Я с несколько надменной ухмылкой наблюдал за тем, как Широ выполнял комплекс упражнений в стиле Майто Гая под действием военной пилюли. Как я и сказал, Широ будет занят в течении 3 дней, и Сейбер с Шарлоттой и Сакурой в этом убедятся, ведь раз провинился, готовься работать над этим.

Я заставил его ходить в одном только Режиме Мудреца, чтобы он привык к нему, и запретил ему ходить в школу до окончания этой тренировки. Сейчас у него абсолютно нет причин идти в школу, ведь ей мало того, что ничего не угрожает, там ещё и врагов достаточно.

Сам я, что неудивительно, был занят магией. В этот раз, я был внутри барьера на улице, держа руку впереди себя, закрыв глаза для лучшей концентрации.

Чем в особенности я был занят? Трейсинг, конечно же. Только вот в этот раз, это не была очередная попытка создать Кусанаги. Это была более успешная тренировка по созданию Карнвеннана, кинжала Короля Артура. Его у меня не было, но был он у Кастер, хотя и не в материальном виде, а в виде кристальных копий, которыми она управляет.

Что удивительно, на них Трейсинг работал, поэтому у меня получилось создать первую успешную копию. Учитывая, сколько я ломал голову над магией Кастер, было удивительно, что я смог понять концепт этого оружия так быстро. Эти летающие кинжалы слушали мои команды, создавали маленькие порталы, перемещаясь туда, куда я пожелаю, и атаковали цель из множества направлений одновременно. Ко всему прочему, они могли стрелять лазерами. Маны это ест знатно, но мощь невероятна.

Этот кинжал послужил мне заменой той магии, которую я так и не смог понять ранее, только вот Трейсинг и использование способностей Карнвеннана обходится мне дороже. Не то, чтобы мне это сильно мешало, но иногда стоит быть экономнее в планах растраты моих ресурсов.

А теперь, к делам поинтереснее. Первый бой в войне состоялся, и об этом, как не трудно догадаться, знают все мастера. Точнее, с поправкой на то, что они знают о бою Арчера и Лансера, но они не знают, кто был их вторым противником. Рин и сама понять не может, кто или что их спасло.

Вечером, после того, как Широ уже начинал падать с ног, мы устроили собрание, чтобы решить, как нам двигаться в этой войне.

Как нетрудно догадаться, но на всех собраниях будут...разногласия.

— Я не могу согласиться на подобную подлость! Даже если это обеспечит победу, я не собираюсь побеждать других слуг подобными методами! — конечно же, у меня с Сейбер были разногласия, что было не трудно предсказать.

Я - шиноби, воин, чья основная боевая мощь кроется не только в моем чистом боевой потенциале и техниках, но и возможностях скрытого убийства, саботажа, отравления, выкуривания и тому подобных методов, которыми можно получить преимущество. Я могу убить других мастеров во сне, убить их просто напросто взорвав все в радиусе 100 метров от них, расплющить их техникой дотона, утопить, испепелить, нарезать на соломку и так далее. Методов у меня выше крыши, и я не побрезгую их использовать, если посчитаю награду достойной, вот только есть одна проблема. Не все являются такими же боевыми прагматиками, как я.

Я знаю, что такое честь, у шиноби она тоже есть, только она у нас не возведёна в абсолют, как это было в древние времена, когда рыцари - были обыденным зрелищем. Сейбер же, являясь подобным воплощением рыцарской чести, имеющей титул "Короля Рыцарей", не была согласна с моими методами. Она не хочет, чтобы я убивал других мастеров, или даже слуг, подобным образом. Ей подавай честную дуэль с глазу на глаз.

— Тогда флаг тебе в руки. Я посмотрю, как ты в одиночку разберёшься со слугами этой войны. Если ты ещё не поняла степень проблемы, дай я назову тебе их имена. Кухулин, Ирландское Дитя света, полубог. Геракл, сын Зевса с 11 жизнями в запасе и огромной боевой мощью, ещё один полубог. Медея, ведьма времен Эры Богов, когда полубоги ходили по земле в таких количествах, что трудно посчитать. Сасаки Кёдзиро, вымышленный Японский самурай, равных которому в искусстве владения меча практически не найти. А также Безымянный Арчер, способности которого не стоит недооценивать. И это только те, которые являются слугами этой войны. Есть ещё один, вот только не думаю, что имеет смысл упоминать его, по крайней мере сейчас. — наклонившись вперёд, я сверлил взглядом изумрудные глаза Сейбер. — Скажи мне, способна ли ты, в одиночку, выйти один на один против хотя бы двух из них? Хорошо, допустим, ты разберёшься с Арчером и Кастером. Как насчёт Геракла?

— Я..! — она прикусила нижнюю губу, пытаясь найти хоть один аргумент в свою пользу, вот только я видел, как у неё застрял ком в горле. Она не знает, что ей ответить. — Я не буду одна. У нас есть свой Кастер и свой Ассасин, включая также и тебя. Разве этого не достаточно, чтобы выйти лицом к лицу против всех них? — она нашла, что ей ответить, вот только никто не взглянул на неё так, как она того ожидала.

— Шарлотта, согласна ли ты, имея самые низкие характеристики из всех нас, рисковать жизнью в открытом бою против таких противников, с учётом твоего класса, что не предназначен для подобных боев? — повернулся я к Шарлотте, тепло улыбнувшись. Она лишь улыбнулась в ответ, мило наклонив голову набок, с ехидно довольным тоном дав мне свой ответ.

