Налетела песчаная буря. Ветер пустыни был чудовищно сух, нёс тучи песка, и даже мимолётное прикосновение его оставляло на коже заметные отметины.

К Зеону это не имело никакого отношения. Песок не мог причинить ему вреда. Он был ему как собственное тело. Пусть область, которую он мог контролировать, оставалась пока ограниченной, этого вполне хватало, чтобы укрыться от бури.

Палящее солнце днём и пронизывающий холод ночи смягчала надетая на нём роба. Сшитая из шкуры Песчаного Удильщика, тонкая и лёгкая, она обладала исключительной термоизоляцией. Днём не пропускала жар, сохраняя прохладу, а ночью удерживала тепло тела, не давая ему рассеяться. Она берегла его силы.

Следуя за Дьёденом, Зеон вдруг огляделся. Куда ни кинь взгляд, везде был лишь песок. Ни одного ориентира, ни одной приметной скалы или постройки. Стоя посреди бескрайней пустыни, поневоле осознавал, насколько же ничтожен человек.

Зеон перевёл взгляд вперёд, на Дьёдена. Тот шагал не останавливаясь, не оборачиваясь, всегда только вперёд. Без чёткой цели идти так прямо в пустыне невозможно. Лишь тот, у кого перед глазами стоит ясная задача, способен пересекать пески по прямой. Но сколько дней они уже шли вместе, Дьёден ни разу не обмолвился ни о своих целях, ни о прошлом. Когда солнце садилось и наступало время отдыха, он неизменно выставлял Крейон перед собой и вёл беседу с мечом.

Поначалу Зеон считал это причудой безумного старика — разговаривать с куском стали казалось ему полным бредом. Он слышал о существовании Эго-мечей, но полагал, что подлинные Эго-клинки встречаются крайне редко и в Нео-Сеуле их практически нет. Поэтому он не верил, что Крейон и впрямь настоящий Эго-меч. Однако после того, как это повторялось изо дня в день, Зеон уже не сомневался: Дьёден действительно общается с мечом. В такие минуты, когда пустыня затихала, лицо старика смягчалось, а в глазах порой вспыхивали глубокие, сокровенные чувства. Стоило же солнцу взойти и им снова выйти в пески, взгляд его вновь становился суровым и свирепым. В этих глазах полыхало столько безумия и ярости, что, казалось, он способен разорвать на части весь мир.

Зеон не знал, что сделало Дьёдена таким, но сегодня он снова шёл наперекор безжалостным пескам. Жуя вяленину, Зеон следовал за ним.

После того как он поглотил желчный пузырь и мясо Песчаного Удильщика, тело его разительно переменилось. Весь лишний жир исчез, уступив место мускулистой фигуре. Сколько бы он ни шёл, усталость не накапливалась, и долгий переход почти не ощущался. Не будь Дьёдена, Зеон никогда бы не узнал ни о существовании Удильщика, ни о том, какое воздействие он оказывает на тело.

“Кто же он такой? Что за судьба гонит его одного через эту пустыню? И почему я тащусь следом?”

Вопросы бесконечно роились в голове. Лучший способ утолить любопытство — спросить самого Дьёдена. Но шанс, что это сработает, был почти нулевой.

“Ничего-то тут не бывает просто”.

Глот!

Проглотив давно пережёванный кусок вяленого мяса, Зеон ощутил сухость во рту. Он пошарил в складках робы и вытащил кожаный бурдюк с водой — тоже сделанный из шкуры Удильщика. Лёгкий и гибкий, он вмещал изрядный запас воды. Зеон наполнил его до краёв ещё прежде, чем оазис исчез. Пил он редко и понемногу, только при крайней нужде.

«Х-а!»

Одного глотка хватило унять жажду. Едва он закрепил бурдюк на поясе…

Ш-ш-ш!

Где-то в глубине песка шевельнулось едва уловимое движение. Зеон сосредоточил восприятие. Чутьё подсказывало: вокруг было десять существ. Они приближались со всех сторон. В радиусе десяти метров от Зеона ощущалось движение — верный знак, что его сенсорика расширилась до этой дистанции. Но радоваться обострению чувств было некогда: пора было готовиться.

