Глава 12 (1).

Абсурдное содержание квеста заставило малышку на мгновение забыть о сложившейся ситуации.

[Пожалуйста, побыстрее выкопайте этот сладкий картофель!

И взорвите немного шипучего спрайта!

- Условие: Подайте Клатиэ спрайт

- Награда: Билет на розыгрыш 2 000 кэша

- Штраф за провал квеста: удаление баффов реинкарнации.]

Нюх-нюх, что это?

Почему я чувствую знакомый запах моей прошлой жизни от этого незнакомого окна квеста?

Уверена, что в прошлой жизни писала подобный комментарий.

Душа малышки как истинного читателя рофана, вдохновлённая содержанием квеста, взбудоражилась.

Да, верно! Нужно уничтожить этот сладкий картофель! Спрайт! Спрайт!

[Вы приняли квест.]

– Поскольку ты ничего не говоришь, думаю, ты уже всё поняла, – Клатиэ, не так расценившая молчание малышки, занятой проверкой квеста, гордо улыбнулась. – Я приехала сюда, пусть и не хотела. Как и ожидалось, мне нужно учить тебя одному за другим––

– Эй.

Лицо улыбающейся Клатиэ быстро стало мрачным:

– Ты, ты сейчас как обратилась ко мне?

– Здесь есть ещё кто-то, кроме тебя?

– Как, как ты……! – побледнев, Клатиэ задрожала, словно услышала самое ужасное оскорбление, существовавшее в мире. – Твой разум помутился? Забыла кто я?

Клатиэ смотрела на кузину яростным взглядом. Её лицо некрасиво исказилось.

Впервые вижу у неё такое выражение лица, – малышка притворилась расслабленной и прислонилась к подлокотнику дивана.

Дай мне силы! Спрайт, бодрящий как у сестрёнки-героини!

– Не знаю. Не ты ли первой начала игнорировать меня?

Когда малышка заговорила с улыбкой, похожей на улыбку главной героини, Клатиэ громко рассмеялась:

– Что, чёрт побери, с тобой? Съела что-то не то?

– С моей едой всё в порядке. Напротив, я страдаю от того, что ем слишком много.

Замерев, Клатиэ снова посмотрела на кузину.

Её зелёные глаза медленно просканировали малышку сверху вниз.

Клатиэ нахмурилась и скривила уголки губ, словно пыталась понять что-то:

– А? Лишь потому, что герцогская семья хорошо к тебе отнеслась и дала красивую одежду, ты всё ещё не поняла своё место?

Одежду? С чего она вдруг заговорила об одежде?

– Дядя оказывает тебе услугу лишь из жалости. Не думай о дарованной тебе благосклонность как о своём праве. Это не твоё.

Слушая слова, которыми Клатиэ продолжала упрекать её, малышка постепенно начинала чувствовать себя лучше.

Ну, так она начала ссору, как только увидела меня, лишь потому, что я одета лучше, чем она?

Как абсурдно.

– Это всего лишь из-за сочувствия, не заблуждайся. Все возненавидят тебя, если будешь вести себя высокомерно.

– Когда же я вела себя высокомерно?

– Ты даже не понимаешь. Ха-а, как и ожидалось, папочка был прав, – вздохнув, Клатиэ покачала головой.

– Ты – ребёнок, который считает естественным, что к тебе относятся по-особенному. Вот почему тебя стоит кормить только, если ты работаешь, – выражение лица Клатиэ стало уверенным. – Но воспитание папочки оказалось бесполезным.

Она словно говорила правильные вещи, преподавая урок кузине, которая была недостаточно умна.

– Потом тебя возненавидит и выгонит и дядя?

Она воспринимает насилие как воспитание и на её лице нет и следа тени сомнений.

Клатиэ видела всё.

Причины, по которым я ни разу не могла нормально поесть.

То, что зимой меня выгоняли на улицу без пальто.

То, что я падала, чистя статую, которая была выше меня.

То, что я не могла лежать прямо из-за того, что Маркиз бил меня по икрам.

Она видела это всё.

И шептала мне:

– Боже, мне так жаль. Я хотела отдать тебе закуски, которые оставила, но мне сказали, что в жизни нет ничего бесплатного. Я ничего не могу с этим поделать. Это ведь твоя вина? Не грусти.

С очень, очень гордым лицом. Словно опьянённая своей дружелюбной поддержкой.

Рука малышки, держащаяся за подлокотник, сжалась сильнее:

– ……как ты и сказала, меня могут выгнать из Герцогства.

Клатиэ торжествующе улыбнулась ответу кузины:

– Да, если ты поняла, то сейчас––

– Но не думаю, что меня выгонят из-за того, что я сказала тебе, – малышка посмотрела прямо на Клатиэ.

И улыбнулась той снисходительной улыбкой, которую кузина всегда использовала в отношении неё.

– Я высокомерна? Кто кому смеет говорить это? – малышка откинулась на спинку и с высокомерным лицом позвала Клатиэ. – Юная леди Тарэнка.

Клатиэ, хотевшая сказать что-то, остановилась.

– Как ты смеешь называть меня, принцессу Паэратон, высокомерной?

В комнате воцарилась холодная тишина.

Клатиэ сильно побледнела и некоторое время не могла открыть рта.

Кхы, вот он опыт рофана!

Никогда не думала, что скажу такую фразу.

Обида и негодование наполнили большие глаза Клатиэ.

Ей казалось крайне несправедливым то, что кузина, которую она считала намного ниже себя, по социальному статусу стала выше неё.

– Ты, ты……

– Ты? Ты должна называть меня Принцессой. Совсем не обучалась этикету? Прежде чем указывать на этикет других людей, стоит посмотреть на свой собственный.

Клатиэ молчала.

Она не назовёт меня «Принцессой», даже если скоро умрёт.

Немного по-детски поступать так, кричать о своём статусе, но именно они начали это первыми.

Если буду молчать, лишь потому что не хочу становиться даже чуть-чуть похожими на них, то сладкий картофель победит.

Думаю, такими темпами квест выполнен, – малышка быстро огляделась по сторонам.

Однако никаких признаков появления окна уведомления не было.

Возможно, нужно выставить Клатиэ отсюда? – подумав об этом, девочка посмотрела на кузину и их взгляды тут же встретились.

Клатиэ пристально посмотрела на малышку и по её щекам потекли слёзы:

– Наша семья была так милостива к тебе, но ты не знаешь даже капли благодарности? Я знала, что ты такая, но не знала, что ты и правда настолько ужасна!

– Милостива?

– Да! Мой папочка кормил тебя, укладывал спать и заботился о тебе, когда тебя выбросили!

Это вызвало шок.

Даже знаю всё о том, как я жила, она серьёзно так думает? – разум малышки похолодел.

– Вместо того, чтобы выбрасывать засохший хлеб, который не дашь даже служанкам, вы отдавали его мне. Отдавали остатки мяса, которое вот-вот должно было испортиться, вместо того, чтобы выбросить его. Заставляли с благодарностью съедать его. Потому что даже подобное давалось мне не на регулярной основе.

Я не могла нормально есть, отдыхать и спать.

Мне приходилось жить, съёжившись в углу, всегда следя за тем, что думают другие.

Какая же это забота?

– Это было жестокое обращение.

– Жестокое обращение?! Как ты смеешь оскорблять мою семью? Если бы не мы, ты бы умерла от голода на улице! Как бы мало ты не знала, это всё равно––

– Ты права.

– Что?

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –