Раха посоветовалась с графом Пальцем и из двадцати платьев выбрала шесть. Впрочем, окончательное решение следовало бы принять с герцогом Эстером, ведь он стоял на вершине иерархии герцогов…Но герцог сейчас отсутствовал.

Да и откровенно говоря, Рахе было не по себе от идеи обсуждать это наедине с герцогом, так что нынешняя ситуация казалась даже предпочтительнее.

«Пожалуйста, сделайте эскизы выбранных мною платьев и принесите их с собой. Мне нужно показать их леди Джамеле.»

«Да, Ваше Высочество. Отличная мысль. Уверен, леди будет тронута вашей внимательностью.»

Разумеется, окончательный выбор будет за отделом Одежды. Как и сказал граф, это была скорее маленькая уступка со стороны Рахи. [Если бы Джамеле особенно понравился какой-то фасон, она, возможно, сказала бы портному пару слов.]

[Выходит, она выходит замуж за такого человека…]

Раха была знакома с Джамелой уже давно, общались, здоровались. Но она и представить не могла, что та собирается стать женой безумца по имени Карзен. Тем не менее, с того момента как они стали чаще пересекаться, Раха чувствовала к ней странное, едва уловимое родство.

«Я позволю молодой леди самой выбрать вечернее платье. Мне останется лишь подобрать наряд для Его Величества.»

«Ах, принцесса, вам нужно выбрать ещё один костюм. Разве Его Светлость не будет присутствовать на приёме?»

Раха моргнула, услышав слова графа. Точно, ей нужно подготовить костюм для Шеда, подходящий к её собственному платью.

«В таком случае…мне сначала нужно выбрать своё платье.» - сказала она.

«Разумеется, Ваше Высочество. Я сейчас же покажу его вам.»

«…?»

Граф Пальц дважды тихо хлопнул в ладоши, и слуга из отдела одежды внёс ещё одно платье. Оно было выставлено на манекене, так же, как и наряд для Джамелы.

Платье с длинными складками, ниспадающими сзади, с первого взгляда выглядело очень дорогим.

«Это то, в чём я должна быть?»

«Да, Ваше Высочество. Точнее говоря, это единственное.»

«Единственное?» - удивилась Раха. «Почему?»

Граф подошёл ближе к платью.

«Это вы его выбрали?»

«Я уже слишком стар, чтобы понимать вкусы молодёжи. Его выбрал Его Светлость.»

Взгляд Рахи приклеился к платью.

«Его Светлость?»

«Да, Ваше Высочество.»

«Когда…?»

Граф рассмеялся.

«Несколько дней назад. Пока вы с леди Джамелой были во дворце, я зашёл к вам в покои.»

Граф Пальц всегда был одним из тех старых аристократов, кто искренне сочувствовал Рахе. Поэтому, когда у неё появился достойный с политической точки зрения жених, он испытал тихое облегчение. Ему ещё не удалось как следует разузнать о нём, ведь Шед так ни разу и не появился официально.

[А, тот тем временем вёл себя как хозяин. Сидел непринуждённо, будто у себя дома. Вокруг царила уверенность. Даже служанки чувствовали себя спокойно, значит, Его Светлость не причинял вреда людям Рахи.] Графу показалось, что он вполне может удержать такую линию поведения.

«Я собирался показать принцессе платья, но её не было. Зато в комнате находился Его Светлость. Я показал платья ему, но ни одно ему не понравилось.»

«Мне об этом никто не говорил…»

«Похоже, да.»

Рахе стало немного обидно. Никто ничего не сказал, даже Шед. Мысль возникла сама собой:

«А чем это платье отличается от остальных? Почему он выбрал именно его?»

«Он не выбирал. Он его привёз…»

«…что?»

Граф мягко улыбнулся. Он обошёл платье сзади. Раха, моргнув, пошла за ним.

Платье сзади украшал накидочный шлейф, вышитый незнакомым узором. В памяти Рахи всплыли знания, которые она не раз систематизировала в уме.

Это был Королевский герб Хильдеса.

«Насколько мне известно, Его Светлость привёз это платье с собой из Хильдеса.»

«…Правда?»

«Да. Он сказал, что ему не понравилось то, что я подготовил, и передал мне это.»

Раха онемела.

[Платье, привезённое Шедом из того богатого Королевства, было по-настоящему роскошным. Конечно, Раха и прежде носила только дорогие наряды. Может, Шед, наблюдая за ней всё это время, пока был "куклой", запомнил, какие платья она предпочитает?]

Она протянула руку и коснулась ткани. Материя мягко струилась между пальцами, без малейшей жёсткости. Кремовый шёлк высочайшего качества. Длинная задняя часть напоминала мантии учёных, придавая образу интеллектуальную утончённость.

Но в глазах Рахи это платье выглядело иначе. Это был не просто наряд, это был тёплый плащ. Внезапно она вспомнила, как когда-то давно Шед сказал ей: «Одевайся теплее.»

В груди что-то дрогнуло. Какая-то неясная, но тёплая эмоция ворвалась в сердце. Она посмотрела на улыбающегося графа. Рука, блуждавшая по ткани, наконец, опустилась.