— Конечно же, нет, — её ответ заставил Сейбер в шоке открыть глаза, словно она надеялась на их поддержку. — Я всего лишь девушка, которой удалось убить одного единственного человека, и, что немаловажно, меня поймали, и я просидела в тюрьме до момента, пока меня не казнили. Разве я похожа на бойца, что выстоит против подобных угроз? Мой предел, это убийства, возможно недлительный бой с поддержкой Кастер. К сожалению, но я недостаточно сильна, чтобы оказать какую либо серьёзную помощь на поле боя.

— Тогда перейдём ко второму слуге. Кастер, считаешь ли ты разумным, имея магию, что более ориентирована на поддержке, идти в бой, который не будет на твоей территории?

— Ни в коем случае. Основная сила класса Кастер в том, что они могут создать свою территорию, как сделала Медея, чтобы получить в разы больше шансов на победу. Из нас всех, только ты и Сейбер могут противостоять подобным угрозам в одиночку. Я могу предоставить поддержку с тыла и возможно сразиться с каким-то из слуг, чтобы дать вам время, но я ещё не настолько сильна, какой я была при моем первом призыве. Грааль не позволит мне с лёгкостью обрести все мои характеристики, чтобы задавить всех чистой боевой мощью, это нарушит и так шаткий баланс нынешней войны. Мои характеристики, возможно, и выглядят пиковыми, вот только я не в состоянии прыгнуть выше определённого предела, Грааль блокирует мои попытки. — объяснила уже свою позицию Кастер, наблюдая за тем, как жалобно на неё смотрела Сейбер, теряя всякую надежду.

— Мою точку зрения ты уже услышала. Я боец, без сомнения, но даже я не собираюсь так открыто рисковать ради призрачного шанса на победу. Мы либо давим каждого нашего оппонента числом, либо убиваем мастеров, — объявил я ультиматум, сложив руки на груди. — Выжить или быть уничтоженным, другого выбора нет. Если ты отказываешься сражаться нашими методами, тогда делай то, что подойдёт тебе лучше всего, — встав из-за стола, чему последовали Шарлотта и Рия, я повернулся к выходу, кинув на Сейбер взгляд через плечо. — Защищай мастеров, пока мы будем сражаться. Так будет лучше всего. — с этими словами, я покинул гостиную, направившись на улицу.

***

— Не слишком ли это жестоко? Возможно, для Сейбер есть и более ощутимая альтернатива. — задала вопрос Шарлотта, уже когда мы были на улице.

— Возможно, но у меня нет желания рассуждать, как с ней быть. Мы сражаемся против двух полубогов, могущественной ведьмы, непревзойденного самурая, и Арчера, о котором вы оба прекрасно помните. Я могу выйти с глазу на глаз с парой из них, вот только я ещё не вышел из ума окончательно, чтобы считать себя способным в одиночку убить Геракла. Я могу забрать от силы 6 жизней, 7 если я использую все, что у меня есть. Что делать ещё с 4? И это при том, что я буду танцевать на грани жизни и смерти, ведь несмотря на то, что мои характеристики скорости и силы будут выше по мере боя, он возьмёт меня выносливостью, инстинктами и своей Божественной Дланью. Я не являюсь каким-то божеством или полубогом, чтобы иметь возможностью с лёгкостью его ранить, в то время как у него Божественность А ранга, одна из самых высоких, между прочим, — пока я объяснял всю сложность ситуацию только об одном слуге, я не мог не вздохнуть, подумав о том, как быть с тем же Гильгамешом. — Самый действенный метод разобраться с Королём Героев, как вы прекрасно помните из наших путешествий, это Арчер, Широ, либо другой Мрамор реальности. Как вариант, можно взять его хитростью, сыграв на его Эго, втихую его грохнув, пока он не начал давить нас всем, что у него есть, вот только если это провалится, второго шанса у нас не будет.

— Я прекрасно понимаю, о чем ты, — лишь слегка нахмурившись ответила мне Кастер. — До тех пор, пока Широ не способен использовать свой Мрамор реальности, шансы у нас небольшие. Барьеры, возможно, и помогут нам победить, но гарантий нет никаких. Хотя, возможно, мы сможем ограничить его печатями, если подберём нужную.

— Я сомневаюсь, что вообще смогу ранить его с моими нынешними характеристиками. Не подумайте, Сакура - хороший мастер, но в свое время, пока ты был моим Мастером, я была способна на гораздо большее, что уж говорить о том, что я какое-то время сражалась против Гранд Арчера, Одиссея, и множества других слуг. — Шарлотта не постеснялась дать свою точку зрения, захлопнув книгу, которую она до этого читала. К сожалению, но она права. Сакура не может дать ей такую же эффективную поддержу, которую был способен предоставить я, поэтому множество моих тактик бесполезны в нынешнее время.

— Не делает ситуацию проще и то, что Медея, кажется, начинает понимать, как работать с моими Гендзюцу. Скоро она вообще избавиться от нужды постоянно с себя их снимать, и вот тогда придётся туго, — прикусив ноготь на большом пальце, я встал у стены, глубоко задумавшись. — Мы не можем пойти против Лансера, он нужен мне немного позже. Геракл сейчас не наш приоритет, и пока он сам на нас не выйдет, нет смысла идти против него. Гильгамеш, рано или поздно, сам к нему придёт. Сам же Гильгамеш наш последний приоритет, нам нужно найти меры противодействия ему, а это займёт время. В таком случае, остаётся либо Арчер, либо Медея. Как по мне, лучше пойти сразу на Медею и Ассасина, пока она полностью не разобралась с моими Гендзюцу.

