Команда убийц перехватила письмо, адресованное Галвину его отцом. Левис в свою очередь перехватил это письмо у команды и начал читать.

«Мой могущественный сын Галвин, в деревне в последнее время неспокойно»-писал друид,-«Внезапно начали пропадать молодые парни. Прошу тебя попытаться разобраться в ситуации, я знаю, что ты можешь».

-Похоже обитатели тёмных углов активизировались.-сказал Джулиан, пробегаясь глазами по письму и усмехаясь.

Левис, откладывая письмо и задумчиво нахмуриваясь, ответил:

-Нет, это серьёзная ситуация.

После тяжелых раздумий и кучи предположений Левис решил взять ситуацию в свои руки и отправиться в деревню, в это спокойное маленькое зелёное поселение, где почему-то начали пропадать люди. Возможно, что сам Галвин был замешан в этом. Одно не совпадало: Галвин не стал бы причиняло вред жителям родной деревни, и поэтому разум Левиса просто разрывался от всех догадок и несовпадений. С кипящей подобно  низкокачественному вареву в котле головой Левис подходил к деревне. На улице сидели жители, находясь в таких же тяжёлый раздумьях. Достаточно широкий мужчина среднего возраста сидел на бревне и упирался руками в голову. Его лицо выражало глубокую задумчивость, и он недовольно сопел, опустошаемый волнением и своими мыслями. Левис прошёл мимо него и сразу заметил более доступного для разговора человека. Тощий седой мужчина, к которому он направлялся, обратил на Левиса внимание. У него была аккуратная борода и вполне новая одежда, созданная явно не в деревне.

-Вы знаете что-нибудь о недавних пропажах молодых людей?-начал Левис и ощутил крепкое рукопожатие мужчины. Он, смотря в глаза Левису, спокойным голосом ответил:

-Видел я весьма подозрительную картину: Десять человек в масках и плащах направлялись в сторону леса. А пропало как раз десять человек. Мне кажется, что их могли забрать в какую-то секту.

Левис выслушал и уже хотел поблагодарить его за информацию, но сидящий на бревне мужик внезапно вышел из раздумий и вмешался в разговор:

-Да они просто молодые и тупые, сами съебались на поиски непонятно чего!

Его голос намекал, что он несколько дней не выходил из запоя, который никак не был связан с недавними событиями. С неприязнью отводя взгляд и пытаясь игнорировать его попытки снова вмешаться в разговор, Левис поблагодарил вежливого мужчину и отправился в лес по его наводке.

«Да, таких адекватных людей нечасто встретишь»-подумал Левис, оборачиваясь на него. Но врезавшийся в него мрачный взгляд бухарика заставил Левиса резко отвернуться. Теперь эта красная рожа плотно засела в его памяти и преследовала Левиса каждый раз, когда он закрывал глаза. А этот голос заставлял тело испытывать неприятную дрожь. К большому сожалению, именно такие люди составляли подавляющую часть жителей деревни. Вечно бухающие, деградирующие и орущие, не желающие видеть хорошие стороны жизни. Очевидно, что этих сторон не так много, но они есть, и успешно игнорируются деревенскими алкашами. Возвращение в деревню нагнало на Левиса мрачные философские мысли. Обычно от таких суровых размышлений его ограждали вечно довольные и весёлые Джулиан и Гилмор, но когда их нет рядом, мир ощущается холоднее и реалистичнее. Левис почувствовал себя грустным курящим философом с мешками под глазами.

«Столько размышлений из-за какого-то алкаша…»-подумал Левис.

Объявив все свои мысли бредом, он спешно выкинул их из головы. Всю дорога до леса он прошёл, будто находясь в густом тумане.

Пройдя в лес, Левис наткнулся на камни. Огромные камни со светящимися символами на них торчали из земли. От них исходил зловещий синий свет, заливающий темный лес. Их присутствие было уже подозрительным, и Левис начал оглядываться по сторонам в поисках тех самых людей в масках. Опавшие листья зашуршали под чьими-то ногами, и Левис увидел, как необдуманно выбежавший из укрытия человек в маске пытается пробраться к нему. Из-за дерева выскользнул второй, одетый абсолютно так же. Оба были в длинных чёрных мантиях, а их лица скрывали золотые маски с острыми зубами. Свет исходящий от камня усилился, и Левис закрыл глаза от ослепляющей вспышки. Люди в масках уже сокращали расстояние, и Левис, открывая глаза, смог разглядеть детали их масок. Нужно признать, что выглядели они угрожающе и эффектно. Маски копировали человеческий череп, пугающе повторяя каждую его деталь, кроме зубов, которые больше напоминали демонические клыки. В прорезях для глаз виднелась темная пустота. Левис инстинктивно отшатнулся и начал поливать атакующих огнём. Но глухой злобный смех из-под масок заставил его напрячься. По коже пробежал холод, в глазах резко начало темнеть, и Левис стал терять равновесие, опускаясь на землю. Рухнув в хрустящие сухие листья, он посмотрел на людей в масках, высасывающих из него жизнь.

«Это явно приемы от бога тьмы»-промелькнула последняя догадка в голове Левиса. Он не был способен мыслить и ориентироваться в пространстве, смотря стеклянными глазами на этих двоих, руки которых стремительно поглощали белый дым, исходящий от Левиса.

Но этот мрачный и суровый момент прервал рёв, от которого птицы сорвались с деревьев и в страхе унеслись в небо. Из темноты, расположенной за деревьями, вышел медведь. Людей в масках передернуло, но они продолжили опустошать Левиса, нервно дергаясь. В итоге один не выдержал и бросился подальше от леса. К Левису вернулась часть осознания происходящего, и он уже мог высечь из пальцев слабую искру. Его бледное лицо начало приобретать цвет, пробуждаемый внутренним демоническим огнём. Медведь, продолжая дико реветь, приближался к двум затуманенным фигурам, которые по его мнению нагло вторглись в лес. Символы вспыхнули холодным огнем, и высокие камни рассыпались в пыль. Левис, придя в себя и поймав момент, выпустил струю пламени в сторону человека в маске и отпрыгнул в сторону. Медведь сорвал золотую маску с его лица, и через мгновение от скрывавшегося под ней молодого человека полетели окровавленные конечности и внутренности. Левис уже начал на пределе сил карабкаться на дерево, тревожно оборачиваясь и наблюдая за тем, как медведь безжалостно разрывает на части парня. Добравшись до безопасной ветки и выдохнув, Левис затих. И лес охватила мертвая тишина. Медведь не думал уходить. Он тоже оказался алкоголиком, и достав откуда-то бутылку эля, начал опустошать её. Но главной неожиданностью оказалось то, что медведь после разбивания бутылки об свою мохнатую голову стал исполнять застольные песни. Левиса передернуло от прокуренного голоса медведя, поющего о бухле, неразделенной любви и смерти. Наконец остановив свой взгляд на Левисе, медведь понимающе произнёс:

-Да хватит ссать, можешь слезать. Ничего не сделаю, отвечаю.

Левис, все ещё горя демоническим пламенем изнутри, начал осторожно спускаться с дерева. Последний раз кинув взгляд на парня, жизнь которого оборвалась под золотой маской, Левис потихоньку вышел из леса. Он все ещё находился в поражённом состоянии после такого неожиданного и абсурдного развития событий, но теперь знал, что может подозревать Галвина в вербовке деревенских парней в секту, смотрящую из-под масок.