Она не смогла ничего сделать.

Она не исполнила свой долг.

И теперь она должна сделать всё, чтобы не допустить новых жертв.

— Охико ранил Ицусэ отравленной стрелой! Это небывалая удача!

Но как бы она ни желала, чтобы битва завершилась, накал страстей лишь нарастал.

— Нечего бояться Сану*! Когда он узнает о смерти Ицусэ, своего старшего брата, ему больше не захочется воевать!

— Пора добить его!

— Пора!

— Госпожа Тобэ, отдайте приказ о наступлении!

В воздухе пахло кровью.

Звякнула кандзаси в волосах, и Тобэ Нагуса открыла глаза. Даже прогоняющий злых духов звон украшения не мог победить тяжесть в её груди.

Её советники продолжали обсуждать стратегию в свете факелов и звёзд на ясном небе.

Сколько мирных жителей уже пострадало в этой битве? Сколько уже погибло?

Сколько слёз уже было пролито?

— Неужели нам нужна победа любой ценой?

Запах свежей крови, пролившейся на поле боя, так глубоко впитался в её тело, что она ощущала его до сих пор.

Не наивно ли надеяться, что вражеская армия сдастся и отступит?

— Кая, сестра моя… То есть нет, госпожа Тобэ Нагуса, почему вы боитесь?! Если их не остановить, они отберут не только земли Охико, но и владения Нэгоро, и всех остальных кланов!

Младший брат Тобэ Нагусы, её старший военный советник, постоянно настаивал на битве до победного конца. Он в штыки воспринял предложение Тобэ о переговорах со вражеской армией. Можно сказать, он действительно любил родную землю, но разве это правильно — решать все вопросы с помощью силы?

— Мы не можем закрыть глаза на это вторжение! Кто защитит эту землю, если не мы?! — укоризненный голос брата отозвался в сердце Тобэ.

Да, он прав, она должна защищать эту землю.

Давным-давно её предки переплыли море, мало-помалу освоили этот плодородный район и оставили его им в наследство. Благодаря прекрасным урожаям и обилию рыбы никто в их краю не голодал. В деревнях много детей, в том числе новорождённых. Есть старики, есть больные и немощные. Тобэ не могла приказать им бежать из обжитых мест и тем более пожертвовать собой.

Значит, остаётся лишь воевать?

Корона Тобэ Нагусы звякнула, будто задаваясь тем же вопросом. Этот чистый звон был неотделим от неё, правительницы и жрицы этих земель. Люди Нагусы считали этот звук благословенным обещанием мира и процветания. И он должен им оставаться.

— Вероятно, враги вновь попытаются переплыть реку и напасть на нас, — заявил ещё один мужчина, полностью разделявший воинственный настрой брата Тобэ. — Однако люди Охико уже заняли ближний берег, поэтому им придётся поплыть дальше, высадиться на следующем побережье и занять гору Нагуса.

Мораль и боевой дух присутствующих (кроме Тобэ Нагусы) росли на глазах.

— Выкосить захватчиков! Догнать и растерзать! Нагуса — наша земля! — закричали воины, поднимая копья.

Пламя факелов вспыхнуло ярче, словно отвечая им. Тобэ Нагуса отвела взгляд от пляшущих языков огня и почувствовала, как растворяется в молчаливом покрове ночи.