почесал в затылке. — Я бы не догадался.

— Пошли, — гордо кивнула Анжела, довольная тем, что снова разгадала очередную головоломку Граута, хотя это вышло и случайно.

Когда они уже покидали комнату, Кайл обернулся и тихо сказал:

— Спокойной ночи, миссис Граут… Ну, что, — он обернулся к напарницам, — дамы вперед!

За дверью неонатов ждал крайне неприятный сюрприз.

— Что?.. — начала было Анжела и замолчала. Слова застряли в горле. Более хладнокровный Кайл застыл, как громом пораженный. Молчала и Креморна, видимо, тоже растерявшая все слова перед открывшейся взору вампиров картиной.

На широкой кровати лежал Алистер Граут — точнее, то, что от него осталось. Обугленные обломки костей, окруженные серым пеплом, и несколько воткнутых в матрас кольев. Похоже, Граут умер не сразу — наверное, убийца, кто бы он ни был, обездвижил Первородного Малкавианов кольями и истязал до наступления Окончательной Смерти.

— Что за?.. — к Анжеле вернулся дар речи. — Что за урод это сделал?!

— Да, теперь ясно, что на звонки он не отвечал по уважительной причине, — мрачно резюмировал Кайл, всеми силами пытаясь себе вернуть обычный пофигизм. — Может, об этом предупреждал Родригез? Но, похоже, либо убийца знает все тайные ходы, либо его тут знают и держат за своего.

— Почему? — нестройным дуэтом спросили девушки.

— Смотрите сами, гули обезумели — скорее всего, из-за смерти хозяина. На обратном пути они обязательно напали бы на убийцу — ведь мы прошли через особняк с боем — но мы не видели ни одного трупа! Значит…

— Ты же не хочешь сказать, что это Найнс убил Граута? — резко перебила Кайла Анжела.

— Я не знаю, Энж. Мы все видели его своими глазами.

— Значит это был не Найнс! Морок, обманка, гипноз, да что угодно, но не Найнс! К тому же, Граут пропал не только что, а Найнса мы видели меньше часа назад!

Спутники Анжелы не успели ничего ответить. Раздался громкий хлопок, а затем — грохот. Пол под ногами тряхнуло, вампиры, не удержав равновесия, упали.

— Да вашу мать! — выругался Кайл, поднимаясь с пола. — Это что за шутки? Что за придурок решил устроить здесь какой-то драный боевик?!

— Не знаю, какой псих решил здесь развлечься, — тихо проговорила Анжела, почувствовавшая слабый запах дыма, — но, я думаю, пора отсюда сваливать.

— Определенно, нам больше нечего здесь делать, — согласилась Креморна.

Вампиры бросились к двери, через которую попали в спальню Граута, но здесь их ждал неприятный сюрприз: своды комнаты обрушились, намертво заблокировав двери.

Между тем температура воздуха стремительно ползла вверх. Кайл, Анжела и Креморна метнулись к единственному выходу — второй двери в спальне Граута.

Они оказались на том самом балконе, который заметили, когда впервые вошли в зал с упирающейся в потолок лестницей. Сейчас зал был сильно задымлен, а внизу плясало пламя.

— Граут! — донесся до вампиров сквозь рев и треск пламени грозный голос. — Склонись — и будь очищен пламенем!

Хотя из-за дыма глаза слезились, но, взглянув на галерею напротив, вампиры смогли разглядеть силуэт человека в длиннополом плаще. Он стоял над огнем, и его словно не пугали ни дым, ни рвущиеся вверх оранжевые языки пламени. Человек казался спокойным, как скала.

— Какой, к черту, Граут?! — заорал в ответ Кайл. — Нас трое, ты что, не видишь?! И Граут мертв! Ты уже убил его!

— Граут мертв? — в голосе враждебно настроенного незнакомца промелькнуло удивление. — Жаль, что не от моей руки! Неважно… — его слова потонули в грохоте еще одного взрыва и реве пламени.

