Эстель и Джошуа дружно толкнули двустворчатые двери.

Их взгляду открылась комната, в которой за столом друг напротив друга сидели двое.

Один — их заказчик, мэр города. Это был старичок добродушного вида с ухоженной бородой.

С другой стороны от него сидела незнакомая девушка, на вид — ровесница Эстель.

— Подумать только, что с часовой башней связана такая история!.. Я тронута до глубины души.

Незнакомка напротив мэра сцепила ладони перед грудью. В её глазах стояли слёзы.

Первым делом Эстель подумала, что это благовоспитанная дочь какого-то важного и богатого человека. Затем изучила одежду незнакомки и утвердилась в своём мнении.

Белая юбка и тёмно-синие чулки. Форма Королевской академии Дженис — знаменитой школы-интерната возле Руана, далёкого соседа Ролента.

— О? — Мэр перевёл взгляд на Эстель и Джошуа, стоящих в дверях комнаты. — О-о, вы уже пришли?

— Мы… принесли ту вещь, которую вы заказывали… Нам вернуться позже?

— Нет-нет, что вы, заходите. Ах да, позвольте представить — это Жозетт.

Как Эстель и думала, незнакомка оказалась ученицей Королевской академии Дженис.

— Рада знакомству. Меня зовут Жозетт Хаар, — девушка встала со стула и вежливо поклонилась.

— А я Эстель. Очень приятно, Жозетт.

— Я Джошуа. Очень приятно.

У Жозетт загорелись глаза.

— Какая чудесная встреча!

Видимо, брейсеры были её кумирами.

Эстель почувствовала себя неловко, ведь они пока не успели совершить ничего значимого. Она решила сменить тему, чтобы не краснеть:

— Что вы здесь делаете?

— Я изучаю культурное наследие регионов в рамках самостоятельного исследования.

Затем Жозетт добавила, что это не требование школы, а её собственная любовь к изучению истории королевства.

Эстель смотрела на собеседницу с восхищением. Пожалуй, на месте Жозетт она бы едва справлялась даже со школьной программой. Что ни говори, работать мускулами у Эстель всегда получалось лучше, чем головой. Зато от дополнительных уроков фехтования или владения боевым посохом она бы точно не уставала.

— Итак, Эстель, где мой заказ? — напомнил мэр.

— А, да. Вот он, — ответила Эстель, доставая из кармана большой блестящий камень зелёного цвета. — Огромный, правда? — спросила она, держа сокровище на открытой ладони.

— Надо же, это ведь септиум?

— О да. Он великолепен.

И Жозетт, и мэр неотрывно смотрели на камень.

Мэр попросил брейсеров лично доставить ему добытый в руднике крупный кристалл эсмеласа — одной из семи разновидностей септиумов.

По словам мэра, он собирался преподнести этот камень в дар королеве. Благоговейно взяв эсмелас из рук Эстель, старик положил его в сейф, стоявший в углу комнаты, и покрутил ручку, надёжно запирая железный ящик.

Когда зелёный блеск кристалла пропал с глаз, Эстель тоскливо вздохнула. Ей показалось, будто её заставили отдать сокровище, которое она так опекала всю обратную дорогу. Жозетт продолжала смотреть на дверь сейфа мечтательным взглядом. Видимо, и ей не хотелось расставаться с камнем.

— Ну вот и всё, — сказал мэр, развернулся и осыпал Эстель и Джошуа словами благодарности.

На этом их заказ подошёл к концу. Осталось отчитаться в отделении гильдии, и они оба станут на шаг ближе к званию старших брейсеров.

— Вы знаете, я потрясена, — заговорила Жозетт с восхищением в голосе. — Ни за что бы не поверила, что пара людей почти одного со мной возраста не только работают брейсерами, но и выполняют заказы самого мэра!

— А, нет. Тут всё немного по-другому, — Эстель почесала затылок. — Этот заказ поступил нашему отцу, а мы всего лишь его подменяем.

— А-а.

— У отца вдруг появилось неотложное дело, поэтому сейчас его нет в Роленте. Вот мы и выполняем оставшиеся задания вместо него.

Это была правда, и Эстель не собиралась её приукрашивать.

— Ну что ты. Вы оба прекрасно справились с моим поручением. Зря вы себя называете всего лишь заменой, — возразил мэр. — Мне даже захотелось в следующий раз обратиться напрямую к вам, когда мне снова что-нибудь понадобится.

— О, правда? Ур-ра!

— Эстель, не прыгай, — остановил сестру Джошуа, и Эстель смущённо почесала щеку.

Жозетт с улыбкой наблюдала за происходящим.

На этом разговор подошёл к концу, так что брейсеры покинули кабинет мэра в компании своей новой знакомой. Поскольку им было по пути, они вызвались проводить Жозетт до отеля. По дороге девушка рассказала, что находится в Роленте на каникулах, но уже завтра улетит в Руан на регулярном лайнере.

Оставив школьницу у отеля, Эстель и Джошуа пошли дальше.

— Да-а, славная девчонка, — протянула Эстель. — Выглядит как дамочка из богатой семьи, но нос ни разу не задирала.

— Ага…

— Ой, Джошуа, ты чего такой задумчивый?

— Эстель, ты не почувствовала во всём этом ничего странного?

— Мм? Что именно?

— Ничего… Если не почувствовала, то забудь.

— Ну-ка, что ты там почувствовал? Расскажи любимой сестре, что тебя взволновало. А, стоп… неужели тебе нравятся именно такие девушки?

— А? Что ты какую-то чушь несёшь? — изумился Джошуа.

— Да ладно тебе, можешь не скрывать. Подумать только, что мой младший братик предпочитает ухоженных дамочек. Вот уж удивил так удивил.

— Так, послушай. Я тебе говорю не про это…

— Ну да, она милая девочка. Воспитанная, ухоженная. Самая настоящая школьница из престижной академии.

— Я хотел сказать, она очень уж въедливо смотрела, — сказал Джошуа так тихо, что Эстель не расслышала.

— Чего?

— Не бери в голову. Пошли лучше доложим гильдии. Осталось последнее задание.

— А, точно. Ну, соберёмся с силами, и за дело!

Дойдя до гильдии, они доложили о своём успехе Айне. Несмотря на темень за окном, Эстель собиралась сразу же расспросить о следующем, но администратор прервала её:

— Не нужно лезть из кожи вон. Да, чем быстрее вы со всем разберётесь, тем лучше, но это не срочно.

