Ли Цин Шань вспомнил про слова черного быка, сказанные им ранее. Сяо Ан использовал кровь зверей, чтобы практиковать свой Путь Белой Кости и Великой Красоты. Однако, настоящий путь требовал человеческой крови, причем теплой крови, которая только вытекла из трупов, убитых недавно. Чем больше в ней осталось жизненных сил, тем лучше.

Эти горные бандиты и были тем добром, о котором говорил черный бык. Ли Цин Шань неохотно согласился на такую культивацию для Сяо Аня, но не стал возражать. Он тащил трупы, складывая их в пустом зале. Картина была устрашающей. Плотный запах крови бил прямо в ноздри. Даже Ли Цин Шаня трясло время от времени. Он не мог не спросить себя.

“Это вправду сделал я?”

Он быстро помотал головой, отогнав от себя эти мысли. Это было возмездие. Если бы он не убил этих горных бандитов, они бы причинили людям немало зла. Пока у него была чиста совесть, он не жалел ни о чем, что сотворил.

После этого он выполнил другие поручения черного быка, положив фарфоровый кувшин со скелетом Сяо Ана внутри вверх дном на этот холм из трупов.

Сяо Ан нервно летал вокруг него. Он превратился в пучок и вошел в кувшин, когда услышал голос Ли Цин Шаня.

- Давай!

Гора трупов затряслась. Кровь, которая стекала вниз, начала течь в обратную сторону. Кувшин яростно трясло. Запах крови отступал. Вскоре послышался треск. Это кувшин треснул. Красное сияние пробивалось изнутри. Это была яркая, свернувшаяся кровь.

Ли Цин Шань нахмурился и задержал дыхание. Кажется, что даже для ритуала они зашли немного далеко. Это напоминало ему призыв демона.

Бах! Кувшин взорвался. Маленький, кроваво-красный скелет сидел на верхушке горы трупов. Два шара ярко-красного огня горели у него в глазницах. Эта было непередаваемое зрелище, пробирающее от страха до костей, если бы не тот факт, что скелет сидел тихо, сложив руки вместе, как старый монах, который медитировал. Это напоминало священное пришествие из мира смертных в мир живых. Искореженные трупы напоминали трон лотоса, на котором сидел Будда. Эти бледные вытянутые руки казались лепестками лотоса. Все это было так страшно.

- Сяо Ан, - обратился к нему Ли Цин Шань.

Маленький скелет поднял голову и кровавые огни вспыхнули ярче. Он двинулся с места, расплываясь перед глазами. Красная рябь лишь мелькала перед ним. Он двигался быстрее Ли Цин Шаня, даже быстрее Ян Ань Чжи. Он хотел броситься к нему и испытать себя, атакую или защищаясь, но передумал. Он раскрыл руки, чтобы обнять его, но тот врезался ему в грудь и тут же соскользнул вниз.

Ли Цин Шань растерялся, не зная, что делать. Сяо Ан сидел на земле, мотая головой. Ему как будто было стыдно, что он не совладал со своей скоростью.

Сяо Ан посмотрел на него. Ли Цин Шань смотрел на него и понимал его мысли. Сяо Ан только теперь осознал, что он больше не призрак. Тот смотрел на свои тонкие, костлявые руки, а затем перевел взгляд на тело. Его начало трясти. Он упал на землю, обхватывая руками свое лицо.

Он не издавал ни звука, но Ли Цин Шань понимал, что Сяо Ан плачет. У призрака появилось тело, настоящее, осязаемое тело. Никого не оставит равнодушным обретение физического тела, не говоря уже о том, что он был ребенком.

У Ли Цин Шаня болело сердце. Он думал, что закалил себя убийствами, но оно снова размякло. Он почесал нос и опустился, улыбаясь и поглаживая Сяо Ана по голове.

- Не думай так. Ты такой же красивый, каким был. А еще, ты мог касаться меня, а я тебя нет. Теперь мы равны.

Сяо Ан поднял голову и пламя в глазах стало еще ярче. Он вытянул руки и нежно приобнял Ли Цин Шаня, положив голову ему на грудь. Ли Цин Шань обхватил его руками.

Подросток и маленький скелет сидели у горы трупов и обнимали друг друга под неистовым ветром и снегом, подбадривая один другого. Они как будто согревали друг друга от этого ледяного мороза.

Черный бык смотрел на них со стороны. В его взгляде не было привычного презрения.

