Этот день был таким же как и все остальные.

Я как обычно заигрался до ночи и шёл в школу, потирая глаза, и как-то пытался пережить первую половину дня...

— Так, Курокава-сан. Зачитайте и переведите отрывок.

— Да, учитель.

Когда услышал звонкий голос, тут же проснулся.

Именно так для меня начался этот обычный день.

Когда учитель велел, девушка — Курокава Светлана — поднялась и без запинки ответила.

— I am Japanese “yakuza”, so I’ll never forget my boss’s favor. Я человек чести, и никогда не забуду всё то, что босс сделал для меня.

— Всё правильно. Даже перевела якудза не дословно, а как «человек чести», то есть смогла смягчить его... Молодец, Курокава-сан.

Суть перевода я не понял, но голос девушки заставил меня проснуться, в голове прояснилось, и я смог сосредоточиться на уроке.

Благодаря этому оживляющему эффекту я смог прослушать оставшиеся уроки и дожить до перерыва.

Мой друг, сидевший слева, Нарумия Масахито, потянулся, сказав «Всё!», после чего повернулся и заговорил.

— Сегодня голос «принцессы» тоже отлично на голове сказался. Без него ничего не начинается.

— Точно, — согласился я и посмотрел украдкой на неё... На Курокаву.

Она готовилась к следующему уроку, весело общаясь с другими девушками. Её спокойная улыбка и утончённая внешность были точно с дорогой картины.

Конечно «принцесса» напыщенно звучит, но ей это прозвище и правда отлично подходит.

Я смотрел на неё... И мне показалось, будто её голубые глаза взглянули на меня.

Нет, не показалось. Мы точно глазами встретились. А она закончила разговор, встала и подошла ко мне.

Плохо... Хотя я ничего плохого не сделал, но всё же отвернулся... а Курокава подошла ко мне и заговорила.

— Эй.

Что, что? Я поднял голову... И её коснулась рука Курокавы.

Маленькая белая рука. Прямо под взглядом Нарумии она трепала меня по волосам... А после девушка понимающе кивнула.

— ... Это, — неуверенно заговорил я, а девушка улыбнулась.

— Растрёпанный. Не будешь осторожен, и учителя заметят, — сказала она своим нежным голосом, вернулась на своё место и продолжила беседу.

... Что только что было?

Я испытывал волнение и озадаченность. А не знавший, что у меня на душе Нарумия вздохнул:

— Вот она, наша «принцесса», добра даже к парням вроде нас... Она наверное ангел. Или скорее богиня.

— Ты явно перегибаешь... — отмахнулся я от него, но он продолжал пялиться на меня.

— Эй, Танодзи. Ты ведь с принцессой в детский сад вместе ходил, вы ведь друзья детства? Вот я тебе завидую, что б ты сдох.

— Хорош на меня свою ненависть направлять, — я лишь пожал плечами и покачал головой. Кстати, «Танодзи» — моё прозвище.

— Нас и правда можно назвать друзьями детства. Только всё это давно было... В школе мы вообще почти не общались.

— Тогда что только что было?

— Курокава ко всем добра... Вот что.

В ответ он кивнул и стал трепать свои светлые (вроде как, хотя красить ему в процессе надоело, так что они скорее цвета пудинга) волосы.

— А, у меня тоже волосы растрёпанные. Пусть принцесса пригладит.

Я усмехнулся, слушая его, а потом снова краем глаза посмотрел на Курокаву.

Она и правда моя подруга детства.

В детском саду мы каждый день вместе играли, и наши родители были в хороших отношениях... Они и сейчас отлично ладят.

Но это всё. Со временем мы перестали общаться и сейчас просто одноклассники.

Раньше она была настоящей трусишкой.

Потому тогда я постоянно присматривал за ней... Но сейчас в это никто не поверит.

Пока придавался воспоминаниям, ощутил тяжесть позади и обернулся.

Прямо за мной стояла девушка.

— Курокава-сан погладила по голове, Таккун, нельзя тебя недооценивать.

— ... Касумино.

Со мной с улыбкой заговорила ещё одна моя подруга Касумино Матсури.

Мы с первого класса старшей школы вместе, сидим рядом и общаемся.

— Кто там с кем друзья детства?

— Он с принцессой.

Её хвостики раскачивались, пока она стучала подбородком мне по макушке, а Нарумия указал на меня и ответил. Касумино состроила удивление, после чего уставилась на меня:

— А, что, правда?

— ... Ну да.

Когда ответил, на её лице появилось хитрое выражение.

— Друзья детства, то есть что? Вы в детстве обещали пожениться? Так что, было такое, Таккун?

— Нет, так что можешь ничего больше не придумывать.

— Что, как скучно.

Её большие бегающие глаза смотрели прямо на меня, и сама она напоминала кошку.

Она была симпатичной, если бы ещё молчала, сошла бы за красотку... Она эдакая подруга-пацанка.

Убрав подбородок, она присела на соседнюю парту и заговорила:

— И всё же я удивлена, что ты и Курокава-сан друзья детства... Вы ведь в классе не разговариваете.