Эстель поникла. Ей искренне хотелось поскорее разобраться с заданиями отца. Иначе, думала она, люди роптать “Кассиус справился бы быстрее”.

С другой стороны, поход в шахту за септиумом её действительно вымотал, приходилось постоянно держать себя в руках, иначе глаза закрывались сами собой. А отдых, как говорят брейсеры, тоже часть работы.

— Хорошо, мы вернёмся завтра, — сказал Джошуа.

Единственное, что Айна всё-таки раскрыла — это что заказчики следующего задания остановились в отеле “Ролент”.

Услышав это название, Эстель на мгновение вспомнила, что именно туда они отвели Жозетт.

Впрочем, уже через секунду все её мысли были только о самом завтрашнем задании.

И потому же всё, что произошло сегодня в кабинете мэра, оказалось брошено в самый дальний уголок памяти.

***

На следующий день.

Эстель и Джошуа добрались до отеля “Ролент” незадолго до полудня.

— Приветствую, Эстель и Джошуа. Давно вас не видел, — обратился к ним стоящий за стойкой Верн, мужчина в самом расцвете сил.

— Дядя Верн, можно спросить кое-что? Здесь правда остановились журналисты из Новостей Либерла? — поинтересовалась Эстель.

— Да, вам правильно сообщили. Вы что-то от них хотели?

— Понимаете… — сказал Джошуа и объяснил, что их последнее задание — помощь этим журналистам в сборе материалов для статьи.

Новости Либерла — крупнейшая газета в королевстве, в числе поклонников которой был и отец Эстель. Издание поддерживало широчайший охват — от серьёзных статей и до сплетен.

Сегодня брейсерам предстояло помочь этой газете со сбором материалов, потому что журналисты запланировали поход в какое-то опасное место.

— О-о, так вы подменяете Кассия. Подумать только! А, но я вынужден вас огорчить… их сейчас нет в отеле.

— Ой-ёй-ёй… — протянула Эстель.

— Вот как? А не знаете, куда они пошли? — спросил Джошуа.

Верн рассказал, что по крайней мере один из заказчиков должен быть в баре недалеко от отеля.

— Неужели он напивается в полдень? — Эстель вытаращила глаза.

— Вроде, днём в “Абенде” есть и недорогие обеды, — вспомнил Джошуа.

— А, правда?

В городских барах можно не только напиться, днём многие из них работали как обычные столовые.

Брейсеры решили, что лучше наведаться в “Абенд”, чем маяться от безделья, ожидая заказчиков в отеле.

Они пересекли главную улицу и зашли в бар, где как раз царило полуденное оживление. Стоило открыть дверь, как голоса посетителей словно обволокли Эстель. Перед глазами прошла официантка, несущая поднос с большой тарелкой только что приготовленного картофеля. В нос ударил приятный аромат жареного масла.

— У меня сейчас живот на всё заведение заурчит.

— Какая же ты обжора, Эстель.

— А вот и нет, — возразила девушка, надувшись.

— А может и да, — Джошуа пожал плечами.

Эстель отвернулась от него и обвела “Абенд” взглядом.

Её глаз зацепился за незнакомого мужчину, сидевшего за барной стойкой.

Что именно в нём привлекло внимание Эстель? Пожалуй, одежда и внешность в целом.

Ролент — небольшой городок, можно сказать глушь, но этот мужчина носил модный костюм, которые продаются только в столичных бутиках или на рынке Боса.

Кроме того, Новости Либерла находятся в столице. Вот почему Эстель связала одно с другим.

Но чем ближе она подходила к незнакомцу, тем больше сомнений у неё появлялось.

“Нам точно нужен именно он?”

Да, костюм был неплох. Но с каждым шагом Эстель всё отчётливее осознавала, что несмотря на дорогие вещи, мужчина одет ужасно.

Вся его рубашка была в складках и полностью расстёгнута. Почти развязанный галстук держался из последних сил.

Образ дополняли запущенная щетина на лице и недобрый взгляд.

“К-кажется… я немного ошиблась…” — подумала Эстель, хотя и знала, что о людях нельзя судить по внешности.

— А? Вы кто такие?

Незнакомец покосился на Эстель. Девушке стало жутко.

— Э-э, я, наверное, обозналась, но вы, случайно, не…

— Чё надо?

Характер мужчины оказался не лучше внешности.

— Это не вы журналист из Новостей Либерла?

— Ну я, и чё?..

— Что, серьёзно?! — ошарашенной Эстель хватило лишь на два слова.

— Чего надо? — мужчина вновь скользнул по ней взглядом.

Эстель не нашлась с ответом, так что пришлось подключиться Джошуа:

— Мы из гильдии брейсеров. Это вы заказывали охрану?

После этих слов лицо мужчины тут же расслабилось.

— Ну наконец-то! Так, и где знаменитый Кассий Брайт? Я собирался заодно взять у него интервью, чтобы получилось две статьи за одну поездку.

— А-а, тут такое дело… Он сейчас занят другим делом, так что улетел из Ролента.

— Что-о? Меня никто не предупреждал!

— Извините. Но не волнуйтесь, мы успешно выполняем все заказы, которые ему поступили, — сказала Эстель.

— Чего-о? — журналист застыл с раскрытым ртом. — Вы?

— Да!

— Это вы-то брейсеры, молокососы? Вас послали охраной?

— Ч-что значит “молокососы”?! Что за грубость?!

— И юбки нормальной нет, и глазами стрелять не умеешь. Сразу понятно — соплячка, — заявил мужчина, бесцеремонно окидывая Эстель взглядом с головы до ног.

— Это боевая одежда для сражения посохом! А вы, дожив до почтенного возраста, должны были научиться хорошим манерам!

— Почтенного? Так, секунду, я это без внимания не оставлю. Мне даже тридцати нет!

— И сколько вам?

— Двадцать девять!

— Это в пределах погрешности. Привыкайте быть взрослым дяденькой. Согласен, Джошуа?

— Зачем тебе моё согласие? Так или иначе, уважаемый журналист, гильдия назначила на этот заказ именно нас. Разумеется, вы вправе потребовать замены, но я не могу сказать, когда кто-то ещё появится, — хладнокровно объяснил Джошуа.

Мужчина хмыкнул, подумал и тоскливо заявил:

— Ладно уж, куда деваться. Срок сдачи мне всё равно не продлят.

