Из-за того, что Роуран находился в Стране Ветра, единственный прямой путь в Страну Огня был либо через Страну Дождя, либо через Страну Рек. Ни тот, ни другой вариант, меня особо не радовал.

Конечно, на миссию мы шли через них, однако нам выбирать особо не приходилось, наша задача была добраться на место за самое короткое время. Сейчас же, нам нужно было возвращаться домой, и у нас была возможность отдохнуть, а потому, у нас была свобода выбора. В Стране Дождя есть деревня скрытого дождя, а я не был уверен, руководит ли ей сейчас Нагато с Конан, и проверять мне это не хотелось. Со Страной Рек немного проще, однако и там есть загвоздка. Где-то в той местности есть база Акацуки, и мне не хотелось бы наткнуться на одного из действующих членов данной организации.

Мне крупно повезло, что я сумел защитить Рин и Обито, однако я не был настолько самоуверен, чтобы считать, что Мадара и Зецу не найдут другого Учиху ему на замену, а возможно, что уже нашли. Возможно, он будет слабее, возможно, сильнее, однако результат будет один - проблемы. Единственное, ради чего стоит стараться, так это общее выживание их клана. Я не могу защитить каждого Учиху, рано или поздно, но Мадара найдёт способ переманить какого-то неудачника, которым был когда-то Обито, на свою сторону.

В моих силах, конечно, поспособствовать тому, чтобы основная часть клана осталась жива. Не только с моральной, но и с чисто политической точки зрения. Как никак, если не будет клана Учиха, не будет и Военной Полиции. Не будет Военной Полиции - будет больше нарушителей, карманников, воров и буйствующих гражданских и шиноби. А если не будет, кому восполнить эту роль, за дело назначат другие кланы, одним из которых, определённо, будет Хьюга, а мне лишние хлопоты не нужны. Ко всему прочему, клан Учиха - один из тройки сильнейших кланов Конохи, и терять такую мощь будет мало того, что опасно, так ещё и глупо.

Целый клан людей, что своими эмоциями делают себя сильнее. Да, проклятие клана существует, но оно не настолько опасно, чтобы ради этого уничтожать весь клан. Усаку и Обито в пример. Шаринган они пробудили потому, что хотели защитить своих близких, а не потому, что увидели их смерть. Конечно, рано или поздно, они оба пробудят свой Мангекё, однако, я надеюсь, это будет не так скоро, как могло быть.

— Такаши, ты опять в облаках витаешь? — вывел меня из транса Минато, пока мы сидели у костра в палатке, укрываясь от дождя. По итогу, мы все таки выбрали страну Дождя, ведь через неё домой ближе, но, как ни странно, в стране Дождя постоянно шёл дождь.

— Есть немного. Не думай об этом слишком сильно, я просто задумался о том, что делать дальше. — махнув рукой на его волнение, я улыбнулся, отпив чая из кружки. Благо, на костре можно было разогреть еду и приготовить чай, и минусом было то, что нужно было заморочится, чтобы сделать костёр под дождём. Пещер и подземных проходов рядом не было, а делать их с нуля было чакрозатратно и бесполезно, поэтому мы просто развели палатку и возвели над головами навес из камня с помощью пары техник. Менее безопасно, менее комфортно, но лучше, чем ничего.

— И как успехи? — ехидно улыбнувшись, Минато толкнул меня плечом в бок, явно подшучивая надо мной. Я лишь закатил глаза, вернувшись к своему чаю. — Мне осталось где-то полгода на подготовку к принятию роли Хокаге. Кушина будет вне себя от радости. Представляю её лицо, когда она это услышит.

— Главное не зли её, когда им станешь. Ей будет плевать, Хокаге ты или нет, — подчеркнул я, недвусмысленно намекая на то, что получить от своей девушки он может знатно. — Узумаки они такие. Из Нары - самого трудолюбивого человека сделают, а из тебя и подавно. Их выносливости позавидуют некоторые Сенджу, куда уж тебе, — ухмыльнувшись, я наблюдал за тем, как менялось выражение лица Минато по ходу того, как он представлял себе подобную картину. Вероятнее всего, он также представил себе первую брачную ночь, ибо он был красным, как рак, а из его ушей шёл пар. — Сейчас бы в горячие источники окунуться... — мечтательно произнёс я, подумывая над тем, чтобы забить на безопасность и телепортироваться на метку в Стране Горячих Источников.

— И не говори, — не менее мечтательно произнёс Минато, глубоко вздохнув. — Я бы не отказался выпить после всей возни, которую нам пришлось пройти на миссии. Пил бы до посинения, ха! — посмеявшись, тот откинулся на спину, уткнувшись в свой футон, в которых мы скоро собирались спать.

— Это можно устроить, как вернёмся домой, если хочешь. Пить с Аими, конечно, приятно, но я бы не хотел спаивать её так рано. Другое дело с тобой, тебя не жалко. — с лёгкой улыбкой на лице сказал я, ответив на его желание отпраздновать очередную успешную миссию.

— Это было обидно, знаешь ли, — по детски надулся он, но мигом вернулся к себе прежнему, глядя в никуда. — Но знаешь, это неплохая идея. Мы с тобой ещё ни разу ведь не ходили никуда вместе, кроме Ичираку? Поболтать за вкусной едой и выпивкой будет хорошим времяпрепровождением.

