— Ваше Величество, что вы имеете в виду?

Император выглядел готовым ответить в любую минуту, но вместо этого смолчал, а затем разразился сухим кашлем. Грохочущий звук наполнил тихую комнату, лицо мужчины выглядело усталым и болезненным.

— Лекарь! Я позову лекаря!

— Всё хорошо… всё хорошо… — махнул правитель рукой, продолжая покашливать.

Архимаг помрачнел, он знал, что здоровье монарха было не таким, как прежде. Грудной кашель, начавшийся прошлой зимой, так и не прекратился. И даже теперь сделался сильнее… главный жрец об этом не ведал.

— Пи… тер…

Когда император немного успокоился, он немного безжизненно взглянул на старого друга.

— Ты знаешь… ты только что сам стал этому свидетелем. Я всё ещё держу это в секрете, но, не думаю, что моё здоровье станет лучше.

— …

— Поэтому ты должен немедленно поговорить с Берном о печати…

К сожалению, архимаг не мог последовать этому приказу — только тот, кого венчают императором, должен узнать эту строжайшую тайну. Остальным следует оставаться в неведении. Обычно перед смертью монархи выбирали себе преемников, однако бывали случаи, когда другие принцы, не выбранные родителем, поднимали мятеж.

«Он очень ослаб».

Император всегда был слабовольным человеком. И теперь, когда увядало тело, в ужасе трепетал и дух.

— Ваше Величество, слишком рано говорить о таком. Я искренне прошу прощения, но вы должны передумать. Прошу вас. С тех пор, как вы были принцем, вы прошли через многие беды, малые и большие. В этот раз вы сделаете тоже самое.

— Питер…

— Когда принц Берн взойдёт на трон, я обещаю всё ему рассказать. Так что, пожалуйста, не волнуйтесь…

Он продолжал говорить о штиле, но был ли уверен в нём сам? В голове постоянно крутились мысли о Рейтане. Последние несколько лет маг наблюдал за ним, но ничего не происходило. Необычных происшествий, таких как возгорание волос принцессы Лилиан, больше не повторялось. Он не мог ощутить в нём даже толики магии.

«Гробница… должен ли я рассказать о ней Его Величеству…» — маг продолжал мучиться, ведь знание о пустой гробнице было доступно только ему.

Если он расскажет, не ухудшит ли это ситуацию? В глаза старика, смотревшего на монарха, отразилось смятение.

— Я… беспокоюсь.

— …

— Быть может… пока я жив, случится что-то ужасное. Разве ты не понимаешь? Дело не только в печати. Они, быть может, они…

— Они все мертвы, — покачал головой архимаг, — всё закончилось, когда ещё вы были принцем, покойный император позаботился об этом. Никого не осталось.

Правитель заговорил о том, о чём не решался никогда в жизни. Похоже, он был ошарашен и напуган куда больше, чем предполагал волшебник. И тот попытался успокоить его уверенным и вкрадчивым голосом:

— В любом случае, вам нет никакой нужды переживать. Я защищу Ваше Величество и принца Берна. Ничего плохого не случится, — большего он не мог добавить.

Император долго смотрел на него затуманенным взглядом, а затем прикрыл веки. Архимаг, покусывая сухие губы, взялся за руки ослабевшего монарха. И вспомнил лицо Рейтана: чёрные как ночь волосы, алые словно кровь глаза.

Совсем как у того, о ком говориться в легенде.

***

Два дня назад начались уроки танцев с госпожой Паулиной.

Однако Сеж за все свои две жизни ни разу о них не думала. Поэтому она не знала, что это настолько сложная задача — заставить собственное тело двигаться правильно. Во время их короткого занятия миссис часто вздыхала и делала перерывы. Будучи хорошим учителем госпожа Паул, похоже, столкнулась с некоторым препятствием — неловким телом принцессы.

Удивительно, но в танцах отличился Рейтан. Он был неподражаем. Юноша также учился им впервые, но его похвалили уже через час — Сеж чувствовала себя преданной.

Когда новости о дебюте услышала Луна, то была вне себя от счастья. Особенно её радовало то, что леди Лиз возьмёт всю подготовку принцессы на себя. Поскольку у девушки никогда не имелось в гардеробе приличного платья, покупка наряда могла бы стать проблемой, да и прочие вещи обошлись бы в кругленькую сумму.

Но леди Лиз подготовила всё! Сеж до сих пор чувствовала себя неловко. Казалось, она обременяла брата по пустякам.

Луна продолжала убеждать молодую госпожу:

— Даже если Его Высочеству не нравятся такие места, он собирается пойти, чтобы сопроводить вас. Это значит, что он действительно дорожит вами, принцесса. Он обещал, так что будьте в нём уверены.

Рейтан действительно не отказывался от своих слов, но не это было причиной беспокойства Сеж. Её продолжало тревожить то странное выражение лица, которое брат показал на днях. Даже лёжа в постели девушка не могла перестать думать. Оно казалось таким… печальным.

Принцесса впервые увидела у Рейтана, почти всё время безэмоционального, такие грустные глаза. Так непривычно. Сеж хотела спросить у него, что происходит, но боялась снова увидеть его искажённое лицо. Девушка не могла рассказать об этом даже Луне, и поэтому у неё почти не было никакого настроения.

Ах, если бы Итан очутился рядом, она бы всё ему выложила! Сеж не уверена, что «дядюшка» смог бы помочь, но маг хотя бы рассказал о причинах такого непонятного поведения с мужской стороны... Но Итан не появлялся с тех пор, как четыре года назад исчез. Иногда Сеж заходила в его комнату, но так и не встретилась с хозяином.

«Такими темпами он может и никогда не вернутся», — когда девушка думала об этом, её охватывало уныние.

К тому же, вскоре она планировала сбежать из дворца, тогда они больше не встретятся. Тот ночной визит станет их прощанием.

И ещё Луна. Она погибла за месяц до возвращения в прошлое Сеж. Тогда горничная обмолвилась, что давно не была дома, и покинула дворец. А по окончанию поездки погибла в экипаже. Принцесса планировала помешать служанке покинуть замок.

«По крайней мере, пока не выберусь я… Нет, если повезёт, мы сбежим вместе».

Оставить Луну при себе, а затем помешать матери отравить леди Лиз.

«Ничего, есть же что-то, что я могу сделать. Я справлюсь», — девушка старалась подавить тревогу, которая время от времени поднималась в её сердце.

Восстание Рейтана, смерть Луны и леди Лиз, исчезновение Итана, а теперь ещё этот неожиданный дебют! У неё раскалывалась голова. Принцесса не могла не тревожиться.

Сеж решила делать то, что в её силах.

«Для начала… не буду расстраивать леди Лиз, которая столько всего сделала и так обо мне заботится…»

Девушка старательно переживала день за днём: утром занималась с Рейтаном, днём — обучалась танцами с госпожой Паул. За этой время леди Лиз прислала несколько комплектов платьев и аксессуаров, так что безумие кипело и набирало обороты.

Время шло, бал дебютанток приближался.