Слуга бесшумно удалился, словно призрак, а Раха перевела взгляд на Шеда. Его прежнее выражение не исчезло с её памяти, лицо, застывшее в тот миг, когда он увидел её в объятиях Карзена, его губы на её шее.

Раха не шутила, когда сказала Карзену, что он больше не имеет права к ней прикасаться.

Но даже в самых смелых фантазиях она не могла представить, что Шед подойдёт к Карзену прямо на глазах у всех и вырвет её из его объятий...

Сохраняя привычную улыбку, Раха заговорила:

«Прошу, отпусти меня.»

Шед взглянул на неё. Его руки, обвившие её тело, не шелохнулись. Рука Рахи, сжавшая запястье Шеда, дрогнула, но она не повторила свою просьбу. В этом не было нужды.

Он крепко сжал её ладонь, а затем, не отрывая взгляда, медленно разжал пальцы.

Раха, вероятно, и не догадывалась: [если бы он захотел, он бы отпустил, а если нет…Что тогда значило её молчание? Неужели она не станет настаивать? Он не собирался ей объяснять.] Слабость была несвойственна Рахе.

Сдерживая бушующие чувства, она лишь мягко улыбнулась Шеду и выпрямилась, выскользнув из его объятий. Обернувшись к Карзену, она подумала, что до прихода Джамелы ему стоит положить все подогретые грелки на кресло.

«Я приведу леди Джамелу, Карзен.»

Её голос звучал ласково и спокойно. Как будто всё это не имело значения, ни её побег, ни возможные смерти в этом зале, ни кровь, которая могла пролиться. С безмятежным видом она быстро удалилась. Последовала короткая, напряжённая тишина. Карзен тяжело опустился в кресло.

Когда принцесса ушла, атмосфера застыла, будто её окатило леденящим холодом. Даже дирижёр, стоявший на помосте, уловил это. Его палочка слегка дрожала. У него было смутное предчувствие: если он допустит хотя бы малейшую ошибку, вся оркестровая группа будет казнена.

И всё же, концерт, совершенный как никогда прежде, заставил пустые залы плакать.

«Милорд.» - произнёс Карзен.

«Как тебе было в роли постельного раба? Наслаждался?»

«Да.»

«И как?»

«Настолько, что я решил сделать отдельное подношение Его Величеству.» - ответил Шед, даже не взглянув на Карзена. «Это отвечает на ваш вопрос?»

Пальцы Карзена слегка дёрнулись на подлокотнике.

«Да уж.» - усмехнулся он. Его взгляд был ледяным. «Достаточно.»

Наступила тишина.

Император и Шед больше не произнесли ни слова, до самого конца затянувшегося выступления.

***

«Музыканты, кажется, сильно нервничали из-за выступления перед Его Величеством.» - заметила Джамела.

Раха кивнула с лёгкой улыбкой:

«Да, так и есть.»

Выступление было безупречным, восхитительным. Но проблемы начались после - один из музыкантов, вставая со своего места, пошатнулся и упал на пол. Потерял сознание. В зале вспыхнул лёгкий переполох.

«Придётся менять весь оркестр?» - озабоченно спросила Джамела.

«…»

Плечи дирижёра вздрогнули.

С момента национальной свадьбы Императора до будущего бракосочетания принцессы именно этот оркестр отвечал за главные церемонии. [Сегодня было пробное выступление. Что же случится, если кто-то из них рухнет в обморок во время самой свадьбы?]

Раха взглянула на место, где упал музыкант.

«Вероятно, он просто переволновался. Я не думаю, что их нужно менять.»

«Возможно, вы прави...»

Джамела понимала, насколько трудно каждый раз находить достойную замену музыкантам. Дирижёр, всё это время слушавший разговор, затаив дыхание, тихо вздохнул с облегчением. Его руки, сложенные перед принцессой и будущей Императрицей, были покрыты холодным потом.

Раха заметила, как он подрагивал, дрожь проходила даже по плечам.

[Почему музыкант потерял сознание? Наверное, он слишком сильно впечатлился, увидев, как Карзен посадил её к себе на колени. Их головы наверняка были полны мыслей: откуда между братом и сестрой такая напряжённость, почти чувственная? Как такое возможно? Почему?]

Им никто не объяснил.

А затем появился Шед, и вырвал принцессу из объятий Императора.

[Это, безусловно, шокировало музыкантов. Все в зале знали, насколько натянуты отношения между Шедом и Карзеном. И невозможно было предположить, что оркестр оставался в неведении.]

[В итоге, несмотря на потрясение и внутренний страх, они всё же сыграли. И сыграли безупречно. Что само по себе доказывало высокий уровень мастерства.]

Именно поэтому, в отличие от Джамелы, Раха была склонна дать этому оркестру весьма щедрую оценку.

