Наконец-то начался праздник Основания.

Во всей империи Денхельдер это событие были признано самым крупным. В первый день состоялось жертвоприношение, а также большие и малые состязания.

Императорская семья и дворяне собрались, как говорил Итан, в дурацком месте, чтобы насладиться ночью в бальном зале. Они опьянели от алкоголя и даже, когда внимание к их персонам ослабло, делали какие-то странные и постыдные вещи. Мельком появившись в комнате принцессы Луна пролепетала:

— Леди Ерена заняла себя на некоторое время.

Берн, Лилиан и остальные дети императора присутствовали на празднике, однако никто не пригласил Сеж и Рейтана. Будучи маленькой принцесса часто думала «я тоже хочу пойти» или «я буду сидеть там тихо как мышка», но теперь таких мыслей стало значительно меньше.

Когда девочка спросила у Рея, а не хотел бы пойти он, юноша резко отказался и добавил, что даже не хотел бы получать приглашение:

— Разве брату не любопытно?

— Если подумаю о такой глупости, повешусь на первой попавшейся верёвке, — ответил принц.

Сеж поджала губы.

Они в любом случае продолжали жить обычной жизнью — иными словами, учиться во дворце леди Лиз. Маленькая принцесса каждый день гуляла по саду, но не смогла увидеть даже кончика носа наложницы. Однако все, кто входил и выходил из главного дворца, единодушно соглашались:

— Леди Лиз прекрасна как никогда!

Похоже, женщина справлялась со своей ролью, но Сеж всё же беспокоилась за неё.

Последний день празднования пронёсся как вихрь:

— На сегодня всё, — сказал Рейтан, показывая этим, что занятия окончены.

Затем он закрыл книгу.

— Хорошо, — кивнула девочка и убрала учебники.

Сеж и Рейтан обыденно вышли из дворца леди Лиз. Небо было тёмным, а воздух холодил их тела. Пройдя несколько шагов, девочка принялась озираться; затем прошла ещё несколько шагов, и замотала головой опять — принц, насупив брови, посмотрел на неё:

— Ты что-то потеряла?

— Эм, нет, не то, чтобы…

— Тогда почему…

На мгновение Сеж замешкалась. Она не смогла бы придумать ответ, который звучал бы для брата правдоподобным. А в ложь юноша легко не поверит. Поэтому принцесса решила ответить честно:

— То есть… сегодня последний дней празднования Основания.

— И что в этом такого?

Вместо ответа Сеж указала пальцем в сторону храма:

— Скоро мы услышим объявление о том, что праздник окончен.

— Тебе интересно посмотреть, как глупые людишки творят глупые вещи?..

Как его реакция может быть настолько похожей на слова Итана? Девочка рассмеялась:

— Дело не в этом. Знаешь, братик, есть поверье, что, если устроить грандиозный праздник, то Бог будет доволен, и прольётся дождь, похожий на золото.

На его лице так и сияла фраза «о чём говорит эта глупая коротышка»:

— Это Луна мне рассказала. И масштаб празднования в этом году так велик… Поэтому многие верят, что это чудо случится в Денхельдере. Мне тоже интересно…

Нет-нет, это не было ложью. Горничная действительно говорила подобное — император в этом году готовился к празднику со всем энтузиазмом. Во дворец стекались ценности и роскошная еда. Сеж даже наблюдала за очередями из карет, что стремились попасть в Императорский дворец. Ей было очень любопытно. Она думала: если провести праздник с таким размахом, то, быть может, сказка о драгоценном дожде станет реальностью?

Но Рейтана, видимо, это ни капли не интересовало:

— Даже если это случится, к нам с тобой разве подобное имеет отношение?

— Ух…

— Только если там вспыхнет пламя— так будет гораздо веселее.

В зале собрались император и всевозможные вельможи, если там случится пожар, то в стране начнётся переполох. Говорить такие опасные слова с непринуждённым выражением лица — тут нужен невиданный талант:

— Если не хочешь заболеть, перестань говорить ерунду и пошли за мной.

Затем принц ускорил шаг; Сеж пыталась поспеть за ним, перебирая коротенькими ножками.

Что ж, слова Рейтана верны. Будет дождь из золота ли нет — их это не касалось.

«Но всё равно жуть как интересно!»

Пока девочка разочарованно дула губы, на ум пришла одна мысль:

«Но не расстраивайся. Хм, кстати об этом… Да, верно. Тропинка, по которой вы всё время ходите во дворец леди Лиз. Если пройдёте немного мимо, то увидите за дорогой холм. Идите туда.»

Сеж неосознанно остановилась:

«Всё, что тебе нужно сделать — пойти туда и принести хлеб со стаканом чистой воды. И тогда Бог наградит тебя.»

Она перевела взгляд на свою сумку: там оставалось несколько кусочков торта, что запаковала Мари, и вода. Принцесса немного отпила, но кто это заметит? Может, это сработает?

— Почему ты опять встала столбом, тупоголо… Сеж.

Рейтан поспешил взять свои слова обратно и с хмурым видом повернулся к сестре. Девочка состроила решительное выражение, которое, к слову, выглядело смешно:

— Брат, ты сможешь мне помочь с одним делом?

— С каким?

— Ты выслушаешь?

— Я же спросил, какое дело.

— Можешь ли ты пообещать, что сначала выслушаешь?

— Зачем…

Принцессе нечего было сказать. Она уставилась на юношу и сомкнула челюсти. Как убедить его, если Рей не хотел слушать? Девочка напряжённо размышляла об этом, но в голову ничего не лезло. Вероятно, что бы она ни сказала, ответ будет один: «Не мели чушь и возвращайся в свой дворец.»

Сеж жалобно взглянула на него. Но сработает ли это? Однако реакция оказалась довольно бурной: лицо принца тут же исказилось, и он схватил сестру за руку, чтобы осматривать маленькое лицо. Девочке вспомнился случай, когда её рот благодаря «дядюшке Итану» был запечатан.

Затем Рейтан остановился и почесал свой затылок:

— Что же это такое…

— …

— Повторять не стану: я не пойду на этот дурацкий праздник, даже если умру! Не хочу прибиваться к стайке этих идиотов…

— Нет!

— Тогда?

— Я ведь не сказала «давай пойдём туда»…

— Тогда что?..

Сеж хихикнула и резко схватила его за руку. В этот момент алые глаза юноши распахнулись и задрожали, но он ни разу не попытался высвободить свою ладонь.

***

Принцесса потащила брата к холму за тропинкой, как и говорил Итан. Он был полностью в их распоряжении. Казалось, что шаги пары были бесшумны — на холме не росло ни единой травинки.

Во дворе царила весна, по всему императорском замку распускались всевозможные цветы, поэтому удивляло, что здесь ничего не зеленело — только мёртвые и сухие деревья. При малейшем дуновении ветра поднималась пыль.

Этот холм посреди кустарников и цветов выглядел словно пустыня:

— И что ты хочешь тут найти?

Рейтан состроил несчастную физиономию. Сеж показалась, что он вот-вот бросит её одну и попросила принца присесть:

— Сядь на минутку… пожалуйста… я быстренько закончу.

Юноша был не в восторге, но на удивление спокойно слушался. Он прислонился к мёртвому дереву и наблюдал за сестрой.

Принцесса достала из сумку кусок торта и воду. Но имелась одна проблема, о которой девочка не подумала: куда поставить подношение, чтобы Бог принял его? Хотя она не видела императорского жертвенного алтаря, но была уверена, что тот великолепен. И алтарь и торжественная церемония… а ей оставалось бродить по пустому холму:

— Что ты делаешь?

— Погоди минутку.

Они же не могли прийти сюда впустую! Неожиданно девочка нашла засыпанный землёй камень — Сеж громко выдохнула, копаясь в пыли. Нельзя подносить Богу жертву на земле, поэтому это стало временным решением проблемы. Принцесса со всей страстностью рыла землю и не заметила, что Рейтан смотрел на неё как безумное глупое существо:

— Фух…

После долгих усилий камень удалось выкопать. Выглядел он кривым, но всё лучше, чем ничего. Девочка вытерла его подолом платья и положила клубничный торт, который Мари отдала вместе с бутылкой воды.

И на этом всё завершилось…

Ничего не происходило.

«Итан, гадкий дядька!» — яростно ругалась Сеж.

Она знала это. Поверить его словам было огромной ошибкой! Принцесса даже пожалела, что расстраивалась из его отъезда:

«Просто вали на все четыре стороны!» — возможно он специально обманул наивную девчонку и сейчас где-то довольно посмеивался:

— Не знаю, что ты пытаешься сделать, но иди сюда и садись.

Сеж обиженно надула губы. Тем не менее, сказать что-то по этому поводу было невозможно — она сама сотворила глупость. Принцесса тихо села рядом с братом.

Между ними воцарилось молчание. Рейтан, как ни странно не сказал «разве я не говорил, что подниматься сюда было бесполезной идеей?» или «какой недалекий ребёнок» — он просто прислонился к стволу дерева и смотрел на Императорский замок. Взгляд Сеж последовал туда же. Замок, на который они смотрели с холма, будто находился в ином мире. Яркие, мерцающие огни, маленькие, нарядные люди… Но принцесса знала: каждый день в этом «прекрасном месте» происходят запутанные, порой и ужасные вещи, а дыхания невинных угасают словно свечи.

У Сеж было также. В прошлой жизни в этом маленьком Императорском дворце она никогда не чувствовала себя счастливой. Каждый день она загадывала, чтобы завтра не наступило. А когда солнце всё же вставало, молилась, чтобы никого не встретить и прожить отведённые часы в спокойствии. Этот ад на земле продолжался снова и снова, пока к её горлу не поднесли лезвие меча, и она не упала на пол, чтобы вернуться в своё двенадцатилетнее тело.

Девочка неожиданно взглянула на Рейтана, сидевшего рядом с ней. На его лице виднелось будничное выражение, но теперь ей казалось, что она знала брата чуть лучше… В этих красных глазах пряталось одиночество, такое, как у неё.

Вот это ирония. Ведь именно Рейтан исцелил сердце своей жертвы и заставил её с нетерпением ждать завтрашнего дня. Даже сегодня юноша не отбросил руки сестры и послушно пришёл за ней, хотя Сеж притащила его силой:

— Брат.

Вместо ответа он просто посмотрел в сторону девочки. Принцесса выдержала небольшую паузу, а затем проговорила:

— Спасибо.

— …

— Спасибо, что учишь меня казакийскому, что иногда разделяешь со мной трапезу, что сегодня пришёл сюда со мной…

Каждый раз, думая об этом, она была благодарна. Но больше всего…

— Спасибо за то, что ты на моей стороне.

Рейтан переживал и заботился, чего не делала даже её мать. Ругательства, побои — вся правда одиночества, с которой пришлось смириться, ведь никто не хотел быть с ней рядом… Сеж была так благодарна, что хотелось плакать.

Тем временем юноша пристально посмотрел на сестру и в ухмылке растянул губы:

— Звучит по-дурацки, — ответил вредный принц, — и когда это я был на твоей стороне? Не заблуждайся.

Когда-то девочка ответила бы «ах, наверное, так и есть», но теперь, проведя с братом больше времени, она знала: Рей говорил колкости специально, и это просто бесполезные звуки. Конечно, он не мог сказать что-то утешительное, потому что не привык к подобным вещам.

Поэтому Сеж предпочла похихикать над ним:

— Почему ты смеёшься?

— Просто потому что!..

— Не смейся. Это раздражает.

— Братик не признаётся, но ничего... Вместо этого я скажу, пожалуйста, послушай… я всегда буду на стороне брата! — это слова были искренними.

Сначала принцесса одержимо пыталась купить его благосклонность и выжить, но теперь с готовностью встала бы на его сторону. В любое время. Казалось, Рей ощущал то же самое — он всегда оставался рядом и даже несколько раз помогал, беспокоился.

Пусть он ничего не говорил, всё хорошо:

— Я не понимаю, о чём ты лепечешь… — юноша вздохнул, а затем смолк и вскочил со своего места.

Сеж лишь едва улыбнулась, однако, похоже, Рейтану не понравилась эта улыбка. Он хмуро посмотрел на неё и сдержался, чтобы ничего не ляпнуть. Тем не менее, принцесса услышала едва различимое бормотание:

— Что за идиот… нет, я не… какой дурак…

«Ему стало жарко?»

Рей расстегнул пару пуговиц на белой рубашке. Глаза Сеж, смотревшие на юношу резко округлились. Она увидела нечто невероятное и приоткрыла рот:

— Брат, это…

Райтан, заметив взгляд девочки, резко прикрыл шею. Но было уже поздно. Глаза Сеж не ошиблись. На шее принца висело рубиновое ожерелье, которое она подарила ему несколько дней назад.