— Ну да... Но в детстве были друзьями.

— Хм, вот как.

— Да, так.

Говоря, я ещё раз бросил взгляд на Курокаву.

— Курокава-сан, давай сверим ответы на домашнее задание перед следующим уроком. Думаю, в этот раз всё правильно.

— Да, хорошо... Ответ сходится, но можно было решить быстрее...

— Курокава-сан, прости, что отвлекаю! Это материалы от школьного совета, можешь потом прочитать!

— А, семпай. Хорошо.

Уже с утра рядом с ней начали собираться ученики с просьбами.

А я... Лишь наблюдал со стороны.

Я перестал знаться с ней с детского сада.

С тех пор она успела стать прилежной ученицей, на которую полагаются учителя, а ещё старостой класса... И была в дисциплинарном комитете школьного совета, в общем успевала везде и сразу.

И для обычного парня вроде меня, которому и гордиться-то нечем было, она казалась кем-то очень далёким.

Я даже не чувствовал, что мы «друзья детства».

Наши пути больше никогда не пересекутся.

Жаль конечно, но так уж есть.

По крайней мере, я так это воспринимал.

Просто сдался и отвернулся от Курокавы.

... И даже подумать не мог, что выйдет вот так.

***Сообщение от мамы пришло, когда уже уроки закончились.

— «Помнишь Курокаву-сан? Вы дружили. Её мама связалась со мной, хочет с тобой встретиться».

Далее шёл адрес кафе недалеко от дома.

... Что за дело у матери Курокавы ко мне?

Нечто такое озадачивало, но причин отказываться не было, потому я и решил заскочить в кафе по пути.

Это было стильное кафе как раз под стать тихому жилому району. Кстати, в детстве вместе с Курокавой я тут часто пирожные ел, вспоминая о всяких таких глупостях, я вошёл в кафе.

Зазвенел колокольчик на двери, и на меня посмотрела женщина, сидевшая на диване у окна.

На ней был деловой костюм, и волосы серебристые, почти платиновые прямо как у Курокавы.

Она напоминала слегка повзрослевшую девушку, и её вполне можно было спутать с актрисой.

Я даже удивился, что её мать совсем не изменилась. Я тоже сразу заметил её, а она улыбнулась и помахала мне.

— Ах, Таккун. Давно не виделись. Как ты вырос.

Таккун — тоже моё прозвище, там меня в детстве Курокава звала... Хотя меня в основном Танодзи зовут. Давно меня так не звали, даже как-то неловко слегка.

— Здравствуйте... Тётя, вы совсем не изменились.

— Ах, приятно слышать, — с улыбкой ответила она, после чего остановила меня и спросила, что я буду.

Когда принесли кофе, она начала говорить:

— Прости, что позвала тебя сегодня, Таккун.

— Нет... Но мы давно не общались, вот я и удивился немного.

— Ну да. Раньше ты постоянно с Веточкой играл, но сейчас вы не общаетесь толком.

Веточка[1] — это прозвище Курокавы.

— Хотелось бы как и раньше вместе время проводить, но мы постоянно заняты.

Её родители были сотрудниками крупного международного конгломерата «Ханая Групп».

Их довольно часто не было дома, и раньше моя семья присматривала за Курокавой.

— Ты нам очень помогал раньше, Таккун. Она ведь у нас такая трусишка, ей достаточно было палочки выронить, чтобы расплакаться... А, точно, помнишь, как вы в особняк с привидениями в пять лет пошли? Она там сознание потеряла, и ты её на спине вынес. Спасибо тебе за это.

— Что вы... Ничего такого я не сделал особенного.

— Вот как, хи-хи. Но я и правда тебе благодарна, — она по-детски улыбнулась. Я сразу же вспомнил взрослую улыбку Курокавы и задумался, что даже не ясно, что из них ребёнок, а кто родитель.

Пока я думал об этом, она отпила чай, села прямо и заговорила:

— ... Ах, прости, что-то я заболталась, пора бы и к делу перейти.

— Делу?

Что за дело у женщины, которая со мной давно не виделась? Тут она стала серьёзной и продолжила.

— Я бы хотела попросить тебя, Таккун... Может Веточка пожить у тебя следующий год?

...

?..

Я застыл, не поняв, что она сказала. А видевшая мою реакцию женщина с удивлением на лице выдала «ах».

— Прости, иногда я странно мысли излагаю на японском... Я хочу, чтобы ты жил вместе с Веточкой.

— Жил вместе... Жил вместе?!

— Да. Жил вместе... Жил вместе под одной крышей.

Жил вместе. Она не ошиблась, когда сказала это, именно это она и хотела сообщить, что меня озадачивало.

— Это... Ваша дочь будет у меня? Не только на ужин приходить?

— Да. Круглые сутки, с утра вы будете ходить вместе в школу, а вечером возвращаться. А ещё говорить доброе утро и спокойной ночи.

Хоть она и сказала это на чистом японском, я какое-то время всё ещё оставался точно замороженный, и вот замотал головой.