— Ты, мать твою, кто? — Кайл в бессильной ярости треснул кулаком по перилам.

Похоже, на человека пламенные речи юного изгнанника Цимици не подействовали. Не скрывая враждебности, он ответил:

— Пока будете гореть, скажите им, что ваши проклятые души отправил в Геенну Огненную Грюнфельд Бах! Пусть эта праведная демонстрация послужит предупреждением всем, кто служит Архидьяволу ЛаКруа!

Выговорившись, Бах развернулся и… ушел! Причем ушел подчеркнуто спокойно, неторопливо, хотя разумнее было бы бежать без оглядки. Он словно насмехался над угодившими в ловушку вампирами.

— Куда?! — крикнул ему вслед Кайл, потрясая кулаком. — Стой! Мы еще не закончили, Торквемада хренов!

— Плевать на него, Кайл, нам нужно выбираться! — сквозь стиснутые зубы процедила Анжела, неосознанно так крепко вцепившись в перила, что послышался треск.

— Придется прыгать, — Кайл перестал призывать громы и молнии на голову Грюнфельда Баха и первым спрыгнул вниз.

Найти Граута было сложно. Выбраться оказалось еще сложней.

Прежде каиниты искали потайные ходы и разгадывали головоломки — теперь они искали помещения, еще не охваченные пламенем, и способ выбраться. Как назло, не попадались даже окна.

А тут еще за вампирами увязался эскорт из гулей, вконец обезумевших. Горящие или обожженные, с обугленной кожей, из-под которой виднелась кровоточащая плоть, они носились по особняку и кидались даже друг на друга. От них приходилось убегать. В конце концов, «погорельцы» отстали.

— Одной проблемой меньше, хоть и ненадолго, — нервно отметил Кайл, когда вампиры оказались в очередном длинном зале. — Подождите… Это что еще?

Часть зала уже весело полыхала. В огне лежал кригмессер, медленно раскаляясь. А недалеко от границы пламени распластался на полу человек в длинном плаще.

Не сговариваясь, вампиры подбежали к нему, оттаскивая подальше от огня.

— Охотник, — констатировал Кайл. — Наверное, получил по голове, на затылке кровь. А так — отделался порезами. Эй, Энж, ты чего?

— Твою мать, — выдавила Анжела. Не говоря больше ни слова, она выхватила нож и полоснула себя по запястью. Кайл и Креморна молча смотрели, как Гангрел поит охотника своей кровью. Между тем девушка, убедившись, что парень не собирается помирать, похлопала его по щекам, приводя в чувство. Порезы затягивались на глазах благодаря вампирской крови.

— Что?.. — охотник приоткрыл глаза. — Сгиньте, дьявольские отродья…

— Я тебе сейчас покажу «отродья»! — рыкнула Анжела, приподнимая парня за шкирку и тем самым заставив его принять сидячее положение. — Какого черта ты охотник, Шэннон?!

— Не хотел бы тебе мешать, — осторожно заметил Кайл, — но сейчас не лучшие время и место для выяснения отношений. Надо убираться отсюда!

— Нет, какого хрена, а? — Анжела не собиралась успокаиваться. — Еще несколько дней назад жила, как все, а теперь и я вампир, и моя сестра — вампир, а мой однокурсник — охотник! А может, и о Саманте я что-то не знаю? А может, и тетя Элен — глава тайного мирового правительства?!

— Успокойся, Энж, — Кайл легонько хлопнул подругу по макушке. — Сейчас надо выбираться. Ты, — он обернулся к охотнику, — встать сможешь?

Несмотря на выпитую вампирскую кровь, парень пока что на ногах держался не очень уверенно, его шатало — сказывались последствия полученного, видимо, от кого-то из гулей, удара по голове.

