Глава 41.

Когда Бенни открыла дверь, перед ней оказались Лухан и горничная, отвечающая за ремонт вещей.

– Что случилось?

– Барон сказал, что хочет подарить мадам туфли, поэтому я пришла измерить её ступни, – спокойно сказала горничная.

Лухан искоса посмотрела на Элиану и Бенни. Бенни посмотрела на подругу и Элиана жестом разрешила ей войти.

Лицо Лухан мгновенно засияло. Однако Элиана предупредила её, показывая на свои израненные ступни:

– Вы пришли так далеко, поэтому не могу просто выставить за дверь, вот и впустила. Не радуйся слишком сильно.

После её слов Лухан мгновенно погрустнела.

Так и есть. Мадам не может так легко принять подарок Барона.

– Лухан, скажи Барону, что у меня уже есть туфли, подходящего размера, поэтому пусть не волнуется.

– Н, но, мадам……

– Пусть лучше использует эти деньги, чтобы купить Шарлин ещё одну пару туфель. Со следующего месяца выделенный ей бюджет будет сильно сокращён. Передай, что следует заранее подготовить конфеты, чтобы класть ей в рот, когда она будет плакать и истереть.

Лухан промолчала, ничего не говоря в ответ на слова Элианы, наполненные цинизмом. И, попрощавшись вместе с горничной, отвечающей за ремонт вещей, она направилась к выходу из комнаты.

– Минутку. Лухан, иди к Барону, а дитя рядом с тобой пусть останется ненадолго.

– Мадам, могу я также остаться с вами?

– Хм. Нет, – непреклонно ответила Элиана.

– ……Тогда я пойду, – Лухан вышла из комнаты, оставляя мольбы.

Горничная, отвечающая за ремонт вещей, осталась спокойно стоять, без каких-либо признаков дрожи или волнения, даже после ухода Лухан.

Элиана внимательно посмотрела на её руки. Руки девушки были грубыми, как у старого фермера. Сильно отличаясь от её юной внешности с лёгким макияжем, направленным на сокрытие веснушек, и аккуратно заплетённых волос с обеих сторон лица.

– Ты – горничная из ремонтной мастерской? Как твоё имя.

– Да, мадам. Я – Хасен.

– Сколько тебе?

– В этом году мне исполнится 19 лет.

– Как долго ты в ремонтной мастерской?

– Уже 7 лет.

– Ты много работаешь, несмотря на свой юный возраст.

– ……Н, нет, мадам, – Хасен опустила голову словно в смущении.

Элиана попросила Бенни принести две или три шляпки, которые они сшили. Глаза Хасен расширились от изумления, когда она впервые увидела такие красочные шляпки.

– Хасен.

– Д, да, мадам.

– Можешь ли ты сделать что-то подобное?

– Пока есть материалы, я могу сделать что угодно.

– Тогда я предоставлю тебе материалы и мастер-класс. Впредь, вместо того, чтобы чинить одежду или шторы, опытные горничные будут собираться и шить такие шляпы.

– Как в моде могут быть такие шляпы……

– Просто делай. Все они будут использоваться.

Услышав ответ Элианы, Хасен сказала, что поняла и вышла из комнаты Баронессы с шляпками в руках.

– Уже что-то шить? А что, если реакции не будет? – спросила Бенни, после того как горничная ушла.

– Это невозможно. Мы с Хелен наденем эти шляпки и посетим дом графа Одэли. Скоро я посещу особняк герцогини Тэнэб. Людей будет терзать любопытство, как бедная Элиана Роуз получила приглашение от графа Одэли и герцогской семьи Тэнэб.

– Когда происходит что-то подобное, обычно люди начинают со взглядов на наряды!

– Ещё рано делать акцент на платьях. Однако шляпы, носовой платок, зонтики и аксессуары – это немного другое. Реакция обязательно будет.

Ещё до того, как пойти на банкет, у Элианы появилась идея заработать на одежде и аксессуарах, которые она носит.

Вещами, которые определённо могут увеличить доход, являются предметы роскоши из высококачественных материалов.

Если подключить к этому мастерские, связанные с Джордион или другими торговцами, изначальные затраты на это будут слишком высокими. Чтобы эти затраты окупились, необходима почва.

Элиана планировала осуществлять свои планы шаг за шагом. Она вновь взяла документы Перэ и вернулась к чтению.

Руки Элианы всё чаще и чаще тянулись к бухгалтерской книге, в которой было множество пробелов.

*****

– А-а-а-а!

Чашки, чайники, тарелки с красивым цветочным узором были разбиты друг за другом. Красивое печенье с тарелок было разломано или катилось по полу.

Все горничные Шарлин склонили головы, ничего не говоря. После банкета их госпожа пребывала в наихудшем настроении.

Оно продолжалось даже после того, как сегодня утром Шарлин проснулась и приняла ванну с лепестками цветов. Всё утро она была раздражена из-за прыща на своей щеке.

К тому времени как Шарлин наконец сняла покраснение с помощью хороших средств, пришла новая весть.

Эта новость заключалась в том, что Карман отправил горничную, чтобы сделать Элиане туфли.

– Элиана, Элиана, эта проклятая Элиана! – бесилась Шарлин.

Разумеется, и в этот раз Элиана наотрез отказалась принимать подарок и осталась в своей комнате, просматривая документы.

Она притворяется такой высокомерной, но почему сердце Кармана постепенно слабеет к ней? Элиана находится на другом уровне в сравнении с его предыдущими жёнами.

