Темно-синее небо со множеством красивых звезд, насыпанных словно блестками на полотно, смотрели на существ с высока. Прелестная белоснежная луна направляла свой свет в сторону множества улочек крепости и песочных далей. Под лапами находились уже не прежние руины и горячий песок, а аккуратно и ровными рядами уложенная каменная плитка. Она немного выпирала, потому ходить по ней было удобно и быстро. Немного простояв на одном месте и встретив странные взгляды от проходящих валькирийцев, секки продолжать стоять было не выгодным решением. Поэтому Кейафас с Фейадарой стремительно покосились в сторону и пошли прямо по вражеской площади. И больше всего в этом месте их напрягала каменная со светящимися кристаллами статуя стоящего Мелтиадеса, который в лапе держал темную сферу и опирался задней лапой на груду руин и костей. Очень точная была работа, кто-то явно постарался, делая ее для такого самца, как он. Лунные лучи плавно переливались на высеченной из камня фигуре и опускались на темную площадь. С недоверием откинув взгляд свой от статуи на неизвестное вдалеке здание, Кейафас напряженно сглотнул ком в горле. Сейчас было даже такое чувство, что маска на морде вспотела. «И куда нам нужно идти? Я в полном оцепенении. А если нас раскроют?»

Маска на участниках сопротивления все больше и больше потребляла магической энергии из тела, так что медлить на данный момент точно не нужно. Силы постепенно убывали, а рана на плече ныла все сильнее. И даже наложенные бинты не спасали, ну не могла она так разрываться от болезненного пореза обычного острого клинка! «Нет. Нужно двигаться дальше!» — Приказал сам себе в мыслях Юто, придерживая ту самую рану лапой, и с тяжестью в ногах и душе шагнул вперед.

В качестве ориентира для поиска убежища Ярокрыла являлись несколько важных и посещаемых мест: продолговатый собор, плавно перетекавший в красивую арку и далее мост, который проходил прямо над улицей, находящейся в крупном углублении; Сама крепость Мелтиадеса, что разветвлялась в направлении всех четырех сторон света, и чем дальше смотреть на крепость, тем она становилась выше из-за особенностей рельефа. К ней шли длинные дороги, слоями нарастая друг на друга, и так образуя четкие слои стен вокруг основного здания; и самый главный — рынок при крепости, что уходил далеко вдаль, почти до самой стены, куда и направлялись секки из сопротивления. Но на данном этапе до всех этих мест было идти не быстро, ведь едва они оказались на улицах и ночью активного городка, как потеряли всякие ориентиры из виду. Но ничего больше не оставалось, кроме как бродить за толпами валькирийцев и искать хоть и небольшие, но намеки на важные места. Фейадара, недовольная таким раскладом, старалась не вызвать подозрений и оглядывалась иногда для оценивания ситуации на улицах — не следит ли за ними кто. По ступенькам они все спускались вниз и спустя долгие блуждания наткнулись на небольшую лавку, расположенную на пересечении улиц между двумя висящими с нитей фонарями. Огонь в них светил достаточно ярко, дабы освещать дорогу и в такой мрак, а также лики некоторых кучковавшихся под ними секки. Накрытая ярким полотном лавка была темна, несмотря на сверкания огней снаружи. А рядом стоящие явно что-то яростно обсуждали: махали лапами в разные стороны, кричали, угрожали тонкими мечами цвета рубина.

— Это вы скрывали все это время сбежавшего раба? Она — наша собственность, если не отойдете восвояси вас ожидают большие неприятности. — Проговорил монотонным голосом зрелый самец, стоящий с также направленным мечом в сторону торговой лавки.

— У меня и в мыслях не было скрывать от вас, уважаемый хранитель, ваш ценный товар! Она сама все эти дни пряталась в моей лавке, не показываясь мне на глаза! Честно вам говорю, пощадите! — Взмолился всеми словами по голосу молодой секки, по-видимому, являющийся хозяином лавки, и склонился к полу так, что едва ли не разбил лоб о твердый камень. Все его перья на крыльях были в ужасно поврежденном состоянии, а лапы истерзаны до крови. По такому состоянию сразу было ясно — этому существу довольно часто приходилось быть в похожих ситуациях. Секки же в отряде зрелого хранителя гордо выпятили вперед свои грудные клетки и выставили клинки к макушке хозяина лавки. Тот только сильнее побледнел и сжал лапы. После нескольких минут отсутствия, главарь показался, вывел совсем молоденькую нежного оттенка шерсти самочку. На ее тонкой шее блестел тяжелый ошейник, крылья были повязаны упругой веревкой. Ее печальные глаза скрылись под слоем отросших волнистых волос, но слезам это не мешало капать вниз.

