В эпоху Мэйдзи в Осаке состоялась внутригосударственная промышленная выставка. После её окончания место проведения выставки назвали Синсэкай* и построили там башню Цутэнкаку и парк развлечений. Главной особенностью парка была канатная дорога, которая соединяла Цутэнкаку и ещё одну башню под названием Вайт Тауэр. Однако уже через десять лет парк развлечений закрылся, а Цутэнкаку после пожара разобрали на металлолом, который во время Второй мировой войны пошёл в дело. Поэтому нынешняя башня Цутэнкаку — на самом деле вторая.

— Да-а... это, конечно, Осака-преосака, — проникновенно обронил Ёсихико, делая первые шаги по территории Синсэкая.

Они только что сошли на станции Син-имамия и теперь шли к Цутэнкаку от улицы Сакайсудзи. Выложенная плиткой дорога вела на север прямо к башне, а вдоль неё тянулись ряды ларьков с шашлыками, окономияки* и прочие заведения, прославившие Осаку. Они не стеснялись рекламировать себя самыми яркими цветами и подсвечивать фонарями свои девизы и меню. Виднелся огромный монумент с ползущим Билли Кэном — официальным символом Цутэнкаку и ещё одним богом удачи — над головой парил воздушный змей в виде рыбы фугу, с обеих сторон улицы доносились кричалки, звавшие прохожих в кафе. По улицам гуляли как иностранцы, так и местная молодёжь, и в целом толпа была довольно плотной.

— Скажите, у вас сегодня много посетителей? — спросил Ёсихико у первого попавшегося работника кафе, скандировавшего кричалки.

— Ага, целая толпа. Редко когда столько набирается в такой час.

С этими словами молодой зазывала указал на меню и обольстительно предложил зайти на свиной шашлык. Ёсихико вежливо отказался и вздохнул. Судя по всему, Хируко-но-оками действительно рядом.

— Ёсихико! Ёсихико! Что такое «шашлык»?! И к чему тут надпись «у нас надкусанное не макают»*?!

Как и стоило ожидать, у Когане разыгрался аппетит, и он вовсю носился между заведений, возбуждённо задавая всевозможные вопросы. У Ёсихико виляющий золотистый хвост вызывал раздражение. Нужно поскорее уйти в другое место, пока Когане не начал клянчить еду.

— Кстати, Ёсихико, в рурубу* было сказано, что в Осаке нужно обязательно попробовать такояки. Ты должен их купить.

— Нам сейчас не до этого!

Ну почему лис только в такие минуты говорит прямо и по делу? Прикрикнув на пушистого наглеца под ногами, Ёсихико повернулся к Хоноке.

— Только не отставай, хорошо? Можешь за меня держаться, если надо.

Конечно, в эти места иногда водят школьные экскурсии, но обычно старшеклассницы обходят эту улицу стороной. В особенности из-за обилия баров и подвыпивших прохожих.

— Хорошо… — коротко ответила Хонока и робко прижалась к Ёсихико.

Он ещё сильнеее осознал, насколько нежна и бледна её кожа. Вспомнились слова, которые сказал Котаро в океанариуме, и Ёсихико смущённо отвёл взгляд. Конечно, он не делал ничего предосудительного, но всё равно стеснялся.

Когда отряд из людей и богов подошёл к основанию Цутэнкаку, Ёсихико ещё раз осмотрел достопримечательность, которая наверняка стала очередной остановкой на пути Хируко-но-оками.

— Если он дошёл досюда, то наверняка поднялся наверх…

Бог, который с таким наслаждением катался на карусели Снупи в USJ, не мог обойти стороной обзорную площадку у вершины башни.

— Видимо, нам тоже придётся подняться… — прошептала Хонока, ещё раз проверяя приложение.

Оно по-прежнему предупреждало о пробках в окрестностях Цутэнкаку. Значит, бог до сих пор не ушёл.

Ёсихико вздохнул. Он не ожидал, что ему придётся посетить Цутэнкаку. Неоновые огни башни пока ещё не зажгли, но даже белая и блеклая эта башня производила сильное впечатление. Цутэнкаку возвышалась над городским шоссе, будто колосс на четырёх стальных ногах. У здания с табличкой «вход на смотровую площадку» уже выстроилась длинная очередь, которая доказывала, что Хируко-но-оками скорее всего наверху.

— Вряд ли они нас пропустят, если мы скажем, что разыскиваем бога… — Ёсихико горестно вздохнул, глядя на очередь, которая тянулась от входа в Цутэнкаку и до ларьков с шашлыками.

