***

Несколько часов назад.

Верховный жрец Амар прибыл в Империю Дело, чтобы провести церемонию национальной свадьбы. Войдя во дворец, он был приглашён на обед с самим Карзеном. Уже тогда, ощущая, как у него сжимается внутри всё от тревоги, Амар насторожился.

Он ожидал подвоха, раз уж даже обычным священникам позволили сесть за стол. [Он думал, что Император либо будет угрожать, либо попытается задобрить...но...]

[Предупреждения не было.]

Один из жрецов поднёс к губам кубок, поданный Карзеном, и тут же, захлебнувшись кровью, рухнул прямо на скатерть. Амар в оцепенении смотрел, как алая жидкость впитывается в ткань, распространяясь тёмным пятном.

«Этот, жрец...должно быть, был слаб.» - небрежно заметил Карзен.

«В...Ваше Величество...»

«Пусть я и не решусь прикоснуться к самому Верховному жрецу, но остальные жрецы для меня ничем не отличаются, Амар.»

«Ваше Величество, что...что всё это значит?» - прошептал Амар, голос у него подрагивал.

Карзен закружил в руке свой кубок и резко оборвал его:

«Почему вы послали к моей сестре эту куклу?»

Амар застыл.

«Нет. Ещё раньше. Зачем ты отправил ко дворцу лекаря по имени Харсель?»

У Верховного жреца в груди всё оборвалось. Его веки задрожали. Жрецы по обе стороны от него уже едва дышали.

Как в кошмаре.

«Я хотел...втайне доставить принцессу в Священное Королевство…»

«Ах, то есть ты всё-таки пытался её увезти.» - кивнул Карзен с лёгким наклоном головы.

«И что ты собирался там делать с Рахой Дельхарсой?»

Молчание.

Карзен сделал знак вперёд. Герцог Блейк, не колеблясь, схватил ближайшего к Амару жреца и, зажав ему рот, влил яд прямо в горло.

«Ваше Величество!»

Очередной жрец захлебнулся кровью, упав замертво. Несколько капель алой крови попали и на лицо Императора.

«Вам захотелось заполучить Имперскую кровь в Священное Королевство?»

Карзен смотрел на Амара с почти ленивым выражением лица. [Истинная причина, почему Верховный жрец хотел увести Раху, была очевидной, эти глаза. Что бы он там ни замышлял, всё упиралось в них.]

[Но теперь это не имело значения.]

[Скоро она ослепнет.]

На самом деле, Карзен хотел узнать совсем другое.

«Зачем ты снова послал эту чёртову куклу, Верховный жрец?»

«Ваше Величество...»

Улыбка Карзена осталась спокойной, даже несмотря на залитый кровью стол, на котором уже лежали тела двух священников.

«Если не хочешь потерять оставшихся, придётся говорить начистоту, Амар.»

Но на самом деле Карзен и не надеялся, что тот заговорит. И не рассчитывал. Всё это - игра.

[Они будут умирать один за другим, пока Амар не расколется. Или пока отчаянно не начнёт лгать.] А Карзену останется лишь наблюдать, как один за другим гибнут его люди.

И всё же...

«Принцесса...хотела умереть.»

Эти слова прозвучали, как выстрел.

Рука Карзена, до того спокойно лежавшая на столе, резко напряглась. Даже у герцога Блейка дрогнуло лицо.

«Мы не смогли увезти её в Священное Королевство. Принцесса отказалась. Зато дала мне разрешение...исследовать святой артефакт от её имени. И - забрать её жизнь.»

Тишина.

Тишина тянулась глухо и вязко, как зыбучие пески.

«Раха Дельхарса.» - наконец, тихо произнёс Карзен.

Раха всё это время молчала. Теперь она медленно сложила руки на коленях и спокойно ответила:

«Да, Карзен.»

«Это правда?»

Ответ не последовал сразу. Никто не шевельнулся, никто не дышал по-настоящему. Терпение Карзена подходило к грани.

Раха заговорила:

«Это правда, Карзен.»

«А...» - повторил он глухо. «Правда...»

Он резко поднялся. Никто не посмел пошевелиться, пока иИператор быстрым шагом обходил стол.

Он подошёл к жрецу, сидевшему на самом краю, схватил его за воротник, и поднял в воздух.

И в ту же секунду превратил его в месиво.

Молодой жрец не успел даже закричать. Император, которого прозвали безумным тираном, обратил человека в лужу крови и внутренностей, даже не изменившись в лице. По полу покатились выбитые зубы, белые ризы окрасились в багровое.

Два.

Три.

Четыре...

Карзен методично расправлялся с помощниками Верховного жреца. Без слов. Без эмоций. Без остановки.

Зал для приёма, так тщательно украшенный к приходу жрецов, теперь напоминал бойню. Амар был белее мела. Даже герцог Блейк нахмурился, будто впервые за долгое время увидел нечто запредельное.