— Я чувствую они его так просто не оставят!..- Прошипел тихо Кейафас и услышал противный скрип металла о камень. В округе в тоже мгновение поднялся слой пыли и впереди можно было увидеть только темные силуэты. Раздались болезненные крики, а к силуэтам секки добавилась тень крови. Кто-то отрубил паре существ головы с плеч, из их тел полился фонтан крови, растекаясь по щелям в дороге. Грубый удар тела, повалившегося словно мешок с мукой, о дорогу, ужаснул всех своим звуком. Секки свалились на пол мертвым сном и теперь их можно было использовать не только как прежде дешевую армию, но и как удобрение в саду. Сильный ветер улетучил пыльное облако в сторону и теперь можно было разглядеть колыхающиеся в воздухе золотистые длинные волосы. Около хозяина лавки стоял прибывший из ниоткуда секки в плотно сшитом плаще. Правая рука его была повреждена и замотана несколькими слоями бинта, а в левой тот держал шиповидный серебряный меч.

— О, ты же тот самый разыскиваемый секки в маске! За твою поимку положена свобода, прекрасная награда! — Восхитился снизошедшей с небес удачи лидер уже погибшей группы. В его глазах не было ни капли сожаления к погибшим соратникам, а только жажда наживы.

— Заткнись. Тебе слова не давали. — Отрезал слова замечтавшегося к тому времени валькирийца темный незнакомец. Его эмоций видно не было, но от него исходил грозный голос отчаявшегося существа. Крылья дрожали, как и острый хвост, но меч ровно и непоколебимо был направлен остриём на противника.

— Отчего такая ненависть к своему соратнику? На солнце перегрелся, что так бредишь, или хочешь себе раба заиметь? — Возмутился с ухмылкой темно- зеленый самец, и тоже достал из-за спины длинный клинок.

— Вы преградили мне путь, да и Валькирия ни в жизнь не была мне родной крепостью. — Мрачно сказал золотовласый, шаркнул резко лапой по камню и в секунду уже стоял перед противником, скрестив с ним мечи. Искры полетели в разные стороны, и мечи изменили свое положение. Так они продолжали обмениваться ударами, пока не достигли крайней точки — торговой лавки. Оперевшись спиной на балку, лидер отряда всем телом навалился на незнакомца и вмял его ладони в камень. «Теперь уж точно не пошевелится! Моя свобода близко!» — обрадовался в мыслях он и еще сильнее придавил противника к дороге. Секки с золотыми волосами и красными рогами за ушами грозно стиснул зубы и с дрожащими зрачками уставился прямо в морду на нем лежащего.

— Ха, так что же, ты самка?

— Догадался! Я уж думала, что ты слепой, раз не можешь отличить самку от самца!

«Он рядом, слишком близко! Сердце колотится, живот и ребра поджались, будто я ничем месяц не питалась!» — В мыслях же Иориина Кальадара испытывала многие чувства, что смешивались в один комок. Он метался из стороны в сторону, заставляя самку теряться в реальном мире. Ей казалось, будто на ней не противник в пылу битвы, а кровный отец, не улица крепости вокруг, а уютное окружение дома, в котором она жила до того случая. Что был за случай и почему ей сейчас так больно и неуютно? Почему память наотрез отказывается подчиняться хозяину? Уши ее прижались к голове, а сама Иориина вся сжалась и вспотела.

— О-о! Ты боишься меня, хотя сама минуту назад билась со мной, воительница? Тебя так напрягает моё тело, а, маска? — Из его пасти текли рекой довольно сладостные и, тем не менее, противные строки. Они все одинаковые, что Мелтиадес, что любой ему подчиняющийся хранитель! Ставят жертву в неудобное ей положение и травят.

— Что ты делаешь, Фейадара? — В панике обратился Юто к любительнице почитать, которая сейчас взяла из ниоткуда ярко-изумрудный магический лук и натягивала тетиву.

— То, что обязана сделать. Иначе я об этом пожалею. — Тихо проговорила в ответ самка и отпустила от стрелы лапу. Она со свистом и магическим следом пролетела сквозь препятствия и попала прямо в спину зеленому самцу. Тот хоть и постарался создать вовремя барьер на теле, но стрела все же пробила его. Он отрывисто закричал от боли и поломанных костей. Иориина очнулась от своего состояния и, пнув того в живот, отправила в открывшийся темный портал. «Будет ему учением. У меня тоже присутствует гордость.». И буквально тут же магическое измерение выбросило существо куда подальше вниз головой. Жив ли тот остался? Проверять никто не стал.

