Но где же мне хранить пуговицы? Они слишком драгоценные, чтобы просто оставлять их где попало, иначе потеряются. Я даже не могу поинтересоваться у горничных, куда можно припрятать ценности, но...

Нет, всё равно не могу.

Я помотала головой, не раскрывая клюв. Ведь пуговицы – моя заначка, которую нужно будет забрать во время “побега”. Если я поговорю с горничными, то не смогу сохранить этот факт в секрете. Лучше всего спрятать их в месте, о котором буду знать только я одна.

«Вопрос только где...» — меня охватили раздумья, — «в моей комнате точно нельзя. Там каждый день убираются, а значит всё будет на виду, скрывать что-то просто негде. Хм-м, ничего в голову не приходит».

Я вновь повернула голову и обхватила пуговицу крыльями.

«Неужели в этом особняке нет подходящего местечка для тайника? Нет, я должна найти его, учитывая, что наши с Арсеном комнаты точно не сгодятся».

Там его будет слишком легко найти.

«Место, где горничные почти не прибираются... настолько далёкое и неприметное, что там редко кто-либо бывает... вот, что мне нужно отыскать для моей драгоценной пуговички! Хорошо, я справлюсь».

Особняк ведь большой? Парочка подходящих “кандидатов” точно должна найтись. По крайней мере, я была уверена в этом.

Я решительно расправила крылья. Мой план заключался в том, чтобы отпроситься на прогулку под предлогом поиска подходящего места для гнезда. Однако Бетти отлучилась. Как раз вовремя.

Пуговица, которую я спрятала в своём оперении, выскочила, стоило мне только вскочить на лапы.

— Чирп!

«Ой, точно. Её нужно спрятать тщательнее перед выходом...»

Хлоя дала мне эту пуговицу, а значит не могла её забрать, но в поместье есть и другие горничные, которые могут это сделать, ничего не зная о подарке. Да, это вполне возможно, ибо в мою комнату входят не только Хлоя и Бетти. Именно поэтому мне нужно скрыть свою драгоценность.

Приняв решение, я взяла пуговичку клювом и спрыгнула с постели.

— Чирп!

И опустилась на лежавший у кровати мягкий коврик розового цвета. Положила вещицу рядом, клювом же приподняла ковёр, точнее попыталась это сделать.

— Ч-чирп! Чирп...!

У меня получилось поднять лишь уголок этой тяжеленной материи.

«Фух, я справилась»

Если бы я только могла перевоплотиться, то поднятие ковра не стало бы такой большой проблемой. Находясь в таком маленьком тельце трудно делать даже самые простые вещи.

Глубоко вздохнув, я снова подняла пуговицу, а затем быстро запихнула её под ковёр, после чего опустила поднятый угол, чтобы всё выглядело как можно более естественно. К счастью, он довольно толстый, чтобы моя драгоценность не выделялась.

«Отлично, так держать».

— Чирп!

Я вздохнула с удовольствием и выпорхнула из комнаты. Мне нужно было как можно скорее облететь весь особняк, пока Бетти не заметила мою пропажу.

«Стоит ли сначала осмотреть первый этаж? Хотя от Бетти я слышала, что на втором есть пустующая комната».

Было бы легче спрятать пуговицу в месте, где горничные бывают совсем не часто.

Я медленно опустилась на пол, предположив, что лучше всего обнаружить место для тайника пешим шагом.

«Нет, очевидно нет».

В птичьей форме мои лапы слишком коротки, а значит шагая, расстояние, которое я могла бы пролететь за десять секунд, я преодолела бы за минуту.

«К тому же, кто-то вполне мог наступить на меня...» — Подумала я, оборачиваясь на слуг, проходящих мимо меня, те улыбались, стоило нам только встретиться взглядами.

Большинство работников особняка относились ко мне снисходительно, но... проблема в том, что я слишком мала. Они вполне могут случайно на меня наступить, несмотря на всю свою доброжелательность. Что-ж, лучше всего просто лететь, окружающим куда проще уклониться от меня.

Вновь поднявшись в воздух, я как можно медленнее махала крыльями, чтобы не набирать слишком большую скорость.

Стоило мне долететь до конца коридора на втором этаже, как вдруг откуда-то раздался шум.

— Чирп?

«А?»

Я осмотрелась, слуг поблизости не было. Приземлилась. Любопытство заставило меня пойти на звук, он стал отчётливее. Где-то в солнечной комнате, кто-то беседовал.

