Прошло несколько дней с окончания фестиваля академии...

Окружённый с трёх сторон горами порт вернулся к повседневной жизни.

— Эх... — тяжело вздохнула Елизавета, разбиравшаяся с бумагами в своём кабинете. — Не признаю... Я просто не собираюсь это признавать...

— Ваше величество. Если не забудешь, это и на работе сказываться будет... — усмехнулась стоящая рядом Уорспайт, пока собирала подписанные документы.

— Так ведь это просто невозможно. В такой ситуации мы совершили настоящее чудо. Конечно благодаря Бел, но я ведь тоже старалась. И остальные. В отличие от того года, в этот раз мы старались как одна команда.

— Это... Да, думаю, всё так...

— Тогда почему не мы... А Железнокровные заняли первое место?! — разговор стал напряжённым, и Елизавета перешла на крик.

Всё верно, в состязании между лагерями победил по результатам голосования оркестр Железнокровных.

Бисмарк и сама удивилась этому не меньше остальных, но тут скорее уж дело было в затянувшемся перерыве.

За это время часть мест опустела, и потому голоса утекли к Железнокровным.

— Затянувшийся перерыв... Всё решил за нас.

— Ничего не поделаешь! Впечатляет уже то, что мы за сорок минут смогли со всем разобраться!

В порыве чувств девушка стукнула по столу, и гора документов засыпала саму Елизавету.

— Кья-а-а-а-а-а!

— В-ваше величество?!

Уорспайт подскочила, а сама Елизавета ушла от волны бумаг за стул.

— У... Да что ж такое...

Тут Елизавета увидела один листок.

— Что это? Уорспайт, не знаешь?

— Нет... Отправитель мне не знаком.

Но имя всё же вызывало чувство дежавю.

Получателем выступала Королева Елизавета в этом порту.

— Похоже прислали с главного острова Флота... — говоря, она сломала печать и стала читать.

И написано там было...

***— ... Передохнём немного, — сказала служанкам Белфаст, закончившая работу.

— Быстро мы... Ещё недавно, когда был фестиваль, мы едва что-то успевали, — сказала развалившаяся на столе Эдинбург. До этого она помогала Кент и Саффолк с садом и успела устать после непривычного физического труда.

— Скоро уже Хэллоуин, меньше месяца осталось, — сообщила малышка Бел, глядя в календарь.

— Oh, надеюсь, в этом году ничего странного не случится.

— Кент, вообще не стоит о таком говорить. Ты будто желаешь, чтобы что-то приключилось.

— К-кончено нет, скажешь тоже, Саффолк.

Саффолк стала хихикать, а Кент замахала руками.

— Хэллоуин... Что бы мне сделать? — проговорила Сириус, а Куракоа и Кэрлью одновременно кивнула.

— Ничего особенного. Отряд служанок как обычно будет готовить сладости, — спокойно сообщила Шеффилд, а Ньюкасл улыбнулась.

— Но мы не знаем, что может случиться, неизвестно, когда обыденность сменится чем-то необычным.

И тут дверь на кухню внезапно распахнулась.

— Бел! Срочные новости! — это были Елизавета и Уорспайт.

Видя взволнованных девушек, державшая чайник Белфаст круглыми глазами посмотрела на них:

— Что случилось, ваше величество?

— П-письмо... Письмо пришло... — тяжело дышавшая девушка держала письмо, а вместо неё продолжила говорить Уорспайт:

— Оно недавно пришло. Когда увидели имя отправителя, вначале даже не узнали.

Белфаст взяла его и достала из конверта письмо.

Развернув, она стала читать, и тут же поражённо проговорила:

— Не может быть...

— Ч-что такое Бел?! — сбоку посмотрела Эдинбург, после чего тоже громко закричала.

— Hey! Погодите. Я ничего не понимаю, но что-то случилось? — тут же поинтересовалась Кент, а Белфаст подняла голову и ответила:

— Оно от призрачной служанки.

Для всех на кухне это было шоком.

— ... Да. Мы сами удивились, когда прочитали, — спокойно заговорила Уорспайт, осмотрев всех. — Стало известно, что Флот ставит постановку о «призрачной служанке». Девушки переговаривались об этом в порту, и похоже весть дошла до главного острова Флота. Мы сами поняли, когда читать начали. Отправителем оказалась та же девушка, которая вела дневник, найденный Эребус.

