Глава 4

Между жизнью и смертью

Честность и доброта отнюдь не пороки,

Но чтобы добиться в этом мире большего, нужно играть по его правилам.

Сэлэндр(с)

- Ты ведь не знаешь, Мальдрус, но именно с нас все и началось, - печально произнес Белиндор, чем удивил маликанца, он и вправду не знал о чем речь. – Это было еще в те времена, когда мировая война только закончилась, империи были сильно ослаблены, слезы по погибшим еще не высохли на щеках родных, а просыпаясь, никто не верил, что этот кошмар закончился. Мы уничтожили латланцев в страшном кровопролитии, почти уничтожили друг друга.

В тот момент все расы стояли на распутье между жизнью и смертью. Мир и процветание, или передышка перед большим безумием? Казалось, после такой долгой и ужасной бойни выбор был очевиден, и так оно и было! Но… Созидатель, я был там в тот день, прямо в самом центре событий, когда по воле одного ненормального весь мир свернул не туда. Если б я только был сильнее, старше, Мальдрус, ничего этого бы не было! Твой народ не был бы в цепях, у тебя была семья, и ты не свихнулся, ренианцы б не уничтожили илкарцев, ничего бы этого не произошло!

***

Пять тысяч лет назад. Бринрокия. Серые тучи плакали стеной из дождя, оплакивая миллиарды погибших мужей и женщин, что сгинули в ужасном жерле войны.

- Больше мы не должны идти по пути насилия! Времена меняются, пора и нам измениться! Во всей вселенной бринроки воспринимаются, как животные, которые больше ни на что не годны, кроме как ломать и крушить. Настало время, когда мы покажем, что ничем не хуже в науке, культуре и во всем остальном. Отныне наши сородичи, которых природа обделила силой, не будут подвергаться гонениям, они получат свой шанс доказать, что могут предложить нашей родине ничуть не меньше, чем остальные! Братья и сестры, наступает новая эра, эпоха рассвета нашего могучего народа, и я верю, что лишь общими усилиями мы займем лидирующие позиции по всем отраслям!

Темноволосый бринрок с небольшой аккуратной бородкой выступал на собрании старейшин. Он был одет в просторную белую мантию с темно-синей подкладкой, а на груди свисало солидное золотое ожерелье с выгравированной надписью «великий старейшина Мэ̀ргиус». Зал бурно зааплодировал ему, как только его речь подошла к концу. Помещение, в котором происходило совещание находилось под крышей огромного куполообразного здания со стеклянной крышей, и обшитого внутри грубым коричневым деревом. На стенах горело множество старых светильников, как дань традициям предков, в которых увязла бо̀льшая половина бринроков.

- Ты складно говоришь, Мэргиус, но не нужно забывать, что именно наш уклад жизни позволил нам стать самой грозной силой во вселенной! Наши воины прославлены на весь мир, один наш боец стоит сотню других на поле брани! Мы вселяем ужас в сердца слабохарактерных планетарцев лишь одним появлением. И никакие твои новшества не добились бы такого эффекта, только традиции предков по выживанию лучших и сильнейших смогли сделать нас грозой мира! – с другой стороны вещал противник Мэргиуса по политическому курсу «великий старейшина Кизѐндор», которого тут же поддержала другая половина собравшихся, в большинстве своем консерваторов.

- Вот именно, что мы лишь вселяем ужас! Оглянитесь, вокруг нас одни враги! Никто не хочет иметь с нами никаких дел, кроме войны, никому мы не нужны по другим причинам! Едва мировая война окончилась, как про нас все забыли!

- Так давайте устроим новую, в чем проблема? – пошутил Кизендор для своих сторонников.

- Кровь, кровь и снова кровь, сколько еще ее должно пролиться, чтобы ты понял – это билет в один конец! Насилие порождает лишь насилие, эта мудрость стара, как мир! Никто не хочет под боком соседа тирана, который постоянно думает о войне и ищет любой повод для ее начала! Если мы срочно не поменяем курс, по которому идем, наш народ ждет забвение! Даже ты, Кизендор, должен понимать, что против всей вселенной нам не выжить. У нас отличная пехота, но абсолютно бесполезная техника, у нас нет первоклассных кораблей, а без них наши воины выдохнуться пока долетят до места битвы! Даже простой планетарец за штурвалом современного танка или илуниевой пушки может покосить нам ряды илуниевых воинов вплоть до двенадцатого круга, а что можем мы? Ничего!

- Да как ты смеешь, немощь, я ломал эти танки голыми руками еще тогда, когда твоя матушка пыталась вспомнить, чей член ей больше пришелся по вкусу в минувшую субботу! – вдруг импульсивно закричал один из старейшин на стороне Кизендора.

- А, прекрасно, умные речи от столь же умного Лектора, браво, слова достойные старейшины! – с иронией ответил тому Мэргиус и похлопал в ладоши.

- Это еще, о каких разорванных танках идет речь?! Ты, плод заразной куртизанки и однояйцевого делдаркца лилипута, даже собственный геморрой победить не можешь! – тут же закричал кто-то со стороны Мэргиуса и среди старейшин вспыхнул конфликт, который превратился в настоящий балаган из ворчливых стариков и базарных бабок.

- Тихо!

Мощный бас пронесся по залу и заставил всех ворчунов тут же замереть на месте с испуганными глазами. То был вождь, могучий и суровый бринрок. Сквозь его густую коричневую бороду и шевелюру с несколькими заплетенным косами, немного проглядывалась седина, а от подбородка шел шрам, слегка рассекающий правую сторону верхней губы, щеку и заканчивающийся надрезом над глазом. Он был в массивных доспехах черного цвета, на которых красовалось могучее древо посреди высокой травы – герб Бринрокии.