Кайлу пришлось подставить ему плечо. На возражения Цимици ответил:

— Балласту слова не давали. Заткнись и иди! Будешь возникать, выбью к черту зубы.

— Сюда! — крикнула Креморна, искавшая пути отступления, пока товарищи возились с охотником. — Здесь лестница!

Дважды упрашивать никого не пришлось — терки прекратились сами собой пред охватывающим все большую площадь пламенем. Страх объял даже охотника, чего уж тут говорить о вампирах, чьи Внутренние Звери рвались с цепей от одного вида оранжевых языков и запаха гари. Увы, с Обращением вампир получает не только более сильное тело, более развитые чувства и быструю регенерацию, но и множество слабостей, одна из которых — пирофобия.

Крыша особняка пока что почти не горела, но первый и частично второй этажи уже объяло пламя. Скоро загорится сад, а особняк сгорит дотла.

Поджигатели стояли за воротами особняка. Их было одиннадцать.

— Курта нет, — морщась и потирая ссадину на щеке, осторожно сообщил Рой Криглер наставнику. Тот внешне выглядел спокойным, но Рой заметил, как судорожно сжались его пальцы на рукояти кригмессера. О чем он думал сейчас? Курт был его приемным сыном.

Скорее всего, теперь наставник обвинял себя в его смерти. Наверняка жалел, что взял паренька на это дело. А впрочем, смог бы он его удержать? Ведь Алекс был лучшим другом Курта.

— Надо вернуться, — в голосе Баха не было обычной уверенности. Взглянув на него, Рой отметил, что наставник словно постарел лет на десять.

Молодой охотник покачал головой:

— Это невозможно. Взгляните сами — к особняку сейчас не подобраться. Это крематорий.

Наставник медленно кивнул. С трудом сохраняя хладнокровие, он коротко бросил охотникам:

— Уходим.

— Черт, как отсюда выбраться?

Огонь охватывал все большую площадь, отрезая пути к отступлению, однако трое вампиров и охотник все еще плутали в лабиринтах залов и коридоров, надеясь найти выход — или хотя бы окно.

— Эй, здесь свободный коридор! — крикнул уже полностью пришедший в себя охотник, указывая на лопнувшее от жара зеркало. В дырах можно было разглядеть сопредельное помещение. Трое вампиров ринулись к обнаруженному Шэнноном ходу. Из уже горящего помещения выскочил обожженный гуль, с каким-то звериным воплем ринувшийся на четверых приключенцев. Выстрел Анжелы остановил его раньше, чем гуль достиг цели. Тело упало в огонь, выставив на обозрение развороченный череп.

Все четверо бросились к зеркалу, скрывающему проход в коридор. К сожалению, в образовавшуюся дыру не смог бы протиснуться никто из четверки. Чувствуя приближающийся жар пламени, они разбивали зеркало и выдирали осколки из рамы, раня пальцы и ладони.

— Разбитое зеркало — не к добру, — заметила Анжела, нанося мощные удары по стеклу. Зеркало как назло оказалось изготовлено из довольно толстого стекла.

А пламя подступало все ближе, глаза и горло щипало от дыма.

— Ну же, — Креморна осторожно вытащила засевший в ладони осколок.

Когда вампиры и охотник смогли проделать достаточных размеров отверстие, чтобы через него можно было пролезть, огонь полыхал уже совсем рядом. Забыв про возможность порезаться, все четверо один за другим пролезли в коридор. Тот оказался узким и темным, но еще не горел.

Они бежали. Бежали так быстро, насколько это позволяло ограниченное пространство. Хотелось вырваться скорее, пока не прогорели перекрытия — иначе всех четверых погребет под обломками.

Потайной ход привел вампиров и охотника к еще одной лестнице — в этот раз винтовой. Спешно поднявшись, они оказались в круглой комнате с балконом. И двумя гулями.

