Ширк, чирк…

Всё, что слышал Рейтан – это царапающий пергамент кончик пера, когда Сеж делала свои записи. Он уже проверил сделанное сестрой накануне вечером домашнее задание, и теперь она практиковалась в составлении простых предложений. В ожидании юноша сел напротив неё и наблюдал за чем-то в ближайшее большое окно.

Принцесса написала несколько строк, но потом подняла голову, чтобы взглянуть на Рейтана; черканула ещё – снова посмотрела на него мельком. Сеж с самого начала знала, что старший брат не особенно разговорчивый и открытый человек, однако сейчас, казалось, он излучал иную ауру. Ещё более молчаливый, чем когда-либо, поведение Рейтана было холоднее, чем во время их первой встречи.

Вызвано ли это неудовольствие тем, что ему приходилось сидеть в месте, которое ему не нравилось? В конце концов, Лиз упоминала, что её сын относился к этой библиотеке с большим презрением. Девочка хотела поговорить на эту тему, узнать мысли брата, но не решалась. Всё, что она могла – любопытно посматривать на него время от времени.

Однако через некоторое время живот принцессы громко объявил о своих потребностях:

— …

Эти звуки горна не на шутку взволновали Сеж, ведь все должны были услышать его, если только не были глухими. И Рейтан тоже. Несмотря на бушующий стыд, она нашла в себе силы поднять глаза и оценить реакцию брата. Сеж сама себе казалась такой жалкой…

— Ох… я не успела позавтракать как следует…

— …

— Обычно всё не так…

Рейтан озадаченно посмотрел на сестру, а затем вызвал горничную. Следуя его знаку, женщина подала на стол вкусные пирожные и печенья. Принцесса удивилась:

"Он и о таких вещах подумал заранее?" – девочка была застигнута врасплох.

— Ешь.

— Ах, спасибо.

— Только не шуми.

"Ох, так брат просто не хочет, чтобы я его отвлекала. Это не забота. Конечно же нет…"

Рейтан бы ни за что не стал беспокоиться о ней. Девочке казалось, что она поняла ход его мыслей. Но даже это лучше, чем игнорирование её нужд:

— Я хорошенько поем, старший брат!..

Сеж начала копаться в довольно большом куске торта, запивая его чашкой горячего какао:

"Да, по вкусу совсем не то, что обычно ем я. Клубника размером с боб не идёт ни в какое сравнение с этой, а бока печений от души посыпаны шоколадной крошкой!"

Всё-таки статус любимой наложницы что-то да значил, ведь они могли наслаждать теми вещами, о которых Сеж могла лишь мечтать. Такая прекрасная еда… Это заставило принцессу усмехнуться и ещё раз осознать своё положение – по сравнению с тем, что она видела перед собой сейчас, её пища была ничем иным, как отходами:

— Старший брат, а ты не будешь есть?.. – застенчиво спросила девочка, надеясь умять и его долю.

— Можешь взять.

"Как всё просто. Тогда не обижайся, потому что я не оставлю тебе ни кусочка."

Глаза принцессы, глядя на торт, сверкали. Девочка заглянула в чашку Рейтана и увидела там тёмный кофе. Точно, он ведь уже взрослый. Вспоминая возраст брата, Сеж поняла, что тот уже прошёл церемонию совершеннолетия, а она проводится в семнадцать лет!

В прошлой жизни принцесса тоже была совершеннолетней. Семнадцать лет… Взрослая девушка, не принятая в императорскую семью; аристократка, которую лишили дебюта.

Ерена попыталась продать дочь сразу после вступления в этот возраст. Но престарелый герцог скончался:

"Тогда я искала предлоги, чтобы покинуть дворец. Я так торопилась, не желая, чтобы меня отдали замуж за какого-нибудь старца! Я только-только стала взрослой, и не могла отстоять свою позицию… Но всё закончилось тем, что кое-кто отрубил мне голову. Как бы то ни было, я не могу повторяться, вернувшись на пять лет в прошлое. Именно. Сейчас не время зубрить казакийский…"

Сеж молниеносно проглотила торт, покончив с последним кусочком, и открыла рот:

— Старший брат, а что тебе нравится?

— А?..

— Мне просто интересно.

Пусть это был неожиданный вопрос, однако принцесса уже читала о подобном в книге. Если человек знает своих врагов и себя, то и в сотнях сражений опасность его не настигнет. Конечно, она не стремилась к кровопролитным схваткам, но знания помогут ей завоевать расположение Рейтана. Раньше Сеж бы никогда не решилась спросить об этом… Но почему бы не попробовать?

— Ну… я люблю пирожные и какао. Люблю читать книги, а старший брат?..

— …

— Еда, увлечения?

— Нет ничего такого.

— А?

— Мне ничего не нравится.