Иориина тяжело отдышалась и напряженно оглянулась, приходя в себя. Кто-то отправил сюда стрелу, но кто? Улица медленно, но, верно, опустела, только трупы валялись на камнях. Хозяин лавки, отряхивая грязную от пыли шерсть, поклонился опешившей Кальадаре

— Благодарю вас за спасение. Моя дочь недостойна быть рабом для этих отродьев… Ты как? — Спросил он, повернувшись к дочери и подойдя к ней. Длинноволосая самочка в слезах бросилась в объятья отца и так повисла на его шее. — Ну же, успокойся… Я тоже скучал.

— Дальше вам опасно здесь оставаться. Бегите и хватайтесь за любую возможность отыскать безопасное место. — Ободрила их золотоволосая и через силу выдавила улыбку, сжимая правую руку левой. Боль распространялась с каждой секундой и полностью поглощала собой руку секки. Ей стоило торопиться, поэтому она попрощалась с чужой семьей и убежала за дома и заборы.

— За ней! — Вскрикнул неожиданно Юто и подорвался из укрытия наружу. Попытка остановить того оказалась неудачной. Но, потеряв ее из виду, поостудил свой пыл и оперся на стену, сильно выдохнув.

— Не знаете ли вы, где тут собор? — Спросил Кейафас после нескольких минут раздумий у двоих секки.

— Вы про лунный собор? Если так, то он не близко. — Продавец не слабо перепугался, когда заметил перед собой неизвестную персону, но все же нашел силы ответить и даже показать примерное направление.

И верно, путь оказался долгим, но преодолимым. Да еще и рынок оказался совсем рядом, обозначая верное направление. Услышав всю нужную информацию, Фейадара удовлетворительно кивнула, придерживая хромающего темного самца.

— Если брат меня таким увидит, мне точно долгий разговор обеспечен. — Отшутился грустный Юто, толи пытаясь подбодрить самого себя, либо отвлечься от боли в ранах. Хоть самка и перевязала ему плечо, но на заживление такой раны не была способна. Над ними горели изредка фонари, так что приходилось идти буквально вслепую по темным улочкам. Но на новой лестнице, уходящей куда-то ввысь у Фейадары возникла странная и неподтверждённая мысль по ранее увиденному.

— Мне кажется или та самка раньше состояла в сопротивлении? Ее маска, блокирующая магию, ее действия по защите рабов — тут явно что-то нечисто…

— Такое чувство, что, если мы начнем копать глубже, мы лишь упремся в неизвестный барьер или разочаруемся. — Ответил Кейафас и взглянул на звездное небо. — Враг она нам или нет, не представляю, но мы в будущем с ней явно еще встретимся.

Фейадара из-за слов Юто задумчиво помахала хвостом и начала рассматривать старые здания из песчаника и камня. Пока она это делала, они уже приблизились к огромному рынку.

Вход, как и весь далее простирающийся рынок, горел ярким оранжевым светом фонарей и завлекал покупателей всякими разными диковинками, едой и отдельно стоило выделить — рабами. Конечно, их на открытую не выставляли и встречи покупателей совершались только секретно, но само присутствие этой возможности на таком цветастом рынке сразу же выставляло его в не лучшем свете.

— Ходит легенда, что именно на этом рынке в своём время и возводилась вся Валькирия. Впрочем, неудивительно. — Возмутилась самочка и повела самца дальше через весь рынок.

Он выглядел опрятно и украшено, и если не знать о его местоположении, то сразу и не скажешь, что рынок находится в Валькирии. Секки манили покупателей со всех сторон, показывали свои товары, разговаривали друг с другом. Один из таких продавцов даже притащил с собой огромный котел и варил там сочное мясо на продажу. Мясо. Сопротивление о такой порции и мечтать только могла, а тут прямо аромат пышет и зазывает! Но оба, хоть и с полной пастью слюней, с печалью отказались от этой идеи. Только без «сувенира» они не остались.