Подытожив ситуацию, я, все таки, принял решение, на кого идти первым. Медея принесёт много проблем, если от неё не избавиться в первую очередь, а Ассасин будет лишь галочкой. Рия, даже в ослабленном состоянии, способна сразиться с Медеей, хотя и с трудом, а уж чтобы наверняка, Шарлотта ей поможет. Обидно и стыдно, что я не могу дать Сасаки нормальную дуэль, которую он заслужил, но я не в том положении, чтобы играть честно. Прости, Сасаки, но так будет лучше для меня и моих напарников. Лучшее, что я могу тебе дать, это короткий бой.

***

Ночь была достаточно тихой. Несильный ветер шумел в ушах, пока мы неспешно направлялись к храму, скрываясь в листве деревьев. Учитывая, что моя Шарлотта училась у других, более умелых ассасинов, её навыки скрытности были заметно высокими.

Рия же, в соответствии с её классом, скрывалась с помощью магии, двигаясь рядом с нами. Мы будем обнаружены, когда окажемся рядом с храмом, но нет смысла раскрывать себя прямо сейчас.

Преимущество скрытности именно в том, что если тебя и заметят, то будет уже поздно предпринимать защитные меры.

Заходить со стороны не имело смысла, ведь вокруг храма стоит барьер, который пропустит нас только через центральный вход, который сейчас охраняется, поэтому когда мы были у ступеней ко входу, я сделал первый шаг, ощутив на себе частицы маны, которые выдали моё присутствие. Шарлотта тоже была обнаружена, но я был не уверен насчёт Рии, ведь для неё подобные методы, вероятно, детские игры.

— Время пришло. Шарлотта, уходи в тень, как только мы увидим врага, и делай то, что мы планировали. Рия, спрячься и попытайся проникнуть внутрь. — Оба слуги кивнули, поняв свою задачу, и как только Рия скрылась из поля моего зрения, мы побежали вверх по лестнице так быстро, что ветер начал свистеть.

Скрываться для меня больше не было возможным, поэтому мне нужно было привлечь внимание самого опасного элемента всей этой битвы.

— Прекрасная сегодня ночь, не находите? — Было не удивительно, что прямо перед финишной чертой, наш путь преградил идеал японского самурая. Единственное, у него не было брони, а его меч был в разы длиннее тех, что обычно носили самураи. К сожалению, название данного вида катаны я не помнил, да и не было нужды. Как и ожидалось, его присутствие отдавало ветерком опасности, и я кожей чувствовал, что с ним нужно быть как можно осторожнее.

Не имеет значения, как не примечательно он выглядит, он все ещё слуга, и достаточно сильный, чтобы составить конкуренцию более, чем половине мира шиноби. Признать честно, я очень хотел достать из свитка Кусанаги, и скрестить с ним мечи, но я прекрасно знал, что в технике, он меня раздавит в лепешку.

Его появление заставило меня с Шарлоттой прервать наш бег, и встать в боевую стойку. Длинный нож Шарлотты, на котором были мелкие следы ржавчины от крови, был её главным оружием, а я, в свою очередь, мигом выхватил три куная летящего бога грома, держа их между пальцев, внимательно следя за действиями самурая, чей меч был перекинут через плечо.

— Не могу не согласиться. Ночь сегодня и правда прекрасная, — бросив кунай в воздух, прямо над головой ассасина, я бросил второй и третий прямо в него, заметив, как напряглись его мышцы, и как его руки в одно мгновение переместили вес длинной катаны вперёд, чтобы отразить метательное оружие. Моё лицо не выражало эмоций, чтобы не выдать мой план, а мои глаза не сдвинулись с места, не позволяя ему прочитать ход моих действий наперёд. Когда кунаи были близки к тому, чтобы быть уничтоженными, прозвучал типичный звук срабатывания техники летящего бога грома, и я оказался в воздухе, прямо над головой ассасина, который, не теряя ни секунды, сменил положение своих ног, повернувшись вокруг своей оси, и вместо того, чтобы уничтожить кунаи, он лишь отразил их, подняв катану над головой, чтобы блокировать моё наступление. С кунаем в руке, я начал давить на блок, заметив, как его нога с силой вдавила бетон, заставив тот пойти трещинами. — Как жаль, что такую прекрасную ночь озаряет битва.

— И правда. Какая жалость, — согласился со мной он, сменив свой хват, и надавив на меня в ответ, но, к сожалению, ранг моей силы был выше, чем его собственный, поэтому все, что он смог сделать, это отложить моё наступление, и воспользовавшись своей ловкостью и техникой, он вышел из трудной ситуации, взмахнув лезвием катаны в сторону моей шеи, на что я среагировал не менее быстро, чем он сам, и отразил его удар, за которым последовал ещё один. Приземлившись на ноги, и с разворота ударив ногой по его блоку, я попытался оттолкнуть его назад, однако, Сасаки быстро сменил стойку, взмахнув лезвием клинка в попытке перерезать сухожилия на моей ноге, из-за чего мне пришлось быстро отступить. К сожалению, меня оттеснили назад всего на пару шагов. Он был на одну ступеньку выше, и этого было достаточно. — Ассасин, Сасаки Кёдзиро. Будешь ли так любезен представиться?

Бой, внезапно, остановился, когда Ассасин выдал свое истинное имя. Я, конечно же, прекрасно его знал, но именно тогда, когда он представился, я ощутил ту мелкую долю связи, которая была у меня с этим слугой. Не более, чем пару боёв, просто тестовые попытки, либо вынужденная мера, но этого было достаточно, чтобы вспомнить былое.