В конце концов, Сяо Ан был ребенком. Он быстро обрадовался, с любопытством пробуя новые ощущения. У него было тело. Он подходил к мертвым бандитам, хватал их клинки и размахивал ими несколько раз. Он прыгал на несколько метров в воздух, беспомощно падая обратно на землю, потому что не смог взлететь.

Ли Цин Шань настороженно смотрел на него, убеждая порой от затеи, потому что боялся, что его кости могут сломаться от падения. Сяо Ан же убеждал его в обратном, поднимаясь раз за разом. Сяо Ан чесал голову, вспоминая, что он больше не призрак, поэтому полеты ему могут только сниться. Разочарования это ему не принесло. Он снова подпрыгнул навстречу ветру и снегу. Ли Цин Шань облегченно вздохнул, улыбаясь. Он смотрел на Сяо Аня с любовью, не замечая тот ужасный кровавый скелет, которым он по сути и был. С его детскими выходками, маленький скелет казался ему по-особенному милым. Другие не разделили бы его оптимизма. Он повернулся и спросил у черного быка.

- Сяо Ан всегда будет таким?

- А что с ним не так? Ты хоть знаешь, сколько людей поклоняются богам и Будде, желая, чтобы они приняли хотя бы такой образ, но они не могут. Да людям даже в голову не может придти мысль о том, что призрак может заполучить себе настоящее теле. Да, это демоническое дао, ну и что. Только так можно заполучить огромную силу, причем очень быстро. Если бы люди узнали об этой технике, то последствия были бы хуже в тысячи раз по сравнению с тем фактом, что они узнали про твой духовный женьшень. Буддисты, даоисты, демоны и деймоны, они все придут по твою голову. Если бы ты пришел на пир, ты бы обиделся на то, что тебе не дали столовые приборы?

Ли Цин Шань горько улыбнулся.

- Я так и знал. Путь Белой Кости и Великой Красоты звучит сильнее, чем сила Девяти Быков и Двух Тигров.

Сяо Ан был настолько быстрым, что даже он не поспевал за ним, а еще сильным, как никогда. Он вспомнил, как тот только что с легкостью поднял булаву седьмого главаря, которая весила больше пятидесяти килограмм, размахивая им, как сумасшедший. Он выпустил ее из рук, и то потому что его руки были слишком маленькими, но булава все равно пролетела несколько метров и вонзилась в стену. Сяо Ан мог теперь в одиночку убить всех в цитадели Черного Ветра, а значит сможет выполнить и другие поручения посложнее.

Более того, талисман, который он снял с владыки цитадели Черного Ветра мог тягаться по мощи с силой быка. Это был ценный предмет, если оказался у лидера группы бандитов. Ли Цин Шань теперь начал сомневаться в силе Девяти Быков и Двух Тигров.

- Он поглотил кровь сотни людей, так что силы в нем хоть отбавляй. А если ты хочешь, чтобы он стал как настоящий человек, то это не так уж и сложно, - сказал черный бык, меняя тему разговора так быстро, чтобы развеять сомнения Ли Цин Шаня.

Ли Цин Шань повелся на удочку.

- Правда? Как?

Черный бык сказал.

- Первое – продолжать культивировать Путь Белой Кости и Великой Красоты до определенного уровня, а затем он сможет принять любой облик, какой захочет. Ему можно будет буквально придать любую форму.

Ли Цин Шань кивнул.

- Когда буддизм говорит, что даже великая красота станет белыми костями после смерти, то это, конечно же, в определенной степени ложь. Вот только быстро нам этого не достичь.

Черный бык сказал.

- Но есть путь покороче. Нам нужна кровь людей для этого. Так можно ускорить рост клеток на костях, чтобы тело обросло кровью и плотью.

- А Сяо Ан после этого не станет живым? – спросил Ли Цин Шань.

- Ни жив, ни мертв. Ни мертв, ни жив. С точки зрения смертных это больше похоже на воскрешение.

- Отлично! – обрадовался Ли Цин Шань.

- Не радуйся так рано. Ты еще должен выполнить одно дело и оно трудное. Ты не можешь никому рассказать о нем. А еще нельзя оставлять улик, иначе люди придут за тобой по пятам, чтобы искоренить зло. Не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Ли Цин Шань уверенно ответил.

- Я не буду сомневаться или мешкать, даже если мне придется искупать в крови и утонуть в грехах. К тому же мир полон людей, которые заслуживают смерти.

Legend of the Great Sage / Легенда о Великом Мудреце: Глава 59 - Конец