Хотелось бы, конечно, чтобы боги воспользовались своей силой и помогли им в один прыжок добраться до смотровой площадки, но божественный конь бил копытом землю и без конца бормотал о том, что ничем не хуже Снупи, а божественный лис уселся напротив ларька с уличной едой. Поскольку помощи от них ждать не приходилось, Ёсихико и Хонока покорно встали в конец очереди.

— Ты когда-нибудь был на Цутэнкаку, Ёсихико?.. — неуверенно спросила Хонока, пока они стояли в невозможно медленной очереди.

От пронзительного взгляда девушки Ёсихико начинал нервничать, хоть и не строил никаких планов в отношении неё.

— Один раз, ещё в школе. Вроде бы купил брелок для ключей с Билли Кэном.

Ёсихико сложил руки на груди, вспоминая свой прошлый поход. На смотровой площадке стоит статуя Билли Кэна, давно уже ставшего символом района благодаря забавной заострённой голове и прищуренным глазам.

— А ты, Хонока?

— Я нет, я сегодня впервый раз… — ответила Хонока с лёгким волнением в голосе.

— О, правда?

Хотя она ведь старшеклассница, так что далеко от дома бывает разве что на школьных экскурсиях и семейных поездках. В конце концов, даже поездка на поезде стоит отнюдь не дёшево.

— Ты прости, что я тебя так далеко вытащил…

Может, стоило отказаться от её компании? Но Хонока замотала головой в ответ на торопливые извинения Ёсихико.

— Я сама сказала, что хочу помочь! И мне…

Хонока убрала волосы за уши и опустила взгляд словно выбирая слова. Обнажились тонкая шея и милые уши. Наконец, девушка подняла голову и старательно улыбнулась.

— Нравится… когда от меня есть польза.

Ёсихико положил руку на грудь, словно слова поразили его в сердце. Он заставил себя успокоиться и медленно — чтобы не вызывать подозрений — отвести взгляд от Хоноки. Ёсихико пытался рассуждать хладнокровно и посмеивался над собой — неужели всего одна улыбка красотки способна довести его до такого состояния?

На самом деле поведение Хонока стало намного мягче, чем раньше. Хотя между ними не было прямых отношений, девушка стала гораздо чаще участвовать в заказах. Скорее всего, ей не хотелось, чтобы её небесноглазие простаивало без дела, а помощь лакею в её понимании означала помощь богам. Она уже несколько раз давала полезные советы и делала правильные вещи. Ёсихико снова взглянул на девушку рядом. Пожалуй, слишком дерзко говорить о том, что она восхищается лакеем, но хорошо хоть, что страдавшая от одиночества Хонока теперь хоть как-то знакомится с красотами мира.

— Ёсихико, — Когане наконец-то понял, что завистливо смотреть на людей у ларьков с такояки совершенно бесполезно, и подошёл к лакею. — Ты заметил, что многие люди уходят из очереди?

— Что? А, и правда.

Ёсихико так увлёкся разговором с Хонокой, что не заметил, как впереди многие люди покидали очередь, словно потеряв надежду попасть в башню.

— Ой… и сзади тоже… — обронила Хонока.

Обернувшись, Ёсихико увидел, что и за его спиной люди начали как по команде расходиться.

— Это значит, мы уже скоро попадём внутрь! — воодушевился Мацуба, перестав отрабатывать удары по мнимому врагу и подбежав к лакею.

— Может, и попадём… но разве так должно быть? — задумался Ёсихико, глядя на быстро редеющую толпу и приближающийся вход.

Разве может толпа так быстро забросить очередь? Причём почти одновременно, будто команде?

— Что, если… — Хонока посмотрела на башню. — Хируко-но-оками только что ушёл?

Ёсихико нахмурился, понимая, что девушка скорее всего права. Из-за плотной толпы они не увидели выходящего из башни бога, но других объяснений на ум не приходило.

— То есть, господи Хируко-но-оками сейчас где-то рядом?! — спросил Мацуба и тут же умчался, выкрикивая имя бога.

— А, Мацуба, стой!

Ёсихико бросился вслед за конём, cбежавшим в сторону заведений общепита. Если вокруг Хируко-но-оками постоянно собираются толпы, достаточно просто найти самое людное место в округе. Ёсихико оценивающе посмотрел по сторонам. Людей возле кафе и ларьков по-прежнемы было хоть отбавляй — значит, Хируко-но-оками после башни действительно пришёл сюда. Может, даже зашёл куда-нибудь.

— Предлагаю по очереди заходить во все заведения, перед которыми есть очереди. Возможно, он присел где-нибудь поесть, — предложил Ёсихико, кое-как остановив разбушевавшегося коня.

Не самый простой способ найти бога, зато надёжный.