Судя по голосу, “срок сдачи” пугал его больше всего на свете.

— Значит, вопрос исчерпан. Меня зовут Джошуа, а это Эстель.

— Найал Бёрнс, Новости Либерла.

— Ну, куда вас нужно сопроводить? — спросила Эстель. — В заказе вы указали, что хотите собрать материалы для статьи в каком-то опасном месте.

— Так и есть, — ответил Найал. — Не знаю, слышали вы о них или нет, но мне нужны старые развалины, которые называются “Эсмеласовая башня”.

— Башня?

— Да. Знаете такую?

— Ещё бы. Да и на днях мы там уже были.

— О. Это радует. Также вы ещё должны охранять моего фотографа. Мы хотим попасть на вершину башни.

— Другими словами, на крышу? — уточнил Джошуа.

— Нам нужны фотографии для газеты.

— Пф, вот ведь любители экзотики, — вставила Эстель.

— Всё понятно. Мы сопроводим вас и защитим от опасностей. Кстати говоря, где этот фотограф?..

— Чинит орбальную камеру в мастерской, а то с ней какая-то поломка…

Джошуа предложил не терять времени. Они вместе дошли до мастерской, нашли там фотографа и вчетвером вышли из Ролента.

Полдня уже позади, но они ещё могли вернуться засветло. Эстель и Джошуа повели заказчиков к Эсмеласовой башне.

***

Они старались идти как можно быстрее, и уже через час благополучно дошли до подножья башни.

Эстель и Джошуа вновь оказались у развалин спустя всего несколько дней. Однако если раньше они бежали сюда по срочному делу, то теперь прибыли выполнять официальное задание. От мысли об этом Эстель охватило странное чувство.

Она неподвижно стояла и смотрела на переливающиеся зелёным блеском стены на фоне синего неба.

Эсмеласовая башня, развалины древней цивилизации.

Это сооружение стояло тут уже целую вечность…

Однако даже загадочная башня удивила Эстель не так сильно, как штатный фотограф Новостей Либерла.

— О-о, вот этот взгляд мне по душе! — выпалила она, обращаясь… к башне. — Очень сексуальный. И очень миленький!

Фотограф прыгала перед башней, заглядывая в видоискатель и выкрикивая всякую чушь между между щелчками затвором.

— Сейчас вылетит птичка, давай, скажи “сы-ыр”. Да, вот так. Шире улыбочку. О-о, самое то. Просто очаровательно!

Она по-прежнему разговаривала с башней. И фотографировала тоже её. Эстель готова была поклясться, что ничего другого перед ними нет.

— Зачем она просит “улыбочку”?.. Не человека ведь снимает… — пробормотала Эстель.

— Но кажется, будто так и надо… — отозвался Джошуа.

Орбальной камерой орудовала девушка по имени Дороти Хайятт года на четыре старше Эстель. Благодаря невероятно мягким чертам лица и необычным очкам с круглыми стёклами её вполне можно было принять за покладистую взрослую даму. .

Но только пока она молчала.

Глядя на это, Эстель вспомнила, что всю дорогу до башни Дороти сломя голову бросалась к любым необычным вещам и принималась с ними разговаривать как умалишённая. Раздражённому Найалу приходилось возвращать её за шиворот. И, конечно, она пыталась расчехлить камеру и бежать прямо с ней.

Теперь Эстель понимала, что Дороти вела себя так с самого начала.

— Она вроде как “видит выражение лица” у пейзажа, — прокомментировал Найал.

— Лица? А, ладно, я поняла… Хотя, э-э…

— Можешь говорить прямо. Я тоже понятия не имею, что это значит, а логически не объяснить. Но если этому паяцу не мешать, то снимки будут такие, что дух захватывает. Она настоящий гений, но с особенностями

— Гений?.. А по виду и не скажешь.

Закончив фотосессию, Дороти подбежала к Эстель с довольной улыбкой. Она убрала камеру в наплечную сумку, посмотрела на башню и тихо спросила:

— Скажите, а сколько там этажей?

— Гмм. Думаю, пять или шесть, — оценила на глаз Эстель.

— Должно быть пять — эта цифра приведена в документах гильдии. Причём таких башен несколько, — сказал Джошуа.

— Верно говоришь, — отозвался Найал и добавил: — Точно такие же стоят в Босе, Руане и Цайсе. Считается, что их построили во времена основания Либерла.

— Основания Либерла? Но это же было очень давно, да? — уточнила Эстель.

Джошуа любил книги и хорошо запоминал исторические сведения, сейчас же ему выпала возможность продемонстрировать это:

— Больше тысячи лет назад.

— Тысячи лет! Я прямо чувствую романтику ушедшей эпохи, — завороженно проговорила Дороти.

— А наша с тобой работа — донести её до читателей, — напомнил Найал.

— Что, романтику? — переспросила Эстель.

— Ну, и её в том числе. Романтику, историю… загадочность и так далее. Ну что, давайте зайдём. Рассчитываем на вас, новички.

— Мы не подведём! — гордо выпалила Эстель, хотя от одной мысли об этом ей становилось дурно. Казалось, будто живот сковало льдом.

В прошлый раз она поднялась только на второй этаж и выжила лишь благодаря отцу. Сейчас же Кассия рядом нет, а взобраться придётся на самый верх.

— Мы постараемся избегать сражений, потому что полная зачистка башни займёт слишком много времени, — объяснил Джошуа. — Попробуем пройти незамеченными.

— Полностью поддерживаю. Подняться надо до заката, а то останемся без фотографий. Я и думать не хочу ночевать в этих развалинах.

Воцарилось молчание. Все знали, что впереди древнее, кишащее монстрами здание, в котором нужно вести себя как можно тише. Они вошли внутрь, не говоря ни слова

Монстры отличаются от обычных животных, вроде городских кошек и собак, свирепым нравом и сверхъестественными силами. На континенте водится великое множество таких существ, и ни одно из них нельзя недооценивать. Вступая в бой нужно понимать, что не обязательно все закончат битву целыми и невредимыми.

Охранникам нельзя вести себя агрессивно — это одна из первых вещей, которым учат будущих брейсеров.

Группа поднялась на второй этаж по той же лестнице, по которой Эстель и Джошуа преследовали Люка и Пата. На первом уровне они встретили лишь полное запустение, затхлый воздух и запах плесени.