— Патроны закончились! — воскликнула Креморна. Анжела потянулась за револьвером, но вспомнила, что забыла перезарядить оружие. Выхватив нож и призвав Стойкость, она с отчаянным криком ринулась на противников. Оба гуля немедленно атаковали Гангрел, но пока что девушке успешно удавалось парировать удары. Но главным было то, что противники отвлеклись. Кайл с катаной и вооруженный ножом охотник тоже вступили в бой, впрочем, закончившийся очень быстро.

— На балкон, живей!

Понадеявшись, что это — спасение, вампиры с охотником выскочили на оказавшийся небольшим балкончик….

— Слишком высоко, — мрачно констатировал Кайл, глядя вниз.

— Четвертый этаж, — не менее мрачно кивнула Анжела. — Если прыгать отсюда — костей потом не соберем.

— Крыша горит не вся, — Креморна осматривалась. — Возможно, мы сможем пройти по ней.

— Она права, нужно попробовать выбраться по крыше! — воодушевился Кайл.

Цимици встал на перила и осмотрелся. Край одной из крыш примыкал к балкону, на котором они сейчас стояли.

— Анжела, попробуй перелезть на эту крышу, — велел Кайл. — Потом Креморна, потом охотник. Я пойду последним. Ну, вперед!

— Выбирать не приходится, — Анжела, призвав Стойкость, полезла на крышу, стараясь не смотреть вниз.

— Готово, — немного дрожащим, но бодрым голосом отрапортовала Гангрел и подала руку Креморне, помогая перейти на крышу и ей.

Затем, как и было оговорено раньше, вампиры помогли перебраться на крышу спасенному охотнику, и только потом Кайл покинул балкон вслед за спутниками. А дальше сучилось непредвиденное — на балкон выскочил горящий гуль. Безумец перескочил на крышу вслед за беглецами. К счастью, Анжела не растерялась. Скинув рюкзак, она быстро стащила уже порядком потрепанную куртку и швырнула ее в противника, так, что ткань накрыла ему голову и плечи. Гуль, пытаясь избавится от неожиданной помехи, неуклюже взмахнул руками, и, не удержав равновесия, сорвался вниз.

— Куда теперь? — более-менее ровным голосом спросила Анжела, проводив взглядом полет гуля.

— Крыши расположены на разной высоте, — поделился наблюдениями Кайл. — Но при этом все они так или иначе примыкают друг к другу, и, к счастью, все они покатые, что ускорит спуск. Нужно только идти по той части крыш, которые еще не горят.

Спуск занял минут десять, закончившись на крыше одной из пристроек, находящейся чуть выше уровня второго этажа. Пристройка в этой части еще не горела, зато языки пламени вырывались из окон под ней.

— А не высоко? — с сомнением спросила Анжела.

— А у нас есть выбор? — резонно поинтересовался охотник.

В этот момент раздался еще один взрыв, и часть крыши провалилась. Вампиры и леопольдовец чудом удержали равновесие, правда, Креморна едва не упала в огненный ад внизу, но ее успели поймать за руки Кайл и Анжела.

— Мы стоим на балке, — максимально хладнокровно заметил охотник. — Потому не провалились. Но скоро и она прогорит.

— Надо прыгать, — Кайл подошел к краю крыши и застыл, глядя на рвущиеся из окон языки пламени.

— Чего застыл? Ну?! — видя, что Цимици не может решиться на прыжок, Шэннон с силой толкнул его в спину. — Это Лос-Анджелес, чтоб тебя!

Кайл не удержал равновесия и рухнул вниз, не сумев сгруппироваться. Приподнявшись, он отпустил короткую нецензурную тираду в адрес охотника и его поступка.

— Прыгайте, — охотник не обратил на ругательства внимания. — Ну же!

— А ты? — поинтересовалась Анжела.

— Я спущусь на крышу пониже, тут для меня высоко. Там больше огня, так что вам лучше не соваться.