Существа, пусть медленно, но верно сжимали кольцо, окружая его, готовые в любой момент выскочить из песка. Блестящие, словно титановая броня, панцири; мощные жвалы, разделённые надвое; шесть лап и пара усиков. Муравьи. Вот только, в отличие от обычных, они были куда крупнее человека. Их называли Волчьими Муравьями. Они передвигались стаями, точно волки, и славились своей свирепостью. В пустыне именно Волчьи Муравьи представляли самую страшную угрозу для проходящих караванов. Стоило одному такому муравью появиться поблизости, это означало, что где-то рядом гнездо — обычный муравейник. В муравейниках обитали сотни, а то и тысячи особей и личинок. Поймав добычу, они тащили её туда на прокорм королеве и потомству.

По-настоящему ужасным Волчьих Муравьёв делал их яд, впрыскиваемый при укусе. Яд этот парализовал тело, оставляя сознание нетронутым. Укушенный таким муравьём вынужден был в полном рассудке испытывать, как его пожирают заживо. Вот почему в пустыне при встрече с Волчьими Муравьями нередко советовали просто покончить с собой. Зеон ещё в трущобах наслушался бесчисленных баек об этих тварях, так что узнал их сразу.

Топ!

Волчьи Муравьи клацали жвалами, надвигаясь на Зеона. Их минеральные глаза и панцири отражали солнечный свет, слепя зрение. Невозмутимо Зеон выбросил Песчаный бластер.

Шу-у-ух!

Пять струй ударили точно в головы муравьёв. Те пошатнулись от удара, но, в отличие от Гигантских Гиен, их головы остались целы. Всё дело было в титановых панцирях. Пожалуй, самой грозной чертой Волчьих Муравьёв была их защита: большинство атак они могли отражать именно благодаря этой броне. Защита была столь мощной, что атаки Пробуждённых D-ранга и ниже наносили им весьма незначительный урон. Поэтому все, кто был слабее D-ранга, при встрече с Волчьими Муравьями обращались в бегство. Но Зеон, не ведая о том, продолжал атаковать. Взбешённые его напором, муравьи ринулись вперёд с ещё большим остервенением.

«Кха-а!»

Зеон отступал, не прекращая поливать их Песчаным бластером.

Кваквакуонг!

Струи песка без устали молотили по головам муравьёв. Те получали сильные сотрясения, но всё ещё держались на ногах. Зеон понял: так ему не выиграть. Быстро скользнув назад, он нацелил бластер только на одного.

Бум!

Наконец голова выбранного Волчьего Муравья разлетелась.

«Хорошо!»

Зеон сжал кулак и лихорадочно принялся выстреливать бластеры один за другим.

Бах! Бум!

С каждым разрывом головы муравьёв лопались, как хлопушки. За время пути с Дьёденом мощь Песчаного бластера возросла многократно, почти сгладив разницу в силах достаточно, чтобы наносить ощутимый урон. Зеон проникся уверенностью в эффективности своих атак.

И тут случилось это.

Киииик!

Внезапно один из Волчьих Муравьёв издал пронзительный высокочастотный звук. Казалось, он визжит от ужаса, перепуганный не меньше, чем сам Зеон.

«Шумно!»

Зеон послал бластер в голову кричавшего муравья.

Бум!

И эту голову разнесло на куски. Теперь их осталось только трое. Зеон решил поскорее прикончить их и догнать Дьёдена. Но случилось непредвиденное.

Ш-ш-ш!

Внезапно Зеон ощутил приближение огромного множества существ.

«Что…?»

Он не успел толком осознать, как из песка повсюду полезли головы Волчьих Муравьёв. Их было больше сотни.

«Безумие!»

Зеон оторопел при виде такого немыслимого количества. Только теперь он осознал: тот высокочастотный звук был призывом на помощь. Волчьи Муравьи полностью обложили его со всех сторон.

Какакака!