Прижав ладонь ко лбу, я глубоко вдохнул, раскрутил кунай летящего бога грома, и бросил его мимо Сасаки, который сделал удар в пол-оборота, сбив мой кунай с пути, заставив тот упасть прямо рядом с ним. Я не спешил телепортироваться, ведь мне нужно было просто создать для себя момент передышки.

— Такаши Хьюга. Класс не подходит под общую категорию, — Шарлотта уже скрылась с нашего поля зрения, но никто из нас не забыл о её существовании, ведь я видел, что Сасаки постоянно настороже. — Приятно познакомиться с одним из героев Японской литературы.

— Хо? Приятно слышать, что меня кто-то знает. Мне кажется, я где-то тебя видел, но никак не могу понять, где именно. Туманные образы не очень то точные, знаешь ли, — Указав лезвием катаны прямо на меня, он хитро улыбнулся. — Не желаешь продолжить то, на чём мы остановились?

— Я бы и с радостью, да только у меня другие планы, — хитро улыбнувшись, я достал четыре куная с прикреплённой к ним бумагой для печатей, и бросил их в формации квадрата, формируя багрового цвета барьер, что поднялся выше, чем барьер Медеи. — Сделай мне одолжение, и посиди смирно, пока я не закончу с делами в храме. В случае чего, продолжим битву позже. Как тебе идея?

— Прости, но не могу ничем тебе помочь, у меня есть приказ, которому нужно следовать. Если ты хочешь пройти через эти ворота, тебе придется переступить через мой труп. — встав в боевую стойку, он направил лезвие клинка на меня, согнув ноги в коленях, вероятнее всего, для рывка.

— Как жаль, что мы не в состоянии прийти к согласию, — театрально расставив руки в стороны, я жестом пригласил его напасть. — В знак уважения, дам тебе возможность нанести первый удар. Я не буду сопротивляться, просто атакуй.

***

Описать то, что я увидел во взгляде этого молодого Слуги, можно как безумие. Я не ожидал такого предложения, но учитывая, что происходит вокруг, я ожидал ловушку. Несмотря на это, я решил попробовать, и рванул вперёд, достигнув местоположения Хьюги менее, чем за секунду, целясь ему прямо в сердце.

К удивлению, но удар, на который я не рассчитывал, попал туда, куда и было запланировано. Лезвие моего клинка с чавкающим звуком вошло в плоть шиноби, и алая кровь пошла из огромной раны в самом сердце. Губы его были окрашены кровью, и вместо того, чтобы реагировать на подобное, он лишь улыбался, смотря своими молочно белыми зрачками мне в душу. От подобного, моя гордость самурая дала слабину, и моя рука дрогнула, когда он кашлянул, из-за чего из его рта брызнула кровь. Несмотря на то, что он слуга, но ему на вид лишь 14 лет. Убивать детей, что не оказывают сопротивления, было ниже моего достоинства.

Я хотел было выдернуть лезвие своего клинка из его груди, но в следующий миг, все его тело поплыло, словно оно было сделано из воды, и ещё секундой позже, он исчез, оставив после себя небольшую лужу чистой воды. Что бы это ни было, но было нетрудно догадаться, что меня обманули.

Барьер, который стоял вокруг, не позволит мне уйти, и все, что мне осталось сделать, это вздохнуть.

"Кажется, я теряю форму. Какая жалость, мне начинал нравиться наш с тобой бой, Хьюга." — хмыкнув, он подошёл к краю барьера, который заканчивался у самых ворот, и увидел спокойно шагающего вперёд Такаши, который шёл рука об руку с Шарлоттой. — "Надеюсь, ты придёшь вновь."

***

"К счастью, план сработал. Доверить Шарлотте идею с постоянным напряжением Сасаки, чтобы он не понял, что я использую водяного клона, а после уйти техникой подмены, было гениальным решением. Барьер простоит минут 15, нужно покончить с Медеей раньше, чем время истечет."

С этими мыслями, я побежал вперёд, заметив вспышки голубого пламени, поняв, что Рия начала битву. Нужно было помочь ей раньше, чем все закончилось. Грохот стоял невозможный, а мои чувства били тревогу. Количество маны, которое я ощущал, было огромным, и было нетрудно догадаться, что оба слуги класса Кастер не сдерживались.

Я выпустил четыре хвоста, чтобы не тратить лишних сил, и побежал так быстро, как только мог. Мне было страшно за своих товарищей, и я не смел допустить каких либо жертв с нашей стороны. Если и нападать, то только толпой, ведь, как говорится, "Ты один приходи, мы тоже одни придём", и сейчас, это подходило, как нельзя лучше.

Шарлотта была позади, но ей и не нужно было быть на передовой. Когда я был далеко, она скрылась из виду, и начала заходить за спину Медеи, обходя ту длинным крюком, чтобы всадить нож ей в спину, когда появится шанс.

Ворвавшись в центр бойни, сразу понял, насколько большой размах битвы между двумя магами был на самом дел. Рия не жалела маны на атаку, а Медея старалась защищаться, что есть мочи. Карнвенан с невероятной скоростью носился от одной точке к другой, заставляя Медею постоянно держать активным свой щит, что не позволяло ей вольно атаковать в ответ, в то время, как Рия беспощадно поливала ту серией магических взрывов, лазеров и даже пыталась достать её в ближнем бою, но безрезультатно, ведь не одна только Рия умела летать.