Замерев на краю крыши, Анжела собрала волю в кулак, глядя на рвущиеся к ней языки пламени. Уже спрыгнула вниз Креморна, уже спустился охотник, но девушка никак не могла решиться. Детский страх перед высотой и приобретенная пирофобия делали свое дело. Зверь рвался на волю, Гангрел с трудом его сдерживала.

— Чего ты ждешь?! — крикнули снизу.

Если она будет медлить, дождется того, что крыша обвалится, и она сгорит живьем.

— Ну, уж нет! — Анжела глубоко вдохнула, и, призвав Стойкость, прыгнула.

Пламя слегка опалило ей волосы. Полет оказался недолгим, и холодная земля весьма неприветливо встретила вампиршу. Анжела еще несколько секунд лежала, глядя в небо. Все тело неимоверно ныло, каждый синяк давал о себе знать тянущей болью, сильно болел ушибленный локоть.

— Не слишком мягкая посадка, — раздался где-то поблизости голос Кайла. — Ты как, цела?

— Более-менее, — Анжела села, а затем осторожно встала на ноги. — По крайней мере, кости целы.

— А вот я не уверен. Ох, черт! Анжела, будь другом, помоги встать.

Анжела протянула Цимици руку, помогая подняться на ноги. Кайл морщился от боли. Несколько секунд он опирался на руку девушки, затем медленно выпрямился, резко выдохнув через зубы и держась за бок.

Креморна подвернула ногу. Легче всех отделался охотник — впрочем, он прыгал с небольшой высоты, в отличие от временных клыкастых товарищей.

Как раз в этот момент особняк сотряс еще один взрыв, и крыша провалилась.

— Вовремя… — выдохнула Анжела. — Давайте выбираться, пока пламя не перекинулось на деревья.

— Точно, — кивнул Кайл. — Давайте уже поскорее вернемся в «Горизонт»… Ой!

Последнее восклицание было вызвано ударом локтем в больной бок от Анжелы.

— Расходимся, — мрачно проговорила она. — Не вздумай нас преследовать, охотник.

Выйдя за ворота, Анжела почувствовала ни с чем несравнимое облегчение.

— Выбрались, — тихо прошептал Кайл. — Теперь надо поймать такси.

— Боюсь, нами сейчас можно людей пугать, — усмехнулась Анжела. — Сам посмотри — в потрепанной одежде, забрызганной кровью, и костром от нас пахнет. Вернемся — Лия нас точно в стиральную машинку сунет.

— А что же, нам пешком плестись?

Спор был прерван появлением порядком потрепанного старого желтого такси. Автомобиль затормозил прямо перед удивленными вампирами. Стекло опустилось, и водитель — брюнет в темных очках — посмотрел на Кайла, Анжелу и Креморну.

— Вы? — выдавила из себя Гангрел, с изумлением узнав водителя, который привез ее в Санта-Монику в ночь после суда.

— И снова здравствуйте, — слегка улыбнулся тот. — Куда?

— В Даунтаун.

Креморна устало забралась на заднее сиденье, Анжела села рядом. Кайл занял переднее сиденье.

— У меня зверски болят все кости, — пожаловался он.

— Да уж, — согласилась Гангрел, рассматривая порезы и ожоги на ладонях. — О-ох, ну и ночка.

— Ночь не была к вам благосклонна? — ровным голосом поинтересовался таксист.

Анжела покачала головой:

— Ночь перестала быть ко мне благосклонной, с тех пор, как я… А, неважно.

— Кровь Каина течет и в моих жилах, — водитель на мгновенье обернулся, едва заметно улыбнувшись. — Нет нужды в Маскараде, Сородичи. — И уже более деловым тоном осведомился: — Где вас высадить в Даунтауне?

— У апартаментов «Горизонт», — устало ответила Анжела. — То есть, нет! У бара «Последний патрон», и поскорее, пожалуйста.

— Хорошо, — кивнул таксист.

«Я должна увидеть Найнса!»