Пройдя еще немного по рынку, Кейафас и Фейадара начали понемногу голодать, а монет с собой не было. Проходя около полок с бесконечной вкусной едой мысли, их менялись в сторону главного способа жизни всего сопротивления — спланированное воровство. Юинис уже кусала себе крылья, но не смогла удержаться, да еще и возможность представилась. Ее голодные глаза заметили впереди интересную личность — среди толпы шла самка с короткими волосами и тащила за собой, совершенно не скрываясь, раба, к горлу которого была прикреплена цепь. Он не то, чтобы противился, но шел с нескрываемым чувством презрения к своей хозяйке. Сопротивление же заняло крышу какого-то дома и стало ждать удобного момента.

Фейадара махнула хвостом в воздухе и телекинезом взорвала перед самкой огромный помидор из ближайшей к ней лавки. Не успев оправиться от такого неожиданного унижения и нападения, в нее еще полетели сочные плоды и полностью сбили ее с лап.

— Точное попадание! — Тихо вскрикнула темно-фиолетовая со светлыми частями окраса.

— Ты уверена, что это правильно? — Спросил он ее досадно, после чего они спрыгнули с крыши и ухватили чего побольше, пока на небольшой площади происходила паника. Мясо на шпажке, кактусовый салат, жаренные скорпионы — все пошло в их личное магическое пространство! Взяв немного, но достаточно, сопротивление разрезало цепь копьем и хотели было поволочить за собой раба, как ни свет ни заря перед ними возникли довольно высоким рангом хранители, что бегло их оглянули и тут же напали. Кейафас от боли мог только изредка блокировать удары, но многие удачно проходили через блок и ранили его. Скрывающие их настоящий лик маски были быстро разбиты на сотни осколков: у первого по неосторожности, а у второй из-за яростного противостояния с одним из хранителей.

— Я слишком много прошла, дабы лишиться всего на том же моменте, что и в прошлом! — Юинис с яростным шипением создала в лапе воздушный клинок, сжав в ней воздух до остроты, и порезала им значительную часть левого бока противника. Тот вскрикнул от боли и отвлекся от битвы, пока заступившийся за него хранитель чуть не выбил из строя Фейадару. В ушах зазвенело, но бурлящая кровь в жилах не позволяла хозяину так просто упасть без сознания! Их лидер не только оберег их, но и обучил основам магической битвы! Раз замах со свистом — мимо, два защитный — клинку едва удалось отразить атаку противника и самку далеко откинуло воздушной волной. Она еле могла двигать своими глазами, но заметив раба в оцепенении прямо перед врагом, крикнула.

— Берегись, чего стоишь! — Кейафас тоже ее услышал и начал тащить его за собой, но тот не двигался и изредка только дышал. «Зачем сопротивляться, куда идти, кто эти секки, почему я здесь, для чего меня тянут за руку, почему кричат?» — задавал бесконечные вопросы сам себе в голове раб. Он был как погашенная свечка, виляя дымом на воздухе. Но долго он ей не пробыл — воздух колыхнулся и тело его было жестоко проткнуто копьем. Кровь запестрелась из его живота, и существо замертво упало, последними силами поглядывая на шокированные лица сопротивления.

— Зачем его-то нужно было трогать?!

— Он ослушался и должен получить заслуженное наказание, а мы лишь ускорили этот процесс.— Спокойно ответил один из хранителей, направляя уже свое оружие на сопротивление. Темный Юто быстро подскочил и скрыл с поле зрения себя и Фейадару. Его шерсть отлично отражала действительность, позволяя ему слиться с чем и когда угодно. Проверив свое состояние для нормального передвижения, они пошли дальше, минуя хранителей и труп раба, которому они уже ничем не могли помочь.

Все секки из-за внезапной битвы разбежались кто куда — рынок опустел. И хоть Кейафас и постарался скрыть самку полностью, но магическая энергия быстро закончилась и за ними вновь продолжилась охота. «Настырные!».

Сопротивление ликовало, ведь на горизонте объявилась наконец ожидаемая фигура собора. Это значило приближение к заветной цели! Оставалось только как-то избавиться от преследования и попасть туда. Проявив ловкость и смекалку, не без помощи магии земли, им удалось спрятаться в небольшой щели между зданиями и землей перекрыть все ходы. Это их защитило, теперь можно было спокойно добраться до собора, а там и до Ярокрыла лапой подать.

***

Собор расположился на пустыре где-то на окраине городка и был не столь лицеприятным, как храм, стоящий на территории сопротивления. Тут не было красивых разноцветных окон, не было резной двери и подвала с библиотекой. Просто голое со всех сторон здание вытянутой формы. В здании внутри, после захода в него, пахло сыростью и пылью. Растения на подоконниках не получали достаточно воды и гибли, некоторые горшки с ними были разбиты. Он стоял в опустении с одним лишь стоящим посередине алтарем с большой книгой. Но это их на данный момент мало волновало. Они прошли ряды со стульями и добрались до другого выхода, ведущего небольшим мостом на другую сторону улицы. Чуть бирюзовый с темными вставками он освещался теми же фонариками.