— "Рия, гони её к стене барьера! Не дай ей уйти в сторону, я нападу сразу, как прыгну в воздух, постарайся меня не задеть!" — связавшись с ней через ментальную связь, я получил уверенное "Хм!" в ответ, ведь ей некогда было давать чёткий ответ, учитывая, что она постоянно атаковала, не давая Медее атаковать в ответ, хотя та и брыкалась.

Решив не медлить ещё больше, я прыгнул вверх, выпустив воздушное лезвие, что зашло с неудобного для вражеского Кастера угла, заставив ту поставить второй слой барьера, который сразу получил трещину, как, впрочем, и основной её барьер, который ослаб под натиском атак Рии. Я не стал ограничиваться одной атакой, и активировав свой покров ветра, взмыл ввысь, ускорившись до около звуковой скорости, оказавшись за её спиной, где ещё не стоял барьер.

— Как ты...?! — едва успела произнести она, прежде, чем ей пришлось сразу защищаться своим посохом от удара кунаем в горло. Я был достаточно близко, чтобы нанести ей удар, но это ограничило мой запас техник. Вместо техники ветра, в этот раз, я глубоко вдохнул, и сложив несколько печатей одной рукой, что не держала кунай, выпустил в неё несколько огненный шаров, один из которых попал ей чётко в лицо, когда она попыталась увернуться от остальных. К сожалению, у неё был ещё один слой барьера, который покрывал уже её саму, вместо площади вокруг неё, поэтому много вреда это ей не нанесло, но маленький огненный взрыв явно испортил её зрение и чувство ориентации.

Бросив один из своих кунаев мимо неё, задев её щеку по касательной, я телепортировался к ней за спину, и попытался воткнуть его ей в шею, но был отброшен в сторону земли неким подобием магического взрыва с близкой дистанции.

Медея тоже получила от своего собственного взрыва, но это было лучше, чем если бы она умерла от одного чёткого удара. Когда я оказался вне радиуса вокруг неё, Рия вновь начала прицельную бомбардировку, прервав каст Медеи, которая, все же, успела запустить в меня несколько самонаводящихся снаряда. Убежать от них зигзагом было нетрудно, и когда выпал шанс, я сдетонировал их техникой порыва, и вновь полетел на Медею, за вуалем которой я, своим бьякуганом, видел ужас на её лице.

Внезапно, Медея телепортировалась, и Рия, пытаясь её найти, прервала свою бомбардировку, что дало Кастер время атаковать. Медея выпустила в Рию фиолетовый шар, от которого разило маной, и та, будучи отвлеченной поисками сбежавшей ведьмы, не успевала среагировать.

Я использовал телесное мерцание, чтобы успеть вовремя, но все, что я успел, так это принять атаку на себя, вместо того, чтобы полностью защититься. Магия времен эры богов штука мощная, и я не хотел проверять, как больно ей будет от подобного. Мне мгновенно поплохело от подобного заряда, но я не только получил физический урон, который проявился в виде сломанного ребра, но и также стал двигаться со скоростью улитки.

Она создала вокруг меня сферу, в которой было нарушено течение времени и пространства. Видел и думал я с моей пиковой скоростью, вот только сам я двигаться не мог. Я попытался вырваться с помощью уже набранных скоростей, но их не хватало.

Получив на одного противника меньше, Медея сконцентрировала огонь своих атак на Рии, которая пыталась меня спасти, но было тщетно, ведь она не могла подставить себя под удар, пытаясь спасти меня. Это будет ещё хуже.

Я смог сжать зубы, и боль от напряжения начала прояснять ход моих мыслей, которые метались от одной к другой. Видя, что Рия начинает давать слабину, в попытках спасти меня из ловушки, я решил перестать сдерживаться, и выпустил семь хвостов, чтобы окончить это безумие.

Выпустив седьмой хвост, и создав этим действием взрывную волну из сендзюцу чакры, я насильно заставил барьер пойти трещинами, а после взорваться изнутри, мгновенно пропав с места, в котором до этого стоял. Медея, краем глаза заметив мои первые шаги к прорыву, была удивлена, но она, все таки, успела подготовиться к тому, что я вырвусь, готовя новое заклинание, целясь мне прямо в лицо.

Очередная попытка отбросить меня взрывом не увенчалась успехом, ведь я, после того, как сблизился с ней, вновь бросил в неё свой кунай, оказавшись на расстоянии вытянутой руки раньше, чем она взорвала или исказила пространство между нами, и схватил её руку, что держала посох, ткнув её пальцем в область сердца, выпустив импульс чакры, который прошёл на вылет, полностью игнорируя её магический барьер, одновременно с этим повредив её дыхательные органы, сердце и даже частично оглушив её, ведь импульс был достаточно сильным, чтобы дойти до головы.

От такого поворота событий, Медея впала в ужас, предприняв попытку использовать свой Фантазм, Разрушитель Законов, чтобы уничтожить моё духовное ядро, но вместо этого, я схватил её за волосы, ударил её с колена в живот, а когда она скрючилась, чтобы вдохнуть выбитый из лёгких воздух, я дёрнул её голову вниз, ударив её прямо в лицо. Она предприняла попытку бегства телепортом на короткую дистанцию, но вместо того, чтобы уйти из зоны поражения, она попала под кинжал Рии, который проткнул руку, которой она все ещё держала свой посох, заставив её уронить свое драгоценное оружия.

