– Это просто возмутительно, – пробормотал маркиз.

Он присмотрелся как следует — запястье рыцаря было разодрано почти в ничто. В тот момент, когда меч поднялся над высокомерным рабом, тот полоснул своего противника по запястью мечом.

В этом ударе была чудовищная сила, совсем не такая, какой славятся обычные рыцари. Это был удар, который никак нельзя было остановить — словно противника вбили в землю без возможности подняться. Ни секунды на размышления и защиту.

Но дуэль закончилась слишком быстро.

Капитан имперской гвардии слепо схватился за свое запястье, полностью дезориентированный. Шед коротко взглянул на него, а после бросил меч, чью рукоять продолжал крепко держать, на пол.

Именно тогда маркиз запаниковал.

Раб схватил капитана гвардии за грудки — лишь одно мгновение, и — бам! Мужчина ударил все еще несобранного, потерянного рыцаря кулаком в лицо. Хлынула кровь, и глаза гвардейца на мгновение закрылись.

– Что! – крикнул маркиз, на шее которого вздулась вена.

Шед, с глухим стуком откинув шатающегося рыцаря на пол, поднял брошенный ранее меч. Капитан гвардии не смог самостоятельно встать.

Раб несколько минут смотрел на его слабые потуги, а после немного поклонился — в рыцарской манере, с выверенными движениями. Именно так заканчивался и начинался каждый поединок между двумя рыцарями.

Он легко подхватил Золотую диагональ, которую слуга положил до этого на стол в центре зала. Все молчали; никто не мог найти в себе сил открыть рот. Маркиз в особенности.

Шед спокойно спросил, подходя к мужчине:

– Теперь вы довольны?

– … – тот не смог ничего ответить. Казалось, словно его рот был заморожен — даже нормального вдоха не сделать.

Маркиз оглянулся на Раху — та стояла рядом с ним и лишь молча моргала. Было похоже, что она тоже была удивлена.

На краткое мгновение на лице Шеда показалась слабая улыбка:

– Я выиграл, госпожа.

– …Ах, – принцесса, ранее очарованная изяществом, силой — такими, которые ей никогда в жизни не доводилось видеть, рассмеялась, – Это было великолепно. Поздравляю.

***

Естественно, как только они покинули территорию зала, рядом с ними возникли имперские гвардейцы. Конечно, их было не так много, как при наличии Карзена во дворце, но каждый раз в отсутствие императора они тщательно оберегали Раху.

Если быть точнее, следили и не выпускали из виду.

– Принцесса, позвольте проводить вас во дворец, – смиренно склонил голову командир гвардии в ожидании указаний.

Раха была готова рассмеяться — на нее это накатывало каждый раз.

Какой командир не отправиться за своим императорам на дальний выезд? Этот, этот не отправится — будет настойчиво держаться подле девушки.

Интересно, что бы он сделал, если бы раб обезглавил его за излишнюю настойчивость? Или полоснул по руке — так же, как того капитана?

Нет, нет, это плохие мысли — даже если так всем было бы лучше.

Не обращая на рыцарей никакого внимания, Раха и Шед направились ко дворцу.

– Когда вернется Его Величество?

– Его отъезд продлиться не больше недели, принцесса.

– Вот как.

Карзен всегда говорил Рахе оставаться «в безопасности» и уезжал из дворца. Другими словами — «не смей высовываться и закройся в своем дворце, пока меня нет».

– Вы планируете остаться в своем дворце, Ваше Высочество?

– Да, я не выйду, пока Его Величество не вернется.

– …Хорошо, Ваше Высочество, – командир несколько мгновений посмотрел на девушку с подозрением, но после все равно склонил голову.

Возможно, рыцари уже сейчас начнут строить круги и осады из своих отрядов вокруг дворца Рахи. И так будет продолжаться всю неделю — однако это не имело значения.

Принцесса оставила командира королевской гвардии позади и вошла во дворец.

– Шед, – позвала она его по имени, – Ты был таким сильным с самого начала?

– Я не перехожу черту.