— Почти добрались. — Сказал с успокоившимся голосом Кейафас, когда они оба вышли на продолговатую дорогу, ведущую куда-то вниз. Сопротивление задумчиво помахало хвостами, одаривая друг другом взглядами. Спускаясь по каменной лестнице, они вспоминали все сегодня произошедшее и были крайне дезориентированы. Сначала этот перенос, потом самка, вступившая в битву посреди улицы, потом и на них самих напали на рынке. Очень странная ночь со странными, несвязанными между собой, событиями. Или может связанными? Хранители не могли на пустом месте появиться, возможно, те преследовали золотоволосую самку, но наткнулись на сопротивление?

Пока размышления затмевали головы секки, район, где проживал Ярокрыл, медленно стал явью и предстал перед их глазами. Из стоящих домов выходили массивные трубы, что выпускали дым, кто-то ночью на улице отливал из металла в формах на песке. Это был некий промышленный район, чем тоже могла похвастаться Валькирия. Но сопротивление пришло сюда не ради экскурсии, а ради свободы. И, смотря на рядом располагающийся основной барьер за стеной, они вспоминали свою основную цель и продолжали идти дальше. Валькирийцы по сторонам дороге странно на них оборачивались, но не смогли понять, что же такое в них было. Некоторым хотелось сказать: «Вы ранены? Вам чем-нибудь помочь?”- но быстро останавливались и продолжали заниматься своей работой. Кейафас тем временем тоже не оставил их без ответного усталого взгляда.

— Чего ошиваешься здесь? Пошёл прочь! — Крикнул кто-то со спины. Сопротивление быстро напряглось и начало искать источник крика. Но было это адресовано не им, а кому-то за стеной дома. Знакомая бело-серая маска и золотые волосы заблестели в лучах лунного света, а белые зрачки направились к источнику. Золотистый наконечник ее хвоста затрясся как у гремучей змеи.

— Чего тебе нужно? — Прошипела Иориина сквозь зубы, смотря на остановившего ее секки в пол-оборота. Ее тон явно говорил о том, что она сейчас точно не в духе.

— Мне не нужны преступники на районе и еще больше — проблемы. Уходи и броди в другом месте! — Не прекращал говорить секки, стоя в отдалении от нее и постоянно щурясь.

— А если не уйду? — Утвердила наконец самка свое слово и встряхнула пыльные крылья. Самец перед ней, бывший по одежде, видимо, рабочим, возмущенно взвизгнул еле слышимо и ударил хвостом по земле. После чего он подорвался с места, материализовав в лапе шпик, и прыгнул в замахе прямо за спиной развернувшейся Иориины. Оружие опасно заискрилось, запылало, но самка вовремя выставила две лапы перед ним. С противным треском пространства и скрипом раздвигающейся материи перед нападавшим появился портал и вмиг отправил его в обратное направление. Портал закрылся, пока Кальадара потряхивала использованную для удара лапу, а упавший секки получил такую травму, что лег без сознания. После чего самочка оглянулась по сторонам и вновь скрылась за домами. Но сейчас сопротивление догадывалось, куда та направилась, и проследовало за ней до неприметного песчаного здания.

Основание дома было из песчаника, потом уже шел камень и деревянная крыша. Окна были небольшими, закрытые плотной тканью либо кожей животных. Если не считать того факта, что он находился прямо около барьера во внешний мир, то тот ничем не отличался от других стоящих здесь же зданий. Они медленно и осторожно вошли в дверь, когда золотоволосая самка исчезла в ней же, и оказались в просторном на самый первый взгляд темном помещении. По сторонам стояли огромные и вместительные ящики с тротилом, порохом и остальным сырьем для производства. Готовый продукт был расфасован по полочкам и связан веревками.

Кто-то вдумчиво стоял перед одной из полок, будто не слыша ничего. И в момент скрипа близкой к нему дощечки крылатый сильно перепугался и выронил из лап несколько кубиков тротила. Он удостоился обернуться лишь через время в частой отдышке. Драконья бледно-фиолетовая морда с очками на переносице. Средней длины волосы и длинные белые рога, на конце которых виднелось странное левитирующее свечение. Все это не могло не напомнить о необычной в пещере Тельсии — драконихи расы тариантри. По виду милая и отзывчивая, но в ней таится насквозь пропитанная ложью душонка. Потому ее всегда заставляли учиться, не отправляя на какие-либо миссии. Ей это не нравилось и ради утоления своей скуки играла с правдой и ложью.