Я надеялся, что Шарлотта прикончит Медею раньше, чем мне придётся прибегнуть к крайним мерам, но увидел то, чего не ожидал, и чего не заметил, будучи занятым боем. Её встретил Кузуки, который сейчас сражался с ней не на жизнь, а на смерть. По скорости, он превосходит её, ведь он был под зачарованием Медеи, и его удары были в разы тяжелее, но Шарлотта брала его техникой, ведь пусть Кузуки и ветеран ассасин, который убил несчетное количество людей, но Шарлотта убивала существ за рамками человеческих возможностей, и тренировалась у лучших ассасинов, которых видел мир.

Каждую атаку, что применял Кузуки, можно было парировать, заблокировать, или же использовать, чтобы атаковать. Для него, это был самый тяжёлый бой в его жизни, для Шарлотты, это было не более, чем временная неприятность. Запястья Кузуки были покрыты кровью, на локтях, сухожилиях и плечах были видны свежие порезы длинным ножом Шарлотты, а также было видно, что последней своей атакой, Шарлотта перерезала сухожилия на задней стороне его колен, заставив того упасть но землю, защищаясь от её попыток перерезать его горло.

Медея, кажется, тоже это заметила, ведь вместо того, чтобы продолжить бой со мной и Рией, она телепортировалась прямо перед Кузуки в самый последний момент, схватив руку Шарлотты, чтобы та не нанесла свой последний удар, но она не учла одного. Просто потому, что она схватила запястье и руку не значит, что нельзя шевелить этим самым запястьем и дальше, или что ещё хуже, перебросить нож в другую руку, чем и воспользовалась Шарлотта.

Сначала, она повернула свое запястье, перерезав сухожилие на запястье Медеи, а после, когда руки была освобождена, перекинула нож в другую руку, воткнув его ей в сердце, под истошный вопль вражеского Кастера, которая взвыла от боли. Как никак, но перед моментом удара, Рия усилила Шарлотту, что прибавило веса её атаке, и позволило полностью проигнорировать защиту Медеи, которая, после своего истошного вопля от боли, затихла, и опустила руки вниз.

Разрушитель Законов, что она держала в руке, упал на землю, и распался в частичках праны, но это ещё был не конец.

Выдернув нож из груди Медеи, Шарлотта резко развернулась на месте, перерезав ей горло, и напоследок, чтобы наверняка, прицелилась примерно туда, где должно быть духовное ядро, ведь она не могла видеть его, как я или Рия.

К счастью, она попала, пускай и по касательной, но этого было достаточно, чтобы окончательно умертвить Кастер, из глаз которой пропала всякая надежда. Она попыталась что-то сказать Кузуки напоследок, но этого уже не позволил я, воткнув кунай ей в шею, а после, завершающим действием, отрезал ей голову. Крови не было, ведь её тело начало исчезать, но этого было достаточно, чтобы напомнить мне про кровавую бойню, которую устроил я с Минато.

— ...Духовное ядро Кастер уничтожено, Ассасин, ещё какое то время, будет с нами, но ненадолго. Миссия выполнена, отступаем. — скомандовал я, стоя рука об руку с Шарлоттой и Рией, которая приземлилась рядом. Не было нужды убивать Кузуки, ведь сам слугу он призвать не может, да и угрозы, как мастер, он не представляет без поддержки Кастер.

Однако, я знал, что так просто это не кончится. Рия и Шарлотта ушли сразу, телепортировавшись по моей метке, которую я использовал, оставив меня один на один с несколькими противниками. Во первых, Кузуки захотел уйти красиво, в попытке безрезультатно поквитаться за Кастер.

Я повернулся к нему, смотря на то, как он, с перерезанными сухожилиями, встаёт на ноги, и, обильно кровоточа, принимает боевую стойку, чтобы дать мне свой последний бой.

— Тебе нет нужды сражаться и дальше, Кузуки. Ляг на землю, остуди свой пыл, и дождись помощи. Я не убью тебя, если послушаешь, и ты сможешь не только выжить, но и продолжать делать то, что делал и раньше.

Я спокойно обрисовал ему более благоприятный исход, но видя, что он не настроен на подобное, я решил прибавить нотку остроты в свой тон, чтобы попытаться его отговорить.

— В ином же случае, твоя смерть не будет быстрой. Пытки, которые на тебе могли применять в твоей секте ассасинов, будут раем, по сравнению с тем, чему я обучился в бытие шиноби. Ты будешь умирать, и не один раз, твоё сознание не угаснет, пока ты будешь жив, и каждый раз, как тебе покажется, что это конец, все будет начинаться по новой. Я буду тебя ломать, чинить, вновь ломать и так до вечности, пока мне не надоест. Стоит ли оно того, как думаешь? — Для наглядности, я подал убийственное намерение, и было видно, как он задрожал под натиском подобной ауры.

— Даже если это убьёт меня, и даже если я сломаюсь, я все равно продолжу то, что начал. Смысл моей жизни уже давно потерян, и Медея принесла мне что-то, чего я жаждал долгое время. Если я не попытаюсь сделать хоть что-то, я лишь буду чувствовать пустоту. — Несмотря на то, что он был напуган перспективой того, что его ждёт, он готов был продолжить сражаться. Я не любил убивать без лишней нужды, да и пытками я не сильно наслаждался, но раз уж такой случай, то пусть этим займётся один или два моих клона. Обычных водяных клонов хватит, а потому, оставив Кузуки на попечение моих клонов, я направился к Сасаки, который терпеливо ждал, когда барьер спадёт.

Я обрадовал его своим появлением, ведь уже было видно, что он начинает исчезать без подпитки своего мастера, и осталось ему недолго.