Да, над головой раздавались голоса монстров, но поблизости угроз не было. И всё же Эстель внимательно смотрела по сторонам.

Светили только торчащие из стен орбальные лампы. Похожая, только поменьше и попроще, была в её рюкзаке, но пользоваться ей не хотелось — тогда придётся сражаться одной рукой. Ручная лампа была неприкосновенным запасом на тот случай, если погаснут орбальные светильники башни.

Эстель слышала, что они есть в каждой такой башне. Как только что сказал Джошуа, Эсмеласовая башня стоит здесь уже больше тысячи лет, а значит и светильники горят уже многие века.

Эстель не могла даже представить, сколько это — тысяча лет.

Орбальная революция, начавшаяся пятьдесят лет назад, кардинально изменила жизни людей, но даже сегодня в развалинах находят механизмы непонятного назначения. И раз так — можно ли говорить, что человечество вновь поднялось на высоту, достигнутую древней цивилизацией?..

Как только они добрались до второго этажа, башня стала ощущаться совсем по-другому.

Впереди закопошились тени уже знакомых Летающих кошек и Коралловых раковин.

Эстель и остальные шли вперёд, стараясь держаться поближе к стенам, чтобы на них не могли легко напасть со спины.

Судя по всему, лестницы в башне находились только во внешних стенах, причём каждая вела только на один этаж вверх или вниз. Другими словами, чтобы подняться выше, нужно сначала понять, на какой из платформ находится следующая лестница, а затем добраться туда.

— Зачем делать башню такой запутанной? — проворчала Эстель, когда они преодолели несколько этажей и остановились передохнуть у очередной лестницы.

Конечно, основательно обустраиваться они не стали и всего лишь сели в кружок рядом со стеной.

— Может, это и не башня, — тихо ответил Джошуа.

***

— Ты думаешь, это “не башня”? — недоверчиво переспросил Найал.

— Да, но до конца не уверен…

— И что это тогда за место? — поинтересовалась Эстель.

— Вот этого я не знаю. Но для чего, по-твоему, строят башни?

— Чтобы в них жить! — не задумываясь ответила девушка.

— Я не сомневался в тебе, Эстель.

— Гм. Что-то не похоже на похвалу.

— Я просто радуюсь твоему незамутнённому взгляду на вещи. И я не думаю, что ты ошиблась, но мой вопрос был о том, почему башни строят именно такими.

— Что значит “такими”?..

— Да чего тут неясного? — вмешался Найал. — Почему они такие высокие? Зачем кому-то дом не на один-два этажа, а такая громадина? Ну, во-первых, у строителя могло быть мало места.

После слов журналиста Эстель наконец-то начала понимать, о чём речь.

— А, ну конечно. Если у человека был крошечный участок, то ему оставалось расширяться только вверх.

— Правильно, но это ещё не всё, — сказал Джошуа. — Есть ещё две цели, которые может преследовать человек при строительстве башни. Сможешь их отгадать, Эстель?

— Э-э, гмм.

Эстель подумала-подумала, но ничего кроме экономии места в голову не пришло. Впрочем, головоломки всегда ставили её в тупик.

Дороти, которая всё это время сидела с таким видом, словно вообще не понимает сути разговора, вдруг хлопнула руками по коленям, наклонилась вперёд и заговорила, покачивая перед собой пальцем.

— Когда башня высокая, её лицо полно великодушия и значимости!

— Чего?

Эстель ничего не поняла.

— Наверное, это к тому, что виды с неё хорошие, — предположил Найал.

— Да, точно! — фотограф просияла. — Именно это я и пыталась сказать! Вы понимаете меня с полуслова! У нас с вами телепатия, Найал! Мы родственные души!

— Вот уж с чем, а с этим я никогда не соглашусь, — твёрдо заявил Найал.

— У-у, зачем вы так жестоко? — расстроилась Дороти.

Эстель хоть и была заметно младше фотографа, то и дело умилялась её поведению.

— Ну, так и есть, это вторая цель. Чем выше поднимаешься, тем дальше видно. Вспомни, например, о дозорных вышках, — снова заговорил Джошуа.

— А-а… Точно. И правда.

Эстель охотно согласилась с ним.

— Другими словами, башни вовсе не обязательно должны быть обитаемыми, — продолжил парень. — Некоторые из них возводятся ради хорошего обзора. Так и здесь — не думаю, что в ней когда-то кто-то жил.

Эстель осмотрела окрестности лестницы.

Действительно, она не смогла найти ни единого следа того, что здесь жили люди. Ладно ещё столы, стулья или кровати, но в башне не было даже “мокрой” зоны, где могли располагаться кухня, ванная и туалет.

И в конце концов, кому захочется жить в месте, где можно легко провалиться в бездну, неосторожно свесившись с обрыва?

— Значит, это дозорная вышка? — спросила Эстель.

— Вряд ли, — Джошуа покачал головой. — Отсюда ведь не за чем следить.

— Вот и я не припоминаю, чтобы в древности тут были города, рудники или что-то подобное, — подкрепил Найал мнение брейсера своими знаниями.

— Поня-атно. Та-ак… и какая третья цель у строительства башни?

Джошуа немного поколебался, но всё-таки ответил:

— В ней удобно кого-нибудь заточить, чтобы он не сбежал.

— А?

— В такие места сажают особо важных пленников и преступников. Это видное место, за которым удобно следить, и к тому же узнику будет тяжело сбежать с верхних этажей. Не из окна же прыгать, в самом деле.

Эти слова невольно напомнили Эстель о сказках, где в башнях томились принцессы.

— Не надо на меня так смотреть, — продолжил Джошуа. — Мне кажется, это тоже не подходит. В общем, что я хотел сказать: вряд ли кто-то будет возводить башню без острой необходимости.

— Хе-хе, — усмехнулся Найал. — А ты толковый брейсер, хоть и молодой. Увидел, что это место не использовалось как башня, поэтому решил, что это может быть нечто другое, так?

— Именно.

— В ней никто не жил. Никто не наблюдал с неё за окрестностями. Никого в ней не держали. И что получается? В чём, по-твоему, смысл Эсмеласовой башни?

— Думаю…

Джошуа не успел договорить. Когда Найал задал вопрос, а брейсер начал отвечать, по спине Эстель пробежал холодок.

— Все на пол! — тут же крикнул Джошуа, напрыгнул на Дороти и закрыл её собой.

