— Ты запомнила много слов и учишь правила. Думаю, теперь ты сможешь писать лучше.

Когда заговорил Рейтан, Сеж перестала витать в облаках:

— Напиши что-нибудь, что угодно. Это твоя домашняя работа.

— Сколько по объему мне нужно написать, старший брат?

— Умеренно. Не нужно всё расписывать.

"Сколько же в нём ненависти, раз даже сейчас он не может сказать мне и пары добрых слов?" – девочка поджала губы.

— Сделай это самостоятельно. Я пойду навестить матушку, - юноша встал, как будто ему больше нечего было здесь делать.

"Эй, подожди минутку!" – она хотела поймать его руку, но принц пошёл своим путём, ни разу не обернувшись.

— …

Сеж могла лишь вздохнуть. Её оставили одну в этой огромной библиотеке. Принцесса тихо сидела на стуле и смотрела на пустой лист пергамента.

***

Попытка Рейтана навестить мать была неудачной. После окончания занятия он отправился к ней, но оказалось, что Лиз заснула. Проигнорировав все предупреждения Мари, принц зашел в её покои. Рейтан посмотрел на спящую женщину – так было всегда после ночи с императором. Возможно, дело было не только в смене постелей.

Быть может, виновато "оно".

Юноша уставился на маленькую бутылочку, которая стояла на туалетном столике Лиз. Странная фиолетовая жидкость, казалось, могла вызвать в нём дрожь. Рейтан накрыл мать одеялом и вышел из комнаты.

Останься он чуть дольше, то разбил бы эти проклятые склянки своими собственными руками.

Но, в конем итоге, этого не хотела Лиз.

Юноша ни разу в жизни не осмеливался идти против воли матери. Также и с лекарством. Даже если оно пожирало её жизнь, он не смел сказать «нет». На выходе из дворца его поймала горничная Мари, которая продолжала упрашивать его снова заглянуть в библиотеку:

"Какая глупая девчонка. Ты не можешь вернуться сама, что ли? Хах. В любом случае, она обладает уникальной способностью беспокоить окружающих."

Раздражённый Рейтан вернулся в библиотеку, однако никого там не обнаружил. На столе его поприветствовала тетрадь с запиской:

— Делаю домашнее задание досрочно.

Кривой почерк на казакийском вещал:

«Моё имя Сеж. Мне двенадцать лет.»

Принц невнимательно провёл по строке взглядом, ведь её можно было найти в любом учебнике, лишь пролистав его. Он продолжил читать, считая и следующее предложение жалким:

«Я люблю клубничный торт. Также мне нравится тёплое молоко и какао.»

Эти грамматические построения были слишком… детскими. Рейтан скучающе смотрел дальше:

«И мне нравится брат Рейтан.»

— …

«Я надеюсь, что в следующий раз я смогу позаниматься с братом и съесть вместе торт. Я чувствую себя хорошо, когда ем с кем-то, кто мне нравится.»

— …что за тупая идиотка, - тихо пробормотал он. – "Я думал, ты постаралась написать что-то хорошее, раз сделала задание заранее… «Мне нравится это, мне нравится то, мне нравится сё…» Ты написала предложения, используя одну и ту же конструкцию. Учил тебя – не учил… никакого прогресса."

Рейтан покачал головой, взял в руки тетрадь и вышел из комнаты:

"С завтрашнего дня буду строже следить за этим. Наверное, стоит начать говорить на казакийском. Пусть ученик и тупоголовый, но есть учитель, который хорош в своём предмете," - думал юноша про себя.

***

Неделя пролетела в мгновение ока, и за это время Сеж претерпела несколько изменений.

Наконец, прекратилось кровотечение из носа! Всё благодаря пропитанным лекарством ватным подушечкам. Теперь, когда девочка сморкалась, плотину с алой жидкостью не прорывало вновь. Принцесса спаслась от унижения ходить везде с ватой в носу. А, во-вторых, она набрала в весе… и достаточно много. И это тоже всё из-за Рейтана!.. Вернее, тортов, что она съедала во время занятий.

Клубничный торт стал её манией. Ещё немного, и она больше не могла бы проглотить и кусочка. Однако в последующие дни принцессу ждало расширение ассортимента: кисленький лимонный торт, невероятно плотный шоколадный торт… и потом тоже.

Кекс со взбитыми сливками наверху.

Торт с сырным кремом и невероятным количеством фруктов — меню каждый день менялось.

Порции были настолько большими, что иногда у Сеж оставались излишки. Поэтому горничная Мари аккуратно упаковывала кусочки для принцессы. Женщина была рада слышать, что девочке нравились её сладости. Рейтан попросил обратить на это особое внимание, и служанка старалась изо всех сил.

Сеж не могла поверить в то, что слышала. Она снова и снова расспрашивала Мари, но женщина давала принцессе один и тот же ответ:

— Молодой господин лично просил меня позаботиться о вас.