Я подлетела ближе к двери.

«А? Эта комната...»

То была гостиная второго этажа. Да, в особняке Йекхартов две гостиные, одна на первом, а другая на втором этаже. Я слышала, что вторую использовали только для приёмы почётных гостей. Другими словами, использовали её довольно редко.

Я вспомнила, как Бетти проводила мне экскурсию по особняку.

— Большинство гостей принимают в первой гостиной, ту, что на втором этаже, господин Кендрик использует достаточно редко. — Говорила она, открывая эту же дверь.

Но тогда почему теперь из неё исходили голоса? Неужели в этот дом пожаловал особенный гость? Любопытство вновь увлекло меня за собой и, я села на ручку и вновь огляделась. Поблизости никого не было.

«Ай, холодно!»

Было неудобно сидеть на холодном металле. Поэтому я поджала одну лапу под себя и прислушалась. Раздался знакомый голос.

— ... Так... вы поэтому здесь? — Строго поговорил Кендрик и голос его отличался от обычного, наверняка потому что он злился.

Разговор о чём-то плохом?

Чужая беседа заинтересовала меня настолько сильно, что я на мгновение забыла, как дышать.

— ... мы тоже в беде. Раньеро запросили посредника, нельзя это игнорировать. Пожалуйста, пригласите и...

Раньеро? Упоминание знакомой фамилии заставило меня медленно хлопнуть ресницами. Причём здесь Раньеро? А пока я недоумевала, разговор продолжался.

— Сколько раз мне повторять, что я не увозил её силой. Она самовольно последовала за мной.

— Конечно, я вам верю, но мы не можем закрыть глаза на обращение Раньеро в храм.

Ах!

Я закрыла клюв крыльями. Храм? Храм Кнат? Его не интересовало ничего, кроме поклонения Богу, и сохранения девяти священных реликвий. Обычно его приспешники не имели привычки вмешиваться в территориальные междоусобицы кланов. Высшие чины принимали участие в делах лишь тогда, когда они касались Бога или безопасности священных артефактов.

Но как же Раньеро смогли запросить у них посредника?

С трудом сглотнув слюну, я прижалась к двери.

— Судя по всему, вам стоит вернуть семье ребёнка. Храм не одобрит брак без благословения со стороны Раньеро.

Я отчётливо услышала тот странный голос.

«Вернуть... кого?» — Подумала я, испугавшись, что страшное слово вылетит из моего рта само по себе.

Так значит, мой отец обратился к храму, чтобы вернуть меня домой? Нет, ни в коем случае!

Я правда не ожидала, что он пойдёт на такие меры. Потому что Раньеро слишком невыгодно отвергать предложение Йекхартов. У меня была надежда, что кланы смогут прийти к компромиссу.

Если дело дошло до храма, то ничего не исправить. У волков нет причин удерживать меня в своём доме, получая угрозы от Кната. А ещё они с радостью согласятся, если отец заявит, что отправит взамен другую дочь.

«Я, я ещё не доказала им свою ценность».

Воспоминания о прошлом вихрем пронеслись в голове. Мои красные перья, отец и полное безразличие со стороны братьев и сестёр. Пугающее пренебрежение. Они глядели на меня как на прокажённую. Иногда мне даже хотелось, чтобы те ударили меня, ибо вместе с болью я бы почувствовала, что жива.

Если меня вернут в Раньеро, то я снова буду проживать ту жизнь. И случится всё сразу, ведь красные перья уже начали проклёвываться.

Не хочу умирать.

На мгновение мои глаза заволокла пелена, и я точно погрузилась в прошлое. Передо мной возникла “моя” комната, в которую никто не приходил, разве что горничные и то только чтобы оставить мне еду.

«Я, я не хочу».

Рефлекторный шаг назад. Я даже забыла, что всё это время сидела на ручке двери. Моя лапка соскользнула, и я чуть не полетела на пол, когда меня окружило облако дыма, и сквозь него вместо перьев показались очертания платья.

«Я обратилась!»

Обстановка изменилась, словно время вдруг остановилось. Я прикрыла веки, чтобы прийти в себя, и тут же гулко шлёпнулась на пол.

— А, ай...

Мне было бы не так больно, будь я в тот момент птицей.

Я заметила, что разговор внезапно прервался

«О-оу».

Ну как я только могла обратиться в такое неподходящее время! Меня же вот-вот поймают.

И только я повернула голову, дабы осмотреться, как тяжёлая дубовая дверь открылась