Большинство из присутствующих даже не понимает, что такое «нифанг», но вот король с подозрением смотрит на Лоренса.

— Откуда тебе известно о нем?

— Слухи ходят. — Непринужденно пожимает плечами юноша. — Такая тварь не может быть незаметной.

— Раз ты знаешь, как она называется, то должен осознавать риск. — Качает головой Метиох Айзервиц.

— Конечно, ваше величество. Я всё обдумал и готов. Из ваших слов следует то, что каждый член Громового отряда должен не просто выступить против такого противника, но и обязательно выйти победителем. Если я не справлюсь, то пусть это будет уроком для остальных.

Лоренс без стеснения смотрит в глаза монарха, чем неожиданно заслуживает одобрительный кивок. Элизабет Викар, стоящая рядом, тоже замечает немое согласие короля и хмурится.

— Ваше величество, позвольте сказать. Нифанга мы собирались использовать для показательного выступления Громового отряда. Выпускать его против одного неопытного воина, значит, просто отдать на растерзание!

— Вы правы, мисс Викар, но сэр Троуст вряд ли отступит после заявления во всеуслышание. Бой с нифангом будет проведен завтра на рассвете. — Метиох громко объявляет о решении и возвращается в замок.

Обсуждения в толпе становятся громче, и теперь на Лоренса уже не смотрят как на наглого проходимца. Многие уважительно кивают, но большинство вздыхает со словами: «Вот ведь самоубийца». Юноша быстро растворяется в толпе и направляется к выходу из Стальной Крепости.

Уже поздно вечером в гостиничном номере одной из захудалых таверн Лоренс открывает окно с видом на город. За спиной раздается шипение из-за смоченной в крепком алкоголе тряпки, которой обрабатывают рану на спине воительницы.

— Давай полегче, Бальт. — Плюет на пол орчиха, обладательница больших нижних клыков, покрашенных в белый цвет волос и многочисленных косичек.

— Будь добра, называй меня полным именем, Ива. — Бальтазар словно назло сильнее нажимает на рану от стилета.

— Лысый полудурок в дурацкой шляпе, — уроженка Муран-Валган-Деорта, ходячего города орков, отталкивает от себя мужчину. — И почему ты носишь эту шляпу? Чтобы не слепить противников солнечными лучами?

— А почему ты носишь шлем? Комплексуешь из-за орочьей физиономии? Ведь для орков Манария не закрывала границ. — Бальтазар болезненно морщится и гладит туго перевязанное туловище.

— Чтобы враги не разбежались в ужасе. И вот бы еще для нас закрывали границу! Орки — один из немногих народов, среди которых нет ни вампиров, ни демонов, ни беспокойных мертвецов. Чего не сказать о людях. — Ива прикладывает к кружке.

— А чего вы забыли в моей комнате? — Лоренс наконец-то решает поинтересоваться, чем зарабатывает недружелюбные взгляды.

— Опять шутить изволите, господин Троуст. — Бородатый мужчина начинает ежевечерний уход за оружием.

— Деньги гони! — В лоб выпаливает орчиха. — Ты сам нас нанял, чтобы мы протащили тебя на турнире, а после самоустранились.

— Тут такое дело… — Лоренс изображает самое святое выражение лица. — Я на мели.

После этих слов даже Бальтазар отрывается от разглядывания обуха алебарды. Ива же просто демонстративно разминает кулаки, на что Лоренс быстро излагает план.

— Заплачу завтра. Герон мне свидетель. — Светловолосый юноша отходит на шаг от Ивы, но та начинает надвигаться подобно горе.

— Я хорошо знакома с твоей репутацией, Лоренс Троуст. Даже не мечтай, что я расслаблюсь и дам обвести себя вокруг пальца. Ты весьма известный плут.

— Я не просто плут и шут гороховый, моя дорогая. Я — Аферист с большой буквы. Мои планы всегда срабатывают! — Молодой человек гордо выпячивает грудь. — Я чую возможности как вампиры кровь. Я резкий, дерзкий и как демон мерзкий. А еще у вас осталась работенка.

— Это какая? — Ива почти прижала увертливого собеседника к стенке.

— Завтра я сойдусь с битве со страшнейшим противником, и в мой успех никто не верит. Даже вы, мои бесценные сообщники.

— Еще бы, нифанг тебя разорвет в первые полминуты, а внутренности растащит по всему полю перед тем, как начать завтракать ими. — Фыркает орчиха в паре сантиметров от лица юноши. — Так что я хочу получить плату до того, как ты отправишься к Герону.

— И тем самым докажешь, что тупа как пробка из свиной жопки.

Впрочем, Лоренс тут же пожалел о сказанном, так как Ива опрокинула на пол и сжала правую ногу в болевом приеме. Крики незадачливого Лоренса услышали, наверно, все соседи по этажу. К счастью, долго мучить статная девица не стала.

— Уф, если бы сломала мне ногу, то завтра было бы куда тяжелее. — Юноша лежит на полу и массирует стопу.

— Господин Троуст, я все же не понимаю, на что вы завтра рассчитываете. — Бальтазар уже закончил с заточкой и полировкой, и теперь накидывает на ударную часть оружия кожух из свиной кожи.

— Всё просто, как удар в пах. У меня есть план, вам же нужно пройтись по всем местам и сделать ставку на мою победу с одного удара. Все игорные дома и индивидуальные спорщики опускают мои шансы на победу на дно Пуарнского моря. А это значит, что… — Лоренс вопросительно смотрит на парочку бойцов, лежа на полу.

— Если наша ставка выиграет, мы сорвем баснословный куш. — Размеренно продолжает лысый алебардист. — Но к чему это идиотское условие про победу за один удар?

— Чтобы сделать разницу коэффициентов почти что сказочной. Никто в здравом уме не будет ставить на такое невозможное событие. И тут в игру врываемся мы и ставим все деньги на него. — Лоренс возбужденно разводит руками и поднимается, но парочка напротив не выказывает большой заинтересованности.

— Ты хочешь «натянуть курицу на копье»? — Ива использует жаргон спорщиков, которых в Рейнмарке и Островной Федерации называют странным словом «букмекеры».

— Именно! Нам нужно создать ажиотаж большими ставками на маловероятное событие.

— Но у нас нет столько денег, — возражает Бальтазар.

— По пути сюда я уже договорился с тремя ростовщиками. Считайте, что деньги у нас уже есть. Что-то около двух золотых. И заодно рассчитайтесь с другими ребятами, что помогли мне сегодня.

— Ты сумасшедший, — хором выкрикивают спутники, услышав взятую в долг сумму.

— Нет, я просто всё вкачал в удачу и харизму. — Лоренс наблюдает за недоуменными взглядами сообщников и жестом велит катиться прочь. Бальтазар пожимает плечами и направляется к выходу. Ива же перед уходом бросает: «Надеюсь, в этот раз ты сможешь сделать невозможное реальным».

После ухода Ивы и Бальтазара молодой человек садится на кровать и разворачивает «поющий» меч. Ладонь ощупывает гладкую поверхность, отливающую голубым оттенком под светом свечи, которая вскоре догорает, так что остаток дел пришлось заканчивать в темноте. Как слышал Лоренс, из-за каких-то терок в позапрошлом году Свечной Квартал был разрушен, а вместе с этим цены на свечи невероятно подскочили. Сегодня пришлось оплатить только одну.

Минут через сорок будущий рыцарь засыпает без сновидений до утра. С первыми лучами солнца его грубо толкает Ива. Она с Бальтом за ночь обошла почти весь город и всколыхнула «ставочный банк» большими вложениями на идиотский по мнению всех результат события. Многие лишь смеялись, увидев подобное, но стоило услышать звон реальных монет, как тут же бросались за легкими деньгами, ставя на противоположное событие.