Балаган молча уселся на место, не сводя взгляда с вождя, сидевшего на пол уровня выше остальных, прямо около стены, что была напротив главного входа в зал.

- Устроили здесь невесть что! Это собрание мудрейших и благороднейших представителей нашей расы, или несносных мальчишек, которым не терпится показать себя?! Мэргиус, Кизендор, я выслушал вас обоих, внимательно и вдумываясь в каждое ваше слово. Признаться, мне тяжело сделать выбор, ведь вы оба великие старейшины, мои правая и левая рука, мои возможные наследники.

- Для нас честь, слышать от вас столь лесные слова, господин Равэлдо̀р, - Мэргиус почтительно поклонился.

- Да, вождь, одно твое слово и мы выполним любой твой приказ, - так же поклонился Кизендор.

- Кизендор, я определенно согласен с тобой в том, что наши традиции, безусловно, сделали бринроков одними из лучших воинов во всей вселенной. Начиная с момента, когда мы научились впервые ковать железо и до сегодня, устои наших предков шли с нами бок о бок, наставляя нас. Они стали нашим кодексом жизни, нашим сводом правил, с которыми тяжело не считаться.

Слова вождя явно обрадовали Кизендора, который едва сдерживал улыбку до ушей.

- Но я так же и согласен с Мэргиусом. Мир меняется, он не будет ждать, пока мы слепо будем цепляться за древние наставления, застревая в прошлом. Вселенная сполна насытилась кровью за последние одиннадцать тысяч лет, все, что мы знали, что я знал, это сплошная война. Теперь, я хочу посмотреть, на что же будет похож мир, увидеть беззаботную жизнь нашей молодежи, которая смело строит планы и будущее для нашего народа, а не лежит разорванной на части бог знает на каких мертвых планетах.

- Но, вождь, традиции…! – попытался возразить Кизендор, однако был прерван жестом руки.

- Те, кто хочет жить по традициям, пусть живут, нашим воинам всегда найдется место во вселенной, где они смогут показать свои силы. Однако их традиции больше не должны мешать остальным бринрокам наслаждаться жизнью. Я хочу стоять на балконе и видеть, как могучие корабли с гербом Бринрокии поднимаются в небеса, слышать радость молодой пары от рождения ребенка, а не плачь бедных вдов и слезы жен и матерей, что только отправляют своих мужчин на убой. Несчитанные поколения мы воспитываем в бринроках любовь к битве и презрение к смерти, пора бы ввести новую доктрину, где они узнают, что такое жизнь, и как она прекрасна.

Старейшина молчали, хватая ушами каждое слово вождя, кто-то светился от счастья, кто-то был очень зол, а некоторые согласились с вождем, в одночасье, променяв сторону Кизендора на Мэргиуса.

- Мэргиус, я принимаю твое предложение, прошу, покажи нам всем, что такое мир, каково оно, это твое светлое будущее, - вождь Равэлдо̀р тепло улыбнулся, и серые тучи разошлись в сторону. Теплые солнечные лучи проскользнули в зал сквозь стеклянную куполообразную крышу, словно благословляя выбранный бринроками путь.

После совещания некоторые старейшины, разделившись по небольшим группам, принялись с тревогой обсуждать новоизбранный путь, пока шли перекусить в ресторан. Кто-то искренне поздравлял Мэргиуса с победой и предлагал свою помощь, а некоторые молча удалились из зала вместе с Кизендором.

- Отец! – четырнадцатилетний Белиндор все это время сидел на последнем ряду и слушал выступление. Мальчикам его возраста уже было положено интересоваться политикой, а не только военным наукам.

Мэргиус приобнял сына, положив тому руку на плечо.

- Ты был великолепен, уделал этого плешивого Кизендора!

- Не ругайся, Белиндор, старайся всегда быть более учтивым. Запомни, настоящий мужчина умеет сдерживать свои эмоции и не позволяет себе лишних слов.

- Мэргиус, брат, не нужно с ним так строго, твой сынишка прав. Знатно ты дал этому губошлепу по щам, думал он сейчас обосрется от злости, особенно, когда вождь начал чествовать тебя!

- Сэлэндр, ну а от кого же еще мой сын мог нахвататься подобных слов, как не от тебя, - Мэргиус с улыбкой смотрел на своего брата, который шел к нему из толпы, куря сигару.

- Да брось, не гунди, сегодня такой славный день! Мой младший братец великий старейшина, а теперь еще буквально без пяти минут вождь! – Сэлэндр обхватил шею Мэргиуса рукой, прижав его покрепче к себе.

- Ну все, хватит, и не какой я не вождь! Сэлэндр, опять ты куришь прямо в чертогах, сколько раз тебе говорить, что это не место для подобного?! Здесь тебе, что, таверна, какая, или бар?!

- Таверна, чертоги, да какая разница?

Сэлэндр всегда был весельчаком, даже не смотря на его возраст, духом он все еще был молод, напрочь отказываясь ходить с важным угрюмым лицом. Он отпустил Мэргиуса, убрав свою руку, и тот выпрямился во весь рост, с улыбкой и негодующе покачивая головой, все еще удивляясь ребячеству великовозрастного детины.

- Если б ты был немного серьезней, уже сам давно стал великим старейшиной!

- Не, это не мое. Мне всегда больше нравилось в железках ковыряться да что-нибудь конструировать.

- Да, в этом у тебя талант, тут не поспоришь. Умный, сильный, всегда нравилось, как ты наваливал всяким идиотам, которые думали, что умник не может быть драчуном.

- Хех. Да, было время. Ну, братец, чем планируешь заняться теперь?

Мэргиус немного оглянулся, а затем посмотрел на Белиндора, который все это время стоял рядом и не вмешивался в разговор взрослых.

- Будущим, я займусь светлым будущим для наших детей, как и хотел всегда.