27

Конечно, он и ей раздавал приказы направо и налево, но в его указаниях пустельге и дяде Бабочке чувствовалась суровая непреклонность - их следовало выполнить во что бы то ни стало. И всё же Е Чжу подумала, что имя бродячего кота «Бабочка» он произнёс очень нежно.

— Встретимся на закате в таверне серого кролика Грея. Ступайте.

— Охо-хо! Как удачно, мрау! Я как раз собирался заглянуть к Грею с морковкой, на днях у него родился крольчонок, мрау! Тогда я пошёл, мрау, Хозяин!

— До встречи, Хозяин!

Бабочка и пустельга почтительно поклонились Раму и быстро скрылись в переулке. Вскоре донёсся глухой хлопок, а за ним шум взлетевшей птицы. Е Чжу представила, как пустельга изо всех сил машет крыльями, взмывая в небо.

— А теперь, рыжая собака. Ты…

— И мне дайте задание, Хозяин! — воскликнула собака, не дожидаясь приказа, и проворно прижалась к Раму.

Глаза Е Чжу округлились, как у кролика, а когда она заметила, как коварно трясутся её огромные, словно арбузы, прелести, они распахнулись ещё шире.

— Я тоже, я тоже могу выполнить задание, Хозяин! Пожалуйста, отдайте приказ и мне. Хозяин, Хозяи-ин!

Собака так умоляла его, что со стороны могло показаться, будто она сходит с ума от отсутствия приказа. Её большие глаза наполнились слезами, словно она была готова тут же разрыдаться, стоило ему произнести хоть слово отказа. Что за коварная девчонка? Глядя на неё, невозможно было даже представить, что ещё недавно она с таким злобным взглядом осыпала её оскорблениями.

Мужчина поднял глаза от собаки и посмотрел на стоявшую за ней Е Чжу, словно проверяя на наличие микробов. Их взгляды встретились. Его радужки начали постепенно наливаться красным, начиная с краёв. Однако её настолько взбесило то, что он вообще на неё посмотрел, что ей было не до подобных мелочей. Из-за того безобразия, что он устроил в магазине мадам Пенни, её взгляд стал донельзя язвительным. Почему-то ей всё время казалось, будто он пытается понять, о чём она думает?

«Да быть того не может. Меня не проведёшь! Чего он на меня так смотрит, будто муж, который пытается угадать, о чём думает жена?»

От подступившего к горлу ехидства Е Чжу резко отвернулась от Рама.

— Так, рыжая собака, ты идёшь со мной. Немного осмотримся на улицах и сразу отправимся в таверну серого кролика.

Е Чжу, которая с притворным безразличием рассматривала рыночную улицу, где хоть изредка, но сновали люди, от услышанного почувствовала, как у неё всё внутри оборвалось. Хотя она и ожидала чего-то подобного, настроение всё равно упало ниже плинтуса.

— Твоя задача - следовать за нами в нескольких шагах позади и наблюдать за обстановкой на случай непредвиденных обстоятельств.

Рыжая собака несколько раз кивнула, качнув своими роскошными волосами.

— Да, Хозяин! Я хорошо справлюсь. Я правда очень хорошо справлюсь, Хозяин!

Несмотря на пышные формы, рядом с Рамом она становилась кроткой, как щенок. Вид рыжей собаки с её круглыми, широко распахнутыми глазами был настолько обольстителен, что мог бы свести с ума кого угодно.

— Хорошо, — ласково ответил Рам.

Косо глядя на них, Е Чжу с мрачным видом подумала: «Строит из себя милашку», но до самого конца так и не признала, что собака была не просто милой, а по-настоящему очаровательной. Похоже, это показушное представление закончилось, и мужчина пару раз без особого энтузиазма дёрнул цепь.

— Хватит стоять столбом, пошли уже. На Восточном континенте в переулках можно легко потеряться.

И не дав ей даже опомниться, он резко развернулся и зашагал по улице. Последовав за ним, чтобы не упасть, Е Чжу не забыла огрызнуться:

— Как я могу потеряться, если меня ведут на цепи?

Ответа не последовало. Он даже не сделал вид, что оборачивается. Когда она мельком взглянула на рыжую собаку, та, похоже, собиралась выполнять задание, о котором говорил Рам, и не двинулась, даже когда они тронулись с места. Словно вторя расстроенным чувствам Е Чжу, цепь в руке мужчины звонко забряцала, волочась по земле.

***

Рам сдержал своё слово и просто бродил по округе. Но от этой бесцельной ходьбы первой заскучала именно Е Чжу. Планировка деревни оказалась на удивление запутанной. Вдоль широких извилистых улиц тянулись похожие друг на друга магазинчики и закусочные. Сначала она с интересом разглядывала всё вокруг, думая, что они сворачивают на новые улицы. Но когда она в третий раз увидела одних и тех же детей, стоявших у лавки со сладостями, до неё дошло, что они просто ходят кругами. Примерно полчаса назад маленький мальчик в синей одежде, который капризничал перед магазином, держась за мамину руку, наконец-то добился своего и теперь сосал красный цукат на палочке. Один только взгляд на эту сцену вызывал в ней волну раздражения. Не сдержавшись, она окликнула идущую впереди чёрную макушку:

— Извините.

— Извините! Эй, вы!

Если бы её проигнорировали один раз, можно было бы подумать, что он не расслышал, но второй раз - это уже другое дело. Е Чжу вспыхнула от злости и на этот раз сама потянула цепь.

— Послушайте! Рам! Рам!

И только когда её терпение было готово иссякнуть, он, наконец, удостоил её своим вниманием.

— Чего?

— Послушайте, а что мы сейчас делаем? — спросила Е Чжу, остановившись.