Только Карзен и Раха оставались безмолвны. Как статуи.

Два прекрасных мраморных изваяния, созданные руками одного мастера. Слишком красивые. Слишком чуждые.

Карзен, уронив очередное тело на пол, медленно повернулся к сестре.

Сквозь зубы, почти срываясь на рычание, он произнёс:

«Раха Дельхарса.»

«Да, Карзен.»

«Эта чёртова кукла имела тысячу шансов убить тебя. Почему ты до сих пор жива?»

«Потому что он спас меня.»

Голос Рахи был спокоен.

«Потому что я влюбилась в него.»

«Значит...» - Карзен поднял её лицо кровавой рукой, заставляя смотреть ему в глаза. «Он не смог тебя убить...потому что ты его любишь?»

«Да.»

Ответ прозвучал легко, но совсем не так, как ей хотелось бы. Подобно алой крови, запятнавшей её кожу, в сердце Рахи трескались тонкие, едва уловимые трещины. Слова Карзена ранили.

Она говорила медленно, изо всех сил стараясь не замечать, как что-то внутри, у основания шеи, будто начинало ломаться.

«Это...это его слова.»

Карзен медленно рассмеялся. Глаза налились кровью. Шепчет:

«Тебя так любят, Раха. Безмерно.»

Молчание.

«И я тоже люблю тебя, Раха Дельхарса.»

Голос, произносивший признание, звучал с хищной лаской. Невозможно было понять, то ли это любовь, то ли ненависть.

Раха не улыбнулась, как делала раньше. Но теперь это уже не имело значения.

Карзен медленно отпустил её подбородок.

Она - Раха Дельхарса, должна быть благодарна за то, что жива. [Судьба, Боги и даже он сама любил свою сестру настолько, что наградили его взглядом Бесконечной Пустоты.]

Карзен обернулся к Верховному жрецу Амару, который словно превратился в статую.

«Значит, воля моей сестры так и не была исполнена? Святое Королевство снова занимается экспериментами, Верховный жрец?»

Амар молчал. У него остался лишь один помощник.

«Верховный жрец.»

«…Нет, Ваше Величество.» - голос его едва не дрожал, но он держался.

«Эксперименты в Святом Королевстве прекращены. Проект - закрыт.»

«Почему?»

«Потому что принцесса...сказала, что не хочет умирать.»

На одно короткое мгновение Карзен ощутил, будто в него вонзились тысячи острых стеклянных осколков. Он знал. Он чувствовал: [понимал, почему Раха Дельхарса, которая однажды уже попыталась умереть, теперь выбрала жизнь.]

«Раха Дельхарса. Это из-за него? Из-за того раба?»

«Да.» - тихо, но твёрдо ответила она.

«Именно так я...и полюбила его.»

Карзен рассмеялся. На этот раз громко, почти безумно. Его плечи дрожали. Он поднял Раху с пола и легко усадил на край стола. Встал перед ней.

«Конечно. Это же твоя натура, Раха Дельхарса. Все твои клятвы - легки, как бумага. Все чувства - поверхностны.»

Молчание.

«Ты ведь никогда не заботилась ни о чём, кроме собственных ощущений, не так ли?»

«Не смей издеваться над моим сердцем.»

«Издеваться?» - Карзен усмехнулся. «Это ты, Раха, издевалась надо мной.»

Он сжал её подбородок с такой силой, что пальцы врезались в кожу. Резкий запах крови ударил Рахе в нос.

«Ты...ты действительно оставила меня умирать?»

Каждое слово отдавалось жжением в груди. Он хотел задушить её. Убить. В этом порыве, болезненной ярости, что-то, чёртово что-то, внутри останавливало его руку.

Глаза пустоты.

Безумный взгляд наследницы.

[Ты носила этот дар, и собиралась всё выбросить?]

[Ты ненавидела меня настолько сильно, что была готова отказаться даже от него?]

[Ты полюбила этого чужака...настолько, что смогла забыть свою ненависть ко мне?]

«Я даже Верховного жреца убить не могу.»

Молчание.

«И тебя не могу...моё любимое существо.»

Молчание.

«Что же мне делать, Раха?»

Её глаза остались неподвижны, полны молчаливого принятия. Это была ужасающе наивная реакция. Он хотел разорвать её. Уничтожить. Сделать так, чтобы она никогда больше не смотрела на него с такой тишиной внутри.

Карзен не осознавал, как в нём росло желание просто...проглотить её. Целиком. До последней кости.

«Ну? Раха Дельхарса? Я задал вопрос.»

Он сжал её запястье второй рукой, будто собирался переломать кости. Он был единственным на всём континенте, кто мог причинить ей боль, и не убить при этом. Руки Рахи задрожали в его хватке.