Покинув Бос, брейсеры пошли обратно по тракту, но на развилке повернули севернее.

Этот путь, известный как дорога Айзен, вёл к гигантским железным вратам Хакен.

Разумеется, эти врата были не просто парой дверей посреди пустоты. Они служили границей между Либерлом и раскинувшейся к северу империей, поэтому при них находилась военная база, полная королевских солдат.

Стоило Эстель, Джошуа и Шеразард повернуть на дорогу Айзен, как к ним немедленно подошла пара стражников.

— Стоять! В настоящее время проход запрещён! — строго заявил один из них, стараясь выглядеть как можно суровее.

Брейсерам пришлось остановиться. Эстель ничуть не удивилась — она предвидела, что это случится.

“Всё как нам и сказали.”

Обычно эта дорога была открыта — ей пользовались все путешественники, которые ходили в Эребонию или из неё, никаких запретов на этого не было. По крайней мере, до сих пор.

Эстель внимательно осмотрела стражников.

Оба состояли в королевской армии Либерла. Десять лет назад, во время Стодневной войны, отец Эстель носил похожую форму. Хотя нет, она отличалась мелкими деталями. Должно быть, у отца было какое-то другое звание, но шестилетняя Эстель его не запомнила.

“Ну что… теперь начинается главное.”

Брейсеры собирались выудить новости из военных, и Эстель знала, что это будет нелегко. Впрочем, благодаря мэру Мэйбел у них появился козырь.

— Вы нас не пропустите?

— Прости, но посторонним сюда нельзя, — сказал левый солдат, который выглядел заметно расслабленнее и приветливее правого.

Очевидно, посторонними сейчас считались все, кроме военных и тех торговцев, от которых зависело снабжение врат. Другими словами, запрет касался в первую очередь зевак, гуляк, туристов и брейсеров.

— Но мы-то как раз не посторонние, — заявила Эстель.

— Что, правда?

— А ты посмотри, — сказала девушка и достала из кармана тот самый козырь.

— Это ещё что за штуковина? — приветливый стражник забрал протянутый документ и недоверчиво вчитался. — Ничего себе!

— Эй, что там? — второй стражник подошёл к изумлённому товарищу и тоже посмотрел на бумагу. — Да ладно?! Официальный запрос от мэра Боса?! “Я требую подробную информацию относительно происшествия с лайнером. Удостоверяю, что держатели этого документа действуют от моего имени. Мэйбел, мэр Боса…” Это же адресовано прямо генералу Моргану!

— Хе-хе! — горделиво усмехнулась Эстель. — Ну как? Теперь-то вы нас пропустите?

— М-м… Гм-м…

Стражники задумались.

Эстель решила пока помолчать — в частности, не представляться брейсером. Она даже заранее сняла эмблему гильдии, которую носила на груди.

Прямо сейчас её отряд пытался добиться встречи с командиром солдат, расквартированных у врат Хакен — генералом Морганом, известным противником брейсеров. К тому же именно он распорядился закрыть область поиска от посторонних.

Поэтому отряд решил действовать инкогнито и выдавать себя исключительно за посланников мэра Боса.

— Ладно уж, придётся вас пропустить… — сломался стражник.

Очевидно, имя Мэйбел и правда много значило в этих краях.

Эстель и её товарищи благополучно попали на дорогу Эйзен и направились на север. Где-то через час они уже добрались до гигантских железных ворот.

— Вот это — врата Хакен?.. — пробормотала Эстель, потрясённая масштабами.

Чтобы оценить их высоту, пришлось задрать голову так, что заболела шея.

Ширина тоже поражала. Будь врата открыты, в их проёме могло встать человек тридцать.

Сбоку от ворот стояло огромное здание — по всей видимости, казармы гарнизона. Или пограничных войск, если вспомнить о расположении врат.

— Врата Хакен созданы быть единственной дверью в Эребонию и стеной, которая защищает Либерл от империи, — пояснила Шеразард, обращаясь к Эстель.

— Ах да. Там, с другой стороны, уже не Либерл…

— Ага, — поддакнул Джошуа и показал пальцем на здание. — Я думаю, генерал сидит вот в этой казарме.

— Да, давайте сходим туда, — сказала Шеразард.

Эстель не думая согласилась. На самом деле она немного нервничала, но по понятной причине, ведь о Моргане говорили как о ненавистнике брейсеров.

К этому времени на них уже обратили внимание часовые перед казармой. Не дожидаясь, пока их окрикнут, брейсеры сами подошли к ним, вручили документ и попросили о встрече с генералом. На сей раз роль переговорщика взял на себя Джошуа.

Эстель внимательно смотрела за ним и от волнения невольно сжала кулаки…

— Его нет, — равнодушно ответил часовой, и у Эстель едва не подкосились ноги.

— К-как нет?! — воскликнула она.

— Отсутствует, — повторил солдат. — Руководит поисковыми работами. К вечеру, наверное, вернётся, но пока…

— Только не это…

— У нас вон там есть постоялый двор с трактиром, так что если хотите ждать — делайте это там. Мы сообщим, когда он появится.

С этими словами часовой показал на небольшое здание, тоже построенное возле ворот.

Они находились на границе с государством, которое всего десять лет назад вторглось в Либерл. Все путешественники с обеих сторон подвергались такому тщательному досмотру, что заставы между регионами королевства не шли ни в какое сравнение. Кому-то приходилось проводить здесь очень много времени, поэтому рядом с границей построили место, где можно поесть и переночевать.

Брейсеры вошли в трактир, который оказался совсем небольшим залом со стойкой и парой столов. Расположившись у стойки, все трое заказали напитки.

Находясь при исполнении, они не стали покупать алкоголь. Впрочем, прямо сейчас их мучала именно жажда, ведь за сегодня они совершили уже два путешествия по тракту.

