Белая самка уже подошла к оврагу, положила свое крыло на морду и тяжело осмотрела клан, погрязший в снегу. Она высматривала свою подругу и нашла ее в не очень приятном для нее месте. Янтарное тело лежало вдалеке в неком углублении, вытянув передние и задние лапы и раскрыв недвижимо свою пасть. Нора, не веря своим глазам, приблизилась к ней и встретилась с Пестролистым взглядами. Самец хрипло вдохнул и ударил лапой снег, оставив там неглубокий след.

-Что случилось?- Проурчала, положив хвост на его хвост, Нора. Он промолчал, указав незримо на тело подруги, бездвижно лежавшее на земле в окружении соклановцев. На ее шее был виден узкий красный порез, как от когтя. В этот момент в Норе закрались чудовищные мысли на этот счет, что пасть сама напряглась и создала оскал. Вместо того, чтобы вылечить самку, этот гадский ибис отправил ее на съедение червям в земле! Повернув свою голову, суженные зрачки увидели Соэля, как обычно, лежавшего на холме, смотря на звёздное небо. Шуршание сзади заставило его вскочить, но, увидев перед собой Нору, он успокоился.

— Дело наполовину сделано,- Солгала Нора прямо в морду Соэлю, кипя внутри от гнева и отчаяния.

***

За границей клана творилось то, чего всё это время боялся Кэри. Визги, крики, шипение и рычание раздавались на уже окровавленном снегу. Одному существу в лицо полетела когтистая лапа и оставила на том глубокий порез. Второй начал бить другое существо задними лапами.

— Успокойтесь! Кому сказал! — Закат, ощетинив шерсть, стал разнимать агрессивных существ. Аконит с визгом отступил, сильно выдохшись.— Аконит! Какой дичи ты напал на него на тренировке?!— Слабак! Поэтому и напал! Надо же ему мозги вставить на законное место! Кха! — Он кашлянул кровью и собрался сорваться, но упал на ровном месте. В это время Кэри стоял, грозно и испуганно прижав уши. Всё его тело, как и тело Аконита, было в глубоких ранах. Только шерсть Инсера покрылась тёмной дымкой, которая закрывала собой раны.

— Ургх. Быстро в клан, сами будете Шерсти объясняться!-Рыкнул раздосадованный отношением своих Каиши между друг другом.Шерсти грозно посмотрела на обоих. Теро тоже не обделил их взглядом.

— Ну и что произошло?-Спросила в недоумении та, перевязывая бинтом больные места черного ибиса. Оба молчали. Тут Аконит вдруг переменился в морде.— Этот опять тупил. Я решил просто вернуть ему мозг в его тупую башку!Он чуть опять не набросился на Инсера, но, всё-таки не без помощи, смог остановиться.

— Ладно. Иди, подлечу и тебя.Аконит подошёл к Шерсти и лёг. Она поставила на него лапы и по всему телу прошёлся зелёный свет. Раны немного затянулись, после он ушел из пещеры. Она подозвала Кэри, дабы сделать такую же процедуру, но тот отказался. Шерсти сама подошла к Инсеру. Он немало испугался, всё тело содрогнулось. Поставив на него лапу, она начала свою процедуру, но явно не ожидав отрицательного результата от своей магии, целительница хмыгнула.

— Странно.

— Лучше не стоит... — пробурчал темный Каиши и отошёл так, чтобы Шерсти убрала лапу.

— Вы, наверное, устали, что начали драться, идите отдохните, — перевел тему в другое русло Теро, находившийся за спиной голубошерстной. Он что-то шепнул ей, держа в зубах какой-то цветок и травы. Шерсти с жалостью в глазах взяла вещи и вышла из пещеры, попутно обмениваясь взглядами с соклановцами. А держала путь она в самую дальнюю пещеру, где лежала Биса была в ужасном состоянии: глаза покраснели, шерсть свалялась, от тела исходил гнилой смрад.

— Съешь это, Биса, прошу.-Пытаясь скормить самке лекарство, урчала Шерсти. Её ребенок, копошившийся рядом, был очень обеспокоен.

— Желтоцвет, выйди, пожалуйста, ей нужен покой.- Попросила позже целительница и мелкий ибис покорно вышел, прихватив с собой свою сестру — Грозу. Послышался стук лап, к пещерке Бисы подбежал глава.

— Биса! Что с тобой случилось?!-Эбил хотел было обнюхать и лизнуть дочь, но Шерсти запретила грозным взмахом хвоста.

— Ещё не хватало больного главы! — тихо пробурчала голубошёрстная. Она посмотрела на Бису, которая с неохотой и тяжестью съела то, что дала Шерсти.Дочь главы начала закрывать глаза, сон заполнил её сознание, и она улеглась на мягкую подстилку после того, как все вышли из её дома. Детей на время изолировали от матери и пытались их отвлечь от дурных мыслей. Они просились к матери, но их не пускали. Через время их осмотрел Теро и, ничего не найдя дурного, отпустил их со свободной душой. Выходя из жилья, Желтоцвет спросил лекаря:

— Как там мама?