Всё это рассказывает орчиха по пути к месту проведения боя. Разумеется, нифанга держат за городом, так что за ночь подготовили большое поле как можно дальше от крестьянских домов и полей пригорода. Несмотря на ранний час, людей тут уже много. Лоренса многие узнают в лицо, показывают пальцами и между собой обсуждают.

— Молодцы, дальше я сам. — Лоренс бодро идет к шатрам распорядителей, чтобы отметиться. Оказывается, что здесь сегодня решили провести и другие матчи, так что пришлось еще подождать, пока из второй толпы желающих не определился победитель.

Наконец-то доходит черед до события, ради которого все пришли на самом деле. Сотни зевак и участников со всех сторон окружают широкое поле, которое магией заставили опуститься на два человеческих роста. А еще вбили невысокий частокол по периметру. Лоренс легким шагом направлялся ко входу, пока не врезался в невидимую стену, чем многих рассмешил.

Неудивительно, что чародеи окружили поле битвы магическим барьером, ведь нифанг легко может запрыгнуть в зрительские ряды и начать кровавую баню. Претендент на быструю смерть встает на ноги с невозмутимым видом.

— Это что, магия? Как это вообще работает? — Лоренс ощупывает невидимую стену.

— Я открою проход, как только придет время. — Подходит дочь епископа, Элизабет Викар, одетая в мужском стиле. Узкие штаны заправлены в высокие сапоги, а накидка с символом солнца превращает девушку в стильную охотницу на ведьм и некромантов.

— Приветствую вас, миледи. — Лоренс делает очень низкий поклон. — Слухи о вашей красоте не врали, и чем ближе вы стоите, тем чаще бьется мое сердце!

— Прошу, перестаньте. — Элизабет отворачивается. — Вы сейчас серьезно рискуете собственной жизнью, лучше подумайте об этом.

— Я уверен в победе, но почему вы отворачиваетесь от меня? Неужели я настолько плохо выгляжу после сна в отвратительном клоповнике, который по недоразумению городских властей считают гостиницей?

— Я просто не понимаю, как можно быть настолько беззаботным. — Тихо отвечает девушка. — Вы словно специально скрываете настоящую силу.

— Я, — заговаривает Лоренс после небольшой паузы, — не великий воин. Ничего не понимаю и вряд ли пойму в волшебстве. У меня язык без костей, хотя уболтать сегодняшнего противника вряд ли смогу. Просто подумайте над такой мыслью: сила и навыки на самом деле вторичны. Если вы правда выступаете против настоящих Губительных Начал, как их называют жрецы Герона, то понимаете, о чем я.

— Пожалуй, не совсем. Что вы имеете в виду? — Девушка по-прежнему смотрит на поле для сражения.

— Мы в любом случае не можем их победить голой силой. Изощренные заклятья, меняющие законы природы? Боевые искусства, превращающие адепта в полубога? Серьезно? Да проще пукать в море. — Лоренс ударяет в магический барьер кулаком. — Мне довелось висеть головой вниз в этой черной-черной пропасти, и скажу я следующее: выиграть войну могут только знания и опыт. А еще, открывайте чертову дверь, ведь МЫ ЖДЕМ БОЯ!

Последнее Лоренс выкрикивает в толпу, где Бальтазар моментально подхватывает громким выкриком. В другой стороне повторяет Ива. Теперь все зрители и бойцы постоянно скандируют: «Мы ждем боя!».

— Ну что же, могу только пожелать удачи. — Очень тихо отвечает Элизабет и дает сигнал волшебникам, готовым снять усыпляющую магию с бронированной телеги, которую везли сегодня шестью лошадьми. Лоренс уже прыгает на арену с обнаженным мечом. Толпа начинает кричать громче, когда распряженная телега на арене начинает шататься. Чародеи уже за магическим барьером будят жуткого монстра и распахивают волшебством двери тюремной камеры на колесах. Воздух наполняется вонью и очень низким рыком.