— Эх, вкуснотища! — воскликнула Эстель.

— Главное — холодная, — прокомментировал Джошуа.

— Если бы не работа, я бы тут так напилась! — бросила Шеразард слова, из которых напрашивались занятные выводы.

Эстель не сдержалась и ухмыльнулась. Она немного расслабилась, понимая, что встреча с генералом откладывается.

так что она совершенно не замечала человека на соседней с собой табуретке, пока тот не начал расхваливать поданное блюдо:

— Ох… Чудеса, да и только. Впервые пробую национальную кухню Либерла и должен признать, она отнюдь не плоха! Да, ей недостаёт имперской утончённости, зато её примитивный вкус по-настоящему могуч!

Он вёл непринуждённый разговор с работником трактира, стоявшего по другую сторону стойки.

Невольно подслушав эти слова, Эстель присмотрелась к своему соседу.

Это был молодой человек с золотистыми волосами и аккуратным, как у актёра, лицом. Эстель всегда считала, что из Джошуа вышла бы красивая девушка, а теперь вдруг увидела ещё одного мужчину, про которого можно сказать ровно то же самое.

Аристократичность излучало не только лицо, но и изящные пальцы, держащие бокал вина.

Незнакомец носил длинный белый плащ, а на груди — огромный галстук в виде банта. Эстель даже подумала, что этот человек слишком сильно старается привлечь к себе внимание.

— Джошуа… Это, наверное…

— Да. Путешественник из империи.

Эстель и Джошуа шептали как можно тише.

Рядом с ним сидел человек, который прошёл через врата Хакен и оказался в Либерле. Эстель никогда не видела подданного империи вживую, поэтому постоянно пыталась украдкой посмотреть на соседа.

Хотя она пыталась вести себя как можно незаметнее, молодой блондин неожиданно развернулся к ней и посмотрел прямо в глаза.

— Сердечно приветствую вас! Вижу, вы из Либерла. Направляетесь в империю? — спросил он с приклеенной к лицу улыбкой.

— А? Ой, нет-нет. Мы здесь так, по небольшому делу. В империю нам не нужно.

Эстель немного растерялась, но смогла дать обтекаемый ответ. По крайней мере, ей так показалось.

— Да-а? — Однако блондин в ответ сказал такое, что девушка едва не упала с табуретки: — Хм, по делу, значит? Понятно… значит, это таких как вы называют брейсерами?

— К-как ты…

Она так и не нацепила эмблему на грудь.

Увидев, как побелела Эстель, блондин широко улыбнулся. Затем представился как Оливье Ленхайм.

***

Оливье настаивал, что не обладает какими-либо тайными знаниями и раскусил брейсеров только потому, что “это было очевидно”.

Однако Джошуа не согласился с этим объяснением.

— Ты точно обычный путешественник? — спросил он со смесью подозрения и привычного хладнокровия в глазах.

Однако Оливье посмотрел на него в ответ и невозмутимо ответил:

— Хе-хе, ты бы лучше не смотрел на меня так внимательно. Этот холодный взгляд блестящих янтарём глаз… о да, они похожи на изысканный бренди. Мой следующий тост посвящён твоим очам. Ах, боюсь я не сдержусь, прижму тебя к груди и одарю страстным поцелуем.

— Что?! — Джошуа машинально отскочил от мужчины.

У парня дёрнулся глаз. Эстель никогда не видела, чтобы с ним такое случалось.

Шеразард сидела с вытаращенными глазами.

— Эй-эй-эй! — Эстель встала между Джошуа и Оливье. — Ты что, из этих?!

Девушка набросилась на блондина с такой яростью, что тот резко помрачнел и принял тоскливый вид.

— Как же печально быть непонятым, — сказал Оливье с такой грустью в голосе, что Эстель стало стыдно.

— А, нет, я вовсе не считаю, что это неправильно и так далее. У всех свои вкусы.

— Вот именно… Любовь должна быть свободной…

— Д-да-да. Наверное. Но я имела в виду, что…

— Ха… А ведь правда лишь в том, что я без ума от красоты. Перед истинной красотой меркнет всё, включая половые различия. Да что там, красоте не обязательно иметь человеческий облик! Я одинаково люблю мужчин, женщин, шедевральные статуи и созданные природой рельефы!

— Д-да ты просто беспринципный извращенец!

— Гедонист конченый.

— Вот они какие, свободные люди…

Эстель, Шеразард и Джошуа по очереди высказали свои мнения.

— Гениев никогда не понимают при жизни, — Оливье пожал плечами. — Скажи-ка мне, парень с янтарными глазами…

Джошуа поёжился.

— Твои прекрасные волосы словно отражают ночное небо. Не желаешь ли броситься в слезах на мою грудь? Только так можно залечить моё стеклянное сердце, разбитое непониманием!

— Уважительно отказываюсь, — сказал Джошуа как можно твёрже.

— Подумать только! Ушам своим не верю! О горе мне, блуждающему в бескрайней пустоши, имя которой — отчаяние! Где же, где же та тихая гавань, что утешит меня и впитает печали?.. Может, её даруешь мне ты, длинноволосая красавица? Найду ли я приют на твоей пышн… гмм, мягкой груд-фх-х!

Эстель отмахнулась от головы Оливье, не дав тому договорить.

— Уж прости, что моя грудь недостаточно большая для утешения!

— Ха-ха… Ничего страшного. Даже в обычном и обыденном есть своя красота. Я призываю тебя не расстраиваться из-за объё-фха!

— Тебе не хватило?!

— Эстель… — вмешалась Шеразард. — Я понимаю твои эмоции и согласна, что он заслужил этот удар, но помни, что перед тобой гость нашей страны — турист из Эребонии. Постарайся быть с ним аккуратнее.