— Если не Валькирия, не хранители, не лидер, то кто? Сопротивление? — Ответил тариантри сам на собой же поставленный вопрос. Фейадара даже не стала это повторно оглашать, просто мотнув мордой, и сразу перешла к делу.

— Ты, Ярокрыл, даже не представляешь как мы долго пытались до тебя добраться. Поход мой со старшим Юто не увенчался успехом, так что достижения тебя, как цели, повлекло за собой слишком много жертв. Надеюсь на твою серьезность и готовность нам помочь.

Вступи к нам в группировку и поспособствуй подрыву того места, где скоро будет находиться Мелтиалес с его основными хранителями, а именно — арену. — Кейафас странно посмотрел на нее и стал махать руками около ее плеча.

— Зачем же так сразу о таком-то сообщать? Мы его даже не знаем, а вдруг он поднимет тревогу или убьет нас? — Прошипел осторожно самец, смотря на дракона с подозрением. Но в глазах Фейадары засияла уверенность и настойчивость. Ярокрыл, услышав все это, вздохнул и отошел к крепкому столу, над которым висел единственный огненный фонарь. Он вытащил что-то яркое и круглое из ящика, размял свои пестрые крылья изнутри, и вновь обратился к пришедшим участникам сопротивления, но уже спокойным голосом.

— Мы, тариантри, — падший народ. Когда-то мы имели большой город, прекрасные структуры и великолепные произведения искусства! Книги, скульптуры, огромный великий океанический порт, известная на весь Гринпис наша самая свежая рыба и моллюски. Но все это пропало, пропало так быстро, будто ничего и не было. Кто же теперь сможет подтвердить прежнее величие нашей крепости-порта? Валькирия в объединении с Мирай’Траи буквально полностью стерла его с лица земли. Безжалостно, быстро и жестоко все нами нажитое было отобрано либо уничтожено!

— И к чему ты ведешь? — Спросила Юинис, сев на пододвинутый ей же стул. В силе Валькирии она и не сомневалась, но то, что она раньше с кем то могла объединиться — слышала впервые.

— К тому, что я не хочу ввязываться в новую битву. Я слаб и беспомощен перед этой крепостью. Я годен только для создания тротила и ковки металла. Если бы у меня была возможность или свобода противостоять этой силе — я бы тут не находился. Если меня заподозрят в сговоре, то сразу же убьют. — Кейафас только услышал эти слова и его тело само сошло с прежнего места и едва не напало на дракона, но тот пригрозил ярким кристаллом и темному самцу оставалось только смотреть на него и дыбить шерсть.

— Мой брат надеялся на тебя! Так почему ты не желаешь нам хоть немного помочь? Ради свободы, мира? Разве у тебя нет того, что тебе дорого? — Через катившиеся слезы проронил горькие слова Юто и опустился на пол в позе покорности. Лбом он прислонился к полу, а лапы выставил вперед с определенным знаком. Ярокрыл даже немного опешил от такого, но даже сейчас не разжимал пальцев с кристалла.

— Есть то, что я хочу сохранить. Душа моего покойного сына заточена в этом небольшом кристалле, но это все, что от него осталось после случившегося. Драконов нашей расы уже осталось немного, а если еще и кристалл разобьется, то мне тогда цели к существованию не останется. — С яркими крыльями тариантри описал круг вокруг стола и крайне напряженно глядел в потолок.

— Хочешь… Хочешь я дам клятву, что если ты нам поможешь — я воссоединю ваш народ? Сделаю всё, что угодно, только спасти его?! — Отчаянно воззвал к нему Юто, сжимая лапы в кулаки и прижимая их к полу.

— Спасти… Мой народ? — Задумчиво, будто пробуя слова на язык, пробормотал Ярокрыл, повернувшись к сопротивлению. — А от Валькирии ты защитить нас сможешь?

Задал тот вопрос, но ответа так и не дождавшись, с обеспокоенным выдохом провел мордой по воздуху. По его дальнейшим действиям не сложно было догадаться, что упертого дракона удалось одобрить и просить от него помощи. В дальнем углу он собирал огромный ящик всего взрывоопасного, осматривал наличие того или другого. Как столько всего смогло уместиться в один ящик — оставалось загадкой.