«Но мне нужно будет послушать их ещё раз.» - обратилась она к дирижёру. «Проблематично будет сыграть танцевальную пьесу, если одного-двух музыкантов не хватит?»

«Н-никак нет, Принцесса!»

«Сколько минимум нужно людей?»

«Если простая танцевальная тема...тогда пятеро. Хотя нет, четверо…Даже трое!»

«Принцесса.» - вмешалась Джамела, чуть нахмурившись. «Может, устроим скромное чаепитие после ужина? Пока остальные дворяне ещё на месте, можно будет снова их послушать.»

«Почему бы и нет.»

Пока Раха и Джамела разговаривали с дирижёром, в зале за широкими дверями уже спешно готовили ужин.

От недавнего конфликта между Шедом и Карзеном не осталось и следа. Высшая знать, приглашённая на вечер, наслаждалась прекрасной музыкой и вела беседу за ужином с изысканностью.

Император выглядел серьёзным и сдержанным, но он всегда был таким, ничего необычного. А принцесса, казалось, была в особенно хорошем настроении, и Джамела посчитала это за добрый знак.

Ужин прошёл в приятной атмосфере. Ни один из дворян не отказался остаться на чаепитие. Хоть рассадка и была временной, она вышла весьма удачной, по какой-то причине всё напоминало праздничный банкет после свадьбы.

Раха, подготовив всё вместе с Джамелой, проверила детали и направилась туда, где сидел Шед. Он занимал почётное место, как и подобает жениху принцессы, и лакей уже подал ему чай.

«Как тебе чай?»

«Хороший.»

«Ты в порядке?»

Раха слегка склонила голову. Лакей налил чай и ей.

«Какой сорт тебе по вкусу? Я могу попросить принести другой.»

Шед поднял глаза и коротким жестом отпустил слугу.

«Всё подойдёт.»

«Правда?»

Раха вдруг поняла, что толком не знает вкусов Шеда. [Он ел всё, что ей нравилось, носил одежду, которую она выбирала. Может, потому что он был рыцарем?]

[Но даже как наследник богатого и могущественного Королевства, Шед не выражал предпочтений.]

Зато он очень любил ночи с ней.

Раха села рядом, потягивая чай. Оркестр, видимо, исполнял всё, что им сказал дирижёр, с особым усердием. Музыка звучала невероятно ярко. Раха невольно усмехнулась. [Люди способны на многое, чтобы выжить. И разве не она была лучшим тому доказательством?]

[Такой уровень, пожалуй, удовлетворит леди Джамелу.]

Неожиданно у её губ появился ярко-красный плод.

Клубника мягко коснулась её губ.

Раха смущённо повернула голову в сторону. Шед внимательно смотрел на неё.

«Открой рот.»

И как раз в этот момент Раха подчинилась. Клубника быстро скользнула ей в рот. Она медленно надкусила плод. Кисло-сладкий вкус разлился по языку, мелкие зёрнышки хрустели, словно были притрушены сахаром.

Не успела она проглотить, как перед ней уже появилась следующая ягода. Шед снова кормил её. Раха осторожно огляделась.

В зале сейчас было более двадцати столов. За каждым сидели по два-три человека, все рассажены в строгом соответствии с рангом. Конечно, это не был грандиозный пир, но все присутствующие, представители высшей знати, образованные, обладающие безупречными манерами, жемчужно сверкающие в обществе.

Несомненно, кто-то из них заметил, как Шед кормит её клубникой. Особенно те, кто сидел за соседними столиками. Но ни один из них не посмотрел в их сторону. Поразительно, с какой природной грацией они делали вид, что ничего не происходит, хотя всё видели…

Но продолжать эту детскую игру бесконечно было невозможно. Раха замедлила движение челюстей. И когда музыка затихла, вместо того чтобы открыть рот, она легко перехватила руку Шеда.

Тот и не подумал остановиться, хотя её жест явно означал: «Хватит». Раха внимательно посмотрела на него. Но Шед вновь поднёс ягоду к её губам, в этом жесте было гораздо больше нежности, чем простое желание накормить.

Она молча приняла клубнику. А Шед, улыбаясь, спокойно отправил в рот оставшуюся часть ягоды.

«Я уже поела.» - мягко сказала Раха, слегка понижая голос.

«Сколько?»

«Довольно много за ужином. Почему ты так настойчиво меня кормишь?»

«Ты ешь слишком мало. Если не хочешь съедать целую ягоду, откусывай только верхушку.»

Брови Рахи сдвинулись.

«Это ведь так детей кормят?»

«Это у Дело так?»

«Дело…Ах, да.»

Раха спросила:

«А в Хильдесе как?»

На губах Шеда появилась лёгкая, едва заметная улыбка.

«В Хильдесе, так же.»