— Всё хорошо. На самом деле это я ещё сдерживаюсь, — отрезала Эстель.

Она считала, что взорвётся от негодования, если попытается обойтись совсем без рукоприкладства.

— Да, это точно. Мне от неё доставалось углом подноса, — подтвердил Джошуа.

— Н-ну это я так… И вот да, на сей раз я бью только руками!

— Но гордиться этим не надо, — напомнил Джошуа, вздыхая.

Вдруг скрипнула дверь.

— Эй, вы! — раздался обращённый к Эстель голос.

Обернувшись, девушка увидела того часового, что дежурил у ворот казармы. Затем он сообщил о том, что генерал вернулся к вратам.

— Что, правда?

— Он требует, чтобы вы не теряли время и встретились с ним как можно скорее.

Эстель наконец-то смогла унять эмоции.

— Наконец-то мы узнаем то, ради чего пришли, — сказала Шеразард.

Расплатившись за заказ, брейсеры вышли из трактира.

— Хе-хе… Ну что, давайте сходим к нему? — сказал Оливье, шедший по пятам за Эстель.

— Эй, ты! Чего привязался, будто тебя тоже позвали?!

— Кажется, у вас намечается что-то интересное, поэтому я надеялся посмотреть. Просто представьте, будто меня нет. Для вас я не более чем камень, лежащий возле дороги.

— Ещё чего! — воскликнула Эстель и затолкала блондина обратно в трактир. — Иди обратно и там сиди!

— Обидно…

Оливье вернулся в здание с таким видом, словно собирался расплакаться.

— Да уж, ничего себе встреча… Интересно, кто он такой? — пробормотал Джошуа.

— Ясно только одно — он отнюдь не обычный человек. Во всех отношениях, — устало ответила Шеразард. — Интересно, имперцы — они все такие?

— Думаю, всё-таки нет, — сказал Джошуа с проступившим на лбу потом.

— Ладно, давайте настроимся на деловой лад, — продолжила Шеразард и напомнила: — Сейчас мы должны внимательно следить за словами и действиями, чтобы больше никто не догадался о том, что мы брейсеры.

— Да! — дружно ответили Эстель и Джошуа.

Эстель и подумать не могла, что в ближайшее время легко предаст собственную решимость.

***

Генерал дожидался их в дальней части казарм, в комнате с табличкой “Кабинет”.

Брейсеры постучали и услышали:

— Кто это? Войдите.

Эстель глубоко вдохнула и решительно открыла дверь.

Их встретил немолодой мужчина в безупречной военной форме. Судя по седым волосам и бороде, он прожил немало лет, но блеск в его глазах был отнюдь не стариковским.

— Наконец-то вы здесь. Меня зовут Морган. Её Величество Королева доверила мне руководство вратами Хакен, — без малейших колебаний отчеканил мужчина.

— Рады знакомству, — Шеразард поприветствовала генерала первой.

— Простите, что отвлекаем от важных дел, — подхватил Джошуа.

Эстель почувствовала, что с такими напарниками переговоры пройдут как по маслу.

— Да что уж, я хорошо знаю леди Мэйбел. Тем более, я ведь не могу отказать официальному запросу мэра Боса.

— Э-э, тогда вот, возьмите… — сказала Эстель, протягивая полученный от Мэйбел документ.

— Гм… Так и знал, что она спросит про лайнер…

— На пропавшем пассажирском судне находились в том числе купцы Боса, — пояснил Джошуа.

— К тому же мэр опасается, что остановка полётов нанесёт удар по экономике региона, — добавила Шеразард.

— Вот как? Но даже если так, мы не можем делиться военными тайнами с гражданскими. Ладно, я постараюсь рассказать как можно больше. Рано или поздно мне всё равно придётся выступить с официальным заявлением… Иначе Новости Либерла от меня не отстанут.

После этого вступления генерал Морган рассказал об исчезновении пассажирского лайнера под названием Линде.

Оказалось, что воздушное судно покинуло порт, но затем перестало выходить на связь. Получается, что оно исчезло во время полёта.

— Выходит, монстры вне подозрений? — спросил Джошуа.

— Верно, — подтвердил генерал.

История ещё не знала примеров того, чтобы монстры пытались сбить воздушное судно. Если они и нападают на лайнеры, то только во время взлёта, посадки или пока корабль стоит на земле.

— Рассматривается ли версия об аварии? — продолжил Джошуа, и Эстель почувствовала, как у неё ёкнуло сердце.

Да, именно этого она боялась больше всего.

Однако генерал без малейших раздумий заявил:

— Как маловероятная.

— Почему? — поинтересовался Джошуа.

— Если предположить, что такое огромное судно потерпело крушение, то непонятно, почему поисковые отряды до сих пор не нашли ни единого обломка. Тем более, что воздушная трасса между Босом и Ролентом в основном проходит над равнинами, где относительно неплохая видимость.

Эстель быстро освежила в памяти карту Либерла.

Ролент и Бос находились на севере страны, и между ними действительно были только леса и равнины. Да, на юге региона находилось озеро Валлерия, но это уже чересчур далеко от маршрутов лайнеров.

— На всякий случай мы расширили область поиска на озеро, но и там пока ничего не нашлось, — сказал Морган, и Эстель невольно выдохнула с облегчением.

— Тогда… есть ещё вариант, что лайнер самостоятельно сменил курс и исчез в неизвестном направлении, — предположила Шеразард.

— Что-о?! — закричала Эстель. — Как это понимать, Шера?!

— Что его перехватили ради ценного груза или выкупа за пассажиров — вот как, — ответила старший брейсер.

— Другими словами, угнали, — пояснил Джошуа. — Учитывая особенность Боса, есть ещё одна возможность. Конечно, о таком не хочется даже думать, но за исчезновением может стоять армия империи…

— Тогда это уже совсем огромный скандал, — пробормотала Эстель.