«Почему вы так улыбаетесь?»

«Старикам нравится мягкая весна.»

«Придётся устроить весенний вечер в вашу честь, граф.»

«Я польщён, Ваше Высочество.»

«Конечно.»

Раха сменилa тему:

«Костюм для Его Светлости должен быть в тон этому платью, такого же кремового цвета. На воротнике вышить узор Дельхарсы серебряной нитью. В отдел идти не нужно, просто пригласите Имперского модельера. Этого будет достаточно.»

«Да, Ваше Императорское Высочество. Прекрасное решение.»

Граф Пальц ответил тёплым голосом. Он делал пометки и между делом рассказал о придворном концерте, который должен был состояться следующим вечером. Он притворился, будто ничего не замечает, хотя прекрасно видел, как взгляд Рахи вновь и вновь возвращается к тому платью.

***

На следующий день.

«Где принцесса?» - раздался голос.

Прислужники Императорского дворца поспешно склонили головы, скрывая тревогу. Карзен прибыл на встречу с Рахой на два часа раньше обещанного времени.

«Её Высочество сейчас в покоях с Его Высочеством.» - почтительно ответила служанка.

«Веди.»

«Да, Ваше Величество.»

Карзен шагал широкими шагами, а горничная почти бежала впереди, указывая путь.

Дворец принцессы, и без того утопающий в роскоши, сейчас напоминал муравейник: повсюду стояли коробки и сундуки. Герцог Уинстон навещал Раху каждый день, принося с собой украшения, ткани, обувь, шляпки, ленты и кружева.

Новый дворец, построенный Карзеном для больной Рахи, был поистине огромен. В нём было столько комнат, что их пришлось делить на отдельные помещения для разных нужд. Только гардероб состоял из более чем десяти комнат. Раха не была простой женщиной, несмотря на свой титул, и Карзен был вполне доволен тем, что она с головой ушла в мир роскоши и изысканных нарядов.

Внутри гардеробной, где хранились вещи, не уступающие по ценности сокровищам Императора, находился ещё один ряд комнат. Вход туда был завешан тяжёлыми шторами вместо дверей.

Горничная уже хотела было объявить о прибытии Императора, но Карзен жестом остановил её. Шторы у входа были чуть приоткрыты, и сквозь щель он смог разглядеть, что происходит внутри.

Он молча смотрел.

Раха находилась в обществе ненавистного брата Короля Хильдеса. Карзен стоял, не двигаясь, и тихо вздохнул. Они о чём-то разговаривали. [Вряд ли это был серьёзный разговор, при обсуждении важных дел у входа обязательно дежурили бы стражники.]

Раха стояла немного поодаль, но близко, и легко провела руками по плечам мужчины. Затем она поцеловала его в шею и рассмеялась.

[Разве она могла смеяться вот так?]

Карзен не знал.

[Примеряли ли они наряды?] Его губы скривились в горькой усмешке, когда он увидел, как Раха прижимается к своему «королевскому» спутнику. А глаза его в этот момент были холодны, как зимняя стужа.

Он резко повернулся и вышел. И тут столкнулся с герцогом Уинстоном, который, судя по всему, только что прибыл.

«Ваше Величество, Вы здесь...принцесса...?»

Но герцог не успел договорить. Его слова повисли в воздухе, на лице Карзена было что-то недоброе. Ледяные, серые глаза скользнули по ящику с розами, который нёс за ним слуга.

«Это для Королевского господина?»

«Да...да, Ваше Величество.»

«Передай их немедленно.»

Карзен вновь пошёл вперёд, не удостоив герцога больше ни словом, ни взглядом. Его лицо оставалось каменным, а герцог Уинстон только растерянно стоял на месте.

Он был человеком слова. Всё, что он произнёс на Большом совете, он воспринимал всерьёз. Он был по-настоящему поглощён подготовкой к браку Рахи. И, надо признать, подошёл к этому чересчур рьяно.

Посол из Хильдеса всё равно должен был прибыть, в этом не было сомнений. Не стоило поднимать шума. Но перспектива стать отцом Императрицы и тестем Императора кружила голову.

Это было даже забавно.

В истории Дело можно было по пальцам пересчитать случаи, когда дочь герцога становилась Императрицей. Обычно титул Императрицы доставался представительницам Императорских семей.

Императорам Дело не требовалась поддержка извне. Их признание как наследников Богов и поддержка мудрейших обеспечивали им полную власть. Поэтому Императрицы выбирались исключительно по желанию самих монархов.

Проще говоря, Император ожидал безусловного повиновения. А отец будущей Императрицы был всего лишь герцог.

Вот почему Карзен иногда вспоминал о Рахе с досадой. [Она отняла у него то, что он считал своим по праву рождения. Сначала - Джамела Уинстон. Теперь - и сам герцог Уинстон.]

Карзен усмехнулся. [Ещё в прошлом году никто даже не осмеливался упоминать о браке Рахи в его присутствии.]

[А, теперь, говорят об этом открыто, обыденно. И это обыденное в них особенно раздражало.]