— Ох... Она крепко спит, но лучше вам пока не встречаться...-Мелкий самец с грустью опустил голову и уши.

***

— Где Биса?! — в ярости и беспокойстве прокричал на весь клан Эбил.

— Она пропала? — спросили спросонья Луната и Пятнистая.Глава не ответил, лишь покачал головой в знак согласия.

— Мы идём искать, немедленно! — проговорил Шторм, подзывая Лунату и Пятнистую.

— Можно с вами? — спросил Закат, идущий с Кэри на встречу к группе.

— Чем больше тем лучше! Быстрее! — Шторм отдал приказ и все быстро, стуча массивными лапами, побежали разыскивать самку.

Тем временем белая с продолговатыми пятнами на теле Биса шла по снегу, будто зачарованная. Её лицо ничего не выражало, кроме искусственной улыбки.— Ха-ха... видимо мы чем-то нагрешили. Раз... нас постигла... такая участь... Любимый Молния... Мама...-Из её рта потекла кровь, медленно стекая, она капала всё это время. Тело совсем ослабло и с глухим стуком упало на пушистый снег, окрасив его кровью. На морду упала снежинка, сердце её остановилось и снежинка растаяла, как и существование Бисы.

— Этого не может быть... Нет! НЕТ! Я в это не верю!-Шерсти кричала вся в слезах, всё её тело до косточек замёрзло, но она не обращала никакого внимания на это. Закат начал тереться об неё, пытаясь успокоить, но чувство горечи и страха не обделило и его. И они стояли так до того момента, пока не успокоились.   Раздался леденящий душу вой — он значил смерть. Смерть, пришедшую забрать ещё одну душу из этого мира.

— Она же была такой молодой…

На всей земле была пурга, всё летело в глаза и в уши. Не были ни одной минуты, чтобы передохнуть. Закат и Шторм аккуратно тащили холодный труп Бисы по снегу.В клане у главы был такой шок, что он даже сразу и не понял, что случилось. Уши дрожали, шерсть встала дыбом, но на лице не было никаких эмоций. Только вечером, после обряда захоронения (со всеми почестями разумеется) Эбил ожил и начал дико скорбить о потере дочери.Он и ночью не спал. Его голову заполнили мысли о клане, о внуках. Он чувствовал, как мысли о их смертях не покидали его разум. Его морда исказилась в горе, ужасном горе, они были его смыслом жизни, опорой. Чтоб не свихнуться в этом адовом мире, он все время опирался на них — на дочь, на жену.Его жизнь была не идеальна, но были и хорошие моменты.

— Папа!

Перед Эбилом предстало прошлое, слёзы потекли сами собой. Он сидел на зелёной траве с маленькой Бисой. Вместе они смотрели на звёздное небо. Спокойствие и капли радости исходили от двух сидящих существ.

— Есть одна легенда, Биса...

Он помолчал, ожидая интереса от дочери, и та посмотрела на него удивлёнными глазами.

— Легенда о том, что в этом мире были двое могущественных существ. Страж жизни— Жинс. И страж смерти — Икита. Они дополняли друг друга, любили. Каждую ночь они также смотрели на звёздное небо, мечтая о будущем, которое позже было печальным.

***

(Это Эбил не рассказывал. В каждой легенде есть и вымысел, и правда.)

Икита была серьёзно ранена, она была уже на пороге жизни и смерти. Жинс, полный решимости, пообещал ей...

— Я спасу тебя, найду. Найду... найду... что-нибудь!

Она посмотрела на него тяжёлым взглядом, на морде появилась слабая улыбка.

— Не убивайся так... Я сама в этом винова-- — Она закашлялась. — Я сама в этом виновата. Боги тоже имеют свои ограничения... и я напоролась на одно из них. Икита посмотрела с любовью и теплотой на Жинса. Тот не знал куда и деваться.

— Ты... меня? К-как? П-почему?!

Второе Правило Богов: Не испытывать чувств, не влюбляться. Если это правило нарушено, вас ждет свержение.

— ...казнь заключается в том, что будущий бог должен прикончить грешного. Только после этого можно взойти на эту... должность.

***

—Отец, ты куда?

— Нужно завершить... одно важное дело. Зарра! Присмотри за Кэри! — крикнул Данте фиолетово-прозрачному существу. В нём можно было различить каждую косточку, выделяемую тёмной дымкой. Цокнув языком, тот перевернулся на спину в воздухе и вытянул переднюю лапу.

— Хорошо.

Данте накинул на себя мантию и, глубоко вдохнув, мерзко улыбнулся, выставив свои белые клыки. Он развернулся и пошёл к выходу из замка.

Сегодня великий день. Сегодня, он, Данте Инсер, взойдет на должность Бога- но для чего?Инсер старший двигался спокойно и уверенно. Он был все ближе к грешному богу смерти.