— ... Нет, нет, подождите! Чего так внезапно... Жить вместе?

— Просто мы почти на год уезжаем за границу... И подумали, что не можем взять её с собой... Потому и приходится просить.

Они уезжают по работе. Раньше родители девушки часто уезжали.

Им и правда часто приходилось уезжать вместе... И ненадолго Курокава оставалась жить у нас.

— ... Это я понял. Но в таком случае вам не со мной, а с моими родителями говорить надо...

— Можешь не переживать. Они уже согласились, — мать Курокавы показала знак «V». А, ну точно. Наши родители уже давно в хороших отношениях.

Но...

— ... А что Курокава? Она сама-то согласна? Ну... Мы ведь уже старшеклассники, Курокава девушка, а я парень...

После моих слов мать Курокавы стала хитро улыбаться.

— Ах? Что это? Значит вот что ты думаешь о Веточке?

— Нет, это не так... Хотя Курокава и правда милая.

— Ах, — когда я сказал это, женщина довольно продолжила говорить. — Всё хорошо, я и мой муж доверяем тебе. И Веточка сказала, что не против.

— Курокава тоже?..

— А, ты рад? Рад ведь?

— Не рад, — сказал я, стараясь не покраснеть, а женщина сказала «вот как» и продолжила пить чай.

После небольшой паузы женщина посмотрела прямо на меня и спокойно улыбнулась, продолжив говорить.

— ... Ладно, хватит шуток. Она дала своё согласие. Конечно как родители мы поступаем неправильно... Но она сама дала согласие, — слегка грустно говорила женщина... И вот она низко поклонилась. — И потому ради неё, я хочу у тебя попросить. Ведь мне не хочется разлучать её сейчас с друзьями и забирать с собой.

— ...

Вот что сказала мать Курокавы. Я ничего не ответил и просто молчал.

... Я уже много лет не общался с Курокавой. Сейчас она для меня скорее уж чужая.

Но... Я смотрю на неё и понимаю.

И сейчас, и тогда, она всегда старалась, и вокруг неё полно людей, которые ей доверяют.

... Потому конечно нельзя лишать её всего этого.

И ещё... Пусть она теперь далека, для меня она остаётся дорогой подругой детства.

И отдаляться от неё ещё дальше мне не хочется.

— ... Ясно. Я не против.

— Правда? Ты уверен?

— Не заставляйте повторять. Мы ведь просто жить в одном доме будем, и больше ничего, — убеждал я себя, а она взяла меня за руку и стала кланяться:

— Спасибо, спасибо! Таккун!

— Не так громко! Люди вокруг смотрят ведь! — стал переживать я, а она со слезами на глазах точно ребёнок, отпустила мою руку и радостно улыбнулась.

Женщина и правда больший ребёнок, чем Курокава. Испытывая неловкость, я продолжил.

— ... Я не против, но разве Курокава не может одна жить? Она уже старшеклассница... И вполне самостоятельная.

Мать девушки поражённо захлопала глазами, а потом горько улыбнулась и покачала головой:

— Нет. Она и правда выглядит более взрослой внешне... Но внутри вообще не изменилась.

Я не мог в это поверить, а женщина посмотрела на наручные часы и выдала «ах».

— Прости, Таккун. Мне уже пора... Деньги я оставлю, можешь пирожное себе взять.

— А, да... Спасибо.

— Пока, завтра я зайду с Веточкой, полагаюсь на тебя!

— Хорошо... А?!

Завтра?! Меня попросили за Курокавой присмотреть, но речи о том, что это уже завтра делать надо, не шло.

Прежде чем я успел что-то спросить, она как бывалая бизнесвумен уже выпорхнула из кафе.

Я лишь взглядом смог проводить её, а потом заказал бисквитное пирожное.

Правда я был слишком шокирован, так что даже вкуса не разобрал.

...

... На следующий день в воскресенье.

Я был так впечатлён вчерашним разговором, что даже уснуть не смог, и теперь был сонным... И тут неожиданно пришла мама, чтобы разбудить меня.

Она сказала, чтобы я оделся и спустился в гостиную. При этом сама она уже нарядилась, будто куда-то собралась, ещё и накрасилась.

Может кто-то из родни пришёл? Хотя вроде не договаривались. Думая так, я напялил футболку и штаны и спустился вниз...

И там была Курокава.

— Доброе утро, Таккун.

Своим звонким голосом, который я обычно только с расстояния слышал, она обратилась ко мне... Назвала меня прямо как когда-то в детстве.

Сонливость точно ветром сдуло. Я выпрямился и понял, что происходит.

Гостиная в японском стиле. На полу сидели мои родители, а напротив Курокава и её родители.

Похоже кроме меня, тут уже все в курсе происходящего, и Курокава поклонилась.

— Полагаюсь на вас в течение этого года. И простите за неудобства. Дядя, тётя, и... Таккун.

Внезапно, точно разряд электричества прошёл.

Курокава Светлана пришла ко мне домой.

Примечания переводчика:

1. Я без понятия, что букву «с» просрали в начале. Так что теперь она палка.