Она не ожидала, что они будут всерьёз рассматривать провокацию со стороны Эребонии.

— М? А вы что скажете, генерал? — спросила она у подозрительно молчащего мужчины.

— По-моему… вы на редкость проницательны для гражданских.

— А, — вырвалось из Эстель, и девушка поёжилась.

Судя по реакции её товарищей, они все на мгновение испугались, что их раскрыли. Однако генерал всё так же стоял, сложив руки на груди.

— Кхм, — фыркнул он. — Не ожидал от вас такой сообразительности. Нужно было догадаться, что Мэйбел пошлёт самых способных людей, которых только сможет найти.

— С-спасибо за лестные слова, — кое-как выдавила из себя Шеразард.

— Мы рассматривали версию о вмешательстве империи с самого начала. Именно поэтому нам пришлось ввести такую секретность. Но я думаю, что информация уже просочилась к мэру, поэтому скажу: мы только что исключили эту возможность.

Брейсеры дружно вскинули головы.

— Исключили? — переспросила Эстель.

— Да. Кое-какая организация направила письмо королевской семье и авиакомпании, в котором взяла ответственность за преступление и потребовала выкуп за жизнь пассажиров.

“Выкуп! — у Эстель перехватило дух. — Значит, Джошуа угадал. Лайнер угнали!”

Теперь всё встало на свои места. Бос — это торговый город, который сильно зависит от авиасообщения. Поэтому письмо в авиакомпанию — отличный способ донести свои требования до мэра.

— И что это за организация?.. — задала Эстель ключевой вопрос.

— Семья Капуа.

— Что?! — Вот теперь Эстель удивилась по-настоящему. Она не ожидала этого ответа, ведь Капуа… — Но это же воздушные бандиты…

— Они самые. Воздушные бандиты, известные своими выходками в Босе и возглавляемые двумя братьями и сестрой. Как я понимаю, вы тоже слышали о них? — спросил генерал голосом, в котором слышалось уважение к осведомлённости.

Именно тогда Эстель проговорилась:

— Не просто слышали, мы столкнулись с ними в Роленте! Кто бы мог подумать, что они способны на такое грандиозное…

— Эстель!

Возглас Джошуа привёл девушку в чувство.

“О нет!”

***

— Столкнулись с ними в Роленте, говоришь? — генерал уставился на Эстель прищуренным взглядом. Его голос стал намного тише. — Да, я читал доклад о том, что бандиты проявили себя в Роленте. Вроде бы они обманули неопытных брейсеров и похитили крупный кристалл септиума…

— Не похитили! Мы его не отдали, а битва закончилась ничьёй! А, ой!

— Эх, пустоголовая… — Шеразард вздохнула.

— Всё понятно. Не думал, что такая девочка может быть брейсером.

— Д-девочка?.. — переспросила Эстель.

— Вы пошли на эту подлость, чтобы всё разузнать? Вот почему я не доверяю брейсерам. Я ведь передал гильдии, чтобы вы не вмешивались в это дело.

— Но мы действительно получили запрос от мэра Мэйбел, — мгновенно возразила Шеразард. — Мы здесь исключительно на правах её помощников. Скрыв информацию от нас, вы навредите прежде всего ей.

— Молчать! Хватит этой наглости! — крикнул генерал, ударив по столу. Он так повысил голос, что стоявшая рядом с ним Эстель невольно зажала уши. — Сюда! В мой кабинет попали вредители! Взять их!

Дверь открылась, и в комнату вбежали крепкие солдаты, дежурившие в коридоре.

Эстель не успела и глазом моргнуть, как брейсеров обступили со всех сторон.

— П-пожалуйста, не выгоняйте!

— Вот ещё! Я что, должен доверить такое важное дело какой-то девчонке? Да уж, леди Мэйбел тоже хороша. Как она не понимает, что её действия только мешают поискам?

Плечи Шеразард задрожали от ярости, и она сделала шаг вперёд. Похоже, выпады Моргана наконец-то переполнили чашу её терпения.

— Следите за своими словами.

— Гм? Ты смеешь со мной спорить?

— Если подумать, почему это случилось, то виноваты как раз военные, потому что от вас нет никакого проку. И как назвать то, что вы через слово оскорбляете Эстель, называя девчонкой?

— Потому что это правда.

— Неужели вы все думаете, что мы ничего не знаем о происходящем? Воздушные бандиты грабят Бос уже несколько месяцев, но вы махнули рукой и решили, что гильдия будет охотиться на них без вашей помощи. А теперь, когда разбойники пошли на крупное дело, вы требуете, чтобы брейсеры стояли в стороне? И что самое главное — у вас до сих пор ни малейшего понятия о том, где они скрываются, хотя вы лично возглавляете поиски!

— Замолчи, наглая девка!

— Нет, я не буду молчать! С какой это стати? Мы пришли сюда, готовые на многое, и не сдадимся, пока не выясним, куда пропал мой учитель!

— Шера, не буянь… — даже Эстель после такого начала призывать коллегу к осторожности.

“Я никогда не видела, чтобы она настолько злилась…”

Она украдкой посмотрела на Джошуа, который выглядел совершенно растерянным, однако положил руку на плечо Шеразард.

— Пусти меня, Джошуа. Я должна хоть разок вломить этому старому барану, чтобы отстоять свою честь как старшего брейсера!

— Пожалуйста, успокойся, — попросил парень.

— Н-не надо так делать, Шера! — взмолилась Эстель.

— Жаль расстраивать, но я не настолько тюфяк, чтобы меня побила какая-то девка.

— Ха. Вот как, значит? Готов это проверить?

Эстель готова была поклясться, что между Шеразард и Морганом заплясали искры.