— И... Что она написала? — спросила Саффолк, а Белфаст, глядя в письмо, ответила:

— ... Похоже она услышала о постановке. И решила написать.

В письме было написано продолжение дневника.

Вернувшись, она связалась с девушкой, которая стала моделью госпожи Рей. Она подверглась атаке, но использовала контроль повреждений и выжила, и теперь они вместе выполняют задания на главном острове Флота.

У всех отлегло от сердца, когда они узнали, что девушка в порядке.

«... С тех пор прошло уже много времени, и я удивилась, когда по моей книжке с картинками решили сделать постановку», — продолжала читать Бефласт: «Тогда я так и не закончила её и покинула порт. Я оставила всё, что не понадобится в заданиях и не жалела. Но и подумать не могла, что она вот так вернётся. Это вызвало много приятных чувств... Оставив книгу незаконченной... Я снова захотела написать счастливую концовку. Как служанка и боевой корабль я хочу подвести черту под тем счастливым и дорогим временем...

В письме она попросила прислать книжку с картинками ей.

— Есть и постскриптум, — сказала Белфаст и снова посмотрела в письмо.

«... Постскриптум.

Мне рассказали, что постановкой занимались её величество и одна великолепная служанка. Мне сказали, что сейчас отряд служанок Флота как одна большая семья.

Вы ведь включили и личные истории. Как и я когда-то, вы так же связаны крепкими узами.

Кухня для меня остаётся памятным местом. Надеюсь, что Флот так и остаётся местом, где все сыты и счастливы. До новых встреч...»

Когда дочитали до конца, Елизавета наконец восстановила дыхание и обратилась к Белфаст:

— Надо отправить книжку с картинками.

— Да... верно, — улыбнулась девушка.

Она была рада узнать, что у девушек всё хорошо.

— Пойдём в библиотеку, надо забрать книгу... Кстати, у Эребус дома остались дневник, кулон и чепчик. Надо и их заодно отправить.

Елизавета опустила руку, которой размахивала, и теперь заговорила малышка Бел:

— Хочется прочитать ещё раз.

— Да, услышав всё это... Мне тоже, — кивнула Эдинбург, сняла очки и вытерла глаза.

— Просто... Хнык... У-узнав, что они счастливы... У меня точно камень с плеч свалился...

— П-понимаю тебя... У-у.

— What?! С-Саффолк, ты тоже плачешь?! — посмотрев на Эдинбург и Саффолк, Кент начала паниковать, а наблюдавшие за ней Куракоа и Ньюкасл захихикали.

А бодрый голос Елизаветы развеял всю атмосферу.

— Отлично! Все, следуйте за мной! Сегодня после ужина я, королева, устрою чтение вслух! Наверняка наберётся много девочек, желающих послушать!

Тут к ней обратилась Уорспайт:

— Ваше величество. Если не добавить содержание письма, то у книги будет плохая концовка...

— Знаю я! Ладно, идёмте!

Все вместе они покинули кухню.

— ... Белфаст. Ты не идёшь? — с неохотой собиравшаяся выходить Шеффилд обратилась к оставшейся на кухне Белфаст.

— А, нет. Я проверю, что склад и кухня закрыты, и пойду.

— Вот как.

Не особо переживая, Шеффилд покинула кухню.

Оставшаяся одна девушка провела пальцем по столу.

Она прикоснулась к открытому окну, осмотрела полки с посудой, раковину и плиту.

— ... Кстати, когда я только прибыла, на этой кухне царил порядок, — тихо сказала она. — И, прочитав это письмо, я поняла... Ты заботилась и о плите, и об окне, и о столе, и о полках, обо всём здесь.

Белфаст взялась за юбку и поклонилась.

— Спасибо, призрачная служанка...

Она сделала реверанс, и через окно подул приятный ветерок.

Чёлку девушки стало трепать ветром, и она зашевелилась, точно лаская голову, а девушка улыбнулась.

Закрыв окно, а потом и дверь, Белфаст поспешила за остальными.

Настала вторая половина дня, в которую уже ощущался приход осени.