— Поскольку других вариантов нет, я помогу вам в поисках, — с наигранным вздохом произнёс Когане и уже в следующую секунду алчно сверкнул глазами.

Кажется, в уголках его рта даже заблестела слюна.

— Ёсихико, вы ходите вдвоём с небесноглазой, а мы с Мацубой. Вперёд!

Не успел Ёсихико и слова вставить, как Когане с Мацубой резво растворились в толпе.

— Готов поспорить… он просто хочет есть… — пробормотал Ёсихико, ощущая приступ бессилия.

Лисий хвост уже скрылся с глаз. Наверное, надо было покормить Когане, пока была возможность.

— Ладно, он всё-таки бог. Надеюсь, он не станет мешать людям… — пробормотал Ёсихико самому себе и постарался сосредоточиться.

Непонятно, почему он вообще столько думает о вкусовых пристрастиях лиса, ведь тот ему даже не питомец. Более того, богам ведь не обязательно есть. И раз так, как Когане умудрился стать таким обжорой?

— Ладно, Хонока, пошли, — сказал Ёсихико, уже чувствуя себя вымотанным, и вдруг заметил, что девушка увлечённо смотрит в другую сторону. — Хонока?

— А, да!.. — Хонока чуть не подпрыгнула на месте, на этот раз расслышав.

— Ты что, заметила Хируко-но-оками?

— А, нет, просто обозналась… — Хонока слегка улыбнулась, нервно бегая глазами.

Ёсихико с помощью Хоноки изучил все заведения с очередями, но Хируко-но-оками нигде не было. Они обошли многочисленные ларьки с шашлыками, удоном и суси, даже на всякий случай осмотрели кафе с северной стороны Цутэнкаку и более специфичные заведения вроде моцунабэ и окономияки*, но нигде среди посетителей не было мужчины в броском кимоно. Все сотрудники тоже отвечали, что не видели никого похожего.

— Ну, если бы он к ним приходил, они бы его точно запомнили… — пробормотал Ёсихико, возвращаясь к южной стороне Цутэнкаку.

Они остановились возле магазина, который уже давно мозолил глаз лакея. Именно перед ним была самая длинная очередь, но Ёсихико всё это время полагал, что уж здесь-то бога точно не будет. Однако теперь других вариантов не оставалось.

— Тебя тоже дорога привела сюда? — раздался голос Когане, появившегося из толпы людей вместе с Мацубой.

— Как у вас успехи? — спросил Ёсихико, стоя перед заведением рядом с Хонокой. — И что ты успел съесть?

Лис постарался изобразить недоумение, хотя вся его пасть была вымазана каким-то соусом.

— Я ничего не ел! Это всего лишь грязь!

Когане тщательно облизал себя, уничтожая улики. Ёсихико сомневался, что грязь может так приятно пахнуть.

— Господин лакей, мы искали как могли, но не обнаружили никаких зацепок, — отчитался Мацуба.

— Так я и думал. Нам тоже нечего добавить, — Ёсихико похлопал приунывшего Мацубу по спине и показал на последнее заведение. — Я полагал, что тут мы его точно не найдём, но…

Заведение с названием «Эбису» было рестораном, совмещающим шашлычную и тэппанъяки*. Над входом красовался огромный Эбису из папье-маше, перед входом стоял мешок риса с сидящим на нём Эбису, с двери свисали грабли с головой Эбису — в общем, полный комплект экстремальной безвкусицы, которой так славится Осака.

— Я думал, он не решится войти в заведение, которое так рекламирует себя его лицом…

Тем более, что оно было названо в его честь. Если бы Ёсихико наткнулся на ресторан «Ёсихико», весь обклеенный его фотографиями, он бы предпочёл убежать от него как можно быстрее.

— Мне бы тоже было неловко… — тихо поделилась Хонока своим мнением.

Пожалуй, их бы поддержал любой здравомыслящий человек.

— Но ведь других заведений не осталось, не так ли? — напомнил Когане, с интересом поглядывая на ресторан.

— Вообще-то да… Но я надеюсь, мы его там не найдём…

Или это всего лишь человеческое малодушие Ёсихико? Боги привыкли к почитанию, так что такое заведение может быть для них в порядке вещей.

Но как только эта мысль посетила голову лакея, открылись автоматические двери заведения. Изнутри раздался хор голосов сотрудников, провожающих посетителя, следом вышел сам посетитель в ярком кимоно с нарисованными рыбами.

— Спасибо, что накормили! — ответил упитанный мужчина с узнаваемыми большими ушами и обвисшим подбородком.

Ёсихико сжал пальцами переносицу, охваченный сложными чувствами.

— Господин Хируко-но-оками! — закричал в слезах Мацуба, словно не видел бога уже долгие годы.