Глава 12

Я решил прямо спросить его об этом: «Как… Тогда, когда я был совсем рядом с дверью, ты ждал меня прямо за ней. Каким образом ты понял, что я был совсем близко к двери?» В ответ он направил на меня свой удивлённый взгляд, а после восхищённо улыбнулся.

«Я – паладин. Мы можем чувствовать других благословлённых Альвой людей. Ах, точно, Альва – это великое создание из света, которое изгнало монстра, гнусно притворявшегося твоей матерью, из тебя.»

Но… Мне не хотелось верить ему. Что-то во мне говорило мне, что он врёт.

Заметив сомнения во мне, он добавил: «Подумай, если бы я был плохо на тебя настроен, то не выдал бы себя так просто, поджидая тебя за дверью, чтобы ты начал сторониться меня.»

Да, звучит вполне логично… Должно быть, это просто сомнения из-за ничего.

«Прости за это…» Мне было действительно жаль. Из-за моих подозрений я мог испортить ему настроение, а ведь я был так любезно принят в паладины. Так ещё и они заботятся о нашем жилье, еде… Моя голова опустилась немного вниз, из-за чего я видел освещаемые лучами каменную плитку.

«Не бери близко к сердцу. Это нормально, что ты так сомнителен насчёт меня, ведь мы даже дня не знакомы.» Он положил руку на мой подбородок и поднял голову так, как её держат счастливые люди. Они смотрят вперёд, видя хорошие вещи. А даже если им встречается что-то плохое, они всё-равно с улыбкой воспринимают это и продолжают счастливо жить.

«Главное, чтобы ты усвоил из этого урок.»

Может быть он именно из этих людей.

Старческое лицо, счастливо улыбающееся мне, казалось, вызывало во мне теплоту.

«А теперь, давай пойдём к учителю.»

Следуя за ним и видя его спину, я увидел шрамы на непокрытых тканью частях тела.

Я снова опустил голову и немного поник. Он точно пережил множество ужасных битв, прежде чем начать так добро ко всему относиться. Он действительно ценит каждую минуту и старается прожить жизнь счастливо. Но ради этой доброй и излучающей тепло улыбки он, должно быть, через многое прошёл.

Из-за этих мыслей я немного отстал от него. Он это почувствовал и повернулся.

«Скоро ты сможешь стать настоящим паладином.»

Мускулистое тело, на которое падали светлые волосы, от излучающего тепло солнца делало его пряди светлее. Всего несколькими предложениями он смог воодушевить меня. Хотя бы ради того, чтобы показать ему, что принятия меня в паладины не напрасная трата ресурсов, я хотел стать сильным. И… Если возможно, стать таким сильным, что смогу защитить и обеспечить сестру хорошей жизнью даже один.

«Иду!» Крикнул я и, вдохновлённый, побежал к нему.

...

Глаза девочки, что совсем недавно закрылись, снова открылись.

«Совсем недавно ты спокойно жила с братом, матерью и отцом, что всегда приходил с какой-то вкусной добычей, от чего все радовались. Видя их счастье, тебе, казалось, передавалось их счастье. Но пришли какие-то плохие существа и разрушили всё.»

«Мёрзла, хотела сказать хоть что-то, даже простое «агу». Но не могла. «Добрая» сторона не давала тебе сделать этого. Она не дала тебе даже попытку рассказать о своём негодовании насчёт ситуации своему брату. Поэтому тебе становилось от этого всё хуже и хуже. Казалось, ты отрешена от мира и осталась совсем одна. Так ответь же, «добро» доброе ли?»

Сказала тёмная девушка, которая выглядела как мама маленькой девочки, но от неё ощущалась совершенно другая аура.

Напротив неё сидела девочка. Она была вовсе не младенцем, как в реальном мире, а уже 3-х летним ребёнком, способным мыслить. Однако она не решилась что-либо ответить на такой сложный вопрос. В ответ на это девушка лишь улыбнулась и подошла к девочке.

«В конце концов, ты ещё ребёнок. Так что давай пока побудем вместе, как мать и её ребёнок, хорошо?

Из совершенно тёмной части лица женщины, где не было даже частицы света, вырвалась совершенно тёмная капля, упав на пол. Место, откуда появилась капля, стало белым. Но место куда упала капля, стала тёмной.

Матерь взяла дочку на руки начала поглаживать её, немного покачивая руки из стороны в сторону.

«Ты будешь со мной, даже когда станешь ещё больше. Я не покину тебя и не закрою тебе рот.»

Такими были последние слова женщины, перед тем как маленький мир, в котором девочка находилась, пропал. Нет, он не пропал, а всего лишь исчез на время. Её встретили яркие солнечные лучи, освещающие лицо, но раздражающие глаза.

Так, с тоской в сердце, она просыпалась каждый раз после рокового дня, но теперь ей было хотя-бы тепло.