Она встала с кровати и накинула одежду совсем бессознательно и только теперь вспоминает, куда и зачем собралась.

На ночном небе не видно ни звёзд, ни луны, ни самого неба. Девушка закрыла глаза и ей стало даже легче - Зимилин не тратила силы, пытаясь разглядеть что-то в этом мраке. Вокруг - тишина, какая бывает только во сне, но студёный воздух в лёгких постепенно вытесняет сонливость и девушка решительно поднимается в горку.

Прямо за ней, окружённая пеньками и саженцами, постепенно переходящими в настоящий лес, из за горба холма выходит деревенька. Ей нужно было взять пару вёдер, в которых бабуля Айрат занесла вчера рыбу. Однако кое-что странное было этим утром. Кое-что, из-за чего Зимилин совсем остановилась и всерьёз подумала о том чтобы развернуться: из нескольких домов прямо посреди ночи сочился свет. Не было никаких проблем с тем чтобы проходить и брать вёдра пока все спят, но теперь кто-то мог увидеть её... Это всё меняет.

Вдруг Зимилин почувствовала себя уязвимой, почувствовала на себе чей-то взгляд. Её ноги стали ватными, такими, что она еле сдержалась чтобы не прокатиться кубырем с холма от лёгкого ветерка.

Это чувство... Такое ощущение было когда она в первый раз пришла в деревню...

Спокойным утром семь лет назад из леса казалось вышло что-то, чем пугают маленьких детей, что-то, что могло бы перекусить парочкой непослушных проказников и в чём лишь при более глубоком рассмотрении можно было увидеть девочку лет десяти: растрёпанные грязные волосы, кожа белая как снег и тряпки, которые когда-то были одеждой. Она точно беспризорника или только недавно её протащили привязанную позади саней через лес - вот что можно было подумать, увидь её кто-нибудь сейчас.

Она медленно шла, не глядя куда-нибудь кроме как себе под ноги и даже нарастающие звуки человеческой жизнедеятельности не заставили её оглядеться.

Может быть, при должном уровне везения, она и минула бы всю деревню, но ей было суждено уткнуться во что-то носом.

Это был мужчина, коловший дрова, не худой, не толстый, высокий и он не сразу заметил того, кто до него дотронулся. Пару мгновений он надеялся найти кого-то своего роста, но вскоре догадался опустить глаза.

Девочка перед ним смотрела, но не видела: её пустой взгляд проходил через спутанные серебряные волосы, даже через самого дровосека.

"Эй, ты откуда?"

Прозвучал заискивающий вопрос. В деревне все знают друг друга и мужчина быстро понял, что среди местных детей нет никого с длинными серебряными волосами.

"Я спрашиваю: откуда?"

Девочка не поднимала глаз, не отвечала на вопросы и мужчина начал терять терпение и потянулся рукой к её оголённому плечу чтобы немного встряхнуть и получить хоть какую-то реакцию.

"Чего молчишь? С тобой всё хоро...?"

В руку на плече девочки буд-то резко укололи сотней иголок и мужчина отдёрнул её.

"Что это за!?... Ар-р а-ар-ркх!"

Он схватился за кисть другой рукой и упал на колени, на крики стали сходиться люди: вся кисть мужчины покрылась коркой льда а кожа ладони осталась на плече девочки, тут же покрывшись инеем.

"Что ты со мной сделала!?... Что!? Аррр-р-гх ка-а-ах как же... Чёрт"

Боль от обморожения проникала всё глубже в руку мужчины и он стал безуспешно пытаться вытряхнуть боль из кисти. На снег стали падать капли крови. В очередной раз, когда он вытряхивал свою руку, в надежде согреть её таким образом, он брызнул кровью прямо на лицо девочки.

Она буд-то бы проснулась, в её сознание быстро стали проникать звуки и мутная картина перед глазами стала чёткой: перед ней мужчина, проклянающий её и половина деревни, вооружившиеся кто досками кто ножами, смотрящие на неё как на зверя.