Время окончания сбора уже подходило к своему завершению, Кейафас успел за эти минуты успокоиться и привести себя в порядок. Он и не знал, что заставило его это все сказать, но инцидент с Вираи явно ослабил настрой самца. Обдумывая все ранее произошедшее и следя за сборами необычного дракона, Юто и Фейадара не заметили приближающуюся чужую энергию за стенами. Она все возрастала и возрастала, пока не превратилась в огромный поток, словно сносивший все вокруг.

Уши едва успели дернуться на звук, а крылья подхватить тело в воздух — дверь с грохотом и свистом вылетела с креплений и упала на ящики и столы. Поднялся слой пыли в помещении, мешая толком дышать и видеть происходящее дальше метра. На глаза показался спустя несколько мгновений уже знакомый ранее секки-хранитель. Он долго расхаживал по полу, ища хозяина помещения. Его глаза неестественно светились, а от его тела исходила невиданная прежде энергетическая сила. Сопротивление от страха и неожиданности позакрывало лапами рты и одновременно прижались к стене. «Откуда такое давящее чувство отвращения? Я будто бы смотрю не на секки, а чудовище» — Кейафас частично высунул из-за угла свою морду и разочарованно цыкнул. Эти хранители только недавно встретились им на рынке, а уже нашли здесь их и тут! Да и Ярокрыл не желал появляться на «публике», где-то за ящиками защищая важный для себя кристалл. Но много времени не прошло и испуганного дракона с натянутой улыбкой вытащили за шкирку из-под стола.

— Разве у вас заказывали что-то в последнее время? Почему же тогда ящики стоят полные тротила у вас за спиной? И еще, мы ищем двоих секки из сопротивления, знаете что-нибудь? — Начала говорить самка ниже рангом за лидера отряда, который почему-то молчал. Остальные же хранители разошлись по помещению по немому приказу самца. Они ворошили столы, заглядывали в хранилище и успели даже пройти возле Кейафаса с Фейадарой.

« Ей! Если слышите меня, то идите за наваленные доски, что прямо за вами. Там вырублено старое окно, через него и летите!» — Раздался внезапный голос в ушах сопротивления. Ярокрыл, переговариваясь с заявившимися, как-то сумел передать со своих выростов на голове странный сигнал.

— Тариантри и так могут? — Опешила Фейадара и потерла уши от оставшегося свиста. Но восхищаться новыми знаниями времени не было, поэтому они аккуратно оглянулись и на полусогнутых четвереньках подползли к заваленному досками окну. Оперевшись на них всем своим весом, сопротивление вместе стало откреплять доски друг от друга и кидать их на пол. Это было громко, но они знали об этом и старались делать это как можно быстрее. Лунный свет проходил через тонкие щели и постепенно мягким светом освещал морды.

— Довольно упертые и трудолюбивые рабы. Но мне вы противны. — Чуть ли не прорычал эти слова возникший из ниоткуда лидер отряда хранителей. Лапы сопротивления быстро оказались под натиском магии земли. Кейафас и Фейадара упали на колени без возможности к движению, уставились на знакомое лико. За которым стоял также и Ярокрыл, но со странным выражением морды. Между его рогами засветился красный кристалл. Самка и самец поняли намек и всеми возможностями открыли себе путь. Ярокрыл пригнулся, распустил свои крылья и рога произвели плазменный удар прямо по валькирийцу. После удара, снесшего стену и убрав с пути хранителя, дракон опустился на свои четыре лапы с открытой пастью.

— Чего как вкопанные? Он лишь оглушен, летите! — Прокричал Ярокрыл и телекинезом взял и потащил за собой ящик тротила. Выпорхнув на открытое пространство, на удивительно свежий воздух. К нему подключилось и сопротивление, оглядывая прежнее разрушенное место пребывания. Находившиеся там хранители заметили лидера в оглушенном состоянии и сразу же устроили за улетевшими погоню.

Самка, что недавно говорила за своего лидера, резко перерезала путь раненному Кейафасу. Да так, что крылья того подкосились, и он стал падать. Воздух летел прямо в морду, иногда ее под давлением царапая и сжимая. Он трепал его волосы почти также, как это делал старший брат Юто. Вот только он не был ветром и не был в полчище врагов — уютный дом и комнатка, вся уставленная красивыми скульптурками и картинами. Приятные чувства ностальгии возникли в сердце Кейафаса и когда по его спине полоснули когтями — эти чувства только усилились. Он слился с окружающей средой, как хамелеон, и, вспорхнув выше, ударил хранителя лапами по боку в ответ так, что впечатало ту в песок.

