Левис и Галвин вышли из тёмного леса, сгоревшего самым ужасным путём, и отправились в деревню. Левис никак не мог избавиться от волнения за её судьбу, но страшнее было то, что он не мог ничего придумать для её спасения. Иногда у Левиса темнело в глазах и он останавливался, но Галвин его безжалостно подталкивал. Вскоре показались знакомые домики и соломенные крыши. Галвин, вытаптывая цветочное поле, окинул взглядом деревню и внезапно сказал:

-Блять… Спалился…

Вопреки страхам Левиса, он не стал поджигать деревню или кидаться на жителей. Они просто пошли дальше. Жители деревни стали удивленно оборачиваться на Галвина. Какая-то пожилая женщина, подбежав к нему, заботливо воскликнула:

-Галвин, где же ты пропадал? Исхудал весь!

Галвин раздраженно закатил глаза, а Левис начал недоумевать ещё больше. Все люди, мимо которых они проходили, дружелюбно здоровались с Галвином, в то время как он недовольно отшатывался. Через несколько минут ко внезапно вернувшемуся выходцу из деревни было приковано все внимание. Этим выходцем был явно не Левис. Галвин, уводя взгляд от жителей, развернулся и резко толкнул Левиса.

-Придётся убить тебя незаметно…-тихо сказал Галвин, наклоняясь к нему.

Левис промолчал в ответ, вспоминая про отравленную каплю внутри него. Но выход из деревни преградил друид. «Как тогда, когда я валил отсюда»-вспомнил Левис, пытаясь скрыться.

-Это ж какая неожиданность!-радостно сказал друид, кидаясь к Галвину,-Ты уже и поседеть успел…

Друид подкрутил седую прядь волос Галвина, который опустил руки, не посмев спорить с отцом. Левис наблюдал за этим из-за угла и испытывал потрясение.

«То есть он сын именно этого друида… На острове столько друидов, а этому долбоебу достался такой уебок…»-философски подумал Левис, все ещё поражаясь происходящему.

-Хотя бы с братом поздоровайся.-продолжил друид.

-Бать, у меня на Вардена времени нет, я здесь по важному делу.-ответил Галвин, и что удивительно, сделал это вежливо. Это вызвало у Левиса крайнее удивление. Галвин заглянул за угол дома, где стоял Левис, и остановил на нем свой мрачный взгляд. Левис вышел из тени и выдохнул, отпуская все мысли о мучительной смерти жителей деревни, охваченной огнём. Он все ещё не мог принять то, что они с Галвином происходят из одного места.

-Сейчас они перестанут на меня смотреть, и я растворю каплю.-сказал Галвин, сжимая плечо Левиса.

«Может мне её испарить?»-подумал Левис, ощущая на себе давление тонких пальцев.

Левис пропустил через себя демонический огонь, и отравленная капля испарилась внутри него. В глазах у Левиса потемнело, и он шатаясь вышел вперёд, чтобы блевануть. После кровавой тошноты он посмотрел на плывущего в его глазах Галвина, но умирать пока не собирался.

-Сука, не рассчитал дозу!-прошипел Галвин, и в небе грянул гром.

Левис, усмехнувшись и после этого выплюнув кровь, ответил:

-Не думал, что мой враг такой долбоеб… Прямо как брат.

Тучи полностью закрыли солнце, и начал капать мелкий холодный дождь.  Галвин опустил брови, и волосы скрыли его мрачное лицо. Левис, все ещё пошатываясь и испытывая желание проблеваться, приблизился к Галвину и подпалил его лицо, дико смеясь и выплёвывая кровь.

-Что смешного? Что, сука блять, смешного?-кричал Галвин, голова которого дымилась под дождём. За ним росло огромное торнадо душ, и жители деревни скрывались в домах и закрывали окна. Чёрный вихрь поглощал все, что плохо лежало, и даже животные пропадали в его бездне. Галвин, восстановив волосы, поднял взгляд на потемневшее небо, в котором оглушающе били молнии.

В это время Джулиан и Гилмор бодро несли инвалида в город. Торджер, висящий на спине Джулиана, не думал затыкаться ни на секунду.

-Да, мне приходилось завалить дракона.-гордо сказал Торджер, удерживаясь от активной жестикуляции.-Тогда я набросился на него с мечом, и одним ударом отрубил голову…

-А потом тебе досталось много альфа-сучек.-перебил Гилмор.

Торджер, кинув на него косой взгляд, ответил:

-Ну, в целом так и было. Ещё помню, как в одиночку завалил целую банду кожаных. Толпу огромных мужиков!

Джулиан и Гилмор переглядывались и еле сдерживали скептический смех.

Внезапно на их пути начали появляться накаченные мужики, облаченные в кожаные ремни и сапоги. У них были идеальные мужественные лица и суровые взгляды. Самый крупный из них вышел вперёд и достал плеть, от вида которой Джулиан и Гилмор нервно затряслись. Джулиан, защищая свою заднюю часть, свободной рукой достал ножи и угрожающе показал их бандитам. Но кожаные мужики не дрогнули и продолжили обступать их. Внезапно раздался громкий щелчок, и Гилмор с криком упал, держась за ноги, рассеченные плетью. Бандит поправил кожаные ремни и сладким низким голосом произнёс:

-Ну что, время вас связать…

Другие кожаные подступили ещё ближе и начали связывать Гилмора крепкими верёвками. Гилмор заорал:

-Пидоры, хватит меня трогать!

В процессе связывания бандиты страстно прикасались к Гилмору, и Джулиан, с отвращением смотря на это, резко кинул ножи, которые попали в кожаных. Торджер, висящий на его спине, высунулся и выкрикнул:

-Какая встреча!

Кожаные сразу подняли взгляды, и увидев Торджера, разбежались, оттаскивая своих истыканных ножами товарищей. Вскоре облако поднятой ими пыли рассеялось, и от опасной банды ничего не осталось.

-А я думал, что ты напиздел…-удивленно сказал Гилмор, с усилиями освобождаясь от верёвок. Джулиан достал нож и с треском начал их резать.

-Они меня боятся.-с гордой улыбкой заявил Торджер, приподнимаясь на спине Джулиана.

Остаток пути в город прошёл незаметно, и вскоре Джулиан зашёл в таверну и положил Торджера на стол. Эслинн, подходя к нему, сказала:

-Предлагаю отдать его Арконусу.

-Чтобы добил?-усмехнувшись спросил Джулиан.

Арконус, сидящий в дальнем углу, обернулся и ответил:

-Ну тут ты не прав, я восстановлю его ноги.

Маг неспешно встал из-за стола и прошёл к Торджеру, лежащему в брутальной позе. Оценивающе взглянув на обугленные остатки ног, он спокойно сказал:

-Ему можно помочь, но это займёт время.

Торджер нетерпеливо приподнялся, и Арконус со вздохом начал произносить какое-то заклинание. Вся таверна оторвалась от кружек и стала увлечённо наблюдать за тем, как Торджер перестаёт быть инвалидом. Он продолжал лежать, и опираясь на руку, кидал на толпу харизматичные взгляды. Арконус, не отрываясь от работы, сказал:

-После восстановления ног придётся ненадолго воздержаться от всякой бурной деятельности.

После этих слов с лица Торджера пропала надменная улыбка, и он снова рухнул на стол. Толпа начала скучать, смотря на медленно регенерирующие ноги, и таверну снова накрыл привычный шум честных пьяных разговоров.