Глава 5

«Мышь-зверочеловека? Убить?»

Элоди умерла от старости. Она всю жизнь выживала среди людей, которые только и стремились уничтожить любую замеченную мышь. Не успев даже понять, что происходит, Элоди уже начала двигаться. С легким хлопком она вновь превратилась в мышь и метнулась между грудами товаров, наваленных в складе.

Стоило ей хоть раз обратиться в человека, и теперь могла свободно, словно просто дышала, переходить из человеческой формы в мышиную и обратно. Она чувствовала свободу. Словно наконец-то освободилась от пут, что сдавливали все тело.

— Не упустите ее! Если упустите, головы с плеч полетят!

От этого зависит будущее семьи.

Дворецкий кричал, вздувшиеся жилы проступали на его шее.

— Что вы делаете?! Немедленно отпустите Элоди! — закричала Сэра, побледнев от ужаса, но никто не обратил на ее слова никакого внимания.

Дворецкий и приведенные им рыцари были одержимы лишь одним — раздавить мышь. Элоди, уворачиваясь от беспрестанно летящих к ней сапог, юркнула в узкую щель в стене. Это был старый склад, полный заплат и трещин, и потому ей удалось найти укрытие.

— Черт возьми! Выламывайте стену!

— Есть!

«Они собираются разобрать стену?»

Неужели ради того, чтобы убить всего лишь мышь-зверочеловека, стоит так сходить с ума?

«И вообще, как они узнали, что я мышь-зверочеловек, и почему так жаждут моей смерти?»

Она совершенно ничего не понимала. Но одно ясно наверняка: «Если поймают, убьют без раздумий». Элоди отчаянно карабкалась вверх по стене, цепляясь когтями и длинным хвостом, пытаясь найти лазейку, ведущую в другое помещение.

Хрясь!

В этот миг прямо рядом с ней клинок рыцарского меча пробил стену. Элоди, охнув, метнулась в противоположную сторону.

Хрясь!

Но другой клинок проткнул стену уже с той стороны, куда она направлялась. Рыцари даже не думали убирать мечи. Они упорно, не заботясь о том, что лезвия могут сломаться, пытались прорубить стену насквозь.

— Вот топор!

— Отлично, скорей сюда!

Элоди невольно зажмурилась.

«Смогу ли я отсюда выбраться живой?»

Она ведь только-только могла быть полезной Сэре.

«Я не могу умереть, оставив здесь Сэру одну!»

И в этот самый момент раздался голос:

— Чем это вы тут все гурьбой заняты?

Голос не слишком высокий и не слишком низкий — приятный, ясный голос юноши. Как только он заговорил, вокруг воцарилась абсолютная тишина, словно здесь никого не было. Тихие, но уверенные шаги приближались.

— Вы что, сражаетесь со стеной?

— М-милорд…

— Жалкое зрелище. Даже безумец из романа, бросавшийся на ветряные мельницы, выглядел бы более достойным рыцарем, чем вы сейчас.

Несмотря на явно насмешливые слова, голос звучал так холодно, что по коже пробегал мороз. Равнодушный взгляд юноши скользнул по рыцарям, отчаянно пытающимся разломать стену, и остановился на дворецком. Точнее, на запястье Сэры, которое тот крепко сжимал, не позволяя ей убежать.

Сэра, красная от усилий вырваться, закричала:

— Отпусти меня!

Юноша, слегка наклонив голову, указал на нее:

— Она просит отпустить ее.

— Это недоразумение! Просто служанка совсем распустилась, и я собирался ее проучить…

— И что?

— Это всего лишь низшая служанка, не стоящая внимания милорда…

— Она сказала отпустить. Ты глухой?

— …

Дворецкий был вынужден отпустить Сэру, нарушив прямой приказ графа Блувуда. Ведь перед ним стоял никто иной, как молодой господин Эдмунт, наследник герцогского рода Валькирисен.

Как только дворецкий отпустил ее, Сэра тут же упала на колени. Она не знала, кто именно этот юноша перед ней, но понимала, что он — единственная надежда спасти Элоди от смерти.

— Милорд, прошу вас, спасите Элоди!

— Элоди?

— Моя подруга. Она полевка-зверочеловек. Они хотят ее убить…

— Н-нет, что вы! — в ужасе перебил ее дворецкий, обливаясь холодным потом. — Это чудовищная ложь! Разве стали бы мы совершать убийство, да еще в тот самый момент, когда вы лично прибыли расследовать пропажу зверочеловека?