Одновременно с этим Эстель прижала к полу Найала.

Над её головой что-то пролетело, растрепав волосы порывом ветра. Через миг в нос ударила вонь чего-то сырого.

Девушка подняла голову и посмотрела на улетевшее к лестнице существо.

— Ловец воров! — простонал Джошуа.

Существо развернулось перед лестницей. Оно парило в арже над полом, хотя у него не было крыльев.

— Это… рыба?! — воскликнула Эстель.

У синего монстра и правда было обтекаемое рыбье тело. Вот только плавало оно не под водой, а в воздухе.

Ловец воров висел перед лестницей, преграждая брейсерам путь. Он словно говорил, что им придётся сначала победить его.

***

Подобно тому, как Коралловые раковины вышли на сушу из воды, Ловцы воров тоже считаются морскими монстрами. Они напоминают огромных летающих рыб длиной около двух аржей, если считать от узкого рта и до конца хвостового плавника.

Брейсерам удалось избежать первого удара, однако теперь монстр оказался у них за спиной.

— Этот бой лучше не затягивать… — сказал Джошуа, намекая на то, что звуки битвы могут привлечь других существ.

— Я им займусь! Найал и Дороти, постарайтесь отойти как можно дальше от него!

Предупредив заказчиков, Эстель схватилась за свой ударный посох. Ударным он назывался за железные кольца с обоих концов. Она поменяла оружие совсем недавно, и теперь могла наносить куда более весомые удары. Да, новый посох был тяжелее, но девушка чувствовала, что именно такой вес подходит ей лучше всего.

“Поэтому теперь я сильнее!, — Эстель крепче сжала оружие. — Пускай даже только за счёт этого”.

В эту самую секунду тяжесть посоха воодушевляла её сражаться даже несмотря на гнетущую мысль о том, что отец не прибежит на помощь.

— Кия-а-а-а! — взревела Эстель, сорвалась с места и побежала к Ловцу воров.

В мгновение ока оказавшись у цели, она занесла посох и что есть силы обрушила на монстра.

— Что?!

Враг взвился так плавно, словно и правда находился под водой. Оружие Эстель лишь рассекло воздух.

Инерция заставила девушку оступиться. Потеряв равновесие, она сделала два неуверенных шага, почти не ощущая опоры под ногами.

Ещё через мгновение она ощутила спиной удар, толкнувший её вперёд.

— Эстель!

Пускай всего на миг, её ноги оторвались от пола. Тело поднялось в воздух и с силой ударилось об пол.

— А! Кх! Моя рука!..

Левая ладонь оказалась под спиной. Кажется, девушка вывихнула сустав, и боль тут же отразилась на лице.

— Он летит к тебе, девчонка! — встревоженно крикнул Найал.

Эстель заставила себя открыть глаза и поднять голову.

Её кожа покрылась мурашками при виде несущейся на всех парах рыбы.

— Живой… не дамся!

Она волевым усилием перекатилась по полу, и Ловец воров врезался в каменную кладку. Послышался хруст разгрызаемых камней.

— О, богиня! Это не рыба, это какая-то акула! — запричитала Дороти.

— Акулы — тоже рыбы, Дороти, — поправил Найал.

— Да-а?

— Плевать мне, кто она такая. Я её сейчас!.. — Эстель кое-как встала, придерживая больную руку.

Затем подняла посох и…

— Эстель.

Она услышала тихий голос напарника и бросила на него быстрый взгляд.

Джошуа стоял с отсутствующим выражением лица и смотрел на Ловца воров ледяными глазами.

Эстель знала, что это значило. Он злился.

— Отвлеки… — так же тихо добавил Джошуа.

“Я собираюсь напасть, заставь его подставиться под удар”, — значило это слово.

— Ага, — коротко ответила Эстель.

Она перемещалась шаркающими шагами, занимая более удобную позицию. Главный плюс боевых посохов — возможность атаковать с разных расстояний, а главный минус — что в ограниченном пространстве нельзя наносить сильные размашистые удары.

Ловец воров практически прижимался к стене, поэтому торопиться не стоило. Попытайся Эстель ударить как обычно, посох бы врезался в камни, а не в монстра. Казалось, будто гигантская рыба нарочно выбрала это место, предугадав нападение.

“Зато так интереснее”.

Эстель оттолкнулась от пола и вновь приблизилась к врагу.

Но по пути не занесла посох, а отвела назад, насколько возможно…

И выбросила вперёд, целясь точно в Ловца воров и помогая больной рукой.

Эстель не била наотмашь, а колола, словно копьём.

Ловец воров запоздало осознал, что именно задумала девушка. Но…

— Уже всё, ты мо-о-ой!

Эстель вонзила посох во врага, напрягая все силы.

Гигантская рыба успела лишь отвернуть морду, и утяжелённое кольцом дерево попало в жабры.

Монстр взвыл совсем не рыбьим голосом, извиваясь в мучениях. Тело судорожно сгибалось и разгибалось, хвост метался из стороны в сторону.

Эстель торопливо отступила, чтобы не попасть под случайный удар.

Монструозная рыба тоже отлетела в сторону, чтобы оклематься. Однако на её пути вдруг беззвучно возник Джошуа.

— Ты ведь ранил её, да? — прошептал он так тихо, что услышал только монстр.

Джошуа по очереди нанёс стремительные удары обоими кинжалами. Хотя они назывались дирками, сам Джошуа предпочитал восточный термин: кунаи.

Ловец воров даже не пискнул. Он всего лишь застыл в полумраке, оцепенев.

Затем упал, словно о нём вспомнила сила тяжести.

Больше монстр не двигался.

— Ух-х. Еле справились.

— Эстель, покажи руку.

— Что? А, н-нет, всё хорошо. Я слегка вывихнула её, и только.

— Нет уж. Тебе нужна первая помощь.

— Эстель, у меня есть повязки и пропитка, — сказала подбежавшая Дороти и начала копаться в своей сумке.

Она достала повязку, смочила лекарством из бутылки и обмотала ладонь Эстель.

— Какая ты предусмотрительная, — порадовалась та.

— Просто у меня на этой работе постоянно затекают плечи.

— Хватит из себя строить старую бабку… — проворчал Найал. — Хотя на самом деле всё может быть. Дороти порой может часа два или три не есть, не пить и стоять на одном месте с камерой в руках в ожидании хорошего кадра.