– Это называется «не переходить черту»? – Раха взяла мужчину за руку. Его ладонь была больше, и она чувствовала мозоли на подушечках. Девушка сжала свой кулак — Шед рефлекторно сделал то же самое, но гораздо слабее, аккуратнее. – Наверное, все дело в клейме. Я об этом и не подумала.

Если бы этого несчастного клейма не было, Шед правда мог свернуть ей шею одной рукой. Чего стоила его победа над капитан гвардии всего одним ударом…

Раха улыбнулась.

– Раздевайся и садись, Шед, – девушка открыла Золотую диагональ, которую выиграл раб. – Я нанесу лекарство.

Мужчина начал раздеваться — так, как привык это делать в стенах этого дворца. Он успел заметить, что именно нравится Рахе: движения, время, наряд, доходящий ему до шеи; такой, словно он был настоящим скромником.

В конце концов, Шед все еще оставался рабом — если его хозяйка хотела снять с него одежду, в любом месте, в любое время, он обязан был повиноваться. Раха распорядилась использовать только ту одежду, которая подходила дворянам. Интересно, сколько самых разных штанов и рубашек принесли горничные?

Мужчина расстегнул пуговицы, снял всю одежду и сложил ее на стол. Обычно он оставил бы на себе штаны — но, словно по злому року, Раха должна была нанести мазь именно на колени.

Принцесса улыбнулась, когда увидела ворох одежды на столе:

– Ничего себе, сколько всего.

Но больше она не обращала на это внимания. Перед ней находилось слишком много чужой кожи, и девушка поторопила Шеда к кровати.

Да, за все это время Раха перебровала много мазей, дорогих лекарств и настоев, но раны так и не смогли полностью затянуться. Она присела на корточки перед Шедом.

На его коленях под крепкими, вытянутыми бедрами все еще виднелись шрамы. Раха открыла крышку Золотой диагонали — внутри находилась белесая мазь с сильным травянистым запахом.

Принцесса зачерпнула ее и нанесла на колени Шеда. Медленно втирая лекарство круговыми движениями в кожу, она подняла голову.

Мужчина, сидя на кровати, смотрел на нее сверху вниз.

– Мне использовать ее где-то еще? – спросила Раха. На теле Шеда было слишком много отметин от меча: на плечах, руках, груди, торсе, почти что везде.

– Не стоит, они слишком старые. Это будет пустая трата.

– Как скажешь, – кивнула девушка и, взяв еще немного, принялась растирать ее на шрамы на бедрах Шеда. Они были особенно длинными и глубокими — мышцы под кожей знакомо перекатывались под ее руками.

– Откуда оно у тебя здесь? – это был вопрос без особой надежды на ответ; Раха не думала, что получит вообще хоть что-то — в конце концов, это не было чем-то серьезным.

– Мой дядя оставил его. А потом умер.

– Что? – подняла взгляд Раха, машинально продолжая втирать лекарство в кожу. – Вижу, и у тебя семья была странная. Видимо, у всех она такая.

Она даже сама не поняла, как в голосе зазвучало странное облегчение. Возможно, знание о том, что не только ее семья была сумасшедшей, ужасной и аморальной, приводило ее в некоторое спокойствие. Для кого-то достаточно лишь намека на то, что не они одни живут в аду.

Рахе нужно было это облегчение, даже если оно ни на что и не влияло.

Как можно больше и, если только можно, как можно чаще. Не останавливаясь.

– Да, – ответил Шед и с щелчком закрыл крышку Золотой диагонали. Немного мази, которая еще осталась на руках девушки, быстро растерлись по коже.

Раха подняла обе руки и потянула мужчину за запястья; тот послушно и охотно наклонился. Их губы коснулись друг друга, сначала осторожно, аккуратно. После его язык без промедления оказался внутри и провел ребром по ее языку.

