19

— Хозяин, Хозяи-и-ин! Почему вы так долго нас не звали? Мы каждый день ждали от вас вестей! Неужели вы уже про нас забыли?

— У меня было много дел, поэтому никак не мог выбраться на Восточный континент.

«Ах, какая же мерзкая девица! Не могла бы убрать эту непристойную грудь подальше?!»

Ей прямо сейчас захотелось схватить Рама за грудки и потребовать объяснений о том, что у него с этой девицей происходит. Нет, прежде всего она хотела отлепить девицу от него.

Е Чжу задрожала всем телом. Чорон, забеспокоившись, подошёл ближе и с тревогой спросил:

— Сестрица, с тобой всё в порядке? Почему ты так дрожишь?

Все взгляды обратились к ней, будто до этого она была невидимой. Е Чжу, наконец, смогла прямо посмотреть в лицо наглой рыжей девице с царской грудью. Вопреки ассоциации с лисой или кошкой, у неё были большие глаза, и она определённо выглядела как милый щенок. Женщина посмотрела на Е Чжу и спросила Рама:

— Кто эта вонючая человеческая женщина, Хозяин?

«Что? Я... вонючая? Да я... я... я!»

У Е Чжу перехватило дыхание, и её рот снова приоткрылся, как у рыбы. Хотелось выкрикнуть ругательство, но голос не шёл, словно в горле застряла лепёшка из клейкого риса. То ли из жалости к ней, то ли нет, Чорон доходчиво объяснил, кто эта женщина:

— Это сестрица Е Чжу. Она не любит, когда её называют человеческой женщиной.

Е Чжу на мгновение посмотрела на Чорона с искренней благодарностью. Обычно он был невыносим, но сегодня казался таким милым.

В этот момент мужчина, похожий на разбойника, тоже поинтересовался:

— Что это за человек, мрау, Хозяин?

Из-за несоответствия между его грубым телосложением и манерой речи у Е Чжу снова побежали мурашки по коже. И всё же она с надеждой посмотрела на Рама. Неважно, какие отношения его связывают с этой женщиной. Если бы она знала, что они с Рамом делали, она бы точно отвалила! Поэтому Е Чжу выглядела самодовольной.

«Мы же целовались, целовались взасос!»

Однако Рам выдал ответ, который не просто разбил её надежды вдребезги, а стёр в порошок:

— Просто появились дела, поэтому я вожу её с собой, не стоит волноваться.

Е Чжу вскрикнула:

— Что?! Почему это просто… просто водите?!

Совсем забыла. Этот мужчина, если бы участвовал в конкурсе самых бессовестных, занял бы первое место, да ещё и дал бы леща судьям за компанию.

Вместо сочувствия он, словно предлагая ей высказаться, резко дёрнул цепь и спросил:

— Что?

От сильного рывка у Е Чжу чуть не вывихнуло запястье, и она опустила глаза.

— Нет, ничего.

Осознавая своё положение пленницы, она вздохнула, и этот вздох шёл из самой глубины её души. В то же мгновение послышалось противное: «Пф». Она осторожно подняла голову, чтобы посмотреть, кто это был, и заметила рыжую женщину, глядевшую на неё сверху вниз с издевательским выражением лица. В этих лукавых глазах, больших и чёрных, как у её бывшего питомца Бонгу, ясно читались насмешка и превосходство. Лицо Е Чжу исказилось от гнева.

«Что за жалкая и унизительная жизнь?! Настоящая собака вон там, а почему я прикована вот так?»

Тем временем огромный мужчина медленно подошёл к ней и осторожно принялся возиться с цепью, соединявшей её и Рама.

— Хозяин оставляет людей в живых, да ещё и таскает их с собой, да к тому же связанных, мрау! Слава тебе, человеческая женщина, мрау, — не успела Е Чжу отреагировать на фразу «человеческая женщина», как он добродушно улыбнулся и представился: — Я из племени котов-воришек, мрау. Люди дали мне имя Бабочка. Ты тоже можешь меня так называть, мрау.

Бабочка, значит. Е Чжу подумала, что ей бы хотелось взглянуть на того, кто дал такое имя этому мускулистому дядьке.

—Я не человеческая женщина, а Ли Е Чжу, — представилась она.

— Ли Э Чжу?

