Учитель, с неуклюжим жестом, извлек из-под своего плаща новую флягу, и, поспешно приняв глоток, внезапно обернулся ко мне с выражением неодобрения.

"Орион, представь себе, как в древности люди смотрели на небо и утверждали, что там живут божества. Не просто звезды и планеты, а целые сущности, которые, по их мнению, управляют вселенной сверху. Что ж, интересно, что ты думаешь об этом?"

Я наблюдал, как отблески света от огня в его глазах создавали игру теней на его лице, словно он был частью самого прошлого, о котором говорил.

Отразив его неуклюжность, я ответил, гнев медленно набираясь во мне, отводя взгляд от странной бутылки учителя: "Ну, учитывая, что война уже лишила меня всего, что было дорого и важно, могли бы эти боги хоть как-то оправдать наше страдание?"

Учитель, смутно покачал головой, словно погружаясь в свой внутренний мир, затем продолжил, словно открывая завесу тайн: "Орион, ты даже не представляешь, какие удивительные истории хранит наше небо..."

Он смущенно перевел взгляд с бутылки на меня и внезапно оживился: "Слушай внимательно... Имеется в виду семь богов, каждый со своей сферой влияния: Жизнь, Смерть, Война, Судьба, Просветление, Время и Магия. Они обитали на солнце, где родились первые живые существа - фениксы, возникшие от союза богини жизни и бога войны."

"Однажды один из фениксов, вырастившийся в тенях амбиций своего отца - Альтаира, Бога войны, решил свергнуть его, а в ответ на эту дерзость он, как и остальные фениксы, были изгнаны на землю. Война на континенте вышла из-под контроля. И Альтаир... Он, ммм, пропал со своего трона, и это стало началом кровавой войны между двумя континентами. Бог войны пропал, и все адские твари взялись за горло друг друга," завершил учитель, словно страдая от мук совести.

"Так значит, вся эта кровавая война из-за вас, проклятых фениксов?" - спросил я учителя, голос мой звучал смутно, но с ноткой раздражения.

"Я думаю, что каждый из фениксов несет на себе часть вины нашего древнего предка," - ответил он, его тон был сдержанным, но настойчивым.

"Тогда поступки главы Игниса становятся понятными. Я имею в виду, он бы не проявил такой сентиментальности перед обычным человеком, как я, и не стал бы восстанавливать мое ядро маны. И насчет пророчества... Ты что-нибудь о нем знаешь?" - мой голос звучал немного резче.

"Пророчество? Не могу сказать наверняка. Но я думаю, стоит обсудить это с главой лично, когда закончатся твои тренировки," - учитель отвечал спокойно, но с явным интересом в голосе.

Не дав мне возможности ответить, учитель встал и протянул мне меч. "Пора к тренировкам. Нам не до уроков истории, сейчас главное - завершить твое обучение новой технике маны. Твой следующий учитель уже ждет тебя," - сказал он, его голос стал более строгим, напоминая о нашем общем долге.

"Как это? Я же только во второй день здесь..." я ответил, испытывая недоумение.

"Не второй день, а уже два месяца, Орион. Здесь время течет иначе. Вся атмосфера вокруг арены направлена на восстановление твоей маны и ускорения твоего роста," - учитель пояснил.

"Два месяца?" Меня охватило волной удивления. "Но я только..." Я попытался вспомнить, как долго я действительно нахожусь в этой арене, но в голове была лишь пустота.

"Время в Очаге идет иначе, Орион," учитель пояснил, его голос звучал терпеливо, но решительно. "Теперь сконцентрируйся на том, что важно. Развитие той техники о которой я тебе сказал- наша основная цель."

"Кстати, насчет этой техники, я все еще не совсем улавливаю, как ее применять. Я могу использовать ее на короткий срок, но все же она кажется слишком сложной," - спросил я его.

Без лишних слов учитель снял копье со спины, и волна маны хлынула из его мана-ядра. Рунические татуировки вспыхнули на его лице и руках, а его глаза и волосы загорелись ярким пламенем. Затем, взяв боевую позицию, он провел ряд ударов.

Погрузившись в изучение работы учителя с маной, я внимательно следил за каждым его движением. Мана вытекала из его ядра, охватывая его тело целым потоком, словно бурная река, стремясь укрепить каждую клетку его существа. Но это было лишь начало.

По мере того, как я наблюдал, его мана возвращалась обратно в его ядро, словно сердцебиение, несущее жизненную силу всему его существу. Но я уловил и еще один аспект его магии. Я видел, как его мышцы, кости и суставы двигались не случайно, а под воздействием его собственной маны. Он мастерски управлял своим телом с помощью магии, словно невидимые нити, воплощая свою волю в каждом движении.

С мечом в руке я выставил левую ногу вперед, сохраняя устойчивость. Моя мана хлынула по моему телу, наполняя его силой и решимостью. Шагнув вперед, я совершил грациозный выпад, после чего мана возвратилась в мое ядро.

Мои мышцы и кости дрожали под воздействием магии, которую я управлял силой своего ядра. Мана с примесью пламени была новым опытом для меня. После воздействия артефакта фениксов мое тело преобразилось, став более гибким и податливым.

Подняв уровень маны, я заставил ее вспыхнуть в пламени, окутывая свое тело красноватым огнем. Раньше моя физическая форма не могла выдержать такую технику, но сейчас... сейчас я был готов.

В предыдущей битве после применения этой техники мои ноги были повреждены, но теперь мне предстояло испытать свое новое тело. Вливая ману в нижнюю часть своего тела, я активировал мышцы ног, укрепив суставы и кости до предела. Сделав шаг вперед, мир растаял перед моими глазами, а плитка арены треснула под воздействием моего шага. В мгновение ока я врезался в стену арены, но боль отсутствовала. Взглянув на свои ноги, я заметил, что от них исходил пар, но не было боли или дискомфорта.

Учитель, наблюдая за моим выступлением, не сдержал улыбку, смеясь иронично. "Ну, ну, Орион, выходит, тебе и правда удалось не разжечь свой собственный зад," - произнес он, едко подшучивая. "Надеюсь, следующий раз ты сможешь влезть в стену без потерь."