— Значит, ты все таки вернулся, — улыбнулся он, крепче сжав рукоять клинка. — Готов? — задал он вопрос, на что я ответил тем же, достав из свитка Кусанаги, и использовав трейсинг, чтобы обрести знания прошлых владельцев Кусанаги и их навыки владения им. Это даст мне шансы, но все будет зависеть от того, как я буду двигаться, ведь по всем меркам, Сасаки гораздо лучше в технике.

— Ты ещё спрашиваешь? — ухмыльнулся я, приняв низкую стойку, и приготовился к тяжёлой битве. Имея в распоряжении Режим Мудреца с 7 хвостами, в разы превосходящей его скорости, силе и выносливости, у меня все шансы на победу. Но кто знает, что ещё есть у Сасаки в рукаве, кроме его коронной техники?

Мы молча смотрели друг на друга, ожидая, пока хоть кто-то сделает первый шаг, но видя, что Сасаки все ещё ждал, я решил пойти первым, начав с удара снизу вверх, нацеленным ему в шею. Ожидаемо, но он поставил свой клинок на пути моего меча, чтобы блокировать удар, но вместо того, чтобы блокировать его, произошло то, чего не ждал Ассасин. Длинна меча резко стала короче, проскользнув мимо лезвия катаны, вновь став длиннее, как только преграда была преодолена, и Сасаки, воспользовавшись своим невероятным боевым чутьем и зорким глазом, подобрал идеальный угол для уворота, уйдя с линии атаки в последний момент, получив лишь незначительное ранение на шее, которое никак ему не мешало.

Впервые за два боя, мне удалось заставить его отступить и это не могло не радовать. Несмотря на это, я знал, что подобное вновь не повториться, и несмотря на преимущество в длинне меча, Сасаки быстро к этому приспособится. Он коснулся своей шеи, почувствовав пару капель крови, ухмыльнувшись. Вновь приняв боевую стойку, он рванул вперёд, держа меч наготове, и я пошёл вслед за ним.

На скорости, что за пределами человеческого восприятия, мы начали обмениваться ударами, звуки которых звучали по всей округе. Лязг стали о сталь непрестанно звенел, а наш боевой настрой только рос. Мы применяли всевозможные уловки, финты и обманки, и я даже не поскупился на гендзюцу, чтобы несколько раз попасть по нему, отсрочив его время реакции с помощью иллюзий.

Я продолжал оставаться в движении, не позволяя остановиться ни на секунду, заходя с разных углов, выпрыгивая с разных сторон, и наносил быстрые и смертельные удары, в попытке достать прыткого Ассасина, но он с лёгкостью уходил от моих ударов, пользуясь своим невероятным чутьем. Его элегантные движения не имел в себе ничего лишнего, и каждый его шаг имел в себе чёткую и выверенную цель уйти от моего клинка. Несмотря на то, что мы оба были по своему быстрыми, Сасаки был быстрее в защите, даже несмотря на то, что я сдерживался, чтобы этот невероятный бой не закончился слишком быстро.

Адреналин заставлял меня сражаться более усердно, кровь кипела от жажды битвы, и я начал испытывать то чувство, которое искал в мире шиноби, и ради которого я ненадолго покинул Коноху. Эта битва приносила мне настоящее удовольствие. Я ощущал себя на пике мира, сражаясь за первенство с Сасаки, который улыбался, как и я.

Я сделал подсечку своим хвостом, заставив Сасаки подпрыгнуть, а после пнул его по блоку, который он поставил своим клинком, отправив его в не длительный полет, и прыгнул вперёд, оттолкнувшись от земли, и ударил кончиком своего Кусанаги по его мечу, который он поставил перед сердцем, в которое я целился. Впервые за бой, но мой зоркий бьякуган увидел первый образовавшийся на его лезвии дефект.

В отличии от других Слуг, Сасаки был вымышленным, и у него нет Благородного Фантазма, что значит, что его меч является обычным оружием, которое можно и повредить, и разрушить. Единственная причина, почему Кусанаги, меч, способный разрезать почти все, что ему угодно, не уничтожил его, была в том, что Сасаки прекрасно знал, как легко сломать катану, и не позволял мне наносить прямые удары по мечу, и подставлял его лишь тогда, когда это было необходимо.

Кое как, но мне удалось держаться наравне в плане мастерства владения клинком, вот только было видно, что Сасаки привыкал к подобному слишком быстро. После очередной попытки достать его, я сделал шаг назад, отогнув шею, видя, как лезвие его меча коснулось кончика моих волос. Решив ответить тем же, я вновь парировал его атаку, оттолкнув его руку в сторону, и сделал ответный выпад, отрезав кончик волос с его лба, и ещё бы немного, и я бы попал ему прямо в глаз. Отскочив назад, чтобы сделать так нужный мне вдох, я нагнулся ближе к земле, ожидая следующей атаки.

— Похоже, мы в тупике. Я не могу достать тебя своим клинком, а ты не можешь преодолеть защиту моего Ока Разума, — Произнёс Сасаки, смотря мне прямо в глаза. Мы оба понимали, что сейчас, когда мы оба сдерживаемся, нам друг друга не победить. Я не использую весь свой арсенал и всю свою скорость, а он не использовал свой коронный приём. — Моё время уже на исходе, маны мне хватит ещё где-то на минуту, — подвигав плечами, чтобы проверить, не получил ли он повреждений, он вмиг стал серьёзным. — Как насчёт закончить все здесь и сейчас?

На эти слова, я мог только улыбнуться. Мигом запечатав Кусанаги, я удивил Сасаки, который, тем не менее, улыбнулся, и решил взяться за дело всерьёз.