— Ли Е Чжу.

— А. Ли Рэджу, мрау!

Е Чжу промолчала, но и после этого Бабочка продолжал раздражать её, напевая:

— Ли Реджу, мрау, Ли Роджу, мрау, Ли Енджу, мрау.

Честно говоря, ей было совершенно наплевать, запомнит ли этот дядька её имя. Её волновало лишь то, что соблазнительница всё ещё льнёт к Раму.

— Хозяи-и-ин, Хозяи-и-ин, хо-хо-хо, — тянула девушка, кокетливо щурясь, а Рам смотрел на неё своими чёрными глазами. — Хозяи-ин, мне так холодно и голодно. Хнык, можно мне тоже одежду?

— Кстати, чтобы войти в человеческую деревню, нужно сначала купить одежду.

— А-а, эти наряды, что людишки шьют, мне совсем не нравятся. Я тоже хочу одежду Хозяина. Дайте мне свою одежду, Хозяин, ну пожалуйста!

Раму уже нечего было снимать, поскольку своё пальто он отдал Е Чжу. Прекрасно это зная, рыжая девица потряхивала своей внушительной грудью и продолжала требовать от него одежду. Это было возмутительно, однако Рам, конечно же, не знал о чувствах Е Чжу и, поддавшись нытью девицы, обернулся к ней. Его чёрный глаза, начиная с краёв, мгновенно налились красным. Не успела Е Чжу толком осознать происходящее, как заметила, что взгляд мужчины устремился на пальто, наброшенное на неё. Казалось, он вот-вот подойдёт, отнимет его и накинет на рыжую. Пусть пальто и смотрелось на ней нелепо, возвращать его обратно ей совсем не хотелось. Тем более, если он хотел дать его этой соблазнительной особе. Из-за пристального взгляда мужчины, словно требующего вернуть вещь, Е Чжу, невольно скрестив рукава, крепко прижала их к подбородку и яростно замотала головой.

— Нет! Это моё!

«Только попробуй отдать его этой соблазнительнице! Я покажу вам, каким ужасным может быть конец тех, кто изменяет»

После её заявления все вокруг замолчали. Вообще-то вещь принадлежала Раму, но Е Чжу, словно это её совершенно не касалось, даже дерзко взглянула на него. Возможно, он увидел её решимость ни за что не уступать, поэтому, тихо вздохнув, отвёл взгляд.

— Ничего не поделаешь. Нельзя же тебе разгуливать в таком виде. Пока мы не купим тебе одежду в человеческой деревне, вернись к своей истинной форме, рыжая собака.

— Хозяи-и-ин! — жалобно протянуло коварное создание, протестуя, но Рам оставался непреклонен. Он снова угрюмо направился к тому месту, которое называл входом в лес. Цепь натянулась, и Е Чжу, с трудом сдерживая улыбку, машинально последовала за ним.

«Я победила. Я одолела эту мерзкую тварь!»

Е Чжу провела рукой по своим рыжеватым волосам, не скрывая торжествующего взгляда. Эта женщина была поистине прекрасна, настолько, что кто угодно мог бы ею восхититься. По сравнению с пышными яркими рыжими волосами, её большие круглые глаза казались настолько невинными, что любой мог бы влюбиться. А грудь была такой большой, что, увидев её вблизи, Е Чжу почувствовала, как её ликование почему-то немного утихло. Нет, на самом деле она совсем пала духом. Если эта женщина настолько красива, как Рам может не влюбиться? Нет, нет! Е Чжу тут же покачала головой. Возможно, он мужчина, который смотрит скорее на внутренний мир, чем на внешность. Значит, он оценит красоту её души, поцелует её и... Что, если он уже переспал с другой? Если подумать, она ведь тоже жертва его манипуляций! Может, Рам флиртует и с этой коварной девицей! Е Чжу не могла справиться с хаосом в голове и злобно скривилась, оглядывая обнажённую женщину. Та, до этого в оцепенении смотревшая вслед уходящему Раму, вдруг резко обернулась и злобно уставилась на неё.