– А-ха-а, – успела только принцесса вздохнуть, как в одно мгновение оказалась на бедрах Шеда; ее спина была натянута как струна. Его большие, широкие ладони оглаживали изящное тело поверх одежд, особенно заинтересовавшись грудью. Сжав выпирающие холмики особенно сильно, он вызвал из ее горла стон; Раха нахмурилась:

– …Это больно.

Она почти сразу же пожалела, что не велела ему остановиться — ее одежда оказалась сорвана, разойдясь по швам; теперь грудь Рахи не была ничем прикрыта. Шед положил свою руку на грудь девушки, а его пальцы обхватили сосок.

– Ха-а-а…

Со стоном Шед приподнял тело Рахи немного выше. Она чувствовала себя игрушкой — это было что-то странное, но не совсем неприятное.

Мужчина уткнулся лицом ей в грудь. Он взял ее сосок к себе в рот и лизнул горошину кончиком языка; по коже девушке прошлась целая стая мурашек. Из ее горла вырвался стон — гораздо громче, чем раньше. Она постаралась схватиться за плечи Шеда и оттолкнуть его, но все ее попытки были тщетными. Мужчина не поддавался.

– А-ха-ха!.. – Раха чувствовала, как внизу бедер собирается влага. На самом деле, она даже не могла понять, когда это теплое чувство появилось. Шед сорвал с нее только верх — юбка пока все еще с трудом держалась на талии.

Ее домашние туфли упали с ног; Шед уложил принцессу спиной на кровать. Его сильные, крепкие руки потянули за юбку. Несмотря на то, что ткань была довольно толстой, она очень легко порвалась и неровными кусками скатилась по кровати.

Шед схватил обе ноги Рахи и широко развел их.

– …

Сколько раз она занималась сексом с этим рабом? Это была единственная поза, которой она все еще стеснялась. Девушка хотела сомкнуть ноги, но хватка Шеда все еще оставалось уверенной. Он опустил голову — по чуть покрасневшим половым губам крупными каплями вытекала смазка.

Шед слегка щелкнул кончиком языка по ее красному комочку нервов.

– Ха-а-а!.. – на мгновение тело Рахи содрогнулось от покалывающего ощущения — в ее костях, всем естестве словно вспыхнула молния. Однако ее тело все еще оставалось неподвижным, Шед надежно держал ее в своих руках. Она даже почти подумала, что ее сковали тяжелыми цепями.

Шед провел по ее чувствительному клитору раз, другой, а после начал безжалостно играть с ним своим большим языком; самая чувствительная часть тела Рахи оказалась под почти бесперебойной атакой. В ее глазах постепенно начала собираться влага.

– Аха-ха-ха!.. – в мгновение ее уже набухший бугорок стал слишком растревоженным, болезненным. Принцесса хотела стряхнуть Шеда с себя, но сколько бы не старалась, она не могла даже нормально пошевелиться. Пальцы на ее ногах словно онемели, а клитор в какой момент заныл. Именно в это время мужчина решил переместиться в другое место.

Вся ее промежность была настолько мокрой, насколько физически могла стать. Крепкая хватка Шеда на бедрах Рахи ослабла. Его челюсть напряглась при виде красных отпечатков рук на ее белой коже. Пальцы Шеда скользнули по ее влажной ложбинке.

– Ха… – девушка думала, что ей и одного пальца будет достаточно, но Шед почти без промедлений вставил три. Они вошли легко, даже если внутри было немного узко. Пальцы уверенно двигались, постепенно раздвигаясь и занимая все больше и больше места. Движения мужчины, темп, ритм — все это правда было похоже на секс, даже если внутри Рахи находилось лишь несколько пальцев.

Она сжала руки в кулаки и прикрыла глаза; ее дыхание сбилось, а картинка перед глазами становилась все более и более размытой.

Раха знала — ее страсть лежала глубоко в ней, и для ее удовлетворения требовалось нечто посерьезнее нескольких пальцев.

─𝕗𝕚𝕣𝕖 𝕜𝕒𝕝𝕖𝕚𝕕𝕠𝕤𝕔𝕠𝕡𝕖 ──────────

Переводчик и редактор: Руцкевич