Глава 18

Вельзеон торопливо смахнул влагу с лица тыльной стороной руки. Однако внезапно хлынувшие слезы не собирались останавливаться. Напротив, казалось, они только и ждали возможности прорваться. И Вельзеон, и Чеша были поражены их нескончаемому потоку.

— Ик… – вырвалось у Вельзеона, будто от крайнего удивления.

Икающий, с красным от слез лицом, он выглядел точь-в-точь как тринадцатилетний мальчишка. Совсем не как старший сын рода Василиан… Чеша участливо похлопала Вельзеона, безутешно рыдающего, по плечу. Вельзеон крепко держал в руке ландыш и продолжал всхлипывать. Лишь когда его глаза совсем покраснели, он наконец перестал плакать.

— …

Вельзеон достал из кармана носовой платок и вытер им лицо. Маленькая тряпочка быстро промокла насквозь. Может быть, ему стало стыдно после такой бурной истерики? Кончики ушей Вельзеона порозовели. Вельзеон, рассеянно трогавший пальцем ландыш, вдруг тихо произнес:

— Отец и братья своевольны. Как жеребята.

Чеша не могла не согласиться. Все, кроме Вельзеона, были импульсивны и грубы, словно дикие звери.

— Братьям нужно понять, что столица и восток отличаются. В землях Василиан можно вести себя как пес, но здесь за это придется дорого заплатить. — Мальчик на мгновение плотно сжал губы. — Я хочу защитить семью Василиан. Чтобы граф ее не погубил, чтобы братья ее не опозорили… Я хочу ее уберечь.

Движения руки, нежно гладившей ландыш, замедлились.

— Но у меня не получается…

Вельзеон сердито нахмурился. Сдержав новый порыв слез, он посмотрел на Чешу. Казалось, мальчик сам не верил, что открыл свои тайные мысли, которые так долго хранил в себе, ребенку.

«Ребенок тут только ты», — пронеслось в голове у Чеши, но она с пониманием отнеслась к словам Вельзеона. В этом возрасте все склонны переоценивать свою зрелость. Чеша и сама, кажется, вела себя так же, когда ей было около тринадцати.

— Я исключу тебя из семьи Василиан до начала детского молебна, — Вельзеон произнес эти слова медленно, пристально глядя Чеше в глаза, будто повторяя их для себя. — Поэтому не стоит слишком сильно привязываться.

Чеша едва заметно кивнула, подумав про себя, что это, скорее, Вельзеон проявляет привязанность.

— Хватит валять дурака, уходи.

— Хорошо…

От долгого сидения на холодном каменном полу и так уже болели ягодицы. Чеша сделала вид, что устала, и быстро поднялась на ноги, а после поспешно покинула библиотеку. Уже почти выйдя и закрывая за собой дверь, она услышала тихий, едва различимый шепот:

— Спасибо за цветок.

Хлоп.

Дверь хлопнула, оставив Чешу в замешательстве. Она не успела разобрать ни слова, прежде чем дверь закрылась перед ее носом. Незнакомое чувство кольнуло где-то в груди, словно сердце защекотало. Она сделала глубокий вдох, ощущая, как внутри разливается что-то новое и волнующее, и зажмурилась.

— Граф Рудин.

Этот негодяй — корень всех неприятностей.

«Раздражает?..»

Вспоминая слезы Вельзеона, она почувствовала, как гнев закипает в ней с новой силой. Чеша сильно нахмурились при воспоминании о плачущем мальчике.

«Действительно раздражает?»

Возможно, она слишком долго жила спокойно? Желание устроить переполох росло с каждой секундой. Собравшись с духом, Чеша сжала кулак. Нежные розовые глаза наполнились решимостью.

—Я этого так не оставлю!

После долгого затишья она собиралась устроить настоящий взрыв.

***

Графство Рудин — древний и влиятельный род, чье богатство и власть крепли из поколения в поколение. Нынешний граф Рудин занимает пост камергера при императоре, пользуясь его абсолютным доверием. За верную службу императорскому двору ему вскоре должны пожаловать новый титул и расширить владения. Это, без сомнения, один из самых влиятельных аристократических родов.

Даже самые знатные дворяне, не говоря уже о герцогах и маркизах империи, не смели относиться к графу Рудину с пренебрежением. С каждым днем он становился все надменнее, что подпитывалось его растущей уверенностью в себе, но неожиданно у него появился серьезный соперник — граф Василиан.

Графство Василиан с самого начала имело сомнительную репутацию в империи, причем заслуженно. Люди недоумевали, как оно могло считаться одним из трех великих родов империи. В отличие от других знатных семейств, у графства не было никаких особых достижений. Они даже не участвовали в столичной жизни и политике, предпочитая уединенно жить в Темном лесу на востоке. Ходили зловещие слухи о странных событиях, происходящих в этом лесу.