— Не могу не согласиться, — видя, как Минато зевнул, я встал на ноги, размявшись, и выпрямив спину. — Ложись спать, я буду на дежурстве. Разбужу тебя часа через четыре-пять.

— Я ещё могу продо-хаа-лжать, — предательский зевок вновь выдал то, что Минато устал, и выругавшись себе под нос, он мог лишь вздохнуть, забравшись в свой футон. — Ладно, убедил. Спокойной ночи, Такаши.

— Спокойной ночи, Минато. — ответил ему я, смотря в даль через завесу дождя, что гремел снаружи нашего небольшого убежища. Некоторая часть нашей одежды сушилась у костра, поэтому спал Минато в форме, что находилась под всем его снаряжением, а я, тем временем, оставил сушиться лишь свою запасную обувь, ведь покров спасал меня от нужды сушить одежду. Если она не мокнет - то и сушить её не нужно.

Когда дыхание Минато стало более размеренным, а пульс замедлился, я понял, что он заснул. Создав теневого клона, я вышел с территории лагеря, направившись в более лесистую часть Страны Дождя, намереваясь провести тренировку. Благо, хоть таких мест и немного, но они все же существовали, поэтому, когда я заметил одно такое, я сразу зарезервировал его для тренировок.

По прибытию на место, я проверил его на наличие ловушек, и когда ни одной не было обнаружено, спокойно направился вглубь, вдохнув влажный воздух, от которого пахло мокрой древесиной. Шум дождя не прекратился, однако он был тише в связи с тем, что капли дождя разбивались о густую листву над моей головой, пропуская через себя лишь небольшое количество воды.

Сделав растяжку, и потратив некоторое время на физические тренировки, я глубоко вдохнул, перейдя в Режим Мудреца. Семь пышных лисьих хвоста медленно покачивались из стороны в сторону за моей спиной, а лисьи уши опустились к голове, чтобы приглушить звуки дождя. Как и всегда, я вновь ощутил прилив сил после перехода в свою излюбленную форму, однако сегодня, я получил то, что делает меня ещё более опасным для любого человека, будь то шиноби, самурай или обычный гражданский.

До того, как я получил седьмой хвост, я и не догадывался, что за способность я мог получить, даже несмотря на то, что я знал о том, что узнать об этом можно. Старейшина тому пример, ведь он знал, что именно за способность он обретёт, получив восьмой хвост, однако я, видимо, был недостаточно опытен, чтобы узнать об этом заранее. Сейчас же, я был в экстазе, желая испробовать способность, которая крайне мне поможет.

Имя ей - Духовная Форма.

Как известно, каждое живое существо обладает душой. Какая-то слабее, какая-то сильнее, однако начало и конец у них один и тот же. Души уходят на реинкарнацию после того, как их жизнь подходит к концу, и со временем, они вновь рождаются, начиная жизнь с чистого листа, не имея своих воспоминаний. Конечно, есть и исключения, однако их немного, и это то, что радует. Как пример, мать Гаары, которая защищала его в виде духа, что управлял его песком, что автоматически защищал его.

Её желание защитить своего сына было настолько сильным, что её душа так и осталась в мире смертных, выполняя последнюю её волю.

Теперь же, я обрёл способность, которая позволяет мне стать абсолютно невидимым, неосязаемым и не способным быть обнаруженным, не имея чего-то по типу Риннегана, который способен видеть души, либо же другой способности, что способны влиять на душу.

К сожалению, как и у практически всех способностей, у этой есть минус. Пока я буду находится в Духовной Форме, я не буду способен взаимодействовать с окружающим миром, а фуиндзюцу техники на меня будут действовать так, словно я - обычный сгусток чакры, который можно легко запечатать.

Плюсы в том, что я абсолютно невидим, неосязаем, неощущаем обычными методами, а моя скорость передвижения ещё быстрее, чем при применении Телесного Мерцания. Техника идеально подходит для шпионажа, проникновения, быстрого передвижения или даже побега.

Дополнительный минус же в том, что мне обязательно нужно быть в Режиме Мудреца, чтобы эту способность использовать, и если у меня не будет чакры, то и войти в Режим Мудреца я не смогу, так что ограничения имеются. Ограничение по времени, как я понял, присутствует, оно действует лишь до тех пор, пока у меня не закончилась чакра. Пока у меня есть чакра, я могу сколько угодно провести в Духовной Форме.

На словах и в моей фантазии, оно звучит идеально, но как оно будет на практике - ещё предстояло узнать.

Сделав глубокий вдох, и расслабившись, я направил чакру к хвостам, дождавшись, пока они не будут напитаны ей до предела. Когда я ощутил, что более они принять не способны, мне осталось лишь подать мысленную команду, и способность будет использована.

"Духовная Форма" — произнёс в мыслях я, сразу потеряв большую часть своих чувств одновременно. Чувство осязания, запаха, вкуса и температуры мгновенно исчезли. На секунду, стало страшно от того, как непривычно было подобное, ведь потеря стольких факторов одновременно - крайне неприятное, и что уж говорить, пугающее чувство.

Мои ноги более не касались земли, и ощущение того, что я парю в нескольких метрах над землёй, напомнило мне о моей возможности летать в режиме покрова. Посмотрев на свои руки, я увидел, что они были полупрозрачными, словно я смотрел на призрака из кино, и улыбка сама собой полезла мне на лицо. Я уже видел множество применений подобной способности, ведь я сразу ощутил, что моя чакра все ещё способна влиять на окружающий мир.