— Ого, — выдала Эстель.

— Поэтому я знаю, что болячки надо сразу охлаждать, — сказала ей Дороти.

— Спасибо.

Прохладная повязка ощущалась на удивление приятно. Обжигающая боль в ладони немного поутихла. У лекарства был довольно резкий запах, поэтому Эстель боялась, что на него сбегутся монстры, однако оказалось, что следующая лестница ведёт прямиком на крышу.

А про обратный путь… можно подумать и позже.

Четвёрка поднялась по ступеням.

***

Лестница привела их в крошечную комнату. Вместо одной из стен у неё был выход на крышу.

— Ой, прямо в глаза…

Первое, что увидела Эстель — это синее небо и понемногу опускающееся на запад солнце.

На востоке оттенок синевы был глубже. Оттуда на них постепенно надвигалась ночь. И всё же они успели.

Оказавшись под открытым небом, Эстель от души вдохнула и почувствовала, как уличная свежесть прогоняет из лёгких спёртый воздух развалин.

Ветер погладил её по затылку и всколыхнул волосы.

Да, ей здесь понравилось.

— Хо-хо, вот так местечко. Фотографии будут даже лучше, чем я думал.

— Найал! Смотрите, там какой-то котёл!

— О. Это вот оно, да?..

Найал и Дороти смотрели вперёд и о чём-то беседовали.

— А что это? — спросила Эстель, сумев оторвать взгляд от пейзажа и посмотрев в дальнюю часть круглой крыши.

Точно напротив лестницы находилась большая платформа, к которой крепился механизм, чем-то напоминавший тарелку — ну, или котёл, если обладать воображением Дороти.

Тарелка имела в диаметре примерно три аржа. Кроме того её окружал ряд круглых столбов.

Больше всего эта конструкция напоминала небольшой алтарь, и Эстель поделилась своим мнением с остальными.

— Алтарь, говоришь? Да, действительно, со стороны похоже… Но тут дело такое. По всем документам это какой-то механизм, оставленный древней цивилизацией, — заявил Найал.

— Какой именно?

— Понятия не имею. Никто так и не понял, для чего он.

— Получается, мы совсем ничего про него не знаем?

— Вот поэтому про него интересно писать.

— Да? Неужели есть такое правило?

По ходу этого диалога вся группа подошла к древнему устройству.

— Найал! Всё, можно фотографировать?

— А то! Снимай давай во всех подробностях! И про пейзаж вокруг не забывай!

— Вас поняла!

Дороти достала из сумки орбальную камеру и радостно забегала по крыше. Найал всячески подгонял и раззадоривал её.

— Здоровая штуковина, правда? — сказала Эстель брату. — Ты вообще знал, что она тут есть?

Девушка собиралась подойти к устройству поближе… но Джошуа вдруг схватил её за руку.

— Джошуа?

Парень вышел вперёд, заслоняя собой девушку и заговорил в направлении загадочного механизма:

— Прятаться бесполезно.

— А?.. — обронила Эстель.

— Выходи сам ради твоего же блага, — холодно приказал Джошуа.

Эстель знала: он так говорит, когда нервничает.

Девушка невольно сжала его руку в ответ.

К кому — или к чему — мог обращаться её напарник? Победив растерянность, Эстель напряглась, готовясь ко всему.

Вдруг раздался ответ.

— Ай… — услышала она жалобный голос. — Н-не бейте, я выхожу. Прямо сейчас!

Из-за устройства поднялся мужчина. Кажется, он прятался, сидя на корточках.

— Это ещё кто такой? — опешила Эстель.

— Вот это сюрприз — встретить здесь человека! — воскликнула Дороти. — Как ты только умудрился его заметить, Джошуа?

— Так мы тут не первые? — удивился Найал.

В отличие остальных, Джошуа не стал ничего говорить и молча смотрел на мужчину.

Тот наигранно закивал и пустился в извинения, словно поддавшись тихому давлению:

— Прошу прощения! Т-только не убивайте, ладно? Я отдам все деньги, которые у меня есть!

— Нет, погоди. Кажется, ты нас не так понял, — торопливо заявила Эстель, выходя вперёд.

Похоже, незнакомец принял их за грабителей. В принципе, он поступил правильно — преступники обожали древние развалины.

— Надеюсь, так будет ясно! — выпалила Эстель, показывая свою эмблему.

— О-о. Неужели вы двое — брейсеры?

— Хе-хе, вот именно! Я Эстель, а это Джошуа.

— А мы из Новостей Либерла, пришли в башню за материалом для выпуска…

— Меня зовут Дороти! А это Щёлк, мой лучший друг! — Дороти гордо протянула камеру.

— Щёлк?.. — растерялся незнакомец.

— Да! Потому что щёлкаешь эту кнопку — и он щёлкает отличные фотографии!

— Я же просил молчать, — проворчал Найал. — Ты только всё усложняешь.

— Мой начальник тиран. Надо мной издеваются, я против!

— Да чтоб тебя. Мы опять попусту теряем время!

— Ладно вам, не ссорьтесь, — Эстель попыталась успокоить заказчиков, одновременно с этим изучая незнакомца.

Это был мужчина с постоянно прищуренными глазами и очками с круглыми линзами. Одет он был в белый плащ путешественника, а на вид казался гораздо старше даже Найла — не исключено, что уже разменял пятый десяток. Несмотря на нервный и трусливый голос, всё это время с его лица не сходила улыбка.

— Ещё раз прошу прощения. Я принял вас за подозрительных личностей — ну кто в здравом уме заберётся сюда?

— Если так посудить, ты и сам подозрительный…

— Д-Джошуа! — прикрикнула Эстель на напарника.

— Ах да, извините, я совсем забыл представиться. Я Альба, профессор археологии.

— Альба? Вы… учёный? — переспросила Эстель, и мужчина кивнул в ответ.

Он и правда выглядел как человек умственного труда.

Хотя других вопросов Альбе не задавали, археолог тут же бросился объяснять, почему оказался в башне. Как оказалось, он изучал здесь древнюю цивилизацию. Узнав, что этот человек прошёл через башню, влекомый лишь тягой к знаниям, Эстель обомлела и обронила:

— Удивительно, что вы ещё живы.

— Я человек опытный. Пожалуй, бегать от монстров и обезвреживать ловушки — это главное, чему я научился за жизнь. Правда, в этот раз выжил только чудом. Что тут сказать, в тетрациклических башнях нужно быть осторожным.