— Хорошо. Противостояние между тобой и мной закончиться сейчас, — С этими словами, я принял стойку восьми триграмм Мягкой ладони, приготовившись использовать свой второй Благородный Фантазм. — Покажи же мне, почему ты заслуживаешь титул героя.

Никакого больше ожидания, мы оба были готовы. Сасаки, который держал меч параллельно себе, двинулся вперёд, и видя в замедленном движении, как он двигался, я двинулся вперёд, не собираясь отступать даже перед лицом смертельной техники.

— Скрытый клинок: Переворот ласточки! — в один единственный миг, Сасаки произвёл три мгновенных удара сразу с трёх направлений. Невозможная атака, которую изобрёл Ассасин, достигла уровня истинной магии. Невозможно за одно мгновение нанести три удара сразу с трех сторон, но он, усердием, тренировками и невероятным мастерством, сделал невозможное возможным. Именно поэтому, Сасаки Кёдзиро так опасен.

Будучи на такой близкой дистанции, увернуться невозможно, ведь все удары сойдутся на мне, куда бы я не двинулся. Вверх, вперёд, влево, вправо, вниз, назад. Всё пути отступления были отрезаны длинной его меча. В обычной ситуации, любой другой слуга был бы смертельно ранен.

Вот только, я не "любой другой". Держа одну руку близко к земле, и подняв одну над головой, я, сделав первый оборот вокруг своей оси, начал выпускать чакру из тенкецу всего своего тела, формируя защитный барьер из чакры, который, создав мощный порыв ветра и плотной чакры, оттолкнул лезвия клинка, что намеревался забрать мою жизнь.

— Небесное вращение! — сфера из чакры, отразив невозможный удар, задела и Сасаки, рука которого дрогнула от ранения, которое она нанесла, а я, воспользовавшись моментом, прильнул ближе к парализованному ранением слуге, нанеся сразу 2 удара в корпус своими пальцами, выпустив из них чакру, что прошла его насквозь. — 2 ладони, — прошептал я, за мгновения нанося ещё несколько ударов. — 4 ладони, 8 ладоней, 16 ладоней! — импульс от скорости, с которой я наносил свои удары, поднял Сасаки над землёй, не позволяя ему уйти, а я лишь ускорился, раз мой противник больше не мог уйти. — 32 ладони, 64 ладони! — возможно, этого и хватило бы, учитывая, что Сасаки уже почти готов был исчезнуть от нехватки маны, но чисто из солидарности к такому прекрасному бою, который я испытал, я хотел показать ему свой пик. — 128 ладоней! — ударив ногой по земле, и прижав свои ступни к земле с помощью чакры, я больше не мог быть сдвинут с места, и раз мне больше не нужно было волноваться о том, что я стану не туда, пора была ускориться ещё больше.

Лишних мыслей в голове не осталось, все моё внимание было сосредоточено на Сасаки, который, не закрывая глаз, терпел боль, улыбаясь, пока я избивал его. Было видно, что ему адски больно, но, несмотря на это, он улыбался, принимая факт того, что он проиграл. Я отразил его сильнешную технику, и теперь, он испытывал на себе мою. Прорвав звуковой барьер, и двигаясь так быстро, что за мной оставалось остаточное изображение, я нанёс 222 удара, целясь в его духовное ядро, чтобы нанести последний, 361 удар.

— 361 ладонь! — крикнул я, коснувшись пальцами центра его груди, где и находилось его духовное ядро, выпустив сильнейший импульс чакры, что мгновенно испепелил его духовное ядро, попутно отправив его тело в полет, который закончился после удара о стену храма. Его тело, после удара, образовало собой воронку, и сам Сасаки, более не имея духовного ядра, стал прозрачным, начиная исчезать. Несмотря на это, он, силой воли, ещё оставался материальным, чтобы поднять голову, и взглянуть на меня.

— Это был...захватывающий бой. Надеюсь, мы встретимся снова...Такаши Хьюга. — с улыбкой на лице, Ассасин, что с гордостью носил имя Сасаки Кёдзиро, выбыл из Войны за Грааль.

***

Во рту пересохло после моей победы. Несмотря на то, что я перестал сдерживаться только в самом конце, бой, каким бы тяжёлым он ни был, принёс мне несказанное чувство удовлетворения. Бой на мечах был прекрасным, я ощутил себя на пике мира, сражаясь с легендарным мечником, и держась с ним наравне. За весь бой, он смог прорваться сквозь мой покров ветра три раза, и все три раза ранили меня, пускай и не смертельно. Это первый раз с момента, как я изучил свой покров, как кто-то смог меня ранить через него. Это было одновременно страшно, и захватывающе.

Я подобрал свой кунай, который лежал на земле ещё с нашей первой битвы, и перейдя в духовную форму, направился домой. Как никак, но меня ждали, и я был только рад отдохнуть после затяжной битвы. Ведь впереди было ещё несколько битв, которые нужно пережить.

— Жди меня, Грааль, я доберусь до тебя так скоро, как это возможно.

Я был настолько сосредоточен на том, чтобы отдохнуть после боя, что сам не заметил, как вырос мой резерв чакры. Восьмой хвост, что теперь медленно покачивался из стороны в сторону, был очередным призом за битвы, из которых я вышел победителем.

***

(Простите, что так долго не было глав. С последней главы, я получил работу, и учитывая, как много я работаю, и как мало отдыхаю, мне было тяжело думать над тем, чтобы писать. Теперь же, когда рабочий график немного исправили, я могу писать чаще, и теперь, когда у меня есть много идей, я могу продолжать. Спасибо за терпение.)