— Вот и я хотел бы это узнать.

Золотистые глаза Эдмунта, ярко блеснув в темноте, сузились. Он мельком взглянул на стеклянный шар, который держал в руке, а затем снова обратил свой взгляд на стену.

— Все не так, как кажется! Девчонка просто неправильно поняла ситуацию! Там была крыса, просто крыса…

— Крыса?

Эдмунт направился к дворецкому. Тот вздрогнул и невольно отступил назад, когда мальчик приблизился. Он быстро огляделся и тут же пяткой закрыл отверстие в стене, в которое проникла Элоди. Ситуация становилась все более запутанной, и дворецкий решил перекрыть единственный выход. Хотя рыцари и пытались разобрать стену, отверстия, через которое могла бы выбраться мышь, пока не было. Это можно было как-то объяснить. К тому же их застал не сам герцог, а всего лишь юный наследник.

— Мы задействовали всех слуг, чтобы поймать полевку-зверочеловека. Как раз в этот момент появилась крыса, и мы пытались ее поймать. А этот ребенок проходил мимо и неправильно все понял.

Услышав эти слова, лицо Сэры мгновенно исказилось.

— Нет! Они…

— Молчи! Еще смеешь повышать голос, будто права! Немедленно отойди!

Сэра стиснула зубы. Такое происходило не впервые. В доме Блувуд все, от хозяев до прислуги, относились к ней как к обычной служанке, полностью игнорируя ее мнение и слова. Она привыкла к этому. Настолько привыкла, что теперь воспринимала как нечто само собой разумеющееся. Даже если Сэра родная дочь графа Блувуда, пока он сам не признает ее ребенком, она никогда им не станет. В отличие от сестер, девочка не добилась его любви, поэтому, возможно, естественно то, что с ней обращались как со слугой. Она научилась смирению. Научилась послушанию.

— Это плохо.

Но та малышка сказала ей, что это плохо.

— Это странно. Неплавильно. Ты же сама понимаешь, Сэра.

Она сказала, что это странно и неправильно. Предложила убежать вместе. И поэтому…

— Мое имя — Сэрафина Блувуд. Я младшая дочь семьи Блувуд.

На этот раз она не могла отступить, даже если ее снова назовут сумасшедшей.

— Они собирались убить полевку-зверочеловека, и сейчас эта малышка находится за стеной.

— Ха! Совсем с ума сошла! Как ты смеешь выдавать себя за юную госпожу и лгать прямо в лицо! — закричал дворецкий, перебивая ее слова.

На самом деле он был сильно растерян. Когда в дом приезжали важные гости, Сэра всегда была заперта. Даже если случайно встречалась с гостями, ее неизменно представляли как служанку, и она никогда не протестовала, только молча опускала голову. Но почему именно сейчас?!

— Сэрафина Блувуд… Впервые слышу это имя.

При тихом бормотании Эдмунта выражения лиц двух человек резко изменились. У Сэры — отчаяние, у дворецкого — облегчение и радость.

— Именно так! Конечно же, вы не могли о ней слышать! Девчонка не в своем уме, не стоит воспринимать ее всерьез. Прошу вас, пройдемте в гостиную…

Однако Эдмунт не закончил говорить.

— Но, по крайней мере, ее следующие слова были правдой.

— Что? Что вы имеете в виду…

Мальчик поднял стеклянный шар, который держал в руке, и внимательно посмотрел сквозь него на противоположную стену. За прозрачным стеклом мигал маленький огонек, указывая на определенное место.

— Этот магический шар показывает местоположение одного человека. Точнее, единственной дочери семьи Рэтсон, юной леди Рэтсон.

— Л-леди Рэтсон?

— Однако юная леди подверглась несчастному случаю и была проклята, превратившись в животное. Из-за проклятия ее местоположение нельзя было определить магией. Но сегодня, по какой-то причине, проклятие внезапно исчезло, и ее местонахождение четко определилось именно здесь, в поместье Блувуд.

Благодаря чему удалось сразу же определить точные координаты и перенестись сюда с помощью магии.

Мальчик продолжил объяснять спокойным, ровным голосом:

— Конечно, семья Рэтсон не могла сама вступить на земли людей из-за мирного договора, поэтому два года назад они обратились именно к моей семье с просьбой найти пропавшую леди Рэтсон. — И в этот самый момент в глазах спокойно объяснявшего мальчика внезапно промелькнула холодная, убийственная ярость. — Сейчас местоположение юной леди и твое полностью совпадают. Как ты это объяснишь?