— Да вы настоящий псих!

Альба напоминал скорее джентльмена из светского общества, чем заядлого авантюриста, который любит исследовать кишащие монстрами развалины.

— Ну и профессора пошли, — вставил Найал.

— Что вы, мне всегда казалось, что для практикующих археологов это в порядке вещей, — возразил Альба.

“Неужели практикующие археологи и правда существуют? Так и до боевых юристов недалеко”, — подумала Эстель. Она не знала, должна ли этого бояться.

— Так вы, наверное, знаете историю этой башни и так далее? — загорелся Найал. Узнав, что имеет дело с учёным, он тут же снова переключил свой интерес на развалины.

— Как вам сказать. Я пока ещё в самом начале изысканий, но…

— Если скажете что-нибудь интереснее, мы это в статье напишем.

— Хмм… — задумчиво протянул Альба, а затем произнёс странное слово: — Ауриол…

Эстель на всю жизнь запомнила этот момент. Солнце постепенно клонилось к западу, небесная синева понемногу темнела. Дул сильный ветер, куда-то гоняя тучи.

Девушка прижимала трепыхающиеся волосы и копалась у себя в голове, пытаясь уловить смысл услышанного слова.

Увы, она так ничего и не вспомнила. Что-то казалось в этом слове смутно знакомым, что-то — зловещим.

— Что это? — спросила она, но ей казалось, будто кто-то позаимствовал её голос.

Ей стало не по себе.

***

Профессор не отвлёкся на вопрос Эстель и продолжил:

— Позвольте спросить: знакомы ли вы с термином “септ-террионы”?

Уж что, а это Эстель знала и без подсказок.

— Которые из легенд, что ли?

— Верно.

— Тогда да. Семь сокровищ богини?

Про них слышала даже ничего не понимающая в истории Эстель. Впрочем, правильнее было сказать, что септ-террионы относились к области сказок, а не фактов. Ведь они якобы существовали до начала истории.

Давным-давно, задолго до того, как на континенте поселились современные люди вроде Эстель, в этих краях жили так называемые Древние. Небесная богиня даровала этим людям семь сокровищ.

— Да, это и есть септ-террионы. Древние пользовались ими, чтобы управлять морем, сушей и небесами. Да что там, эти сокровища открыли им даже секреты жизни и времени, — сказал Альба, но Эстель уже знала, что те славные времена продлились недолго. — Та цивилизация погибла, и сегодня септ-террионы утрачены.

— Это всё говорится в Священном писании Септийской церкви, — напомнил Найал. — Но при чём здесь эта башня?

— А если я скажу, что один из септ-террионов дремлет в Либерле? — произнёс Альба так, словно раскрывал страшную тайну.

— Вот как? — Найал прищурился.

— Он называется Ауриол.

— Ауриол… какое необычное слово.

— Оно переводится как “сияющее кольцо”. Я как раз изучаю эту гипотезу. А поскольку эти башни считаются старейшими развалинами в Либерле, мне казалось, в них могут быть какие-то зацепки.

— О-хо-хо. Ох. Найти такое сокровище — это же мечта! — С лица Дороти не сходило восхищение.

— Вот именно! Как здорово встретить понимающего человека!

— И что же? Вы здесь что-нибудь нашли? — спросил Джошуа.

— Стыдно признаться, но нет, — профессор почесал затылок. — Наверное, я бы что-то выяснил, если бы знал предназначение этого устройства, — сказал он, показывая пальцем на механизм перед Эстель.

Видимо, он имел какое-то отношение к легенде.

— Мм, нет, слабовато, — заключил Найал. — Да, очень интересно, но слишком уж много предположений и ссылок на что-то другое. На одних догадках статьи не написать.

— Ха-ха, — усмехнулся Альба. — Да, понимаю.

— Ну, а как насчёт изучения устройства? Вы хоть что-нибудь выяснили?

— Боюсь, что разочарую вас… Полагаю, это какая-то установка, работающая на орбальной энергии… но да, это снова всего лишь догадка. Простите.

— Да что вы, не извиняйтесь, — Найал махнул рукой. — Учёный не обязан знать всё на свете.

— Хм. А вы, оказывается, серьёзно относитесь к журналистике, — заметила Эстель.

— Ерунды не печатаем, — Найал кивнул. — Опускаемся самое большее до сплетен.

— Он не любит светское обозрение — человек жёсткий, и такие материалы для него слишком мягкие. По нему и не скажешь, насколько серьёзно он работает, — прокомментировала Дороти.

— Тихо! — крикнул журналист. — Иди лучше фотографии делай!

— Х-хорошо!

Дороти убежала к краю крыши, прижимая к себе камеру.

Она принялась за работу, и воздух наполнился щелчками. Девушку интересовали не только древности, она остервенело фотографировала и пейзаж. С крыши башни Ролент казался пятнистым покрывалом, состоящим из лесов и полей. Первые казались темнее, вторые светлее, но в целом в этих краях безраздельно властвовал зелёный цвет. Отдушину давала лишь красная черепица городских крыш на юге. С башни открывался такой красивый вид, что сюда хотелось водить туристов.

Устав наблюдать за работой Дороти, Эстель решила посмотреть, чем занимается Найал. Оказалось, он уже успел прислониться к стене и закурил. Похоже, увидел всё, что хотел.

Альба вновь склонился над механизмом. Он ощупывал и поглаживал древнее устройство, словно не желая расставаться с ним.

“Так, а где Джошуа?”

Брейсер почему-то стоял в стороне от остальных, оперевшись плечом о стену.

Казалось, будто он просто отдыхал, но Эстель подбежала к нему и спросила:

— Что случилось? Чего приуныл?

— Да уж, от тебя ничего не утаишь…

— Тебе плохо?

— Немного. С того самого момента, как мы поднялись сюда…

Хотя Эстель волновалась за брата, тот заверил её, что всё будет хорошо, и ему просто нужно отдохнуть. Девушке пришлось гулять по крыше башни и убивать время. На самом деле работа часто приводила брейсеров в древние развалины, поэтому близкое знакомство с башней должно было пойти Эстель на пользу. По крайней мере, так ей сказал Джошуа.

Возможно, это и так, но Эстель быстро стало скучно.

Если Альба без устали изучал “алтарь”, а Дороти щёлкала фотографию за фотографией, то Эстель быстро осознала, что это место ей попросту надоело.