— Очень скоро, скоро, — тихо проговаривал он скорее себе, чем кому-то ещё.По сторонам разворачивались убивающие душу виды: длинный каменный мост и множество лавы, огня. В тёмно-красном небе летали Дресты (Другого вида). Перед Данте появились огромные ворота, их обрамляло множество узоров и черепов, вселявших ужас. На теле стала растягиваться кожа, из нее появились кости. Через мгновение он с ревом встал на задние лапы и с грохотом влетел в ворота, только что образованными крыльями. Четыре пары крыльев тёмно-красного цвета на перепонках, вторая пара была меньше и ближе к хвосту, у которого на конце появилась острая игла.Ворота исчезли, как и само существо, что пропало в них.

То место, куда попал Данте, было довольно светлым и спокойным до прихода битвы. В воздухе висели огромные и маленькие острова с зеленью. С некоторых шли бурные потоки воды. Но был один, самый великий из всех. Его называли Шимари. Остров покрывало голубое свечение, по нему проходила неаккуратная глубокая трещина. И самое главное-к нему вёл прозрачный мост, по которому и бежал Данте. Противник не стал дожидаться оппонента и обдал весь остров ужасным темным пламенем. Расправив свои странные выросты на спине, хлестнув широкой кистью на конце, Жинс встал на задние лапы и призвал золотистый посох.

— Псих и убийца! Ты сам будешь казнен мной! — прокричал Жинс во все горло, когда Данте набросился на него, царапая до мяса когтями на крыльях. Жинс хлестнул хвостом по его крылу, оно оборвалось. Но из-за чувства битвы и крови никто не мог почувствовать таких ран.

Толчок, разрез, визг и рычание. Битва продолжалась уже час. Победил Жинс, с презрением смотрящий на прикрывающегося единственным оставшимся крылом Данте Инсера. Кровь ручьями лилась изо рта и ран.

—Придётся... использовать...

Темная дымка начала исходить от его тела, восстанавливая потерянные части тела, и через мгновение в сердце Жинса торчал туманный клинок. Яркий свет мелькнул в глазах, хриплый стон раздался из уже наполненного кровью рта.

— Икита... — выдавил он из себя. Эти последние слова были посвящены любимой, он так и не выполнил свое обещание — самая бессовестная смерть.

— Это было самым глупым действием в вашей недолгой истории, ваша недальновидность вас и погубила. Прощайте.-Прорычал Инсер, отрастив себе новые крылья. Упав на живот, Жинс вытянул переднюю лапу и прошёлся ею по земле, голубая дымка взлетела, но потом плавно приземлилась на лапу. Данте убрал свои крылья и, смотря насмешливым взглядом, продолжил.-Мне это пригодится,-Сказало темно-красное существо, вытягивая магию из тела лежащего перед ним «Бога». Богами в этом мире называли лишь тех, кто попал в мир фантомов сильным духом существом и с колоссальной энергией жизни. Как раз такое существо с бело-синей маской лежало и в судорогах билось о землю, пока Данте не закончил свою процедуру и не исчез с глаз долой.

***

— Через несколько дней он вернулся к своей любимой. Всё его тело покрывали глубочайшие раны, из которых вытекала кровь. Но в его зубах был мешочек, мешочек с целительной магией. И, упав на тело Икиты, он передал его ей. И со спокойной душой ушёл в глубокий сон.Биса сидела вся скрючившись, пока слушала историю. Взволнованно она пролепетала:

— А откуда ты её узнал?

— Она передается из уст в уста, чтобы новые поколения были верны традициям и друг другу. Также эта история очень поучительна, как бы не был слаб Жинс, он все таки смог позволить своей любимой жить дальше, отдав за это свою жизнь. А Данте само воплощения лицемерия и жестокости, не каждый захочет быть таким как он и подвергать жизнь других опасности.-В ответ от мелкой прозвучал удивлённый вздох.

— Когда у меня будут дети я им её тоже расскажу!

— Верно…-Он потрепал её по головке, и они продолжили смотреть на звёзды.

— Ты же не хотела, чтобы папочка страдал, верно?Эбил встал и посмотрел на небо. Его закрыли густые снежные тучи, только одна звёздочка просвечивала через них. Он взял уснувшую дочь за шкирку и отнес в пещеру, укрыв слоем травы и листьев.

***

Дети были в шоке, из-за своей невинности они не сразу поняли, что произошло что-то ужасное. Ночью их успокаивал сам глава, обернувшись вокруг них, нежно вылизывая каждого, так, чтобы они и уснули.

Идут почти последние месяца зимы, а холод и лёд так и не ушли. Буря изо дня в день кружила над территориями кланов, лёд при ходьбе царапал до крови подушечки пальцев.

— Не-невозможно так уже... Холодно и голодно. Мои лапы уже кричат от боли, — прерываясь бурчала Шерсти, непрерывно полизывая лапу. Стояла ночь, все сидели около костра и грелись. В ушах прозвучал оглушающий вой, будто взмах огромного крыла. Показалось? «Кто знает?»