Обстановка накалилась до предела.

Пускай Эстель и сама часто совершала необдуманные поступки, она осознавала, что если дело дойдёт до потасовки с генералом, то ничем хорошим для брейсеров это не кончится. И это было куда важнее, чем выполнить задание мэра.

“К-как же её остановить?!”

Шеразард выглядела как кошка, готовая накинуться на жертву, а окружившие брейсеров солдаты только и ждали сигнала генерала, чтобы схватить троицу. Что до самого Моргана, то он смотрел на взбешённую Шеразард с усмешкой в глазах.

Эстель уже не знала, что ей делать. В какой-то момент ей даже пришла в голову отчаянная мысль сражаться плечом к плечу с бывшей наставницей.

Именно тогда вдруг раздались совершенно неуместные слова:

— Конфликты бесплодны и бессмысленны… От них остаются и разрастаются только безжизненные пустоши.

Затем послышалось бренчание струн.

— Что может излечить опустошённую, израненную твердь? Что утешит покинутые, забытые развалины? Да, только лишь любовь!

“Чего?..”

— Вы погрязли в спорах, и поэтому я хочу подарить вам музыку. Пусть моя полная любви песнь поможет вашим оледеневшим сердцам вновь оттаять! Итак, я прошу вашего внимания. Слушайте, как моя песнь вдохнёт любовь в мелодию! Плыла-а по небу звезда-а…

Ясный голос наполнил комнату.

“А у него неплохо получается… То есть тьфу, что это я!”

Эстель не хотела разворачиваться, но терпение быстро подошло к концу, и ей всё-таки пришлось это сделать.

Их по-прежнему окружали солдаты. Однако девушка всё равно разглядела, как в коридоре за открытой дверью стоит молодой мужчина с золотистыми волосами. Он перебирал пальцами струны небольшой лютни и звонко пел.

Он появился так неожиданно, что все присутствовавшие невольно заслушались.

Блондин исполнял “Янтарную любовь”. Эстель знала эту песню. Впервые её исполнили на сцене оперы в столице империи. Она получила бурные овации и быстро распространилась по всему континенту.

Её текст не скупился на “поцелуи”, “любовь” и прочие слова, заставлявшие девушек краснеть. Именно эта чрезмерная приторность быстро пресекала любые попытки Эстель выучить слова.

А жаль, ведь мелодия была ей по душе.

“Тьфу, о другом надо думать! Это опять он!”

Да, это играл Оливье, Эстель узнала его ещё по голосу.

“Когда он успел пробраться в казарму?!”

Мелодия подошла к концу.

Лучезарно улыбаясь, музыкант положил руку на грудь и грациозно поклонился.

Затем поднял голову и пальцами подбросил волосы, попавшие в ловушку воротника. После короткого полёта золотые пряди заняли своё место возле затылка.

— Фьюх… — Оливье вновь улыбнулся. — Ощутили ли вы любовь, которую я отправил?

В его словах было столько слащавости, что Эстель уже практически плевалась сахаром.

Боевой настрой улетучился, причём не только у девушки. На лицах солдат отражалось недоумение; у Джошуа и разгорячившейся Шеразард дёргались глаза. Похоже, они потеряли дар речи.

— О да… вижу, вы прекрасно меня поняли. Вот что важно: любовь и мир. Или, как сейчас модно говорить, лав энд пис. Да?

— Полагаю, доклады со всех участков уже поступили? — спросил генерал у подчинённых, отрывая глаза от коридора.

“Ого, он проигнорировал Оливье.”

— Я кого спрашиваю, они уже поступили?

— А, т-так точно! Вы совершенно правы!

— Тогда я возвращаюсь к работе. Дальше сами разберётесь.

— Извините, что?

— Я сказал, сами разберётесь.

— Есть!

“Он убегает!”

Морган ни разу даже не посмотрел на улыбающегося Оливье… и вряд ли бы его кто-то за это упрекнул.

Генерал покинул кабинет и ушёл, щёлкая армейскими сапогами.

— Он просто взял и сбежал… — пробормотала Эстель.

— Я его прекрасно понимаю… — тихо отозвался Джошуа.

Солдаты вежливо вытолкали их и успокоившуюся Шеразард на улицу.

— Эй! — окликнул брейсеров один из солдат, стоя в дверях казармы.

— Чего? — Эстель не скрывала своего недовольства.

— Вещички не забывайте.

Солдат развернулся, схватил стоящего за собой мужчину и швырнул его в сторону брейсеров.

Это был Оливье.

— Бросаете тут скоропортящиеся продукты, а нам они ни к чему. Заберите его с собой.

— Н-нет, подождите, это…

— Надеюсь, вы у нас не задержитесь, — бросил солдат, не оставляя Эстель пространства для манёвра, и захлопнул дверь.

Роль финального аккорда сыграл щелчок замка.

— Эх, тоскливо-то как! Хотя что взять с военных, они во все времена были варварами. Как я и думал, им не сравниться с вашей красотой. Не стоило даже сомневаться в том, что мой глаз — подлинный ценитель прекрасного, — заявил Оливье, глядя одним глазом.

Джошуа похвалил Эстель за то, что она повзрослела и умудрилась не стукнуть блондина. Однако сейчас никакие слова не могли обрадовать девушку.

“Это из-за меня генерал понял, что мы брейсеры.”

Она была расстроена, хотя старалась не подавать виду.

Впрочем, она осознавала, что по-настоящему конфликт раздулся из-за взорвавшейся Шеразард.

— Ну что вы, котятки, такие кислые мины вам не к лицу. Давайте я вам спою одну весёлую песенку.

— Не надо, — буркнула Эстель, посмотрев на Оливье.

Этот мужчина, не терпевший грусти рядом с собой, каким-то загадочным образом увязался за брейсерами, хотя Эстель не помнила, чтобы соглашалась на это.