“Всё-таки мне больше нравится, когда можно подвигать телом”.

Пришлось снова достать ударный посох и начать упражняться.

Девушка и сама удивлялась тому, насколько примитивно устроены её мозги.

— Эй! Может, пойдём уже обратно, пока не стемнело?

Услышав голос, Эстель подняла голову и увидела Найала, который махал ей рукой.

***

Кажется, Найал о чём-то разговаривал с Альбой.

— Всё, вы закончили? — спросила Эстель.

— Ага. Профессор тоже сказал, что готов уходить. Раз такое дело, я предложил вернуться в Ролент всем вместе. Ведь у нас есть пара во всех смыслах незрелых, но толковых телохранителей.

— Что-то не нравится мне, как вы о нас отзываетесь.

— Комплименты — это не совсем моё. Ну, что?

— Что-что… Ладно. Когда стемнеет, станет ещё опаснее, так что лучше выдвигаться прямо сейчас.

— Тогда решено. Э-эй, Дороти! Закругляемся!

— Ага-а! — раздался в ответ беззаботный голос.

“Кстати, как там Джошуа?” — подумала Эстель и подбежала к опирающемуся на парапет парню.

— Ну, как ты?

— Уже гораздо лучше.

Эстель на всякий случай внимательно осмотрела его лицо и убедилась, что напарник не соврал. В прошлый раз он выглядел бледновато, но сейчас порозовел.

— Вот и прекрасно, — с облегчением сказала Эстель. — А то мы как раз собираемся идти.

— Да, я слышал. Не волнуйся, силы уже вернулись.

Они дружно спустились по Эсмеласовой башне. Обратная дорога выдалась спокойной и затруднений не вызвала. Монстры к ним даже не приближались — наверное, боялись такой толпы.

Сражаться внутри башни им так и не пришлось. Выйдя наружу, группа направилась в Ролент.

Главной темой для разговора на обратном пути стали недавние грабежи в Босе. По словам Найала, после Ролента он займётся освещением именно этих событий.

Бос — второй по размерам город Либерла после столицы. Недавно в нём обосновалась банда грабителей, которую до сих пор не могут поймать.

Всё дело в том, что они быстро исчезают с места преступления — возможно даже, что с помощью летающего корабля.

— Получается, это воздушные бандиты? — спросила Эстель.

— Очень может быть, — подтвердил Найал. — Но есть и другая версия — диверсанты Эребонии под прикрытием. У империи тоже есть летающие корабли.

— Что? Неужели?!

Конечно, десять лет назад Либерлу пришлось воевать с Эребонийской империей, но с тех пор страны заключили мирный договор. Эстель не хотела верить, что северный сосед вновь нападает на них.

— В империи хватает людей, которым не нравится мирный договор. Так что нельзя исключать, что это Эребония издевается над нами. Но пока сложно сказать, что на самом деле происходит, — объяснил Найал и пояснил, что собирается в этом разобраться.

Эстель и представить не могла, что уже скоро произойдут события, после которых ей тоже придётся отправиться в Бос…

Они вернулись в Ролент засветло, хотя закат уже почти угас. Брейсеры попрощались с Альбой у входа в город, а с Найалом и Дороти — у дверей гильдии.

— Вы довольно толковые ребята. Благодарность заслужили, — заявил Найал.

— Хе-хе. Вот видите, на брейсеров можно положиться.

— Да что ты говоришь! Нет, вы неплохо справились, но я привык к более сильным охранникам. И кстати, вы ведь пока только младшие брейсеры, да?

— Ой…

— Да, Эстель, он прав. Нам ещё многому нужно научиться, — сказал Джошуа.

— Д-да, конечно, я знаю! Мы быстро догоним остальных и станем старшими брейсерами!

— Так держать, — отозвался Джошуа.

— Эстель, я буду за тебя болеть! — поддержала девушку Дороти.

Найал усмехнулся, глядя на взбодрившуюся Эстель.

Попрощавшись с журналистами, брейсеры вошли в отделение гильдии.

— А, Эстель и Джошуа!

— Ого, Шера, ты здесь?

Внутри им встретилась Шеразард, которая тоже разобралась со своими заданиями. В воздухе тут же повеяло радостью.

— Ну, раз работа позади, давайте все вместе пойдём в бар! — радостно предложила Шера.

— Вот ещё… Опять ты напьёшься, а нам тебя нянчить?

— Ты теперь что, огрызаешься в разговорах со старшими? — Шера прищурилась.

— Эстель, поторопись, или я отчитаюсь без тебя, — вмешался Джошуа, вовремя меняя тему.

Шера так закатила глаза, что Эстель померещилось, будто её собеседница цокнула языком.

Они подошли к администратору Айне и приступили к докладу, но тут в дверь громко постучали. В гильдию чуть ли не спотыкаясь вбежал мужчина.

— Т-тревога!

Увидев, кому принадлежал этот возглас, Эстель округлила глаза. Она видела этого человека совсем недавно, но никак не могла ожидать, что их следующая встреча произойдёт именно здесь.

— Мэр Клаус?!

— Что случилось? — спросил Джошуа, подхватывая шатающегося мужчину.

Мэр вцепился в руку брейсера, поднял голову и закричал:

— Меня ограбили!

— А?

— Ко мне ворвались грабители! Я вернулся из церкви домой, а там полный кавардак! Всё перевёрнуто и никого нет!

— Что?! Где тогда тётя Милена?!

— С-с ней всё хорошо. Я нашёл моих запертыми на чердаке.

Эстель вздохнула с облегчением. В грабеже, конечно, нет ничего хорошего, но во всяком случае разбойники пощадили домочадцев мэра — просто закрыли их на чердаке, чтобы не мешали.

На этом моменте к разговору подключилась Шеразард:

— Ну хоть что-то… Господин мэр, мы можем осмотреть ваш дом?

— А… ага… — кое-как согласился запыхавшийся от своего рассказа Клаус и кивнул головой.

Шеразард собиралась изучить место преступления, и Эстель с Джошуа вызвались в этом поучаствовать. Они надеялись, что смогут чем-нибудь помочь.

В будущем, вспоминая свои приключения, Эстель всегда приходила к выводу, что это было правильным решением.

Потому что в доме мэра они узнали, что грабители похитили тот самый септиумовый кристалл, который должен был стать подарком на день рождения королевы.