Однажды случилось то, что потрясло всю империю. Граф Василиан внезапно прибыл в столицу с женщиной из ниоткуда и обратился к императору с просьбой даровать ей титул, так как они намеревались пожениться. Объявление графа Василиана о женитьбе на особе неизвестного происхождения вызвало настоящий ажиотаж в высшем обществе. Особое внимание привлекло происхождение невесты. Распространенной была версия, что она — рабыня. Звучали даже предположения, что она — высококлассная куртизанка, прибывшая из-за границы.

Многочисленные слухи достигли апогея, когда граф Василиан привел ее во дворец. В день его прибытия ко двору аристократы, обуреваемые любопытством, собрались толпой. Граф Рудин, камергер императора, тоже, стараясь скрыть свой интерес, с нетерпением ждал прибытия графа. В тот момент, когда увидел столь широко обсуждаемую женщину, он не смог сдержать восхищения.

— Хо-о, и правда… Несравненная…

Из всех, кого он встречал, она выделялась своей несравненной красотой. Ее изящество напоминало богиню красоты, недостижимую и ослепительную. Все, кто увидел эту женщину, восхитились неземной красотой.

Граф Василиан, сопровождавший даму, также поражал своей привлекательностью. Многие аристократки, лишь взглянув на него, потеряли голову от любви. Казалось, в высшем обществе вот-вот появится новая, блистательная пара…

Но, вопреки ожиданиям, граф Василиан, получив титул для своей спутницы, неожиданно вернулся на восток. Столичное общество, немного посплетничав о графе и графине Василиан, постепенно предало их забвению.

Прошло несколько лет, и стало известно о кончине графини. Как и ее прошлое, обстоятельства смерти остались тайной. Романтическая история любви, словно сошедшая со страниц сказки, трагически оборвалась.

Услышав эту печальную новость, граф Рудин цокнул, выразив мимолетное сожаление, но тут же отбросил эти мысли. Он был слишком поглощен своими делами, чтобы тратить время на подобные известия.

Граф Василиан, которого он почти забыл, внезапно возник в его жизни вновь, в тот момент, когда Рудин исполнял важное поручение императора.

— Немедленно приведите графа Василиана в столицу!

Побледневший император, принявший прибывшего из Хильдерда святого рыцаря, поручил ему единственную задачу: доставить Василиана. Задетый в самое сердце граф Рудин, тем не менее, скрупулезно исполнил волю монарха. По прошествии стольких-то лет граф Василиан почти не изменился, что поразило Рудина. Он предполагал увидеть его постаревшим и измученным горем после смерти жены, но лицо Василиана оставалось гладким и без единой морщины.

Однако времени удивляться его вечной молодости не было. Рудин был слишком поглощен гневом, вызванным надменностью Василиана. Этот выходец с востока, казалось, не испытывал ни малейшего страха. Его дерзость по отношению к графу и святому рыцарю была настолько велика, что каждое слово Василиана вызывало у Рудина приступы раздражения. Несмотря на то, что его следовало бы немедленно заключить под стражу, император благоволил графу Василиану. После ухода Василиана император вызвал Рудина и дал ему личные указания, намекая на особое отношение.

— Поскольку он собирается остаться в столице на некоторое время, позаботься о нем.

Ревность переполняла графа Рудина, лишая его покоя. Ночи проходили в размышлениях о том, как сломить спесь соперника. Удача улыбнулась графу, и шанс представился незамедлительно.

— Ха-ха! Сегодня был замечательный день.

Граф разразился смехом. Он не мог удержаться от ликования, вспоминая, как старший сын семьи Василиан застыл в беспомощности перед ним. Мысль о том, что он получит извинения от графа Василиана, доставляла ему чувство удовлетворения, словно он отведал изысканное блюдо. В отличие от ликующего мужа, графиня была полна тревог.

— Но все ли будет хорошо?

— Что такое?

Ее беспокойство омрачало его триумф.

— Эти красные глаза не выходят у меня из головы… Они зловещие.

— Ты всегда переживаешь попусту. В конце концов, это всего лишь дети. Я сам улажу все с графом Василианом.

— Если так, то я спокойна, но…

Граф Рудин постарался успокоить свою чрезмерно волнующуюся супругу. Вечером он уединился в своем кабинете с бокалом вина. Под воздействием алкоголя граф не дошел до спальни и уснул на диване. Во время глубокого сна его внезапно пронзило чувство необъяснимой тревоги, и он резко открыл глаза.

— !..

Внезапно к нему вернулось сознание. Сразу же он понял, что очутился в странном пространстве. Вокруг простиралась гигантская шахматная плоскость, составленная из регулярно сменяющихся светлых и темных клеток.