В конечном счёте Оливье не отставал от троицы всю обратную дорогу до Боса.

***

Когда они вернулись в город, небо уже заметно потемнело.

Оливье заявил, что проголодался, так что брейсеры проводили его в ресторан, где и расстались с ним.

— Эх, — вздохнула Эстель, глядя в спину уходящего Оливье. — Какой же это был трудный тип.

— В общем, давайте пока сходим в гильдию и сообщим всё, что нам удалось выяснить, — сказала Шеразард.

— Ещё, кстати, лучше на всякий случай оповестить мэра, — добавил Джошуа.

Эстель кивнула. Конечно, Морган говорил, что Мэйбел наверняка обо всём знает, но это не более чем догадка. Брейсеры должны передать заказчику достоверные сведения.

— Но сейчас уже так поздно. Мы ей точно не помешаем? — спросила Эстель.

— Ты задаёшь правильный вопрос, но давайте сначала заглянем в отделение, а затем подумаем, — предложила Шеразард.

Вернувшись в гильдию, брейсеры сообщили Луграну о случившемся.

— Капуа, значит? Да уж, это настоящая сенсация!

— Я думаю, именно эти воздушные бандиты — те разбойники, которые держат в страхе Бос, — добавила Шеразард, затем показала на Эстель и Джошуа. — Мы уже сталкивались с ними.

— Ну надо же!

— Мы видели их воздушный катер, и эти молодые люди подтвердят мои слова.

Эстель молча кивнула.

— Значит, именно на нём они совершали все свои преступления. Подумать только, что их загребущие руки дотянулись даже до Ролента, — удивился Лугран.

— На быстром катере до него рукой подать, — напомнила Шеразард.

— Ага. Но хотя эти ребята промышляют разбоем, раньше они занимались только мелочами… Скотину там украдут, оставленный на улице товар и так далее.

— Кстати, и правда… в Роленте они тоже себя вели как мелкие воришки, — согласилась Шеразард.

— А теперь угнали пассажирский лайнер и требуют выкуп у королевской семьи… — пробормотал Джошуа.

Брейсеры сталкивались с воздушными бандитами лично и интуитивно полагали, что Капуа не из тех, кто совершает настолько рискованные поступки.

— Я думаю, нам следует запомнить, что они повели себя очень странно, — подытожила Шеразард весь разговор.

Когда брейсеры закончили с докладом гильдии, снаружи совсем стемнело.

Орбальные фонари на улице казались слишком яркими. Если Эстель слишком долго смотрела на них, то переставала видеть звёзды в небе.

— Что дальше? Я жутко хочу есть, — пожаловалась девушка.

— Если мы поужинаем сейчас, то разговор с мэром точно придётся перенести на завтра, — ответил Джошуа.

— Давайте сначала сходим в её особняк, — предложила Шеразард. — Если там скажут, что сегодня нас уже не примут, то так и быть, вернёмся завтра. Возможно, Мэйбел ещё не легла спать, но чем больше мы медлим, тем меньше надежды, что она нас дождётся.

Стоило старшему брейсеру закончить говорить, как у неё заурчало в животе. Даже в темноте было видно, насколько она покраснела.

— Шера, может, поедим? — сказала Эстель, и её живот тоже затрубил.

— Шера… Эстель… — пробормотал Джошуа.

— Сначала доклад! — отрезала Шеразард. — Возможно, если мы не поспешим, то вновь потеряем след вашего отца!

— Да, ты права! — согласилась Эстель.

Джошуа пожал плечами. На его лице читалось: “Я знаю, что вы обе упрямые и переубедить вас не получится”.

Троица пошла на запад, стараясь сдерживать голод. Впереди показались ворота особняка.

Эстель уже потянулась к звонку, но осознала, что дверь открыта. Более, того, в прихожей, которая находилась всего в паре аржей от них, слышался какой-то спор.

— Пожалуйста, идите к себе и возвращайтесь завтра, — хладнокровно заявил голос горничной.

Из-за яркого света внутри особняка и темноты снаружи Эстель видела лишь силуэты. Тем не менее, она сразу узнала Лилу — личную служанку Мэйбел.

— Н-не прогоняйте нас! Вы просто недопоняли! — нервно отозвался мужской голос.

— Вот именно. Недопоняли. Или “не то поняли”? — сказал кто-то третий.

— Я же просил помолчать!

Раздался шлепок по затылку.

“Эти голоса… и разговоры будто из выступлений театральных комиков… Неужели это опять они?”

— Н-Найал, мне же больно!

— Я сколько раз говорил, что у тебя получается только путать людей!

— Разве говорили? Я помню только, как вы сказали, что если мы добудем фотографию мэра, с красотой которой не сравнятся даже актрисы, то легко привлечём читателей, повысим тираж и получим больше полос от главреда…

— Э-э-эй! Я этого не говорил! Не говорил!

— Да?

— И не надо на меня так пялиться!

— Но вы правда так сказали. Я ещё помню, как удивилась. Мы вчера сидели в баре, ели “Поразительное ризотто”[1], и вы меня поразили вашим планом в самое сердце… А, или вы так сделали ради этой игры слов?

— Да нет же!

— Так это случайно вышло? Поразительно!

— Ай, чтоб тебя! Я же сказал, помолчи!

Горничная, которая молча слушала весь этот разговор, начала излучать зловещую ауру.

— Пожалуйста, уходите, — неумолимо отчеканила она.

— Но мы… ладно.

Найал встретился с горничной взглядом и повесил голову. Он понял, что девушка не шутит, и развернулся. Дороти продолжала крутить головой, не понимая, что происходит.

Мужчина вышел на улицу, держа напарницу за руку. Они вместе ушли по улице, даже не заметив троицу брейсеров.