Мужчина смерил её странным взглядом, словно услышал самый нелепый вопрос на свете, и коротко бросил:

— Что делаем? Деревню осматриваем.

— А? Что вы сказали?

Е Чжу на мгновение показалось, что она ослышалась. Она издала нервный смешок:

— Ха-ха… Послушайте, а зачем нам осматривать деревню? Зачем мы это делаем? Может, вы кого-то ищете?

Ответ мужчины оказался ещё более абсурдным, чем его первоначальное заявление про осмотр деревни:

— Потому что на Восточном континенте больше достопримечательностей, чем на других.

— Что-о?!

«Что значит «много достопримечательностей»? Хочешь сказать, ты здесь ради туризма?»

Это было настолько нелепо, что она просто опешила. В последней отчаянной надежде она быстро взглянула на Рама, пытаясь понять, не шутит ли он. Но он по-прежнему изящно нахмурив брови, смотрел на неё, словно задавал встречный вопрос. Е Чжу осознала: этот гад не шутит. Тем временем брови мужчины расслабились, и он, будто оказывая ей последнюю милость, с высокомерным видом пояснил:

— Ярмарка на Восточном континенте откроется только через неделю. Мы скоро уходим, так что сегодня у тебя последний день, чтобы поглазеть на людей.

— Да, знаю. На людей глазеть - это хорошо. Очень хорошо. Но тут и людей-то не так много, как я думала. Да нет, не в этом дело. Вообще, почему... почему я должна глазеть на людей?

— Тебе не нравится?

— А, да просто, почему?! Дело не в том, нравится мне или нет, а в том, почему?!

«Почему мы ходим кругами по одному и тому же месту, придурок?!»

Чем больше Е Чжу пыталась что-то сказать, тем больше запутывалась и уже была готова взорваться, но, увидев, что мужчина выглядит ещё более раздосадованным, чем она, замолчала.

Сколько она ни оглядывалась по сторонам, не было ни одного человека, как она, с ног до головы закутанного в чёрную ткань. Она несколько часов плелась за ним, и ей казалось, что она вот-вот умрёт от жары. А этот мужчина, как ни в чём не бывало, болтал всякую чушь, мол, он осматривает деревню. От такой нелепости Е Чжу даже забыла, как злиться, и лишь глядела на него.

— Почему у тебя с самого начала такое лицо? Прямо как у обиженного ребёнка, — спросил он.

«Ты это спрашиваешь, потому что правда не понимаешь?» — искренне захотелось узнать Е Чжу. Если бы только мужчина не выглядел так, будто и правда ничего не понимает, она бы спросила его. Она почувствовала себя опустошённой и рассеянно осмотрелась по сторонам. Жарко, голодно, ноги болят и всё раздражает. Откуда-то донёсся сладковатый аппетитный аромат. Она увидела, что в лавке, у которой они стояли, пекут свежее печенье. Тот самый ребёнок, что недавно выпросил у мамы сладости, теперь пронёсся мимо неё, радостно сжимая в руке новое лакомство. Там, где он пробежал, на землю капали прозрачные капли сиропа, источая сладкий аромат. С тоскливым видом она на мгновение задумалась, не слизать ли хотя бы это, но тут же замотала головой.

Сзади послышался тихий вздох, от которого слабо колыхнулся край её капюшона.

— Говорят, молодым достаточно показать всякие диковинки, — она подняла голову. Мужчина смотрел на неё, нарочито нахмурившись. — А с тобой для юной человеческой особи слишком много хлопот.

— Что?

— Жди здесь и не двигайся.

Не успела она спросить, уж не о ней ли речь, как мужчина отпустил цепь и резко пошёл в другую сторону.

— Эй, вы куда?! — растерянно окликнула его Е Чжу.

Мужчина в мгновение ока оказался перед лавкой со сладостями, что крайне удивило Е Чжу. Но ещё больше её поразило то, что он вынул что-то из-за пазухи и протянул хозяину лавки, который усердно жарил во фритюре фрукты и овощи. Взяв у мужчины то, что он ему протянул, хозяин широко распахнул глаза, а затем его лицо тут же расплылось в угодливой улыбке. Вскоре мужчина размашистым шагом вернулся к Е Чжу, держа в обеих руках целую охапку сладостей, и протянул ей.

— Держи.

Ей даже не пришла в голову мысль о побеге, когда он опустил цепь. Она лишь ошеломлённо смотрела на сладости, источавшие приторно-кисловатый аромат.

— Э-это…

Аккуратно нарезанные кусочки блестящих фруктов были нанизаны на шпажки и обильно политы прозрачным сахарным сиропом. Красные, жёлтые и синие, они напоминали букет цветов. Скользкий сироп, стекая по фруктам, капал на руку Рама.

«Наверное, липко», — подумала Е Чжу, глядя на тыльную сторону его ладони, залитую сладкой жижей, и почувствовала, как к горлу подступает комок и вот-вот хлынут слёзы.

— И чего стоишь? Бери.

— Зачем…

Мужчина ещё раз встряхнул букетом сладостей, и их запах ударил в нос, заполнив ноздри. Было так сладко, что у неё закружилась голова, а сердце замерло. Е Чжу крепко стиснула губы, а потом спросила:

— Это зачем… зачем вы мне даёте это?

Мужчина посмотрел на неё с таким видом, будто она сказала какую-то несусветную чушь.

— Разве ты не пускала слюни, смотря на них?

— Да когда я...

— Бери. Не хочешь есть - выброси.

При слове «выброси» Е Чжу тут же выхватила сладости из рук мужчины. В этот миг её рука коснулась его липкой от сиропа ладони и тоже запачкалась.