Физически, я не мог ни к чему прикоснуться, и проверив эту возможность на более глубоком уровне, я понял, что я также прохожу сквозь препятствия, начиная с деревьев, заканчивая землёй под ногами. Чакра же, будь то сендзюцу или обычная, была способна двигать предметы, активировать заранее заготовленные фуин ловушки, или же механизмы, активатором которых служили растяжки, небольшие рычаги или кнопки. Я был уверен, что со стороны мои действия казались тем, что в лесу был призрак, что не был упокоен. Количество возможных шуток, которые я мог провернуть с друзьями или знакомыми, заметно возросло.

Шиноби или обычный человек, но многие все ещё боялись призраков, ведь даже шиноби, обученный многому, и готовый практически ко всему, вполне может испугаться, если посреди ночи, вещи в его комнате внезапно начнут падать, двигаться или вовсе летать. Я хотел увидеть лицо Минато с Кушиной, когда в их доме начнёт происходить необъяснимая ахинея, которую я вызову.

Оторвавшись от дурных мыслей, которые звучали крайне заманчиво, я вернулся к реальности.

— "Итак, с некоторыми ограничениями, но я все ещё способен влиять на окружающий мир. Техники я использовать не могу, либо могу, но крайне ограниченное количество. Это нужно будет узнать позже. Я прохожу сквозь объекты, людей и других живых существ, и при этом не издаю звуков, запахов и колебаний воздуха. Вопрос, возможно ли общаться в такой форме?" — первый же делом, я нашёл гнездо обычного голубя, который спал рядом с кладкой яиц, и подобравшись ближе, попытался его разбудить. — "Бу." — реакции не было. Голубь даже не шелохнулся, несмотря на то, как близко я к нему находился.

Я попробовал ещё пар раз, и безрезультатно. Тогда же, в голову мне пришла идея, и я добавил чакру к своим голосовым связкам, чтобы попробовать вызвать вибрацию воздуха, что и были словами.

— Бу. — в этот раз, голубь резко открыл свои глаза, вскочив с места, панически осматриваясь в поисках опасности для себя и своего гнезда. Он старался не издавать ни звука, однако изредка, он курлыкал, как бы проверяя окружения. Лишь спустя пару минут бездействия с моей стороны, он успокоился, не обнаружив никакой угрозы. Я решил оставить перепуганную птицу в покое, заметив, что та вернулась к попыткам заснуть.

Видя, что она все ещё была крайне напугана, и была неспособна заснуть, я смог использовать низкоранговое звуковое гендзюцу, которое отправило её спать, и направился обратно в лагерь. Учитывая, как много времени я потратил на тренировки, а также проверку своих новых возможностей, можно было смело сказать, что пришла пора будить Минато.

***

В лагерь я вернулся без лишнего шума. Теневой клон все ещё был на страже, и внезапно, мне в голову пришла гениальная идея. Мой клон ещё не знает о наших новых возможностях, поэтому пришло время провести свой первый пробный тест на "призрака".

Уже будучи в лагере, я наблюдал за клоном, который стоял на месте, изредка ходя от одной части лагеря к другой, всматриваясь в ночную мглу. Так продолжалось некоторое время, пока я не решил, что время начинать.

Прекрасно зная, что я крайне чувствителен к любым внезапным движениям, будь то прямо перед моими глазами или на периферии, я решил напугать его парой мелких движений различного рода объектов.

Пустая чашка из под чая, что стояла у костра, немного сдвинулась с места, что не осталось незамеченным моим клоном, который мигом активировал бьякуган, осматривая окрестности. Он не издавал никаких звуков, не двигался, и старался не дышать, пока его взгляд бегал из стороны в сторону, в попытках найти любого рода угрозу.

Когда подул лёгкий ветерок, я предпринял новую попытку, заставив край одежды Минато, что сушилась у костра, двинуться, что также не осталось незамеченным. Клон был в боевой готовности, явно поняв, что ветер не мог сделать это, однако прежде, чем он решил разбудить Минато, я покинул Духовную Форму, что заставило клона застыть в непонимании, пока не прошло пару молчаливых секунд, которые мы смотрели друг на друга, и пока я победно улыбался.

Когда до клона дошло, что именно произошло, он щёлкнул языком, молча подойдя ко мне, и зарядив мне в челюсть с кулака. Однако, это было лишь показательно, ведь он прекрасно понимал, что не имело смысла злиться на такие мелочи, и что если он не смог меня обнаружить, то либо он слишком расслабился, либо не понял, какими способами ещё меня можно было обнаружить.

Он сам себя развеял, отдав мне пост, воспоминания, и эмоции, которые он испытал в тот момент, как я начал над ним шутить. Это был скорее не испуг, а недопонимание, неспособность понять, что именно не так, но сделай я так ещё пар раз, и был бы неплохой шанс, что он мог испугаться.

Со вздохом удовлетворения, я подошёл к Минато, осторожно разбудив его, и направившись спать. Этот день был крайне продуктивным, и когда я засыпал, улыбка никак не хотела уходить с моего лица.

***

— Вижу, твои похождения сделали тебя сильнее, — прокомментировал мой прогресс Старейшина, лёжа на мягкой траве. Несмотря на то, что я мог долго не посещать Лисью Нору по разного рода причинам, это место всегда было готово с радостью меня принять. — Как проходят твои дни, Такаши?

— Продуктивно, если можно так сказать, — с лёгкой улыбкой ответил я, лёжа рядом, греясь при этом под лучами утреннего солнца. — Миссий для меня стало меньше, поэтому я посвятил время тренировкам и своей команде. Жаль, что они теперь часто заняты на миссиях, но я рад за них, — со вздохом, я подумал о том, как иногда скучно проходит моя жизнь за тренировками. Несмотря на то, что я получаю удовольствие от того, что становлюсь сильнее, но время, которое я прилагаю ради этого - это значительная часть моей жизни. — Что насчёт вас? Вижу, в Лисьей Норе более оживленно, чем последний раз, как я был тут.

— У нас все в порядке. Не так давно, в наших рядах было пополнение, поэтому все стараются больше ради их защиты. С того момента, как ты последний раз посетил нас, каждый лис получил ещё по одному хвосту. Твои лисята, между прочим, получили пятый хвост. То ли твой контракт делает их сильнее, то ли у них предрасположенность к этому, но они лидируют. Опыта им, конечно, не хватает, но это поправимо, — вытянув спину, и широко зевнув, Старейшина распушил свои хвосты, направившись на прогулку по лесу. Я же, от нечего делать, последовал его примеру, решив побыть в его компании ещё какое-то время. — Каковы твои планы на ближайшее будущее? Ты всегда куда-то торопился, а сейчас выглядишь так, словно потерялся по пути, как новорождённый лис.

Я прикусил губу, обдумав его слова. Несмотря на то, что в моей голове была чёткая цель, даже несколько, но я просто не мог монотонно продолжать одно и то же дело, пока жизнь вокруг меня цветёт разного рода событиями. Рождение нового поколения лисьего клана, скорое прибытие Цунаде в деревню ради перерыва от путешествия, некоторые политические игры между кланами, в которых я буду замешан, и встречи с Рин, во время которых я продолжаю тренировать её использовать силу Исобу.

Моё скорое 15 летие, а после него, всего через пару недель, день рождение Аими. Скорый выпуск нового поколения генинов, часть которых уйдёт под командование Джонинов, и часть которых попадёт в Корпус Генинов, и много других связанных с жизнью шиноби вещей, а также повседневные дела и праздники, которые будут проходить в Конохе.

Часто, особенно после долгих и изнурительных тренировок, я задумываюсь над тем, является ли все, чего я достиг - достаточным? Сделал ли я достаточно? Что ещё я могу сделать, чтобы не чувствовать ту пустоту на душе, от которой становится хуже? Это чувство заглушали постоянные битвы на поле боя, ведь мне не хватало времени думать о таких вещах, когда на кону жизнь не только меня, но и многих других людей, однако теперь, когда мир был окончательным решением, времени было больше, чем достаточно.

За почти 15 лет в этой жизни, по меркам людей этого мира, я достиг невероятных высот. Элитный Джонин, который один из того единичного количества шиноби, чей ранг превысил S, кто в одиночку расправился с вражеским Джинчуурики, армией шиноби и стоит если не выше, то близко к рангу Каге скрытой деревни. Хирузен, при своём титуле Второго Бога Шиноби, постепенно стареет, и если не сейчас, то уже через пару лет, его сила начнёт угасать.

Минато - Жёлтая Вспышка Конохи, Молниеносный Мясник, Ученик Саннина, будущий Четвёртый Хокаге деревни Скрытого Листа.

Такаши - Зелёная Вспышка, Белоглазый Дьявол, Второе пришествие Кицуне но Йоко, Кровавый Танцор, Учитель десятилетия.

У нас с Минато набралось достаточное количество прозвищ, что вселяли страх в наших врагов. Если приказ о немедленном отступлении только при виде нас с Минато не является доказательством, я не знаю, что должно. Пока жив я, Минато и даже Хирузен, никто не посмеет рискнуть напасть на Коноху.

— С тобой все в порядке? — отвлек меня тарейшина, не замедлив свой шаг, продолжая спокойно ступать по безлюдной поляне, усеянной травой и цветами. — Я вижу, что тебя что-то тревожит. Возможно, ты хочешь рассказать об этом? — предложил свою помощь Старейшина, на что я лишь покачал головой, вернув на лицо более спокойную улыбку

— Спасибо за беспокойство, но я просто задумался о том, через что я прошёл, и через что ещё мне предстоит пройти, — убрав руки за голову, и облегчённо выдохнув, я продолжил идти дальше, держа спину ровно. — Думаю, я сосредоточусь на тренировке команды 7. Им предстоит пройти через ещё больше трудностей, и если в моей команде каждый способен дать бой врагу, то в команде 7 сражаться могут только Какаши и Обито, а Рин действует только как поддержка. После этого, думаю, отдохну месяц или около того.

— Похвально, что ты задумался об отдыхе. Не каждый может себе позволить подобную роскошь, — удовлетворённо хмыкнув, Старейшина вытянул спину, распушив свои хвосты, словно делая утреннюю разминку. — Если хочешь, можешь присоединиться ко мне. Сегодня у меня есть миссии, которые нужно выполнить самостоятельно, так что времени немного.

— Пожалуй, не откажусь. — с улыбкой только и смог ответить я, составив компанию в утренней тренировке Старейшины, который ушёл уже через час. К сожалению, пойти и помочь ему с миссией я не мог, поэтому мог лишь вздохнуть, вернувшись обратно в Коноху.

***

Несколько быстрых ударов в район груди, быстрое сближение и подсечка. Рин была на удивление агрессивной в своём новом стиле тайдзюцу, и, что уж говорить, он ей подходил. Я быстро парировал её выпады, и подпрыгнул, когда она попыталась лишить меня равновесия подсечкой, отправив её в полет ударом в грудь.

Она сплюнула слюну, которая застряла в горле от резкого удара, и приземлилась на ноги, закрепившись на поверхности чакрой. Не теряя времени, она пошла на сближение, бросив несколько сюрикенов мне в руки и ноги, чтобы получить больше времени для маневра. Перехватив её метательное оружие в полете, я ответил взаимностью, заставив Рин бежать зигзагом, чтобы сбросить часть метательного железа, и только один сюрикен попал ей в ладонь, которую она успела запитать чакрой, минимизировав урон.

Когда она сблизилась, начался второй раунд тайдзюцу, в котором она была чуть менее агрессивной, однако не менее проворной. Девичья гибкость позволяла ей скользить между моими ударами, а усиленое восприятие, благодаря Исобу, позволяло ей быстрее реагировать на мои выпады.

Блокировав её прямой хук, и уведя её руку в сторону, я вновь нанёс ей удар по груди, который она с трудом успела блокировать. В попытке открыть брешь в моей защите, она подняла колено, чтобы занять мои руки, на что я ответил тем же, заблокировав её удар своей ногой, нанеся ей удар по лицу, отправив её в очередной полет, во время которого она вновь бросила в меня метательное железо. В этот раз, она использовала сенбоны, целясь в мои жизненное важные органы, исключая сердце, от которых я просто ушёл в сторону.

Закрутившись в воздухе, она начала складывать печати, на что я лишь улыбнулся, заметив, что поляну начал застилать густой туман, через который я не мог видеть. Спарринги с Рин я проводил без бьякугана, чтобы она научилась сражаться с другими противниками, а не только Хьюгой, поэтому ориентировался я другим способом.

Благодаря технике сокрытия в тумане, я не мог слышать шаги Рин, с трудом ощущал её чакру из-за того, что весь туман был пропитан ею, а также, как не трудно догадаться, не мог видеть ничего дальше своих рук.

В ближнем бою, Рин, за счёт своего нового напарника Исобу, имела повышенную регенерацию, защиту и физическую силу, поэтому ей пришлось сменить свой боевой стиль, отказываясь от него только тогда, когда она уходила в туман.

Сейчас она, вероятнее всего, осторожно ходит вокруг меня, чтобы найти брешь в защите, или более подходящий момент для атаки. Как и следовало ожидать, как только я моргнул, я почувствовал движение воздуха справа от себя, и на одних лишь рефлексах парировал выпад её куная в руке. Доли секунды, которые нужны для того, чтобы моргнуть, для Рин было достаточно для нанесения удара. Конечно, она поторопилась, из-за чего я её и обнаружил, но будь её противник лишь немногим сильнее её, и он вряд-ли уйдёт невредимым.

Рин попыталась нанести ещё пару колюще режущих ударов, пока не отступила, понимая, что попытка внезапной атаки провалилась. Бросив в меня кунай, она ушла обратно в туман, а недалеко от меня послышалось шипение взрыв печати, заставив меня уйти в сторону, после чего последовал взрыв, который развеял часть тумана. Небольшая часть поляны была взорвана, а на месте взрыва стояла Рин, а точнее, лишь её иллюзорный клон, которого она создала вспешке.

Конечно, иллюзорный клон не самая полезная техника, её можно даже назвать откровенным мусором, ведь определить его способен любой чунин, но мои ученики прекрасно знали, что не все так плохо с этой техникой. Из обычного иллюзорного клона можно сделать чуть более материального, что позволит ему отбрасывать тень и даже влиять на окружение, но Рин, вновь, поторопилась, из-за чего клон был не в состоянии даже оставить отпечаток ноги под собой.

Я просто проигнорировал клона, сосредоточившись на месте, где ощутилась волна чакры Рин. Уже будучи знакомым с тем, как формируется чакра для каждой её техники, я понял, что она использует небесный плач, так что использовал порыв, чтобы отразить её нападение. Как и ожидалось, водяные сенбоны, что она выпустила изо рта, врезались в технику ветра, сбившись с пути, развеяв иллюзорного клона.

Чувствуя, что Рин начала бежать вокруг меня в форме полумесяца, я приготовился отражать очередное нападение, когда почувствовал от неё большую волну чакры, что заставила меня насторожиться. Судя по её количеству, Рин готова использовать остатки своего резерва на последнюю атаку, так что я приготовился к тому, что она может сделать.

"Режущий поток." — с трудом расслышал я, оставив на поверхности теневого клона, уйдя под землю с помощью двойного убийственного обезглавливания, чтобы достать Рин, которая, по всей видимости, остановилась, чтобы не сбить свой фокус. Когда я чётко ощутил её чакру, я поднял руки из под земли, схватив её за ноги, и утащив под землю. Как быстро оказалось, это был водяной клон, а на место, где я находился, ударила техника стихии молнии, пропуская через воду, пропитанную чакрой, большое количество электричества, развеяв моего собственного клона.

Я лишь ухмыльнулся, видя результат тренировок Рин. Она прекрасно понимает, что в физическом плане, парней ей догнать не получиться, поэтому она берет хитростью, упорством и контролем.

На инстинктах подпрыгнув вверх, я увернулся от катящегося бревна, запрыгнув прямо на него, и сломав его надвое ударом ноги, раскрыв тем самым очередного водяного клона, который сыграл роль бревна, превратив себя в бревно с помощью стихии земли и хенге. Следом за клоном, последовала настоящая Рин, которая наносила по паре ударов, скрываясь обратно в туман, и продолжая подобные атаки, находя все новые и новые точки для нападения. Я же, поймав её на ошибке, выбил воздух из её лёгких, заставив её потерять контроль над туманом, что начал быстро рассеиваться.

Когда поле было чисто, а Рин лежала на земле от усталости, пытаясь вернуть сбитое моим ударом дыхание, было ясно, что бой окончен. Какаши и Обито, что стояли в стороне, ожидая окончания боя, поспешили к ней, когда я дал им отмашку на то, что бой окончен, и они сразу оказали ей первую помощь, помогая ей восстановить силы и заштопать ранения, которые она успела получить.

Я удовлетворённо наблюдал за слаженной работой команды 7, и когда с перевязкой и лечением Рин было окончено, я подошёл ближе, чтобы дать свой вердикт.

— Ты стала лучше, Рин. Быстрее, сильнее и хитрее, — она слегка улыбнулся, прекрасно осознавая, что сейчас пойдёт подсчёт её косяков. — Технику бесшумного убийства явно стоит подтянуть. Движение воздуха, лёгкий свист кунаев, сюрикенов и общая неловкость. Последний твой ход с выскакиванием из разных точек очень хорош, но если ты хочешь лучше этим пользоваться, советую сделать упор на скорости. Держа противника в напряжении, ты заставляешь их делать ошибки, а ошибки в бою, как известно, фатальны.

— Да! — выпрямив спину, как по команде, она отдала мне поклон, и стала рядом с парнями, что смотрели в никуда, ожидая дальнейших распоряжений.

— Итак, с тренировкой на сегодня окончено. Обито, Какаши и Рин, — посмотрев на каждого из них, я не мог не улыбнуться тому, какими они выросли за время войны. — Продолжайте в том же духе. Я верю, что вы станете больше, чем просто шиноби. Встреча завтра на 6 утра. А теперь, разойтись! — отдав им команду, я обернулся, и направился обратно в Коноху, услышав звуки удаляющейся техники Телесного Мерцания.

Солнце медленно садилось за горизонт, оранжевые лучи солнца освещали округу, постепенно погружая мир в тень. Мои лисята, что наблюдали за тренировками, прыгнули мне на плечи, соскочив с ближайшего дерева, и светя своими хвостами, гордо выпрямив спины, показывая свое величие.

Вечерние прогулки по Конохе позволяли немного снять нарастающее напряжение, а редкие встречи с Минато, который в последнее время выглядит, как свежевыжатый лимон, поднимают мой дух. Как раз когда солнце почти полностью пропало, я шёл мимо Ичираку, увидев знакомую блондинистую шевелюру шиноби, что вяло передвигал ногами, пока рядом шла его подруга с красными, словно перец Хабанеро, волосами.

Как и ожидалось, Кушина вела Минато домой, ведь тот был крайне вымотан после очередного дня учёбы и работы на побегушках. На её лице читалось недовольство тем, как себя доводил близкий ей человек, однако по нахмуренным бровям и лёгкой улыбке было понятно, что она если не привыкла, то временно смирилась с этим.

Видя подобную картину, я не мог не улыбнуться, а после пары молчаливых секунд, как наши взгляды с парой влюблённых пересеклись, я взял на себя смелость подойти к ним. Кушина тепло улыбнулась мне, а Минато, с полуприкрытыми глазами, устало кивнув, приветствуя меня так, как он мог.

— С добрым вечером, Кушина, Минато. Вижу, вновь тяжёлый день за плечами? — положив ладонь на спину Минато, я стимулировал его систему циркуляции чакры лёгким потоком чакры из пальцев к его тенкецу, восстановив часть его потраченной выносливости. Цвет вернулся к его лицу, а изо рта вышел облегчённый вздох, словно у него упала гора с плеч. Мышцы несколько раз напряглись и расслабились, после чего он смог стать без помощи Кушины, которая потерла затекшее плечо.

— Спасибо, это было очень кстати, — выпрямив спину и подвигав плечами, он вздохнул. — Да, за плечами очередной тяжёлый день. На меня скинули всю бумажную работу под предлогом обучения. Я чувствую себя, как мальчик на побегушках. Как стану Хокаге, точно найду способ быстрее разбираться с этими чертовыми бумагами. — пожаловался на жизнь Минато, вскинув руки вверх, и убрав их за голову.

— Понимаю, не первый раз работаю с бумажной волокниной. Могу посочувствовать, — похлопав его по спине, я по дружески улыбнулся, на что получил благодарную улыбку. — Вы уже ужинали? Я собирался пойти поесть, что насчёт вас?

— Как насчёт зайти к нам в гости на ужин, Такаши? — задала мне вопрос Кушина, поглаживая довольную Еву, которая вжалась поближе к её тёплым рукам. — Будет весело, даттебане!

— Ха-ха-ха, — слегка посмеявшись, я не мог не улыбнуться её дружелюбию, и вытер лёгкую слезу под левым глазом. — Я уверен, с вами скучно не будет. Почему бы и нет? — дал свой ответ я, от чего Кушина засияла ещё ярче, чем обычно. Прежде, чем я успел сказать что либо ещё, как наши с Минато руки схватила Кушина, потащив за собой, словно тряпичных кукол, пока Куро с Евой со всей возможной силой цеплялись за мои плечи, стараясь не свалиться.

— Прекрасно, даттебане! — прокричала она, несясь через Коноху, словно красный ураган. Крыши, дороги, людные места. Она неслась так быстро, что люди падали от давления воздуха, которое она создавала позади себя. Я едва смог выровняться в воздухе, чтобы меня не трясло, однако Минато повезло меньше. Его усталость не ушла мгновенно, поэтому сил на сопротивление у него не было, и он просто поддался радости своей девушки, оставшись в её распоряжении. — Была бы Мито-обаа-чан с нами, она светилась бы от радости! — как оказалось, привела меня с Минато Кушина в квартал Узумаки, где до этого жили последние Узумаки, в числе которых была Мито.

Место это поистине прекрасно. Размеры, конечно, меньше, чем квартал Учих или Хьюг, которые побеждают по размеру населения своих кланов, однако было видно, что Узумаки - сказочно богаты. Каждый дом был сделан со смесью Японской и Европейской архитектуры, внешние декорации были мастерски сделаны и явно напичканы печатями, а растительность выглядела как те редкие растения, которые я видел лишь несколько раз. Было видно, что Хаширама постарался помочь своей жене с окружением клановых земель.

Домов было около 20, однако использовался лишь один, по причине нехватки членов клана для проживания в них. Кушина, вероятнее всего, живёт в своём доме вместе с Минато, и её дом, как нетрудно догадаться, до этого принадлежал Мито. Самый большой и самый роскошный дом, с 5 комнатами. 2 ванные, 3 спальни, большая гостиная и просторная кухня.

Когда мы переступили через порог, я ощутил, как барьер и печати квартала просканировали меня, и я застыл в ожидании, дабы случайно не зацепить защитную систему, пока в мою систему чакры не вторглась чакра барьера, который быстро меня отпустил, и вернулся в спокойное состояние. Вероятнее всего, Кушина добавила меня в "белый список", чтобы я мог свободно заходить и выходить, и лишь когда я был уверен, что это безопасно, я переступил через порог её дома, сняв свою обувь, и одев тапочки, что стояли рядом.

— Добро пожаловать в квартал Узумаки! — повернулась ко мне Кушина, вскинув руки в стороны в триумфальном жесте. Если бы она была лампочкой, она бы светила так ярко, что осветила бы весь квартал Хьюг. — И приветствую тебя в нашем доме, даттебане. — уже более спокойно, с милой улыбкой на лице продолжила она, приобняв бледного от сногсшибательного забега Минато, который улыбнулся по мере сил, и кивнул её словам.

— Простите за вторжение, — улыбнувшись такой доброжелательной атмосфере, я сделал шаг в гостиную, пока за мной следовали мои лисята, изучая каждый уголок их места жительства. Если снаружи он выглядел роскошно, богато и изумительно, то внутри, он был тёплым, уютным, домашним. Ощущение того, что ты вернулся в тёплый, задекорированный, полный мебели дом, за которым ухаживают, отдавало теплом в груди. — Это прекрасно. — не скрывал я, наслаждаясь видами комнат, что мне разрешили посетить.

— Не правда ли? Мито-обаа-чан всегда расхваливала то, как они с моим Хаширамой-оджии-чаном построили это место. Она говорила, что все дерево в этом доме - это мокутон! Представляешь, как это здорово, даттебане?! — влилась в беседу Кушина, водя меня от комнаты к комнате, дав Минато спокойно посидеть на диване, чтобы отдохнуть. Он закрыл глаза, беззвучно задремав, и, вероятнее всего, проснётся он лишь тогда, когда еда будет готова.

— Правда? Это и правда впечатляет, — не отрицал подобного я, ведь я ощущал частички чакры в каждом кусочке дерева, что явно был мокутоном. Подобное было крайне впечатляюще. — Думаю, пора начинать готовить. Как насчёт разделить готовку напополам? — предложил я свою помощь, не собираясь сидеть сложа руки.

— Не стоит, ты ведь гость! — поспешила отказаться Кушина, на что я лишь махнул рукой.

— Не переживай, я не против, мне лишь в радость, — Кушина лишь бессильно вздохнула, держа на лице улыбку. — Давай поспешим, пока Минато не уснул крепким сном.

***

Вечер прошёл в лучших традициях клана Узумаки. В кругу людей, которых ты можешь назвать близкими друзьями или семьёй, с морем вкусной еды, которой хватит, чтобы наесться три раза, громким смехом и горой историй, которые мы рассказывали друг другу. Как, например, случай с волосами Кушины.

Когда она учила фуиндзюцу у Мито, она создавала одну из печатей, что должна была быть дымовой бомбой, однако, по нелепой случайности, нанесла не тот символ, и вместо облака серого и густого дыма, она создала розовое облако, которое покрасило её волосы на пару часов. Она, как оказывается, в обморок от страха упала, явно не желая признавать, что она будет ходить с таким цветом волос.

И, как ни странно, я согласен, розовые волосы ей не идут от слова совсем. Пусть лучшее она останется тем самым Кроваво Красным Хабанеро, которым мы её знаем и любим. Минато рассказывал смешные истории из своей жизни, будь то с поля боя или повседневности.

Был, например, один весёлый случай на его миссии. Минато со своей группой проводили сражение в руинах города, вражеские шиноби находятся на другом конце города, скрываясь за обломками, не спеша выходить, а Минато решил над ними поиздеваться. Он смастерил из палок, мешка и соломы, пугало, и нацепил на него свой жилет. Держа пугало за палку, он высовывал его из-за угла, заставляя шиноби кидать в него сюрикены, кунаи, иногда даже техники, пока им не надоело то, что их тролят, и не ринулись в бой, где они и погибли.

Я рассказывал свои истории из жизни, одна смешнее другое, и когда в дело пошло сакэ, которое Кушина принесла ближе к полуночи, мы все валялись на земле от хохота, рассказывая ещё более смешные и стыдные истории. Куро и Ева ели недалеко от нас, а после, когда в них более ничего не лезло, они просто ушли спать. Кушина не хотела отпускать меня домой, поэтому меня заставили остаться на ночь. Конечно же, в конце события должно было быть какое-то состязание, и раз уж с нами был алкоголь, я предложил спор на то, кто больше выпьет.

Минато отрубился после пятой пиалы, а мы с Кушиной сражались до последнего глотка. Бутылка за бутылкой, одна пиала за другой. Даже моё улучшенное зрение поплыло, голова кружилась, как на самом опасном аттракционе, и Кушина далеко от меня не ушла. Её красное от алкоголя лицо, пар из ушей и невнятно бубнение говорило за себя, и, в конце концов, она отрубилась на 34 пиале.

Уже будучи пьяным в стельку, я выпил 35 пиалу, победив в нашем споре, и, как самый трезвый(что маловероятно) из группы(ибо остался один), уложил Минато и Кушину в их постель в комнате, которую они мне показывали ранее, и вернулся в гостиную, выпив остатки из бутылки сакэ, опустошив её до последнего глотка, и, что не удивительно, отрубился сидя на диване. Последнее, что я запомнил, так это Куро и Ева, что лягли рядом со мной.

***

— Т-к-ш, д-у. — боль. Мир - это одна сущая боль. Думать о том, как мне больно - больно. Попытки закричать, чтобы облегчить боль - делают только больнее. Не думать о том, как мне больно - больно. Понимание того, как мне больно - больно. Я был словно боль-машина сделанная на заводе боли.

Всё, что могло болеть - болело. Даже то, что болеть не могло - болело.

Это была не типичная боль по типу "ауч", как если бы меня пырнули, проткнули, жгли катоном, топили суйтоном или жарили райтоном. Даже не боль, которую ты ощущаешь, когда теряешь близких. Это был новый для меня тип боли. Словно меня прижало к полу куском тяжёлой скалы. Словно мои внутренности раздавили, восстановили и вновь раздавили, и все это было лишь началом по цепочке всевозможных видов боли, которые я ощущал.

Это как если бы все вокруг было огромным, а я - незначительно маленьким, и эта разница в размере убивала меня.

Здесь также было слишком много света. Всё было слишком ярко. Свет - яркий, отражения - яркие, даже внутренняя часть моих век была слишком яркой. Возможно прошли лишь минуты, но эти минуты длились целую вечность. Болезненную, очень болезненную вечность.

— Т-к-ш? Т-ы в п-р-е? — слова гудели в голове, словно вечерний колокол, который звенел в мою честь, говоря, что смерть моя близка. Думать было слишком больно. Думать - потом. Больно - сейчас.

Звуки, которые я до этого слышал, сложно было расшифровать, однако, с плохо работающей головой, слишком ярким освещением, гулом в голове и постоянной болью по всему телу, я инстинктивно пришёл к заключению, что я на небезопасной территории, и попытался уйти подальше от источника звука, пока не запнулся о что-то позади себя, упав на спину с глухим звуком удара, почувствовав, как боль усилилась стократно, а после, я провалился в небытие.

Быть Такаши Хьюгой - одна сплошная боль.

***

(От лица Кушины)

"Такаши явно не стоило пить так много вчерашним вечером. Гены Узумаки делают любое восстановление быстрее, и даже несмотря на то, что я не выдержала и отрубилась, не имеет значения, если под утро я - как свежий огурчик, а он - неспособный трезво мыслить ребёнок." — про себя подумала она, глядя, как Такаши проснулся.

— Такаши, с добрым утром, — попыталась позвать она его, однако, не получив ответа, она наблюдала за реакцией Такаши, который скривился от адских мук, которые он испытывал. Было видно, как сильно он корчился, как слился закрыть глаза так, чтобы даже доля света не попала ему в глаза. — Такаши, ты в порядке? — попыталась она вновь позвать его, однако, видимо рефлекторно, Такаши попытался отпрыгнуть назад, споткнувшись и ножку дивана, и ударившись головой о землю, отрубившись.

Кушина не могла не вздохнуть, вновь уложив Такаши на диван, и уйдя на кухню, чтобы приготовить отвар от похмелья. По крайней мере, она успела сделать пару фотографий на память об этом моменте. Будет, что рассказать детям и внукам.