Меня так злит, что она не стала сразу просить о разводе, паниковать или пытаться как-то угодить Карману.

Нет, она уверенно просит то, чего хочет и добивается. И даже как-то крадёт сердце Кармана!

Это ещё не всё. Главным героем любого светского мероприятия всегда была Шарлин. Внимание каждого было сосредоточено на ней, самой прекрасной и лёгкой женщине, подобной цветку, распустившемуся в прекрасном саду.

Но какой была ситуация сейчас? Все сосредоточились на Элиане, что выглядела как роскошная роза.

Люди не могли оторвать взгляда не только от платья, которое она носила, но и от колье и головного убора, что были на Элиане. Интерес к ней возрос ещё сильнее, после того как она пообщалась с мадам Тэнэб, графом Одэли и Гилианом Хат.

Даже после того, как Элиана ушла с банкета первой, аристократки долго говорили о том, было ли в её волосах перо павлина или перо фазана.

Интерес к платью и аксессуарам, которые Шарлин тщательно подготовила, мгновенно пропал.

– Я не могу терпеть это! – Шарлин чувствовала, что всё, из чего она состояла, разваливается.

Это всё из-за Элианы. Если бы не она, никаких проблем бы не было.

Я бы тихо притворялась скромной приёмной дочерью, пока не умер бы Джерик Хантер, а затем стала официальной Баронессой. Меня ждала бы лишь жизнь полноценной аристократки и Баронессы.

Шарлин не могла больше смотреть, как все её мечты разбиваются вдребезги. Даже при том, что целью Элианы было выбраться из этой семьи и Карман Хантер её совсем не интересовал.

Более того, вопреки тому, что думала Элиана, Карман стал проявлять к ней всё более явный интерес. Как только Элиана обратила внимание на управление Баронством, у горничных и слуг особняка не осталось другого выбора, кроме как следовать её словам.

Кто-то начал говорить, что поскольку у Шарлин закончились верёвки для Барона, стоит получше присмотреться к Элиане. Старшая горничная Мэй отругала сплетников, но те продолжили шептаться, скрываясь от глаз.

– Всё просто. Если она уйдёт, всё сможет вернуться к тому, как было раньше. Перэ вернётся, а Карман поймёт, что просто на мгновение отвлёкся чужим блеском, – глаза Шарлин напоминали человека, почти сошедшего с ума.

Мэй наблюдала за ней грустным взглядом.

Но Шарлин продолжала говорить, не останавливаясь:

– Светский мир тоже вернётся в изначальное состояние. Я снова буду нравиться всем. Они будут интересоваться лишь мной! – и стукнула своей маленькой рукой по столу.

Все в комнате вздрогнули от звука удара.

– Найдите Перэ и скажите ему, – продолжала говорить Шарлин голосом, лишённым и тени веселья. – Скажите, что Элиана пытается избавиться от него. Если он хочет защитить свою жизнь, а не своё положение дворецкого…… то он знает, что ему сделать.

– Мадам, однако если господин дворецкий расскажет об этом Барону, это лишь поставит вас в невыгодное положение.

– Это невозможно. Он точно сейчас дрожит от страха. Сколько он украл! – закричала Шарлин. – Думаете я притворялась, что ничего не замечаю, потому что ничего не понимаю? Я делала это, потому что кое-что предназначалось и для меня. Хотите, чтобы я вернула Элиане все мои серьги, кольца и красивые украшения? Этого не будет.

С мрачным лицом Мэй приказала горничным выполнить приказ и выставила их из комнаты, а сама подошла к Шарлин:

– Мадам, думаю будет хорошо позволить Перэ сделать всю грязную работу, а затем избавиться от него.

– Естественно.

Мэй с грустью посмотрела в глаза Шарлин, где плескался яд.

Было бы лучше, если бы она не делала это, но это её выбор. В любом случае, у меня нет другого выбора, кроме как предложить более определённый путь и создать способ выжить нам всем.

Мэй также была в положении, когда у неё не было другого выбора, кроме как сделать Шарлин Баронессой. С тех пор, как старшая горничная Элианы, Бенни, вошла в особняк, вокруг неё сформировалась группа последователей. Было ясно, что у неё есть способности и полномочия для управления всеми горничными.

Если Шарлин выгонят, это станет концом и для меня.

Мэй знала, что это неправильно. Она также знала, что Элиана обладала важными способностями для места Баронессы и больше подходила для этого титула, но, к сожалению, была на стороне Шарлин.

Поэтому победителем должна стать Шарлин, а не Элиана.

Для этого я пойду на любые низкие поступки.

– На всякий случай я найду надёжный метод, – тихо добавила Мэй.

– Да. Как и ожидалась, Мэй ты понимаешь о чём я. Как горничная Баронессы. Нужно убедиться, что все, находящиеся сегодня в этой комнате, не предадут меня.

– Да, мадам, – завершив разговор, Мэй вышла из комнаты Шарлин. И, оглядевшись, быстрыми шагами пошла по коридору.

Лухан, стоявшая за колонной рядом с дверьми комнаты Шарлин, убрала руку, которой закрывала себе рот. Голос Мэй было трудно услышать, но взбешённый голос Шарлин отчётливо слышался даже за пределами комнаты.

Госпожа Шарлин собирается убить Баронессу! – Лухан посмотрела в ту сторону, куда ушла Мэй и крепко обхватила руками своё дрожащее тело.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –