Фестиваль академии закончился, и в порту снова настали обычные деньки.

За завтраком Елизавета заявила: «Сегодня будет чаепитие!», потому Белфаст и Эдинбург убирали листья в саду.

— Уже похолодало, — прекратив работать, Эдинбург посмотрела на небо.

Белфаст тоже посмотрела и увидела, как низкие облака тянутся в направлении моря. Температура упала, и от воды поднимался пар, если пойти в порт, то на горизонте можно было увидеть лишь одни облака.

— Закончим до того, как руки замёрзнут, — опустив взгляд, Белфаст вернулась к уборке.

— Эй, Бел.

— Что? — скучающе, Эдинбург посмотрела на сестру. — Почему ты такая весёлая?

После её слов, девушка коснулась собственной щеки.

— Я выгляжу... Весёлой?

— Да, выглядишь. И убираешься будто в такт.

Похоже не замечавшая это Белфаст посмотрела на листву на земле и прекратила работу.

— И не только сегодня. Ты со дня фестиваля такая, — Эдинбург говорила это слегка неуверенно. — Хоть и... Не выиграла.

В последних словах ощущалась обида, а Белфаст посмотрела на сестру и задумалась.

В итоге победа досталась Союзу.

Грамота и трофей ушли к Сан-Диего, а она радостно крикнула «йей» и показала знак победы, и эта фотография до сих пор весит на доске в академии.

Елизавета и другие ничего не сказали по поводу выступления Белфаст. «Жаль конечно, но направление явно не ошибочное», — поблагодарила королева с заделом на следующий год.

— Тут для меня дело не в победе и поражении, — она посмотрела на собранные листья и вот тихо ответила Эдинбург. — Я смогла продемонстрировать там, что такое служанка... И рада тому, что сделала это как надо, не потеряв себя. Разве этого не достаточно?

— Не уверена, — тут же надулась сестра. — Бел, ты не хотела получить грамоту от командующего?

— Конечно хотела, — слегка смутившись, Белфаст улыбнулась. — Но то платье мне не шло. Я хотела показать обычную себя. Потому и довольна всем.

— Эгоистичная сестрёнка.

— Идеальная служанка в нужное время должна быть ужасно эгоистичной, сестра.

Как раз тут в саду послышались голоса.

Скоро начнётся чаепитие. Белфаст и Эдинбург закончили и встали перед большим и круглым столом.

— Используем Эрл Грей и купажированный цейлонский чай.

— Поняла. Бел, а ты будешь заваривать чай, вкладывая в него чувства?

— Конечно. «Становись вкуснее».

— Бел, Эди! Скоро уже будет готово?

Бел взялась за края юбки и низко поклонилась.

— Дамы, добро пожаловать...

Её реверанс и сегодня был так же прекрасен.