— Фьюх… О? — Лила повернулась к троице новых гостей, стоявших в недоумении рядом с парадной дверью.

— З-здрасьте, — промямлила Эстель.

— Надо же, это вы, господа брейсеры. Уже вернулись от врат Хакен?

— А, угу. Это ведь… были журналисты из Новостей Либерла?..

— Это были негодяи.

— А?

— Проходимцы.

— Э?

— Никчёмные мерзавцы, которые собирались использовать мою драгоценную леди в своих целях. О да, я в этом уверена!

— В-вот как?..

— Что же, заходите, не стесняйтесь. Госпожа ожидает вас, — пригласила их Лила с улыбкой на устах.

От её лица Эстель стало чуточку страшно.

Как оказалось, мэр до сих пор работала у себя в кабинете. Она радушно встретила вернувшихся брейсеров и выслушала их доклад.

Когда Эстель и её товарищи вышли из особняка, луна уже висела точно над их головами.

***

Внутри это здание насквозь пропахло алкоголем.

Несмотря на поздний час — скорее даже благодаря ему — бар “Кирш” ломился от посетителей. Все столики были заняты.

— Похоже… нам придётся к кому-нибудь подсесть, — заключила Шеразард.

— Ну, раз других вариантов нет, — смирился Джошуа.

— Смотри, Шера, там свободно! — воскликнула Эстель и показала пальцем на одинокий столик на лестничной площадке между первым и вторым этажом.

Хотя места на площадке было достаточно, столик не пользовался популярностью — наверное, никто не хотел находиться рядом с лестницей, по которой без конца ходили люди. Сейчас за ним сидел всего один человек.

Удивившись своей удаче, брейсеры подошли ближе, и Эстель осознала, что видела этого человека раньше.

Она узнала его даже пьяным вдрызг, лежащим лицом на столе и с ужасно помятым костюмом. Это мог быть только Найал, журналист из Новостей Либерла. Они разминулись у входа в особняк мэра, после чего Лила назвала его мерзавцем.

— Мужчина не должен так позориться, — бросила Шеразард.

— Кто бы говорил, Шера, ты тоже пьёшь как не в себя… — парировала Эстель. — А, кажется, мы его разбудили.

Лежащее на столе тело приподнялось и окинуло взглядом источники шума рядом с собой.

— У-у, где я?

— Напиваться вредно для здоровья, — сказал Джошуа, привлекая к себе внимание Найала.

— Гм? Ты?.. Откуда здесь новенькие брейсеры? Я же вроде был в Босе…

— Ты чего, ещё не проснулся? — проворчала Эстель. — Очевидно, мы тоже пришли в Бос. И кстати, вы прошли мимо нас рядом с особняком мэра. Неужели не помнишь?

— А-а? Рядом с тем домом?

— Да-да. Когда вас выгнала Лила.

— Лила?

— Горничная.

— А-а… Вы что, смотрели?! — Красное от алкоголя лицо Найала забавно побелело.

— Ага.

— С-с какого момента?

— Ну как… с того, когда заговорил про недопонимание.

— Что?!

— А Дороти сказала, что фотографии красавицы-мэра помогут в разы увеличить тираж.

Найал рухнул на стол, добитый словами Эстель, и ей пришлось снова будить его:

— Эй? Ты меня слышишь?

— Слышу-слышу, — раздалось в ответ утробное бормотание.

Найал поднял голову и ещё раз посмотрел на брейсеров.

— Гм? В прошлый раз этой красотки с вами не было.

— Будем знакомы, журналист. Меня зовут Шеразард Харви, а это мои подопечные.

— Шеразард… — судя по взгляду Найала, он на секунду зарылся в память. Затем мужчина ахнул и уставился на Шеразард во все глаза. — Та самая, которая “Серебряный всполох”?

— О. Это такая честь, когда меня знают по имени и прозвищу.

— Ничего себе, какая встреча! Один из, если не самый многообещающий молодой брейсер королевства!.. Так вы, значит, тоже здесь расследуете происшествие?

В глаза Найала быстро вернулся огонёк. Эстель подумала, что теперь он и правда выглядит как журналист.

— Возможно. Ничего, если мы подсядем? — спросила Шеразард, усаживаясь напротив Найала.

Дождавшись одобрения журналиста, Эстель и Джошуа тоже разместились за столом.

Будучи жутко голодными после прогулки до врат Хакен, они все заказали еды.

— Этот суп из краснохвостов такой острый и вкусный! — не могла нарадоваться Эстель.

— Вот этим кухня Боса и славится — здесь самые качественные продукты, — заявил Джошуа.

Шеразард тем временем вовсю напивалась, практически не закусывая. Найал ошалело смотрел, как перед ним выстраивалась стена из пустых бутылок.

— Ну что, журналист, — не прекращая пить, Шеразард попыталась выудить из Найала информацию: — Кажется, у тебя трудности?

— В целом да… Но если вы всё слышали, то и сами знаете.

— Мы видели, что Лила сильно разозлилась.

— Не на меня, а на мою растяпу… Хотя ладно, я признаюсь, вы правы! Мне теперь не о чем писать и я в отчаянии!

Найал всё-таки передумал сваливать вину на Дороти, неожиданно проявив себя настоящим мужчиной. Эстель подумала, что за это к нему можно начать относиться чуточку лучше.

— Это из-за армии? — поинтересовался Джошуа, и журналист кивнул.

— Во многом да. Из-за этой секретности мы даже не знаем, потерпел ли крушение исчезнувший лайнер. Ходят слухи, что там на борту были важные купцы из Боса. Ну, в общем как раз поэтому я и попытался взять интервью у красотки-мэра.

“А она всё испортила”, — пробормотал Найал себе под нос. Очевидно, он был слишком расстроен, чтобы постоянно держать себя в руках.

Эстель мельком взглянула на Джошуа, и они кивнули друг другу.

— Если ты так сильно хочешь узнать правду, мы можем тебе рассказать, — заявила девушка.

— А?

— Мэр помогла нам встретиться с важным человеком из армии — мы как раз вернулись после разговора с ним.

— Серьёзно?

— Да, серьёзно.

— О-о! Да это же сама богиня прислала мне помощь! Я знал, что она не бросит в беде человека, пострадавшего от козни демона!

Эстель не могла не подумать о том, что роль демона в речи Найала играла Дороти.

“Ладно, пусть теперь Джошуа им занимается.”

— Но при одном условии, — Джошуа взял дальнейший разговор на себя.

— Каком? — настороженно поинтересовался Найал.

— Равноценный обмен. Если хочешь что-то получить, придётся что-то отдать.

— Лишних мира у меня нет. Я нищий журналист.

— Нам не нужны деньги, мы хотим информацию. Вы с Дороти ведь прибыли в Бос намного раньше нас, верно?

— Обмен информацией, что ли? Сразу скажу, я в этом плане тоже на мели, мне даже писать не о чем.

— Давай попробуем, а там как пойдёт. Главное — не пытайся жадничать, — невозмутимо заявил Джошуа, вдруг заговоривший как опытный переговорщик.

Он словно попал в свою стихию.

— Кажется, у тебя талант заключать сделки, — похвалила парня Шеразард.

Даже Эстель не удержалась и кивнула.

— Тьфу, ну как хочешь. Не понимаю, как на твоём милом личике умещается столько убедительности.

После этих слов Найал пересказал всё, что ему известно.

Эстель внимательно слушала в надежде на важные сведения, но ей почему-то не давало покоя то, что Найал назвал лицо Джошуа милым.

Ты не совсем прав, мы и сами прибыли в Бос недавно. Пораньше, чем вы, но ненамного.

Вообще мы пришли в надежде сделать сюжет о многочисленных грабежах, которые происходят в регионе. Правда мы заранее знали, что по-настоящему крупных происшествий среди них не было.

Так вот прибываем мы в город, и почти сразу пропадает пассажирский лайнер. Целое судно берёт и бесследно исчезает. Я сразу понял: вот оно, крупное дело! Плевать на все эти мелкие ограбления!

Так что мы с Дороти тут же всё бросили и начали расследование.

Первое, что нам подвернулось — это свидетельство очевидца из деревни Равенну. Знаете, где она? Да, это к западу от Боса.

В ту же ночь, когда исчез корабль, один из селян видел “летающую тень”. Казалось бы — всё понятно, это и есть лайнер, да?

Но не тут-то было.

Военные тоже об этом узнали и прочесали ту местность, где селянин видел тень, но ничего не нашли. Ложный след как он есть. Ничего необычного — во время поисков такое часто бывает.

Простите уж, но зацепка у меня только такая.

Думаете, я закончил? Нет, у меня есть ещё кое-что.

К расследованию подключилось Разведуправление. Что? Не знаете, кто это? Ага, старший брейсер точно должен знать. Это недавно образованное подразделение армии, которое занимается сбором и анализом информации.

Кстати, о ней говорят, будто там состоят сплошь элитные бойцы на уровне Королевской гвардии. А главу Разведуправления, полковника Ричарда, вообще считают гением.

Хотя это уже к делу не относится.

В общем, Разведуправление якобы вовсю копошится и чем-то занимается.

Вот теперь точно всё.

— Кажется, в поисках это особенно не поможет, — не удержалась Эстель.

— Ну извини, — Найал обиженно посмотрел на неё. — А теперь говорите, что вам известно.

— Сейчас, не торопись так.

Брейсеры кратко пересказали Найалу всё, что случилось после выхода из Ролента. Разумеется, опустив некоторые подробности, которые лучше держать в тайне от журналистов.

Поначалу Найал слушал со скучающим видом, но затем оживился и подался вперёд.

— Воздушные бандиты Капуа… угнали лайнер?! Вот оно! Вот то, за чем я пришёл! Наконец-то свет в конце туннеля!

Журналист вскочил со стула, торопливо расплатился и выскочил из бара, сказав, что побежит искать Дороти.

— Ничего себе, какой он шустрый… — пробормотала Эстель.

— Видимо изголодался по сочным сенсациям, — предположил Джошуа, и Эстель мысленно согласилась с ними.

Впрочем, в её голове пронеслась ещё одна мысль. Несмотря на все слова Найала, ему было плохо без напарницы.

— Ну что? Заметили ли вы что-нибудь важное в этом рассказе? — спросила Шеразард словно преподаватель на экзамене.

— Я… хочу сходить в Равенну, — сказала Эстель первое, что пришло в голову.

— Да, — поддержал её Джошуа. — Туда, где видели летающую тень.

— Угу, — поддакнула Эстель.

— Но ведь армия уже проверила эту зацепку, — напомнила Шеразард.

— Они могли что-то упустить из виду! — настояла Эстель, хотя и сама не была уверена в правильности решения. Ей казалось, что это правильный шаг — и не более.

Однако других вариантов всё равно не было.

— Да, могли, — на удивление легко согласилась Шеразард. — Возможно, лучше ещё раз там всё осмотреть хотя бы на всякий случай… Завтра же выдвигаемся туда.

Судя по всему, и старший, и младшие брейсеры рассуждали одинаково.

Заплатив за ужин, они заселились в отель Боса.

На следующее утро, как только за окном рассвело, брейсеры пошли на запад. К полудню они уже добрались до развилки и свернули в направлении Равенну.

Именно тогда их атаковал монстр.

Примечания переводчика:

1. В официальном переводе “Сырное ризотто” (Cheese Risotto).