— Ты, жалкая, грязная человеческая самка. Как ты смеешь, как смеешь…— прошептала она так тихо, что если не смотреть прямо на неё, можно было и не услышать. В её тоне сквозила неприкрытая враждебность. Е Чжу с испугом обернулась, а рыжая вдруг с громким хлопком превратилась в собаку. Даже в этом обличье она не переставала свирепо пялиться на неё. Казалось, что в зверином виде её взгляд излучал ещё большую жажду крови. Она зарычала, словно собираясь разорвать её на куски, а затем процедила:

— Да тебя Хозяин скоро убьёт.

Парализованная такой сильной неприязнью, Е Чжу застыла на месте, а собака, отвернувшись от неё, подскочила к Раму и тут же сменила тон на кокетливый и нежный:

— Хозяи-ин. Пойдёмте со мной!

Е Чжу стояла в оцепенении, пока цепь не натянулась до предела, и она чуть не упала. Тогда она машинально поплелась следом. Однако на протяжении всего пути её не отпускала тревога. В глазах собаки читались неприкрытая враждебность и жажда убийства, но тут же она мгновенно менялась в лице и льнула к Раму.

— Хозяин, вы останетесь надолго в этот раз? Правда?

Рам особо и не отвечал, но полный восторга смех разносился по лесу. И несмотря на её собачий облик, этот смех был до неприличия кокетливым.

Е Чжу уставилась на Рама, который ласковым чёрным взглядом смотрел на собаку, и, заикаясь, пролепетала:

— Э-это, э-это...

Эта собака совсем с ума сошла, что ли? Только что, ощетинившись, злобно скалилась на неё, а с Рамом мгновенно начинает заигрывать. Е Чжу и сама считала себя двуличной, но не смогла бы так быстро менять маски. В лучшем случае...

— Собака, собака, всего лишь собака. Собака всего лишь...

— Не переживай, сестрица. Среди Новых Людей рыжая собака больше всех ненавидит обычных людей, — сказал Чорон, подойдя к дрожащей от гнева Е Чжу.

Дядя Бабочка тоже согласно закивал головой:

— Именно так, мрау. Рыжая собака не любит людей и превращается в человека только в присутствии Хозяина, мрау. Хотя в человеческом облике ей намного удобнее, она продолжает оставаться в своей собачьей форме, мрау.

От этих слов раздражение Е Чжу из-за того, что эта мерзкая тварь остаётся голой в обличье человека, немного улеглось. Но понимание – это одно, а раздражение всё ещё остаётся раздражением. Она нахмурилась, глядя на собаку, которая виляла хвостом рядом Рамом. И надо же, чтобы собака, а не кошка, была такой соблазнительной. Она никак не могла этого понять.

— Её зовут рыжая собака? У неё нет имени? — спросила Е Чжу с неприязнью пустельгу.

Чорон немного подумал и тут же ответил:

— Кажется, раньше у неё было имя, которое ей дали люди. Лалла или Лулу…

— Лили, — поправил дядя Бабочка.

— А! Точно. Лили, — вспомнил Чорон, хлопнув в ладоши. Однако Е Чжу не успела вставить колкость, он тут же помрачнел. — Но рыжая собака стала ненавидеть это имя после того, как её предали люди. Раньше она бросалась на всех, кто произносил его. Теперь её просто называют рыжей собакой. В любом случае, других собак с таким именем нет.

— Почему нет? Рыжих собак полно, — без задней мысли буркнула Е Чжу, вспоминая мир, в котором она жила.

Но стоило ей заговорить об этом, как она внезапно осознала, что собаки с рыжей шерстью не так уж и распространены. Видела ли она рыжих собак в своё время? Она задумалась, вспоминая рыжих волков из документальных фильмов или свирепых бульдогов. Рыжая собака, идущая впереди, больше походила на овчарку, чем на уродливого бульдога или питбультерьера.

Но следующие слова Чорона были совершенно неожиданными:

—Рыжая собака – последняя из клана рыжих псов. Не может быть совпадений в именах.

— Последняя?

— Да, последняя. Клан рыжих псов был истреблён людьми.

— Что? Почему?

— Э?

— Почему истреблён? — переспросила Е Чжу. Её лицо стало серьёзным, не таким, как раньше.

Чорон закатил глаза, ища, что ответить, а затем, видимо, не найдя подходящих слов, неловко почесал нос.

— Это долгая история...

Вместо него на вопрос Е Чжу ответил дядя Бабочка:

— Из-за того, что их приняли за Новых Людей, мрау.