«Сил тащить ящик уже не хватает. Магия кончается.» — Пожаловался вдруг на свое состояние Ярокрыл, через силу таща ящик. В конце концов силы у него кончились и ящик вместе с ним стали снижаться. Да еще и надоедливые хранители мешали полету — они начали странно толпиться в одном месте и складывать знаки руками. Сопротивление не обращало на это никакого внимания и, не предвещая беды, летели дальше. Внезапно Фейадара впереди остановилась и замахала крыльями в обратном направлении. На ее морде читалась паника и ужас, ведь прямо в нескольких метрах от нее темный и искрящийся сгусток магической энергии, чуть не испепелив самку.

Не было больше пути назад, отступление сейчас не представлялось возможным. Хранители, поймав тех в ловушку, приблизились, но не успели даже коснуться противников, как перед ними вылетел темный силуэт и громко воззвал.

— Пора бы и мне появиться! — Это были слова Иориины Кальадары, которая воссоздала портал прямо перед секки и драконом. Она влетела в группу, толкнула всех и скрылась с ними в огромном портале. На последних секундах хранители злостно закричали и попытались убрать портал всеми способами, но потерпели неудачу. А лидер их подлетел прямо перед закрытием портала, узрев лишь малую искорку.

— Мы обнаружили логово Сопротивления! Всем собраться на штурм! — Послышался в ушах звонкий голос, словно через радио, и тут же со скрипом пропал. Хранители между собой переглянулись.

***

-У-урх! — Досадно и от сильной боли прошипел темный самец, потирая ушибленное место после перемещения в пространстве. В глазах сильно троилось, что вызывало рвотные позывы и мигрень. Сердце в груди стучало так, будто бы он только что пробежал длинную трассу без остановки. Выхаркнув горькие в пасти слюни, самец постарался осмотреться и понять, что только что было. Похоже было чем-то на тот разлом в руинах, но его кто-то успел создать. Возможно, это была та золотоволосая самка? Но где она сейчас?

С кружащейся головой ему удалось с усилием подняться. И тут же он пересекся взглядами с беловолосой Фейадарой, сидящей около него на песке. В ее взгляде читалась едва различимая напуганность, но больше всего там было именно напряжения. Заметив очнувшегося Юто, взгляд смягчился, но ненадолго. На немой вопрос самца: » как долго я так пролежал», она ответила: «Несколько часов.».

— Сколько?! И где мы? — С испугом удивился Кейафас и неуклюже поднялся на лапы, все еще видя мир в тройном экземпляре.

— Около стен арены. Пойдем, мне надо тебе кое-что сообщить…- Сказала Юинис и взяла его за лапу, медленно поведя его на стену. Она была высокой, но по ней не составило труда взобраться. Остались последние движения и сопротивление свалилось прямо на плоский камень стены. По близости никого не было: ни охраны, ни обычных секки. Но вот только неясный и громкий гул заставил взобравшихся закрыть лапами уши, иначе барабанные перепонки могли просто лопнуть. Барьер лежал на открытой арене полусферой и не пропускал никого, даже мошек и ветер. Он отражал небо, был прозрачным, словно стекло и границ его не было видно никаким образом. Фейадара присела на показавшийся впереди выступ стены и направила свой потемневший взгляд на арену.

Темное облако пролетело над ними в небе и закрыло собой яркую и белоснежную луну. Лучи плавно исчезли с освещаемого ими места и рассеялись, оставив после себя лишь светло-голубую дымку. Сердце Кейфаса вновь бешено забилось, когда он все же подошел к тому же месту, где сейчас восседала самка. Его глаза не хотели концентрироваться все это время, но они собрали раздробленный мир и воссоединили в один.

На арене своей яркой фиолетовой шерстью и бирюзовыми, как само море, гребнями на спине засияла знакомая личность. Ее прежде прямые и нежно розовые волосы помутнели и взъерошились во все стороны. А в окровавленных руках жительница Саксонии держала последнюю свою надежду на победу — серебряную глефу. Она на момент отступила от скрытого в тени противника и посмотрела своими глубоко янтарными глазами на Кейафаса Юто. Он чуть сглотнул и, не веря свои глазам, нахмурился и сжал зубы. А когда решился, показал лапами знак «Обманщица» и. не сдерживая себя, заплакал.

Но Астари его не видела. Через барьер показалась только яркая луна, хвалясь всем зрителям своей величественностью.