Муравьи издавали жуткий, режущий слух стрекот, который взрывался в воздухе. Они стремительно бросились на Зеона.

«Блядь!»

Зеон рванул Песчаным Шагом, чудом уклоняясь от атак.

Вшух! Хрясь!

Ускользнув в волоске от жвал, он тут же всадил бластер в голову ближайшего муравья. Зеона с ног до головы залило плотью и кровью Волчьего Муравья. При виде этого остальные накинулись на него с утроенной яростью.

«Й-я-а-а!»

Крича, Зеон отбивался.

В пылу схватки Зеон вдруг заметил старика, сидящего на вершине высокой песчаной дюны. Это был Дьёден. Он наблюдал за битвой, поставив Крейон рядом с собой.

«Волчьи Муравьи имеют обыкновение сбиваться в стаю, стоит тронуть одного из их сородичей».

Ни в коем случае нельзя считать, что те муравьи, что напали первыми, — это все. Даже сейчас, сражаясь, они издавали свой высокочастотный зов, вызывая подкрепление. Скоро прибудут и остальные. Дьёден и впрямь чувствовал, как с бешеной скоростью к ним мчится новая стая. Похоже, поблизости находился муравейник.

Бум! Бах!

Зеон выкладывался полностью, пуская бластер за бластером. Каждый выстрел взрывал головы Волчьих Муравьёв.

«Недостаточно. Бесконечно далеко до нужного», — выразил неудовольствие Дьёден.

Зеон пробудил редчайшую в этом мире способность — Манипулирование песком, благословение, которому нет равных в мире, где почти всё стало пустыней. Но он до сих пор не осознавал ни масштаба своих возможностей, ни предела их полезности. Такие вещи познаются только на личном опыте.

В мире принято судить о силе Пробуждённого по нашивке. Боевой тип, Магический тип, слабее D-ранга — и так вплоть до вершины S-ранга. Видимая иерархия определяла всё, ею же ограничивали потенциал. Когда Пробуждённые обретали навыки, их не подталкивали самостоятельно постигать свой рост или полезность, а гнали по стандартному, безопасному пути. В итоге они не могли полностью развернуть свой потенциал. Только столкнувшись с суровой реальностью, перешагнув грань жизни и смерти, осознав свои слабости и начав искать способы их восполнить, можно идти вперёд. Именно такой путь Дьёден считал верным для роста Пробуждённого. Но влиятельные фигуры в Нео-Сеуле думали иначе. Метод Дьёдена требовал слишком много времени и не был достаточно эффективен. За это они смотрели на него свысока.

«Твердолобые идиоты! Так увязли в борьбе за власть, что даже не осознают, в каком состоянии мир».

Сто лет минуло с Шестого Вымирания. Большинство выживших погибло, остались лишь единицы. Дьёден был одним из тех немногих, кто помнил ужас того времени. Он своими глазами видел, как начиналось шестое массовое вымирание, сколько людей страдало и в отчаянии угасало. Цивилизация рухнула в один день, а мутировавшие чудовища терзали Землю. Никому не понять, какая безмерная ярость клокотала в нём, когда он беспомощно смотрел, как его семья и друзья становились всего лишь добычей монстров, исчезая навсегда. К счастью, пробудившись и выжив до этого дня, Дьёден ни на миг не забыл тех ужасов.

Иные говорили: «Прости себя». Чушь. Как он мог простить себя? Даже спустя сто лет он не мог простить себе, что беспомощно смотрел, как умирала его жена. Всех прочих он называл идиотами, но в глубине души знал: самый большой идиот — он сам.

С безумным блеском в глазах Дьёден смотрел на Зеона. Тот сражался отчаянно: уклонялся Песчаным Шагом, атаковал Песчаным бластером. Шаблонный подход. Возможно, Зеон считал это своим пределом, но до ожиданий Дьёдена он пока не дотягивал.

«Докажи свою ценность, выживи сам. Идиот!»

♢ ♢ ♢ ♢

Переводчик: Lozeryy

Редактор: Eroks